Дневник, нервы и усы
5 сентября 2023 г., 21:18
Примечания:
Коготь — тварь, скотина и тиран
Горелый — бедный ветеран
«Люди не хранят дневники для себя. Они хранят их для других как секрет, о котором не хочется рассказывать, но при этом хочется, чтобы о нем знали все. Единственный надежный сейф — твоя собственная память, в которую никто не может залезть без твоего ведома.»
Мэрлин Мэнсон
Дорогой дневник, скоро солнце сядет за горизонт и другие пойдут в патруль. В их рядах Коготь. Я знаю, что если он найдет эти записи, то разозлится. А я знаю его гнев. Помню, как он смотрел на меня, когда мы остались одни. Помню каждое слово. А потом, он выпустил когти. Я не знаю, что он хотел сделать, ему помешал Огонек. Кстати, славный парень. Мы вроде лучшие друзья с ним и Клубком. Хотя я не очень верю этому домашнему. Вдруг, он шпион или такой же, как мой наставник? Я чувствую, что Клубок и Огонек раздражают Когтя. Постоянно ходят со мной, спрашивают что-то. Клубок так отчаянно пытался выведать, что произошло в тот день, когда погиб Ярохвост. Я молчал. Говорил, что сам не знаю, плохо помню битву. Нет. Я все помню, а Коготь об этом знает. Он знает и боится что я кому-нибудь расскажу. Я хотел, правда, но взгляд наставника такой холодный. Я очень хочу поделиться этим с друзьями. Не могу. Черт, что мне мешает?! Сомнения? Кто-то идет! Потом… Запись оборвалась. Ты перелистнул на другую страницу. Там был очень крупный размашистый почерк. Вчера меня прервали. Коготь зашел и увидел, что я пишу. Он буркнул что-то и попросил показать. Я испугался и сердце так начало стучать, что аж больно. Он видел мой страх, все больше злился. Попытки спрятать дневник были тщетными. Его тон… Никогда не забуду. Он дал понять, что если я не дам, то будет хуже. И в тот момент, мне почудилось, что он вот сейчас убьет меня. Вот подходящий момент. Я услышал, как он выпустил когти. Конечно мне всего-то почудилось, но было страшно. И тут на улице послышались шаги. Это был Буран, он зашел что-то спросить. После того случая я долго слушал свое же сердцебиение. Сейчас, Коготь собирается пойти со мной на тренировку. Лучше отложить дневник пораньше, чтобы не попасться. Теперь никакой Буран не спасет меня. Да и он бывает раздражительным. Мне кажется, что Буран недолюбливает меня. Новая страница была в засохших, ранее мокрых, пятнах. Слезы. Я так больше не могу! Нет! Нет! Если бы я говорил, а не писал, то кричал бы. Кричал бы на всех и Когтя тоже. Но это сейчас я так уверен. А когда он зайдет, то вся храбрость пропадет. При виде него у меня душа уходит в пятки. Никто не замечает меня, все будто в колючки упали. Когда Коготь заорал на меня, Кисточка даже усом не повела! А Дымок сидел и смотрел. Ухмылялся, мышеголовый придурок. Почему я ничего не сделал? Я что, не могу за себя постоять?! Рассвет назад у нас была тренировка. Наставник заставил меня бегать и защищаться до восхода солнца! Если я просил передохнуть, он больно впивался мне в загривок, валил с ног. Он учит меня приемам. Я стараюсь запоминать, но Коготь ничего не повторяет по два раза. А когда мы разучиваем атаку или защиту, то он не жалеет меня. Вчера пришел весь в царапинах. Пестролистая, даже не спросила откуда они. Никому нет дела до меня. До маленького оруженосца, который только и умеет, что нести бред. Новая страница. Почерк неровный, дрожащий. Синяя Звезда, сказала, что я сильно отстаю от других оруженосцев. Попросила Когтя сделать тренировки дольше и жестче. Куда уже? Две страницы пропущены. Новая запись. С последней записи прошло четыре рассвета. Коготь знает, что я запуган и не так беспокоится за информацию о истинной смерти Желудя. Когда я сидел у Пестролистой, она осмотрела меня и прикрикнула чтобы я шел. Якобы я прохлаждаюсь сижу тут, а царапины несерьезные. У нее дел полно, она всегда такая. А Синяя Звезда прошипела что-то несуразное, когда я запутался у нее под ногами. Буран и Львиносвет как-то странно смотрели. Горчица и Дымок вообще засмеяли, потому что я не принес ни одной мышки. Старейшины пожаловались воинам, что Горчица, Дымок, Клубок и я ничего не делают. Подстилки не меняют, блох не убирают. Но я всегда все делаю, а они будто этого не замечают! Снова слезы. Сегодня Горчица и Дымок загнали меня в кусты. Я просил и умолял их. Нет, сначала я защищался, получалось так себе. Горчица увидела какие-то ягоды и заставила есть их. А если бы она меня отравила? Ягоды были просто ужасны на вкус. Дымок посмеялся а потом повалил меня и полоснул по щеке. Прошипел, чтобы я больше не подходил к ним. А что я сделал? Ты читал это все с округленными глазами. Львиногрив новый глашатый. Вообще, уже как пол-луны. Он напоминает мне Ярохвоста. Сегодня снился кошмар, что я — это Ярохвост. Я падал вниз, а потом проснулся. Утром меня разбудил Клубок. Я весь дрожал. Все так на меня смотрели. С сочувствием что ли, но в душе им наплевать. Кстати, день был очень жарким. Синяя Звезда сказала потренироваться утром или вечером. Коготь повел меня прямо днем на солнцепек. Под конец тренировки мне было плохо и я просил пойти в лагерь. На этот раз он сжалился. Но эта пощада была первой и единственной. Последняя, чуть-чуть порванная страница. Маленький почерк. Простите, что я так мало писал все это время. Кто-то решит, что я просто ною и жалуюсь. Лучше, чтобы меня никто не понимал. Лучше уж смейтесь и не верьте. Я не хочу думать о том, что еще сделает Коготь. Пусть только попробует тронуть других я не дам этого сделать. Пусть убивает меня после этого, но друзей тронуть я не дам! Возможно многие будут против меня. Некоторые, и то оруженосцы, со мной. Оруженосцы… Прощай, дорогой дневник. Я оставлю тебя здесь, в груде пыли и мусора. Пусть тебя найдет даже Коготь, а меня он не отыщет. Пусть расскажет всем, что я жив. Я буду уже далеко. Пойду скитаться по полям, жить с одиночками. И меня не найдут, только Огонек и Клубок будут знать, где я. Никто не посмеет покушаться на мою жизнь. Никогда. Маленький отпечаток лапки снизу. Чем он ее намазал?
Примечания:
Извините, получилось не очень. Текст есть — значит жизнь как мед. Да, мед... Еле как успела его написать, по башке не бить!
