Счастье

      — Ты мне нравишься, я хочу с тобой встречаться, — крольчиха смотрела на Паллета большими черными глазами, будто гипнотизируя.       — Ты мне тоже, я согласен, — знал бы Роллер, что ее слова лишь фальшь, никогда бы не согласился на эти отношения.       Девушка стремилась видеться с ним как можно чаще, быть рядом, как можно ближе. Она не оставляла ему совсем никакого личного пространства, не обращала внимание на его желания или чувства. Так продолжалось около недели, после чего Паллет высказал ей, что она самовлюбленная эгоистка, и бросил ее.       Та стерва распустила слухи, что Роллер ужасный парень, бил ее, унижал и вообще это она от него ушла. Паллет спокойно все отрицал и однажды поставил ее на место, да так, что та забрала все свои слова обратно и больше никто на скелета косо не смотрел. Примерно в этот момент он получил небывалую популярность во всей школе как среди девушек, так и парней.       В другой раз ему предложила встречаться симпатичная мышка на год старше, уверяя, что знает Паллета лучше его самого, понимает его настоящего и готова быть рядом в любой момент. Они пообщались пару недель, и когда Роллер доверился ей достаточно, чтобы не сдерживать эмоции, она испугалась его и бросила. Должно быть, алые зрачки и эмоциональный крик от злости это слишком сильная и неправильная реакция на стресс.       Мышь многим наговорила, что Паллет истеричка и никто не сможет вынести такого эмоционального парня. Пришлось и эту даму ставить на место, а заодно и некоторых шутников, посмевших открыть рот в присутствии Роллера.       Следующим желающим попытать свое счастье стал сын директора. Парень с рожками и белой шерстью был чуть выше самого Паллета. Они встречались рекордный срок, месяц, прежде чем звездоглазого достали вечные жалобы то на учебу, то на родителей, то на друзей, то на жизнь. Парень закатил громкую истерику из-за расставания, в последствии которой Паллета чуть не поставили на учет, поскольку поступили анонимные сообщения о том, что он курит, обижает младших, крадёт вещи и прочее. Пришлось и этому парню доходчиво объяснить, что это переходит все границы. В конце концов, Пал отделался выговором и вздохнул со спокойной душой.       За полтора года он сбился со счета, сколько отношений у него было. Ни одни не длились больше месяца, а Паллет продолжал пробовать, пытаясь найти своего монстра или человека. Ему ужасно хотелось ощутить счастье близости, понимания, тепла, но никто не отвечал взаимностью, всем нужно было другое. Он узнал об этом от последнего партнёра, и с того момента всегда отвечал на признания в любви отказом.       — Почему так происходит? Почему все сначала хотят быть со мной, а потом либо бросают, либо забивают на меня? Крей, это последнее, что я у тебя прошу, объясни.       — Почему? А ты как будто не знаешь, — Крей подошёл к Паллету близко, почти что навис над ним. — Ты сын хранителя позитивных эмоций, рядом с тобой любой становится счастливее. Все гонятся за этим счастьем, но всем плевать на тебя.       — Убирайся, — Палу не понравилось то, что он услышал.       — Я прав, и ты это знаешь. Тебя бросают тогда, когда ты начинаешь злиться и от тебя перестают исходить заразные позитивные эмоции. К тому же, никому нет дела до твоих увлечений или характера. Если хочешь быть кому-то нужным, будь полезен, заткнись и дари хорошие эмоции, пока есть те, кто хотят и нуждаются в них       Крею в череп прилетел твердый кулак. Паллет махнул рукой, призывая чернила и пропадая восвояси, переживая эмоциональную боль и ярость в пустом кабинете.       С тех пор он стал одиночкой, вымещал злость на младших, пристрастился к сигаретам с их отвратительным запахом и репутация его спустилась до обычного хулигана. Из-за своего эмоционального состояния он неосознанно перестал вырабатывать позитив, и к нему потеряли интерес абсолютно все. Казалось, что все.       Как-то наметилась контрольная, к которой Роллер совсем не готовился, а потом оказалось, что она напрямую влияет на отметку в четверти, потому что учительница так решила. Все, у кого были ответы, отказались ему помогать, и Пал уже было смирился с двойкой, как из мимо проходящей толпы одиннадцатиклассников к нему подошёл неизвестный скелет.       — О, я помню эту тему, по ней контрольная была ебанутая. Тебе нужна помощь? — незнакомец спокойно смотрел на настороженного десятиклассника, который, казалось бы, от возмущения или недоверия сейчас врежет ему.       — Иди нахуй.       — Не хочу. Подумай ещё раз, тебе точно не нужна помощь? — Роллер удивился терпению этого парня.       — Ладно.       Неизвестный с хорошей памятью воспроизвёл принцип решения всех пяти заданий и разборчиво объяснил их Паллету       — Я Гот, а тебя как зовут?       Звездоглазый помедлил с ответом.       — Паллет, — переступив через себя, он пожал Готу руку.       — Если что, обращайся. У тебя очень красивые глаза. Удачи, — тут же прозвенел звонок, и Гот неспешно удалился.       У Паллета этот скелет вызвал вьетнамские флешбеки, поэтому он настораживался каждый раз, когда тот появлялся в поле зрения.       Гот часто «случайно» заходил к нему на переменах, спрашивал о том, что происходит у него, какие уроки и что они проходят.       Однажды он так заявился к нему на большой перемене. Присутствие Гота было для Паллета терпимо напрягающим.       — Ты никогда не ходишь в столовую, ты разве не голоден?       — Как ты узнал? — Пал был искренне удивлен, поскольку никогда не упоминал в разговорах, что не ходит есть.       — Никогда не видел тебя там, а сейчас решил сходить проверить и ты и правда тут, — Гот пожал плечами, запустил руку в свою сумку и достал оттуда два шоколадных батончика с орешками. — Будешь? — он протянул один младшему.       — Надеюсь, я тебе за него не должен? — Паллету, кроме родителей, никто и никогда не дарил ничего даром.       — Конечно нет, по-твоему, я забомжую, потратившись на санкирс тебе? Я видел его у тебя однажды, подумал, они тебе нравятся.       — Ну… Ты прав, — Паллет в смятении принял батончик и тоже стал кушать. Подобные ситуации в будущем повторялись. Гот часто подмечал какие-то незначительные детали и своими действиями немного облегчал жизнь Паллету. Он был учтив, спокоен и бесконечно терпелив. Паллету не хотелось терять такого друга, но он понимал, что после первой же истерики и он его бросит, хотя они даже не встречаются.       И истерика таки случилась.       В тот день Паллет утром поссорился с отцом, и теперь его настроение было рвать и метать любого, кто попадется на пути. Он написал Готу, сам не понимая зачем, что раздражен. Тот спросил, где Паллет сейчас. Роллер скинул локацию недалеко от школы, и спустя пару минут Афтер оказался рядом.       — Бля, нахуй ты приперся? — рыжие зрачки будто горели ярким пламенем.       — Слушать твои жалобы, — усмехнулся старший, за что получил удар в плечо. — эй-эй, бей не меня, иди лучше пиздани стену, — Гот показал в сторону заброшенного дома.       Паллет и правда подошёл и ударил по ней ногой, после чего согнулся, хватаясь за раненную конечность.       — Магией, дубина. Конечно ты ноги себе все сломаешь, так вымещая злость, — Паллет послушался и махнул кулаком, будто ударяя по дому, и сбоку в стену прилетел жёсткий поток чернил, пачкая, снося старую штукатурку и оставляя трещины на кирпичах.       Роллер глубоко дышал, его зрачки приняли чуть более пастельный оттенок оранжевого.       — Отец сказал, что я идиот, раз доверяю всем подряд! Нет бы адекватно объяснить или проявить понимание, нет, меня нужно было за это обязательно унизить! — Паллет яростно жестикулировал, едва успевая набирать воздух для новой порции возмущений. — И так всегда! Может у тебя сын и неудачник, но я что, о многом прошу? Почему ты не можешь меня понять, почему ты меня не любишь? Почему никто меня не любит?! Мною все пользуются!       Гот переждал тираду криков, всплесков чернил и резких телодвижений, после чего подошёл и встал перед Паллетом.       — Что ж, твой отец и сам идиот, раз обвиняет тебя в том, в чем сам не научил. Ты не просишь многого, это базовые вещи, которые должны быть у каждого монстра или человека. У тебя есть то, что нужно всем, поэтому тобой пользуются чаще, чем другими, но это не значит, что тебя одного бросали и предавали. Извини за жестокие слова, но это так.       — Ты все ещё здесь, — недоверие читалось в глазах Паллета. Его волновали не слова Гота, а то, что его ещё не бросили разбираться со своими проблемами самого.       — Если ты хочешь побыть один, то скажи, и я уйду.       — Нет! — резко выпалил Роллер, хватая Гота за локоть, чтобы тот точно не ушел. — Останься со мной.       — Хорошо, — Афтер помедлил, затем притянул к себе Паллета и некрепко обнял, поглаживая по спине и шепча какие-то успокаивающие глупости. — А вообще, мне ужасно тебя жалко. Я и сам не понимаю, почему с таким прекрасным монстром с красивыми глазами и вредным характером так подло обращаются.       — Если и ты меня бросишь, я тебя в прах сотру, — пробормотал Пал Готу куда-то в шарф в шоке от его слов.       — Не брошу, — терпеливо отвечал Афтер.       — Тебе нужны от меня только позитивные эмоции, я тебе надоем, — вымученно привел новый довод младший.       — Но сейчас ты их не вырабатываешь. Разве этого недостаточно, чтобы ты мне поверил?       — Не знаю, — Пал все ещё смотрел куда-то в пустоту. — За все отношения меня никто даже не целовал, — Роллер горько усмехнулся, будто бросая вызов, уверенный, что Гот не сможет этого сделать.       Взгляд Афтера, решительный и спокойный, не изменился. Он несколько секунд твердо смотрел в глаза Паллета, что пошатнуло сомнения второго. Гот накрыл своей рукой глазницы младшего и мягко прикоснулся своими губами к его, не углубляя поцелуй. Все ещё закрывая Паллету глаза, он спустился к его шее, опаляя теплым дыханием и нежно целуя, не оставляя следов. Роллер чувствовал, что готов упасть от странного чувства, разливавшегося от прикосновений старшего. Внезапно стало невыносимо жарко, из-за чего он вцепился в плечи Гота. Тот, оставив поцелуй на его скуле, убрал руку с глаз и спросил:       — Мне остановиться? — Паллет поднял на него возмущенный взгляд. — Твои глаза снова пожелтели, это мило. И не только они, ты весь покраснел. А вдруг это температура? Нужно срочно вызвать скорую! — саркастично закончил Гот, поглаживая щеку Роллера большим пальцем. Тот, не в силах сопротивляться, тёрся об чужую руку, придерживая ее своей. — Бедный мальчик, никто тебя не жалел так, как ты этого заслуживаешь? Что за невежественные идиоты.       — Ой бля, заткнись, а, — Паллет чувствовал, что ещё чуть-чуть, и он не выдержит и сам поцелует этого скелета, лишь бы перестал говорить столь смущающие вещи.       — Я готов убить каждого, кто сделал это с тобой. Всех до единого, кто причастен к тому, что ты долгое время был несчастен. Ты сильно изменился из-за предательств, у меня от этого разбивается душа, — Гот поцеловал Роллера чуть выше носа.       — Ебать ты быстро проникся сочувствием за пару недель, что мы общаемся.       — Я и до этого наблюдал за тобой. Увидел тебя в толпе пару лет назад в санатории, это был твой 8 класс, получается. Ты тогда шел на дискотеку и пританцовывал, — Гот хихикнул.       — Блять не-ет, — проныл Паллет, притягивая к себе Гота за мантию и утыкаясь ему куда-то в ключицу, горя от стыда. — Мне тогда пиздец скучно было, я хотел, чтобы на меня обратили внимание.       — Ну, мое ты точно получил.       — Идиот. Такое нелепое поведение должно отталкивать.       — Кому как. По-моему, я влюбился в тебя сразу же.       — Ты влюбился в позитивные эмоции, которые от меня исходят, — продолжил гнуть свою линию Паллет, уже начинающий сомневаться.       — Нет, я влюбился во вредного Паллета Роллера, который упорно не хочет признавать очевидное. Ты любишь играть в волейбол, собак, сладкое, рисовать на уроках, гулять, слушать музыку, упрямиться до последнего, а ещё ты жутко одинок и с этим надо что-то делать.       — Откуда ты это все?..       — Наблюдал, запоминал из разговоров. Хочу с тобой встречаться уже очень давно.       Паллет притянул его для ещё одного поцелуя, чтобы тот перестал много говорить.       — Один единственный, последний шанс. После тебя я больше точно никого и никогда не пущу в свою жизнь.       — После меня у тебя никого и не будет, так что привыкай, — на этих словах Паллет крепко обнял Гота, впервые за долгое время ощущая жгучее счастье, чувствуя, как чужие руки сомкнулись у него за спиной.