Часть 8
2 октября 2024 г., 22:38
***
Следующие несколько дней были очень жаркими, держалась высокая температура, а горячий ветер не помогал ситуации, а лишь усугублял её. Хосок выходил из дома только рано утром ради пробежки, хотя и в это время уже не было лёгкой прохлады, а также вечером после наступления сумерек. Бабуля, которая хотела, чтобы её внук больше времени проводил с Намджуном, видя их тёплые отношения, попросила Хосока заехать к тому на работу, чтобы купить прохладительные напитки. – Бабуля, из-за того, что меня утром укусила пчела, я не хочу никуда идти, пока моё лицо не будет выглядеть так, как прежде. – Золотце, не отказывай старушке, мне так хочется этот напиток. – Хорошо, но почему не в обычном магазине? – удивился Хосок. – Почему? Ну так покупать лучше у знакомого человека, – нашлась с ответом бабуля. Хосок на это лишь пожал плечами и пообещал все же съездить в пекарню. Госпожа Сон, провожая его, сказала, что он может не торопиться домой. – Ты же сказала, что тебе очень хочется сейчас этот напиток, – непонимающим тоном произнёс парень. – Я просто подумала, что когда вы с Намджуном встречаетесь, то едите и общаетесь, а это не на пять минут занятие. – Ну, я мог бы… – Ничего, ничего, общайтесь на здоровье, мне только в радость. – Хорошо, бабуль. Пока.***
Через некоторое время Хосок, одетый в чёрные очки, заглянул к Намджуну в пекарню. – Привет, булочку со смородиной будешь? – предложил Ким, стоило парню войти в помещение. Парень задумался: – С одной стороны, я не особо голоден, но твоя сдоба слишком вкусная. Давай одну. – Знал, что не откажешься, – мягко улыбнулся тот. Он иногда ловил себя на мысли, что похож на типичную бабушку, которая радуется тому, что кто-то хорошо кушает. Намджун наложил им сдобу на тарелку, достал из холодильника чай в бутылках и присел за стол, за которым уже расположился Хосок. – А ты чего очки не снимаешь? – Меня пчела укусила рядом с глазом, выгляжу не очень, – сморщился Хосок. Это потому, что она тебя с цветочком перепутала. – Не переживай об этом, всё нормально, а вот в помещении не очень полезно находиться в тёмных солнцезащитных очках, так и глаза могут быстро устать, так что лучше снимай. – Не могу, – скуксился парень. – Я не буду смотреть, просто сними и поешь спокойно, хорошо? – произнёс Намджун. – Х-хорошо, – неуверенно согласился Хосок, подняв очки вверх, когда парень перестал на него смотреть. – Ты антигистаминные препараты принимал? – спросил Намджун через время. – Да, – спокойно ответил Хосок, сделав глоток, а потом резко спохватился, заметив все же на себе взгляд старшего. – Намджун, ты обещал не смотреть! – У меня не получилось не смотреть. А холод прикладывал? – Нет, зачем? – Чтобы отёка не было, – буднично проговорил младший и принёс ещё одну охлаждённую бутылку, протянув её Хосоку. – Приложи. – Спасибо.***
– Я заплачу, – проговорил Хосок, когда они закончили с перекусом. – Не стоит, – мягко улыбнулся Намджун. – Мне приятно угостить друга. – Мы уже друзья? – подняв брови, Чон сложил руки у себя на коленях. – А что, нет? – по-доброму усмехнулся Намджун. – Технически – да, но прошло не так много времени… – А сколько нужно времени, чтобы понять, что человек тебе подходит? – Ким наклонился немного вперёд и добавил следом: – Как друг. – Несколько месяцев? – неуверенно проговорил Хосок. – Тогда срок нашего знакомства действительно проигрывает по твоей шкале. – Ты же не… – Обижаюсь? Нет, не переживай, – Намджун улыбнулся, на его щеках возникли ямочки. – Я, кстати, думал о том, что ты вчера сказал… – парень замолчал, а Ким не спешил торопить его. – Не то чтобы я пришёл к какому-то великому открытию, но я попробую изложить свои мысли. Выслушаешь? – в его глазах плескалась уязвимость. – Конечно, – Намджун бросил быстрый взгляд на дверь, надеясь, никто из посетителей не прервёт рассказ Хосока. – Когда человек становится мне роднее, то он условно снимает мой защитный слой и подбирается ко мне ближе. Или я сам его подпускаю… Не суть. Суть в том, что это как снимать шелуху с лука или листья с капусты. Убирая их, ты добираешься до середины, а в случае с человеком, до его души и сердца. И если перед чужими или малознакомыми людьми на мне «много слоёв ментальной защиты», то перед родным человеком я более уязвим, потому что перед ним я раскрыт. А предательство некогда родного человека – того, перед кем я открыт, ранит больнее, и раны заживают дольше. Это как всадить нож по самую рукоятку, а потом резко вынуть его. Понимаешь? Намджун кивнул. – Поэтому у меня много знакомых, кто-то считает меня социальной бабочкой, ведь кажется, что я легко схожусь с людьми. Но много ли у меня друзей? Те люди, перед которыми можно обнажить душу? – Хосок поджал губы. – Нет. – Я понимаю тебя, – Намджун накрыл руку парня и слегка сжал её. – Понимаю, почему тяжело раскрываться. Но тебе ведь не обязательно раскрываться перед каждым. Просто… присматривайся к людям, кому-нибудь ты точно не безразличен, но этот кто-то не может стать тебе ближе из-за того, что ты выстроил вокруг себя стены и вырыл ров. Хосока это сравнение заставило засмеяться. Намджун, глядя на него, заулыбался. – Тебя сравнение рассмешило? – Неужели я такой… сложный? Неприступный? – Иногда мне кажется, что да, но всё же чаще во время бесед, ты раскрываешься с новой стороны, и мне это очень нравится. – Да? – Хосок улыбнулся несмело. – Конечно, – младший провёл большим пальцем по ладони Хосока и тот, казалось, только сейчас заметил это. – Ой, – Хосок взглянул на их ладони. – Спасибо, что поддерживаешь. – Не за что, – Намджун убрал свои руки, слегка улыбнувшись. – Так ты… Звук входной двери отвлёк их. – Привет, Намджун-а, – проговорил вошедший парень. Увидев Хосока, он удивлённо поднял брови, замерев, но следом улыбнулся и кивнул тому головой в знак приветствия. – Привет, Сокджин, – поприветствовал того хозяин пекарни. – Можно у тебя заказать небольшой торт? У нас с Юнги скоро годовщина, я хотел бы устроить небольшой праздник, а времени в обрез. Мы сейчас очень заняты новым проектом, нужно успеть сдать всё до отпуска. – Конечно можно! – произнёс Намджун и, коснувшись плеча Хосока, добавил: – Я на пару минут. Встав за прилавок, чтобы уточнить все детали, парень достал свой потрёпанный блокнот для записи заказов и взялся за работу, которая не отняла много времени. Они довольно быстро обговорили все необходимые детали, и Сокджин, заказав в придачу к торту, одно горячее и несколько закусок, вежливо попрощался, не забыв улыбнуться напоследок. – Это Сокджин, он здесь неподалёку живёт вместе со своим мужем, – пояснил Намджун, вернувшись за стол. – Мужем? – Да, у нас в стране пока что не легализовали однополые браки, но парни хотели перейти на новый уровень отношений, так сказать, и скрепить свой союз. Они поставили подписи на документе о браке, скачанном из интернета, и обменялись кольцами. – Интересно, – мягко проговорил Хосок. – А местные бабули до сих пор, кажется, думают, что они просто друзья, что живут вместе. – Им приходится скрывать свои чувства, выходя куда-то? – Эти двое те ещё затворники, но когда куда-то выходят, то по ним видно, что у них тёплые отношения, но сходу и не поймёшь, какие именно. Вскоре после ухода Сокджина начали приходить посетители. Пока Намджун их обслуживал, Хосок наблюдал за ним и его взаимодействиями с клиентами, и видел по их реакции, что он им нравился. Тот шутил с ними, вежливо разговаривал, а люди отвечали ему с той же теплотой. Конечно, можно было подумать, что Намджун делал это только потому, что они были его клиентами, но в его словах чувствовалась искренность. Чон тоже хотел бы также открыто общаться с людьми, не бояться быть осмеянным или непонятым. Хотя отчасти он уже почувствовал это с Намджуном. Отчасти, потому что всё ещё боится довериться, отчасти, потому что Намджун кажется ему таким добрым и милым. Хосоку очень хочется надеяться на то, что не ошибается, раскрываясь перед ним. И сейчас, смотря на его очаровательные ямочки на щеках, Хосок почувствовал, как его сердце защемило от нежности. Неужели?... Нет, нет, я не мог влюбиться так быстро. Не мог ведь? Когда Ким вновь присоединился к нему, то объяснил, что в их селе есть животноводческое хозяйство, и все те люди, что приходили сейчас, были оттуда и брали еду на перекус. – Поэтому больше всего людей ко мне приходят утром за хлебом и в обед за перекусом. Работы, конечно, не так много, как в городе, но мне хватает. – Не хочешь возвращаться в город? – Нет, – Намджун покачал головой. – Мне здесь спокойно. – Главное, чтобы тебе нравилось. – Спасибо. – За что? – За понимание. Кстати, сегодня вечером обещали дождь, – проговорил Намджун, глядя в окно. – Наконец-то! Эта жара невыносима. – Да. Говорят, рыба очень хорошо чувствует ухудшение погоды и перед этим клёв всегда активизируется. Я думаю, было бы здорово сходить, – на этих словах Намджун с улыбкой посмотрел на Хосока. – Ты мне предлагаешь? – спросил тот, указав на себя. – Если хочешь, конечно, у меня несколько спиннингов есть, всем хватит. – Не знаю, я в последний раз был на рыбалке с дедушкой лет в десять. – Вот и вспомнишь. – Точно. Когда предлагаешь поехать? – Прямо сейчас можно. – А пекарня? – нахмурился Хосок. – Можно закрыться немного раньше, всё равно я почти всё уже продал. Хорошо быть владельцем, сам определяешь продолжительность своего рабочего дня. – Да, но это большая ответственность, – проговорил Хосок, вставая.***
– Когда я вообще отказывался от твоих идей? – спросил Чон, когда они подъехали к реке. Небо уже было затянуто тучами. – Возможно, ещё не приходилось? – по-доброму усмехнулся Намджун. – Да-да. Сев на раскладные стулья, парни закинули в воду снасти с наживкой и стали ждать, когда клюнет рыба. Им удалось поймать несколько, прежде чем закапал мелкий дождь. Они начали собирать свои вещи, потому что совершенно забыли взять с собой дождевики. Мгновение – и дождь полил как из ведра. Теперь они практически пулей закинули вещи в багажник, а сами запрыгнули в машину. Намджун включил дворники, но те не смогли справиться с таким ливнем, так что он предложил Хосоку переждать дождь в машине. – Кажется, дождь не собирается прекращаться, – сказал Намджун, смотря на стену дождя. – Похоже, мы тут надолго застряли, – вздохнул Хосок, переводя взгляд со стекла на сидящего рядом парня. Столкнувшись взглядами, они неловко улыбнулись. – Чем займёмся? – спросил Намджун. – У нас не так много вариантов, – вздохнул Хосок. – Один из них – поспать. – Давай опустим кресло тогда, у меня есть покрывало, если хочешь, – предложил Ким. Они устроились на опущенных сидениях, разделив одно покрывало на двоих. Намджун согнул одну ногу в колене, устраивая её на сидении, так ему было удобнее засыпать. Ему понадобилось немного времени, чтобы попасть в объятия Морфея. Хосок же долго пытался уснуть, в итоге он просто лежал с закрытыми глазами, слушая как капли дождя барабанили по машине. Минут через двадцать он резко распахнул глаза из-за раската грома. Он приподнялся на локтях и вгляделся в окно: дождь, не уменьшая своей интенсивности, по-прежнему создавал свою мелодию, отбивая барабанную дробь по металлу транспорта и заливая окружающее их пространство. Хорошо, что в машине они были в безопасности и тепле. Намджун тем временем продолжал спать рядом и, казалось, сон его был крепким. Вот и съездили на рыбалку. Хосок умостился обратно, но глаза уже не закрывал. Зато мог беспрепятственно наблюдать за Намджуном, той умиротворённостью, что замерла на его лице, и совсем немного за его родинками. Самую малость. Через некоторое время, когда тот начал просыпаться, Хосок дёрнулся и закрыл глаза, делая вид, что спит. – Я же вижу, что ты не спишь, – посмеялся Намджун. – Я пытался заснуть, – буркнул Хосок. – Неудобно было? – Не очень. – Думаю, дождь скоро закончится, можем уже ехать домой. По дороге Намджун вспомнил, что у него есть ттокпокки в соусе карри, о чём он и сообщил Чону. – Я приготовил больше, чем могу съесть сам. Хочешь заехать поесть? – с надеждой спросил Ким. – Звучит отлично, – Хосок перевёл взгляд с капель, что двигались по стеклу, на водителя.***
– Обувь можешь оставить здесь. У меня тёплый пол, так что я надеюсь, тебе будет комфортно, – проговорил Намджун, когда они вошли в небольшой коридор его дома. – Всё нормально, – мягко улыбнулся Хосок. – Острая пища и тёплый чай – то, что нужно, после дождя, – Намджун принялся хозяйничать на своей кухне, предложив Чону пока присесть за стол. И пока Ким поставил на плиту разогреваться чайник и сковороду с ттокпокки, Хосок по привычке рассматривал помещение. Он заметил на кухонном гарнитуре горшок с растением Аспидистра элатиор и вспомнил, как однажды Намджун рассказывал о своей любви к комнатным растениям, да и вообще ко всему зелёному. Небольшие детали выдавали это: лёгкий тюль, подставка под горячее, органайзер для столовых приборов и набор чашек для чая – всё было в зелёных тонах. Ким как-то сказал, что для него зелёный – это цвет жизни. Вскоре он поставил сковороду с ароматными токкопоки на стол перед Хосоком. – Пахнет вкусно, – заметил тот, вдыхая аромат еды. – Надеюсь, вкус тебе тоже придётся по душе, – скромно улыбнулся Намджун. Парни принялись за еду, наслаждаясь теплом и спокойным безмолвием, что разлилось между ними. Из кружек с чаем и от токкопоки ввысь поднимался пар. Через некоторое время Хосок засобирался домой. – Спасибо за угощение, – уголки его губ были подняты вверх. – Я пойду. – Я тебя отвезу, только мне нужно положить еды для госпожи Сон, – привстал Намджун, ища в навесном шкафу судок. – Тут недалеко, – попробовал настоять Хосок. – А на улице холодный ветер и сырость. Заметив сомнения Хосока, Намджун взял его под локоть, когда тот уже обулся, и повёл к машине. – Прошу Вас, – шутливо проговорил Намджун, открыв перед парнем дверь. – Благодарю, – Хосок сделал реверанс, поддержав шутку, и сел в машину. Оба парня от этого рассмеялись. Дорога к дому госпожи Сон не заняла много времени, поэтому буквально через несколько минут Намджун плавно затормозил возле него. – Не хочешь зайти? – предложил Хосок. – Бабуля давно тебя не видела. Намджун действительно стал реже к ней заходить последние пару недель и почувствовал угрызение совести. – Я зайду на чай.***
Вечером, прокручивая в голове прошедший день, Хосоку в голову пришла мысль о том, что любой человек может причинить тебе боль и даже ты сам, но ты можешь за себя постоять, а потому совершенно не обязательно закрываться от людей.
