Когда мы вернулись из Леса

      Когда Эрин вернулась в школу, то почувствовала себя так, словно попала в программу новостей. Все вокруг пялились на нее, перешептывались, стоило ей пройти мимо людей, и разве что только пальцем не тыкали в ее сторону. Наверное, половина учащихся всерьез думала, что она погибла или пропала на веки вечные, или еще что.       А все из-за чего? Из-за того, что на днях знаменитый неудачник и изгой всей школы, Джек Ронтер, завел Эрин в проклятый Лес и бросил там, как ненужную собаку. А ведь все в курсе, что с проклятым Лесом шутить не стоит, что там погибают и пропадают люди. По-настоящему.       Что было самое любопытное — Эрин сама пошла туда с одноклассником. Никто насильно ее туда не тащил.       Такой спор у них, видите ли, был.       Да и сама Эрин не была какой-то рядовой ученицей, на чью пропажу вряд ли бы кто из школы обратил внимания. О нет, она была девушкой самого Дейва Дука — иконы и суперзвезды, которого знала вся школа и полгорода в придачу.       И самое интересное было то, что Дейв узнал о пропаже своей подруги в самую последнюю очередь.       Еще в школьном дворе Эрин столкнулась с группкой своих одноклассниц. Девицы, многозначно переглядываясь и перемигиваясь, сообщили ей, что Дейв вчера «поговорил кое с кем» после уроков, и этот «кое-кто» вряд ли выжил после этого. И что она должна быть счастлива, что ее парень так мило заботится о ней.       Бедняге Джеку и без того вечно перепадало от Дейва, а тот словно поставил себе цель выжить одноклассника с белого света. Немудрено было, почему Ронтер в качестве своей жертвы именно Эрин — через нее он хотел сделать больно своему врагу, которому боялся противостоять открыто. Вряд ли он на самом деле ненавидел Эрин и желал ей зла.       И, наверное, Эрин должна была от души позлорадствовать, что Ронтер получил по заслугам, понадеяться, что Дейв перебил ему все кости, но никак не получалось.       Отчасти потому, что она в принципе была против насилия.       Отчасти, потому что Джек затем все же вернулся за ней и вывел ее из Леса. А вот друг до нее так и не дошел.       Эрин едва успела зайти в свой класс, как к ней пробился Дейв Дук. Он уверенно притянул ее к себе за талию, смачно чмокнул в висок и ослепительно улыбнулся.       — Тебя не было в школе два дня, а как будто целую вечность! Как твоя нога, детка? Все нормально?       Эрин немного подвернула ногу во время путешествия по лесу, но куда больше ее пугало душевное самочувствие. По ночам снились кошмары о тьме и бесконечных, голых ветках Леса, через которые она тщетно пытается пробиться. По плечам пробегали мурашки, стоило ей вспомнить тот удушающий страх, который опутал ее, когда она осталась там одна. Она и до этого, как и любой здравомыслящий житель города, избегала эту неприветливую и странную рощу и старый парк, а теперь, верно, будет обходить то место за милю или две.       Но разве можно было объяснить родителям и учителям, что ей был нужен отдых и передышка в первую очередь для души, а не тела?       И Дейву об этом сказать тоже было нельзя. Он не поймет. Дейв Дук был прекрасным защитником и помощником, он был верным другом и, казалось, был в силах решить любую проблему. Но для него намного важнее было построить красивую картинку, которую бы все видели, чем попытаться вылечить больную душу или горюющее сердце.       — Я в порядке, — тихо ответила Эрин, коротко посмотрев Дуку в глаза, и мягко попыталась вывернуться из его хватки. — Ты же мне дашь переписать конспекты?       — Не вопрос, малышка!       Конспекты Дейва было впору вывешивать в музее, как доказательство того, что человек способен создать совершенный идеал.       Эрин очень хотелось обернуться и найти взглядом последнюю парту, за которой, естественно, сидел самый последний ученик их класса. Но сейчас нельзя, никак. Дейв такое не пропустит. И бедняге-Джеку снова придется нелегко.       «Только бы он его не убил, по-настоящему!» — вдруг испугалась Эрин, но поспешно отогнала эту мысль. Даже Дейв в ярости сохраняет здравый рассудок, он никогда не причин Джеку серьезного вреда.       Наверное.       Начался лишь первый урок, а Эрин уже мечтала как можно скорее оказаться подальше от этого места. От всех этих людей вокруг.       И в первую очередь — от Дейва.       Он сломал Джеку нос.       И теперь одноклассник выглядел так жалко и так страшно, что у Эрин сердце сжималось и ныло от жалости. На бледном лице Джека уродливо темнели отеки, через переносицу тянулась рубиновая, тонкая полоска. Губы тоже были разбиты. И только светлые голубые глаза сверкали ярко и свирепо.       Эрин пыталась придумать, что ей сделать. Оставаться в стороне и сделать вид, что она к этой истории не имеет никакого отношения, ей не хотелось. Вызывать у Дейва ревность и раздражение, заговаривая при нем с Джеком, — тем более. Но ей обязательно стоило поговорить с одноклассником, попытаться объяснить ему, как ей жаль, и что она не хотела и тем более не просила друга мстить за нее. Вряд ли Ронтер послушает ее, но она обязана хотя бы постараться.       И так, чтобы Дейв ни о чем не узнал.       Словно подслушав ее мысли, Дук слегка наклонился к ней и прошептал:       — Зайдешь после школы ко мне? Я вчера купил новую пластинку Митчелла!       Он прекрасно знал, как Эрин обожала музыку, и даже шутил, что чтобы устроить для нее лучшее свидание стоит просто завести ее в магазин пластинок или найти уличного музыканта.       И поэтому он немало удивился, когда Эрин еле слышно отозвалась:       — Прости, давай в другой раз...       — Это из-за ноги, да? — попытался выяснить он и без предупреждения взял ее за руку. — Тебе нужен отдых? Я могу проводить тебя до дома и остаться с тобой.       Наверное, это было бы лучшим вариантом — ведь чем больше Эрин будет проводить с Дейвом, тем скорее вытеснит из головы тот кошмар в Лесу. И так скорее забудет, что Дейв сделал с Джеком.       Ведь правда?       — Прости, пожалуйста, но я бы хотела побыть одна, — пробормотала Эрин, едва не сжимаясь от стыда и страха, что расстроит друга.       Она попыталась мягко, незаметно вытянуть кисть из хватки Дейва, но не получилось.       Дейв шумно вздохнул, и даже учитель обернулся на него. Но ни капли не смутившись, он снова наклонился к подруге и прошептал сквозь зубы:       — Если бы тебя что-то беспокоило, ты ведь мне об этом сказала бы? Да, Эрин?       «Конечно, это мой долг и моя обязанность перед тобой. Но я очень боюсь, что ты еще больше навредишь нашему однокласснику, который и так уже искупил свою вину. Он вывел меня из Леса. Вместо тебя.»       — Конечно, Дейв. Я бы сказала.       А когда Дейва вызвали к доске, Эрин успела написать и передать записку. К самой последней парте соседнего ряда.       Она сегодня не будет в одиночестве отдыхать дома, как решил Дейв. Она постарается встретиться с Джеком один на один и все ему объяснить.       Она, Эрин Гэмфрил, — худшая подруга во всем мире. Она не должна обманывать и что-то скрывать от своего чудесного парня. И однажды она во всем ему признается и попросит прощения.       Наверное.