Часть 14
25 октября 2025 г., 23:51
***
Перечитав сообщение, Хосок задумался, а не слишком ли стремительно они сближались? Он ощущал, что словно ходил по тонкому льду, который вот-вот мог треснуть… Или ему это только казалось? В то же время, когда он был с Намджуном, у него было ощущение, что он стоял на твёрдой земле и совсем забыл, каково это не скользить. Но сейчас он уже ни в чём не мог быть уверен. – Думал, что не могу влюбиться так быстро, а сам улыбаюсь как дурак сообщению о будущем времяпрепровождении, – тихо обратился к себе Хосок и направился в ванную комнату, ведь до выхода оставалось всего полчаса. Так началась его очередная рабочая неделя. Дни были похожи друг на друга: ранний подъём, завтрак, автобус, выполнение задач по работе, обед с Чимином, снова задачи, обратная дорога домой, ужин, разговор с Намджуном по видеозвонку, сериал и сон. И так по кругу, снова и снова. Пожалуй, две вещи из этого списка были для Хосока глотком свежего воздуха – это, конечно, время проведённое с Чимином и Намджуном. Иногда Хосок выходил за несколько остановок до своей и звонил бабуле, интересовался её делами и разговаривал с ней о разном. – Мама спрашивала, как я и «тот милый пекарь», – сообщил Хосок Чимину в среду. – Мама знает о Намджуне? – удивился тот. – Да, – Хосок почесал затылок, – видимо, ей рассказала бабуля. – И что ты ответил маме? – Что мы общаемся, – уголки губ парня поднялись вверх при мысли о Намджуне. – Вы просто общаетесь или уже перешли на новый этап? – довольно ухмыльнулся Чимин, набирая рис в ложку. – Если ты понимаешь, о чём я. – Нет, ничего такого, – Хосок понял намёк друга, – но он сказал, что… я ему нравлюсь. – Он что? – Чимин взвизгнул от неожиданности. Поняв, что привлёк этим лишнее внимание, он кивнул головой людям, которые обернулось к нему, молча извиняясь. После, немного подавшись вперёд, уточнил: – Он тебе признался? Хосок кивнул, мягко улыбаясь. – И ты мне не сказал? – шутливо возмутился парень. – Своему лучшему другу? – Прости, просто повода не было как-то. – Какой повод? Просто набираешь меня и говоришь: «Намджун мне признался в чувствах, и я переезжаю к нему, оставив вас всех здесь, в Сеуле» или как ты планируешь? – Чимин поджал губы. Мысль о переезде друга омрачала его настроение, но он понимал, что личное счастье Хосока важнее. – Я просто почему-то уверен, что ты скорее переедешь в более спокойное место, работая на дистанционке, чем он откроет пекарню здесь. – Я если честно ещё не задумывался об этом. Ладно, – он замялся, – я задумывался, но не пришёл к какому-то однозначному выводу. – Уверен, ты примешь правильное решение, – подбодрил его Чимин. – Тебе давно нужен не просто отдых, а убежище. И, кажется, ты его нашёл. Работа в офисе сильно выматывала, близилась сдача проекта, над которым они работали всем отделом. Open space порой мешал сосредоточиться. Несмотря на то, что людей в офисе было и не много, всё равно стоял шум: то кто-то говорил по телефону, выясняя какие-то рабочие моменты, то шумел принтер вместе с кондиционером, то слышалось перелистывание бесконечных планов и отчётов. К концу недели Хосока начали раздражать даже звуки стучания клавиш и щёлканье мышки, которые доносились с соседних столов каждые несколько секунд. Хосоку начинало казаться, что он находится в каком-то муравейнике или улье. Выходных он ждал как никогда. Он уже представлял, как будет гулять по парку, любуясь деревьями, которые сменяют свои наряды, как будет раскрашивать изделия, которые они с Намджуном сделали в прошлую субботу, как обязательно сходит в то же кафе и выпьет горячий мокко. Об этом он и рассказал Намджуну в четверг во время очередного телефонного разговора. – А ты пробовал работать в наушниках? – Пробовал, – произнёс Хосок, отпив из кружки с чаем. – И как? – Не особо помогло. Или, может, звук не тот в наушниках. Увидев удивление в глазах Намджуна, он продолжил: – Раньше я слушал один подкаст, мне под него хорошо и работалось, и отдыхалось. Потом я перестал слушать, стало уже не интересно. Возможно, стоит вернуться к нему, потому что неделя была так себе, а изоляция от офиса мне позарез нужна. – А как тебе работалось дистанционно? – О-о, – Хосок оживился, – мне было спокойнее в ту неделю. То ли от отсутствия тонны задач, то ли от нахождения в родном пространстве. – Может, тебе бы понравилось работать из дома, как Сокджину и Юнги? Иметь свой кабинет с видом на сад, а не на бетонные стены? – Не знаю, не уверен… – Хосок склонил голову к плечу. – Может быть и да. В конце концов никогда не узнаешь, пока не попробуешь.***
В субботу они должны были собраться той же компанией на продолжение мастер-класса. В этот раз они будут раскрашивать свои изделия. Намджун приехал к дому Хосока в назначенное время. Тот встретил его на пороге с зонтом. – А зонт зачем? – удивился Намджун и спохватился. – Ой, привет. – Привет, проходи, – улыбнулся Хосок, пропустив парня в коридор. – На сегодня передавали дождь. Ты что прогноз погоды не смотришь? – На небе ни облачка, не знаю, что там синоптики перепутали, – пожал плечами Намджун. – Я вообще хотел предложить тебе пешком пройтись туда и обратно, сегодня не жарко, и солнце не печёт, – проговорил парень, помня о том, что Хосок не любит яркое солнце. – Ни облачка говоришь? – засомневался Хосок. – Хотя… Ладно, давай пройдёмся, после той травмы я уже соскучился по долгим прогулкам. – Отлично! Кстати, – Намджун передал Хосоку пакет, – вот твоя одежда, которую ты мне одолжил на прошлый мастер-класс, я всё постирал. – А, да, хорошо, – кивнул тот. – Ты готов идти? – Да, – Хосок повесил зонт на вешалку, надел рюкзак, и парни вышли из квартиры. По дороге Хосок с наслаждением вдыхал свежий воздух, которого так не хватало в душном офисе. С каждым шагом напряжение, которое копилось в нём всю неделю, понемногу отпускало его. – У тебя получилось отдохнуть? – спросил Намджун, когда они стояли у пешеходного перехода, ожидая зелёный свет. – Не совсем, – Хосок покачал головой, – эта неделя выдалась непростой. К пятнице я уже был выжат как лимон, даже на танцах было сложновато. Хотя они и придают мне моральные силы. – Ты пошёл на тренировку, несмотря на сильную усталость? – Да, я каждый день немного танцую, обычно перед зеркалом в спальне. Бывает, увижу интересное движение в Интернете и пытаюсь повторить сам. – Здорово, – Намджун улыбнулся. – О-о, зелёный свет, – он словно на автомате взял Хосока за руку, и дальше они шли только так. И снова никто из них не поднял эту тему. У ворот парка Намджун и Хосок встретились с уже ожидавшими их Юнги и Сокджином. Небо по-прежнему было безоблачным. Хосоку стало даже немного неловко из-за своей предусмотрительности, ведь ничто не предвещало непогоду, а так бы ещё пришлось носить с собой зонт. В этот раз занятие также проводил учитель Нам, на чьём столе лежали обожённые изделия парней. Поздоровавшись, учитель попросил учеников сесть за свои столы, провёл инструктаж о материалах и техниках рисования. После он выдал всё необходимое: краски, кисточки и трафареты, и парни принялись за работу. – Перед нанесением нового слоя убедитесь, что предыдущий высох, – напомнил учитель. Намджун решил украсить одну из своих чашек изображением елей, напоминавших ему об их прогулке в лесу, а вторую – такими же ромашками, которые росли в поле, где у них с Хосоком состоялся один из первых откровенных разговоров. Хосок же решил изобразить цветы на своих мисках, а сердечко просто раскрасил одним цветом. Когда он провёл по нему пальцами, то вспомнил слова Намджуна о его идеальной неидеальности. От этих мыслей на душе Хосока стало тепло, но вместе с тем зародилась лёгкая тревога. Сокджин нарисовал причудливые узоры на своей вазе, а подставку под горячее украсил рисунком кота, в то время как Юнги украсил горшочки небольшими рыбками. Когда он уже почти закончил, к нему подошёл Сокджин. – Юнги-я, можешь оставить сердечко на моей подставке? – Как? – Обмакни большой палец в краску и оставь отпечатки вот так, – Сокджин показал в воздухе как нужно было сделать. Юнги с улыбкой выполнил его просьбу, а следом попросил его сделать тоже самое на крышках своих горшочков. Оба остались довольны результатом. Намджун с Хосоком наблюдали за ними. В глазах первого плескалось тёплое умиление, а второй, хоть и был рад за них, всё же подумал с немного грустной улыбкой: «Вот оно, простое счастье, которого я так боюсь и избегаю». Он тут же отвёл взгляд, стараясь сконцентрироваться на своём творчестве. Вскоре все предметы были окрашены, а краска на них высохла, учитель проверил каждое изделие и похвалил парней. Хосок, как и обещал, подарил Намджуну сердечко. – А я обещал подарить тебе кружку, помнишь? – с улыбкой спросил Намджун. – Помню, так какая из них моя? – с предвкушением произнёс Хосок. – Выбирай, какую хочешь? – Вот эту, – Хосок указал на кружку с ромашками. – Очень красиво. – Она твоя. – Спасибо, – Хосок с благодарностью принял из рук Намджуна подарок. Все участники поблагодарили учителя, сложили свои поделки в полученные крафтовые пакеты и направились на выход. Выйдя из здания, Хосок нахмурился – на небе всё-таки собрались тучи. – Может, всё-таки пойдёт дождь? – обратился он к Намджуну. – Хмм, теперь я сомневаюсь в своих прежних словах. – Вас подвезти? – предложил Юнги, глядя то на одного, то на второго парня. Хосок взглянул сначала на него, а после на Намджуна. – Я думаю, мы успеем дойти до того, как начнётся дождь. – Хорошо, я только за, – Намджун кивнул ему. – Хён, мы дойдём пешком, спасибо. – Как знаете, осторожно по дороге. – Вы тоже. – Были рады с тобой ещё раз увидеться, Хосок, – проговорил Сокджин, уже стоя у машины. – Будешь в наших краях, заходи в гости. И это к вам двоим относится, – Сокджин подмигнул им. – Да, приходите, – подтвердил Юнги. – Ты ведёшь, – он отдал ключи Сокджину и, оббежав машину, сел на пассажирское сиденье. – Можно было бы просто попросить, – Сокджин хохотнул. – Как ребёнок, ей богу. Пока, ребята. – Пока. Парни помахали вслед машине и отправились к дому Хосока. Спустя некоторое время начал накрапывать дождь. Пока они шли по тротуару, вдоль которого росли высокие деревья, дождь не сильно им мешал. А вот дальше, где деревья росли реже, Намджун снял свою ветровку и поднял её над головами. Дождь усилился. Они остановились под крышей остановки. – Может, переждём дождь здесь? – предложил Хосок. – Но мы не знаем, сколько он продлится, может быть, пять минут, может, и час, – пожал плечами Намджун. – Может, тогда поедем на автобусе или такси закажем? – предложил Хосок. – Хён, а ты давно бегал под проливным дождём? – глаза Намджуна заискрились от этой идеи. – Сто лет как. – Значит, самое время? Хосок сначала замялся, но следом кивнул, соглашаясь. – Хорошо, давай пробежимся, а после примем все меры, чтобы не заболеть. – Обязательно. Они бежали по тротуарам, Намджун продолжал держать свою ветровку над ними. Все светофоры были их – им ни разу не пришлось на них задержаться. Куртка не сильно спасала, они всё равно промокли, вода затекала за шиворот, вызывая табун мурашек по коже. В то же время им было так легко на душе, они бежали по лужам, смеялись, изредка бросая взгляды друг на друга. В какой-то момент Намджун чуть не поскользнулся, Хосок вовремя удержал его. – Видишь, как мы идеально страхуем друг друга? – Намджун улыбался так, словно вся эта ситуация с дождём была его самым лучшим приключением. Его тёмные волосы намокли и прилипли ко лбу. Хосок почувствовал нечто щемящее в груди от этой улыбки и, потянувшись, одним движением убрал пряди Намджуна назад. Осознав это, он сам же смутился от этого жеста. – Да, – он неловко кашлянул, – идеально, побежали скорее домой. Парни остановились только когда забежали в подъезд. Они стояли друг напротив друга и пытались отдышаться, всё ещё смеясь от недавнего приключения. Намджун скользил взглядом по чертам лица Хосока и не мог не думать, о том, какой же он красивый и нежный, и как сильно он любит его улыбку. Когда Хосок встретился с ним глазами, Намджун замер, застигнутый врасплох. В тишине подъезда было слышно их учащённое дыхание и звук капель падающих с одежды. Кажется, даже его сердце в какой-то момент стало замедляться, чтобы уже через несколько секунд забиться с удвоенной силой. Намджун подумал, что, пожалуй, никакая из их предыдущих спокойных прогулок не сравнится с этим безумным забегом под дождём. Именно сейчас мокрый, запыхавшийся и смеющийся Хосок казался ему самым настоящим, самым искренним и живым. Повинуясь порыву и забыв об осторожности и терпении, Намджун приблизился к Хосоку и обхватил его лицо ладонями. Прикосновения Намджуна были тёплыми, даже обжигающими, а во взгляде можно было утонуть. Но Хосоку нельзя тонуть, он должен быть с холодным разумом. Ему нельзя ошибиться снова. – У тебя такая холодная кожа, – опомнился Намджун, – скорее греться. – Д-да, пойдём. Они поднялись в квартиру. В прихожей повисла неловкая тишина. Они сняли промокшие кроссовки и, взглянув друг на друга, тут же отвели взгляд. – Я принесу тебе сухую одежду, – первым подал голос Хосок. – Тебе нужно переодеться. Мне тоже, – он хмыкнул, окинув взглядом свои вещи и лужицу воды на полу . – Иди ты первый. – Но… – Давай-давай, – заверил его Намджун и добавил, указав на пакет на нижней полке: – Мне можно даже не искать одежду, я могу надеть ту же, что и принёс сегодня днём. – Точно. Так, я быстро туда и обратно. Надень тапочки и проходи на кухню. Чайник сможешь включить? – Думаю, да. Хосок скрылся за дверью ванной комнаты, а Намджун отправился на кухню. Уже через несколько минут Чон вернулся с двумя полотенцами. Одно из них было у него на голове, а второе в руках. – Держи, высуши волосы и иди переоденься в сухое. Если что фен там же, на полке. Намджун кивнул. Когда он вернулся, Хосок уже успел заварить чай и раскладывал печенье в вазу. – Ты голодный? – поинтересовался у него Хосок. – Есть рамён. Минут пять, и он будет готов. – Значит, в этот раз у меня получится остаться на рамён? – с улыбкой спросил парень, садясь за стол. – В этот раз? – Ну да, в прошлый раз я напрашивался в гости, а рамёна не было. – А-а, – протянул Хосок, – ты про тот случай. Да, получается так. Он разлил чай по кружкам и пододвинул одну Намджуну: – Попей горячее. Нужно согреться. Губы Намджуна тронула улыбка. Хосок заботился о нём. Это согревало лучше любого чая. Когда рамён был готов, Хосок наложил еду в чашки, а Намджун перенёс их к столу. Они принялись обедать. Хосок думал о том, как у них гармонично получались обычные бытовые вещи, «как они идеально страховали друг друга» – это одновременно пугало и будоражило его. Тёплая еда согревала его тело, а эта спокойная атмосфера умиротворённого молчания – душу. Он был благодарен Намджуну за то, что тот не поднимал тему произошедшего между ними в подъезде. Хосоку казалось, что он ещё не готов к этому разговору. Намджун краем глаза ловил изменения во взгляде парня, его задумчивость, поэтому он не давил. Сейчас он давал то, что Хосоку было нужно больше всего – безмолвное понимание и возможность просто быть.***
Шли дни. Со временем Намджун начал чувствовать, что словно ходит по минному полю: он старался больше не поддаваться порыву, как в прошлый раз, говорил и шутил на более нейтральные темы и не поднимал вопрос их отношений. Но то, что они могли бы перейти за рамки дружеских, ему было понятно. Он хотел этого, но боялся давить и тем самым спугнуть Хосока. В какой-то момент Намджун даже подумал, что для него это слишком, слишком притворяться просто друзьями, слишком молчать о своих чувствах, и поэтому он не приехал в воскресенье к Хосоку, сказав, что у него много дел. На самом деле он практически ничего не делал в тот день, но зато много думал: о Хосоке, об их взаимодействиях, о своих чувствах, снова о Хосоке. Намджун настолько погрузился в свои мысли, что даже не почувствовал запах сгоревшего хлеба, который доносился из духовки уже не одну минуту. Опомнившись, он выключил духовку, включил вытяжку и открыл окно на проветривание. – Чёрт, – он упёрся двумя руками в стол, – мне нужно с ним поговорить. Он набрал номер Хосока. – Привет, свободен? – Привет, да, – послышалось на том конце. – Хочешь сегодня фильм посмотреть вместе? – донеслось немного неуверенно. Дело ведь было совсем не в фильме, а в поводе. – А ты разве не занят? – Мне повезло, я уже освободился. Точнее, почти освободился, – Намджун подумал о том, что мог бы что-то приготовить для Хосока, прежде чем выезжать. – Я приеду? Выбери фильм, а я привезу что-нибудь вкусное. Идёт? – Да. Буду ждать. «Буду ждать» – Намджуну было приятно услышать это. Эта фраза вселяла в него крохотную надежду. Хосок выбрал мини-сериал «Гордость и предубеждение» с Колином Фёртом и Дженнифер Эль. – Ты хочешь посмотреть всё за раз? – усмехнулся Намджун, увидев на экране знакомые лица. – Не думаю, что нам стоит это делать. Сбить режим сна ничего не стоит, даже если мы только один раз засидимся допоздна, а вот восстановить… – Ты прав. Тогда серию-две? – Да. Парни устроились в гостиной на небольшом диване. На столике перед ними стояли кружки с чаем и булочки, которые Намджун смог приготовить, несмотря на то, что у него сгорел хлеб и пришлось чистить духовку. В холодильнике были роллы на случай, если парни проголодаются. Когда они оба были готовы, Хосок нажал на кнопку «Воспроизвести». Комната погрузилась в атмосферу старой Англии. Но ненадолго. По крайней мере, так это было для Хосока. Люди перед ним мелькали на кадрах, но он не улавливал, что они говорили. Лишь какие-то отрывки. Всё, о чём он мог сейчас думать, – Намджун. Хосок чувствовал тепло его тела, слышал его дыхание, улавливал аромат его духов. Его тело реагировало на малейшие движения со стороны Намджуна, а когда тот поправил подушку, Хосок едва не вздрогнул. «Холодный разум, – с иронией подумал про себя парень. – Мой разум здесь бессилен». – Я ничего не понял из того, что происходит на экране, – повернув голову, Намджун внимательно посмотрел на Хосока. – Что? – Я не могу сосредоточиться на фильме, потому что… думаю о тебе, о нас. Хосок, – Намджун повернулся к нему всем телом и поставил сериал на паузу, чтобы тот не мешал, – я приехал не ради фильма, я хочу поговорить с тобой. Я не хочу притворяться… другом, я очень ценю тебя как человека, мне нравится твоё мировоззрение и характер, но я хочу быть… больше, чем просто другом. – Намджун… – Я знаю, что ты боишься. Я сам боюсь, – он осторожно накрыл ладонь Хосока своей, – но моё «Я хочу быть с ним, поднимать ему настроение, готовить для него» сильнее. – Намджун, прости, я не думаю, что смогу избавиться от этого, – Хосок аккуратно убрал свою руку. – Я всю жизнь буду думать, что ты меня разлюбишь, изменишь или ещё что-нибудь подобное сделаешь. – Я бы хотел помочь тебе. Показать, что есть и другая сторона отношений, но не смогу, если ты не позволишь. Ты же сам говорил, что в конце концов никогда не узнаешь, пока не попробуешь, – произнёс Намджун с надеждой. – Говорил, – Хосок вздохнул, – но чтобы попробовать что-то, нужно не бояться дать этому случиться. А я боюсь, – Хосок нахмурился, – я переживаю, что дав обличье этим чувствам и обозначив наши отношения как романтические… То, когда это всё закончится, я не смогу сделать вид, что для меня это ничего не значило. – А если не обозначишь, то тебе будет легче отпустить и забыть меня? – не удержался от колкости Намджун. – Нет, – Хосок покачал головой, – просто… – он не смог закончить фразу. – Некоторые вещи нельзя починить. – Мне показалось, что ты чувствуешь то же самое. Прости, я ошибся, – Намджун опустил голову. – Ты не ошибся, но… – Но? – Намджун вновь поднял взгляд. – Но мне нужно время, чтобы разобраться во всём этом. Потому что я хочу быть с тобой, но не могу сказать тебе «да» сейчас. Мне нужно убедить своих тараканов. – Время? Хорошо, я буду ждать твоего ответа, но я не могу больше находиться в этом подвешенном состоянии. Хосок кивнул. Ему хотелось провалиться сквозь землю или чтобы Намджун внезапно забыл о его существовании. «Трус, трус, трус, посмотри в каком он состоянии сейчас из-за тебя». Наступившая тишина была оглушительной. Она висела тяжёлым покрывалом между ними. Взгляд Намджуна был устремлён куда-то в пол, а плечи опущены. «Кажется, я всё испортил, – подумал он. – Возможно, стоило поговорить об этом позже, а не поддаваться импульсу. А что сейчас? Дурак». – Я пойду, наверное, – проговорил парень, не глядя на Хосока. По его голосу было понятно, как непросто ему давались эти слова. Хосок почувствовал, как к его горлу подступил ком. Он хотел предложить ему остаться, не хотел, чтобы Намджун уходил сейчас, но в то же время он понимал всю нелепость этой просьбы, особенно, после случившегося разговора. Как тяжело им обоим будет делать вид, что ничего этого не было. Он ничего не ответил на фразу Намджуна. Парень направился на ватных ногах в прихожую, надел куртку, попытался застегнуть молнию непослушными руками, но после неудачи бросил это дело. Он уже собирался открыть дверь, как замер, и, не оборачиваясь, сказал поникшим голосом: – Я буду ждать твоего ответа. Пожалуйста, не дай своим тараканам съесть нас обоих. Дверь закрылась тихо, но этот звук показался Хосоку громче любого хлопка. Он остался один на один с запахом Намджуна, недоеденными булочками, остывшим чаем и разбитым сердцем, не только своим, но, что страшнее, – его. – Трус, – прошептал он в темноту и закрыл глаза.
Примечания:
🐟 отзывы – источник вдохновения и сил на каждом этапе работы над историей 🐟
