Глава 7. Ответы на вопросы.
11 сентября 2023 г., 19:45
— Что я делаю? — спрашивал сам себя Пак, натягивая пальто.
Полностью одевшись, он стоял в прихожей и перечитывал последнее сообщение, еле улавливая связь с реальностью происходящего. Простояв так еще с минуту, он всё-таки решается дернуть за ручку двери и выйти. Поднимаясь на, уже знакомый, 5-й этаж, он задавал себе всё тот же вопрос: «Что я делаю, что я делаю, чтоооо я делаюююю?». Добравшись до нужной ему двери, он легонько её толкнул, и та открылась. В лицо ударила морозная свежесть, которая моментально заставила его глаза прослезиться. Он прошел пару шагов по коридору и увидел ответ на свой вопрос. На балконе, облокотившись на перила, стоял Юнги. Казалось, что он видел его уже очень давно, хотя прошло всего чуть больше месяца. Пак остановился и пристально посмотрел на своего хёна. Его взгляд сфокусировался на плече — ни гипса, ни бандажа он там не увидел, значит физиотерапия помогает. Перед ним был всё тот же Юнги, вот только подойти он к нему не мог. Он не мог сделать ни шагу, словно пустил корни в этот балкон. Чимин опустил голову и посмотрел на свои руки, которые уже успели изрядно замерзнуть.
— Привет, мышонок, — тихо произнес Шуга, тем самым привлекая внимание младшего.
Пак поднял голову и посмотрел прямо в глаза рэпера. Мысли хаотично слонялись внутри его головы, не позволяя собраться в нормальное предложение, поэтому он не смог придумать ничего лучше, чем:
— Не называй меня так больше, пожалуйста.
Рэпер понимающе кивнул.
— Что случилось? Почему ты здесь? — Чимин старался сохранять голос как можно более спокойным.
— Мотор отодвинули. А когда я задумался, что делать эти несколько часов, то в голову пришло это место.
Чимин тяжело вздохнул и спросил:
— А я тут зачем?
— Когда я подумал об этом месте, я сразу вспомнил о тебе, — неуверенно произнес Юнги, — захотел увидеть тебя.
— Ты выбрал не самое подходящее время, хён, — танцор начал нервно заламывать собственные пальцы.
— Я знаю, но мне это было необходимо, как бы эгоистично это ни звучало.
От недоумения глаза Чимина стали шире. Он чувствовал, как начинает злиться.
— И это всё? Ты ради этого выдернул меня сюда посреди ночи? Что бы что? Что бы убедиться в порядке ли я? Или, наоборот, удостовериться в том, что я разбит? Что тебе нужно?
Юнги, обратив внимание на то, что Чимина начинает потряхивать, сделал пару шагов в его направлении, но тот, в свою очередь, пошатнулся назад. Между ними было меньше двух метров, но ощущались они как целая пропасть. Шуга понял, что младший его боится. Страх не физической расправы, конечно. Боится, потому что перед ним стоял человек, которому он полностью поверил, а тот его бросил. Боится, потому что не мог больше ему доверять. И самым правильным решением сейчас было бы рассказать всё как есть, чтобы окончательно не сломать, с таким трудом склеенную по частям, душу Чимина.
— Всё из-за этого, — рэпер залез в карман и достал оттуда пачку сигарет. — Мое плечо болит мне из-за этого.
— Что? — Чимина уже начинало бесить, что Юнги не дает ему ответов на его вопросы. — При чем тут сигареты?
Шуга достал телефон и посмотрел на время. Оно было на исходе.
— Я прошу тебя, только не перебивай меня сейчас, попробуй дослушать до конца, а потом можешь делать, как посчитаешь нужным, ладно? — он спрятал свой телефон обратно в карман и посмотрел на Пака в ожидании реакции, но тот просто смотрел на него в ответ, поэтому он продолжил. — Меня многие спрашивали: что я делал в тот вечер в сквере? Но я никому не мог сказать, потому что пообещал хранить твой секрет. Мне пришлось врать врачам, родителям, полиции — всем, потому что ты меня об этом попросил. А был я там, потому что я не смог справиться с чувствами, которые на меня свалились. Когда мы разошлись на лестничной площадке, я дождался пока ты войдешь внутрь, но сам зайти домой не смог. Ты ушел, и мне словно воздух перекрыли, я не понимал, что это и как с этим справиться. Поэтому я пошел за сигаретами. А как я оказался в сквере я и не понял, наверное, меня автоматически повело туда, потому что я думал о тебе. Понял, что я там, когда уже закуривал свою первую сигарету за долгое время. Я сидел и думал: что за херня вообще со мной происходит? Почему с того самого момента, как ты задул свои свечи, я не могу перестать думать о тебе. И понял. Твоё появление в моей жизни сделало её не такой невыносимой, и я не мог представить своё дальнейшее существование без этой легкости. И это меня чертовски пугало. Точнее я боялся, но не за себя, а за то, что я могу этим обидеть тебя. Это нечестно и эгоистично. Я не имею права всё это на тебя взваливать. Поэтому я решил, что лучшее, что я могу сделать — это просто постараться быть для тебя хорошим другом. Помогать и поддерживать тебя. Но эта конченная авария все перевернула с ног на голову и помогать пришлось мне. И все это подводит меня к тому, зачем я на самом деле тебя позвал. Прости меня, Чимин. Я знаю, что поступил как идиот, что бросил тебя так. Но, как и сказал тебе тогда по телефону — я бы не смог иначе. И дело не в тебе, а во мне, и в том, что я просто старался это пережить, но поступил как эгоист, в очередной раз доказав, что никому нельзя доверять. Я очень надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь меня понять и простить, хотя бы чуть-чуть, позволяя быть твоим другом.
Чимин просто не верил тому, что он сейчас слышал. Все те чувства, которые он так кропотливо пытался задушить внутри себя, вспыхнули с тройной силой. Сумасшедший коктейль из боли, тоски, печали и сильной обиды жахнул по Паку в виде вброса адреналина, от чего его сердце ускорило свой ритм, а дыхание участилось. Он сделал пару резких шагов вперед и закричал:
— Ты опять это делаешь, Юнги! Ты же сейчас опять уйдешь, так зачем ты все это мне говоришь?
С его глаз потекли слезы. Он стоял и, поджав губы, ждал ответ рэпера, который был на расстоянии вытянутой руки. Но тот замер, глядя на слезы младшего. Ему сложно было на это смотреть, поэтому одним уверенным движением, они притянул Чимина к себе и заключил в крепких объятиях.
— Потому что я хочу быть честен с тобой, — дрожащим голосом прошептал Юнги. — Ты мне нужен, и я надеюсь, что ты сможешь меня простить.
Чимин всю жизнь так сильно хотел, чтобы ему кто-то это сказал. Он так хотел быть для кого-нибудь важным и нужным. Но вот это произошло, и это последнее, что он хотел сейчас слышать. Это разбивало его сердце. Судьба коварная, бессердечная сука, которая играет чувствами людей. Она в одночасье даёт тебе все, о чем ты просишь, но потом отбирает в два раза больше того, что дала. Пак возненавидел свой День Рождения еще сильнее. Почему его желание сбылось? Почему вместе с этим пришло столько боли? Почему нуждаться в ком-то настолько сильно это так тяжело? Чимин продолжал стоять, уткнувшись в больное плечо Шуги, пока у того не зазвонил телефон. Время вышло.
— Мне нужно идти, Чимин-и, — тихо произнес тот, отстраняясь от Пака.
— Когда ты вернешься? — уже спокойным, тихим голосом произнес танцор. — Все очень скучают по тебе.
— Я не знаю, наверное, еще не скоро, — ответил ему Юнги, поправляя мятое пальто младшего. — Могу я кое-что еще спросить, мышонок?
Пак положительно кивнул, на что Шуга широко улыбнулся:
— Всё, спросил. Пойдем внутрь.
Они остановились возле дверей своих квартир и молча смотрели друг на друга. Каждый понимал, что увидятся они еще не очень скоро и просто оттягивали неизбежное. Но кому-то нужно было быть смелым, и этим «кто-то» стал Чимин. Он неуклюже махнул рукой и, произнеся еле слышное «Пока, хён», скрылся за дверью. Юнги вновь смотрел на то, как его кислород уходил за ту же самую дверь. Он вновь захотел курить.
*****
— Пак Чимин, перед важными мероприятиями надо хорошо спать, — угрюмо разглядывая лицо танцора, говорил стилист. — Подойди в гримерную, пусть немного подкрасят. Мешки под глазами уставшего Пака выдавали его короткий, беспокойный сон. Суета за кулисами была невероятная, но Чимин словно в слоумо проплывал среди всего этого хаоса. Если говорить про его душевное состояние — он был в порядке, просто иногда выпадал из жизни, погружаясь в собственные размышления. Но контракт обязывал быть собранным, поэтому Пак, с присущей для него усердностью, взял себя в руки и настроился на работу. В гримерке его усадили за свободный стул и попросили ждать. Но ждать времени не было, поэтому он взял первую попавшуюся косметику и начал приводить свое лицо в порядок сам. Где-то позади он услышал знакомый женский голос, который обращался явно к нему: — Плохо спать — это твое жизненное кредо? Он обернулся, одновременно похлопывая спонжем по своей щеке и увидел Наён — девушку, которая помогла ему в метро, в его первый день в Сеуле. От удивления его брови поплыли вверх, а на лице появилась искренняя широкая улыбка. — Слишком много совпадений, — не веря своим глазам пробормотал Пак. — Так значит у тебя все получилось, — улыбаясь, девушка подошла к танцору и забрала спонж из его рук. — Дай сюда. Она ловкими движениями своих тонких пальчиков в миг привела лицо Пака в довольно-таки свежий вид. О косметика — спасение индустрии. — Давно ты работаешь в BigHit? — еле слышно из-за шума вокруг произнес Чимин. — Чуть больше года. В основном работаю на выездах, — не задумываясь ответила ему девушка. — Я все еще жду мои цветы. На этой фразе её кто-то окликнул и она, смеясь, упорхнула в толпе. Танцор еще раз посмотрел результат её работы, поправил свои волосы и повторил: — Слишком много совпадений. В мыслях пронеслись слова Юнги про то, что случайности не случайны, что на секунду заставило Пака замереть на месте. Он нервно усмехнулся и про себя добавил: «Этот город меня добьет». Но настроение его заметно улучшилось после этой встречи. Он был очень рад увидеть Наён, и уже обдумывал, где сможет купить ей цветы. Выступление прошло отлично, все были довольны проделанной работой. По пути из костюмерной, где Пак сдавал выданную ему одежду, его окликнул один из менеджеров, который работал с этой гёрл — группой, на подтанцовке у которой был Чимин. Разговор их был достаточно долгим, мужчина рассказывал про концепцию, которую выстраивают для девушек и про дальнейшие планы развития. В конечном итоге он предложил ему стать штатным танцором их коллектива на время промоушена их нового альбома, обосновывая это тем, что им нужны «свежие лица», а его милое личико отлично будет смотреться в кадре. Чимин сам такие решения принимать не мог, но менеджер его заверил, что, если он согласен, он убедит коллег в том, чтобы его расписание изменили на это время. Он четко дал понять, что это будет для него большим скачком в плане карьерных перспектив, поэтому, долго не думая Пак согласился. Работа начиналась сразу после нового года, и подразумевала под собой постоянные командировки, что очень импонировало танцору. Больше работы — меньше времени думать о всякой грустной херне. Время близилось к вечеру, когда Чимин возвращался в общагу. Всё это время у него не было возможности выйти в интернет, поэтому он не мог посмотреть, как прошли дела у Юнги. Все же это важный день не только для Пака. Сидя в минивэне, в котором сотрудников должны были отвезти с площадки, он достал телефон и включил интернет. От множества, пришедших одновременно, сообщений его телефон начал подтормаживать, что ясно дало понять, что произошло что-то грандиозное. Так и было. В общем чате был невероятный спам сообщениями о поздравлении и скриншотами новостных лент. Юнги выиграл. Этот день, который начался так тяжело для них двоих, чудесным образом закончился двумя победами. Чимин грустно улыбнулся, вспоминая все то, что говорил ему рэпер этой ночью, но глядя на его счастливое лицо, что смотрело с одной из фотографий понял — они смогут двигаться дальше. Он открыл их переписку и без каких-либо задних мыслей написал: (mochi) Я очень рад за тебя. Файтин!*****
— Сразу после нового года? — Тэхён и не пытался скрыть своё удивление, немного повышая тон голоса. — И как долго тебя не будет? Все жители 11-й квартиры собрались на кухне, чтобы обсудить планы на предстоящий День Рождения Ви, но Чимину пришлось немного сменить вектор разговора, объявив о своем скором отъезде. — Не знаю, Тэ, сколько обычно длится промоушен? — Смотря у кого, но не меньше месяца точно, — грустно ответил сосед. — И как мне теперь засыпать одному? Чимин от такого неожиданного вопроса прыснул смехом. — Ой, Ви, давай будем честными? Как только вернется Хоби, а я уеду, Чонгук-и переедет в нашу комнату. И даже не говори мне, что это не так. Щёки Джейкея стали пунцово-алыми. Глаза хаотично искали точку, к которой можно привязаться и успокоиться, но всё безуспешно. Эта картина смотрелась очень мило и забавно. Он выглядел как истинный малыш-макнэ, коим ему так редко удавалось побыть. Но нужно было спасать беднягу, поэтому Пак решил сменить тему: — Ладно, давайте вернемся к завтрашнему дню. Мы будем отмечать тут? — Хёны предложили тусануть у них, — Ви кивнул на стену, что разделяла их квартиры. — РэпМон сказал, что без Джей-Хоупа мы не сможем ничего нормально устроить. — Ну он так-то прав, — усмехнулся Пак. — Соглашайся. — И не надо париться насчет уборки, — лукаво добавил Гуки. Кухня наполнилась смехом. — Мы, кстати, сегодня виделись с Юнги, — невзначай сказал Тэхён, стараясь не смотреть на Чимина. — Он заезжал буквально на пару минут в общагу, забрать какие-то вещи. Хён отлично выглядит, ему гораздо лучше. Краем глаза Пак увидел, как Джейкей локтем пихнул Тэхёна в бок. — Всё окей, Чонгук-а — улыбнулся Чимин. — Вы можете не бояться говорить о нем. Мы это прошли и живем дальше. Юнги часть семьи, и не стоит на него забивать, только потому что у нас с ним были какие-то недопонимания. Да и в будущем, когда он вернется, нам же еще жить по соседству. Глупо зацикливаться на всех этих мелочах. — Но ваши чувства — это не мелочи, братик, — на грустном выдохе произнес Тэ. — Ваши? Почему он говорит про нас двоих? — переспросил себя в уме Чимин. Танцор поджал губы и, прищурив глаза, пристально посмотрел на соседа. — Вииии, — загадочно протянул Чимин. И вот тут Тэхён понял, что ляпнул лишнего. Джейкей словил фэйспалм. — Да блин, я, итак, долго молчал, — начал возмущаться Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку. — Нам ли не понимать, как сильно эти двое ошибаются? — Тэхён-и, не лезь в это, — с большой нежностью в голосе, Джейкей попросил его остановиться. — Ага, поздно, — Тэ резко встал с места и развернулся к соседу по комнате. — Послушай меня сюда, Пак Чимин. В свое время ты бесцеремонно влез в наши отношения и я тебе за это безумно благодарен. Ты открыл нам глаза и позволил стать по-настоящему счастливыми друг с другом. И теперь, я считаю своим долгом сделать то же самое. Мне было очень тяжело смотреть на то, как вы двое гробите то, что на самом деле прекрасно. Ты любишь Юнги, а он, черт возьми, любит тебя, так зачем вы, два идиота, лишаете себя счастья? Чимин не перебивал его и просто тихо улыбался, смотря на возмущенного соседа. Тот в свою очередь продолжал: — Меня прямо бесит это. Я никогда не видел Юнги-хёна таким счастливым. Даже лежа в больничной постели, он всегда сиял, когда ты приходил. А ты? Ты был таким разбитым, когда он уехал. Так что это, если не любовь? — Он не любит меня, Тэ, — спокойно прервал его Пак. — Он очень одинок и просто запутался в себе. А я — это просто решение этой проблемы. Потому что я такой же и смог его понять. Ноздри Тэхёна раздулись от злости и негодования, что бушевали в нем в тот момент. Не давая себе и секунды подумать, он резко выкрикнул: — Он тебя любит, идиот, он мне сам сказал! Улыбка исчезла с лица Пака. Ей на смену пришел шок. Чимин и не заметил, как начал нервно дергать под столом ногой. Взгляд его был заострен на глазах Тэхёна, в которых он пытался разглядеть хотя бы малейший намек на шутку. Но его там не было. — Прости, хён, мы не должны были это вываливать на тебя вот так, особенно когда ты только справился со всем этим дерьмом. — произнес макнэ, пытаясь исправить ситуацию, которую создал его любимый Ви. Но Пак его не слушал. — Как? — неуверенно спросил Чимин, глядя на то, как Тэхен нервно кусает свои губы. — Когда он тебе это сказал? Повисла неловкая пауза. Теперь Тэ решил сначала хорошо подумать, прежде чем отвечать: — А это имеет значение? — Когда, Ви? — не сводя глаз, повторил Пак. — Когда уезжал и передавал письмо… — с каждым словом голос его становился всё тише. Зрачки танцора сузились. Ему с трудом удавалось осознать, что он сейчас услышал. Он был растерян и напуган. — Я могу тебе все рассказать, если ты, конечно, хочешь, — Тэхён посмотрел на Чимина, словно опасаясь его дальнейших действий. Пак отрицательно покачал головой. В этот момент он не хотел знать никаких подробностей, он просто не смог бы с этим справиться. — Не надо. Как я и сказал — мы уже пережили это. Давайте просто жить дальше. Внешне Чимин выглядел очень спокойно. Он старался из-за всех сил делать вид, что всё под контролем. И он думал, что у него получалось — младшие больше не возвращались к этой теме. Всё оставшееся время, что они сидели на кухне, в воздухе ощущалось легкое напряжение, но оно постепенно сходило на «нет». Когда было уже поздно, и пришло время готовится ко сну, парни разошлись по разным комнатам. Тэхён в ту ночь ночевал в своей кровати, не желая оставлять Пака одного. Тогда Чимин и понял, что скрыть весь тот пиздец, что творился в голове, у него не вышло. Ви — обладатель просто невероятной эмпатии. Они молча лежали, но Чимин все равно ощущал тепло поддержки, что источала кровать по соседству. Было кое-что, о чем Пак хотел попросить, но не решался нарушить тишину. И каким-то магическим способом Тэхён, словно прочитав его мысли, тихо произнес: — Мы никому не скажем. Особенно Юнги. Так и закончился этот длинный день. День, который дал так много ответов, но породил собой еще больше вопросов. На следующий день всё в этом мире крутилось вокруг определенного человека и имя ему — Ким Тэхён. О, он просто обожал свой День Рождения. Началось всё с самого утра, когда этот энерджайзер разбудил всех раньше будильника, что бы никто не пропустил ни минуты этого прекрасного дня. Гордо выслушав порцию поздравлений от всех ребят, в том числе и парней из 12-й квартиры, он убежал звонить Хоби, потому что, а чего это он вообще спит. Действительно, причина адекватная. Но в этом был весь Тэ, и все его за это любили. Справившись с утренними водными процедурами, Чимин неспеша завтракал на кухне, просматривая свое расписание. Ничего необычного, за исключением неожиданно появившегося окна в середине дня. Отличная возможность поговорить с менеджерами на счет вчерашнего предложения. Он немного волновался, хотя его и убедили, что вопрос только в его согласии. Пак уже настроился на работу, и очень боялся, что ему откажут. Это был его спасательный круг в данный момент. Идеальная возможность убежать от реальности. По дороге в агентство Чимин зашел на почту что бы забрать посылку, в которой был подарок Ви, заказанный неделю назад. Развернув упаковку, Пак проверил состояние заказа. — Он будет пищать от радости — подумал про себя танцор, разглядывая подарок. День проходил в привычном рабочем темпе. Ждать до «окошка» не пришлось, менеджеры сами вызвали его на переговоры. Как оказалось, с ними уже связались и его расписание уже изменено. Он теперь официально часть танцевальный команды и уезжает на месячный промоушен. Оформлением документов будет заниматься лейбл, так что кроме подписания кучи всяких бумаг от него ничего не требуется. В основном все передвижения будут по Корее, но один заграничный вылет все-таки будет. Япония. Тэхён сойдет с ума, когда узнает, что Пак поедет на родину его любимого аниме. Он был в огромном предвкушении от предстоящей работы и его она совсем не пугала. В целом жизнь его перестала пугать. Какими бы трудными не были будни в этих танцевальных залах, это место позволило ему распахнуть свои крылья. Его бескрайние амбиции наконец-то начали реализовываться, а годы усердного труда приносить плоды. За успехом каждого человека стоит какая-то история. Если говорить про историю Чимина — это вечная борьба с самим собой. Бесконечное стремление к совершенству. И он ежедневно доказывал себе и всем окружающим, насколько сильна его уверенность в себе, когда на самом деле был ужасно слаб. Страх одиночества — его главная слабость. И он бежал от этого долгие годы, прячась в маленьком танцевальном зале в своем родном Пусане. До приезда в Сеул никто не знал его вторую сторону. Да и сам Чимин не подозревал, насколько сильны его внутренние демоны. Загадав то желание, он выпустил их на волю. Он избавился от одиночества, но теперь безумно зависим от другого человека. Отпустив одного демона, он обрел другого. И теперь снова бежит. Сейчас, когда Пак знает об истинных чувствах Юнги, бежать стало гораздо тяжелее. Это как бежать против ветра. Ты прикладываешь очень много сил, но с каждый шагом желаешь развернуться и бежать в другую сторону. Поэтому уехать и погрузиться в работу — это лучшее, что могло с ним произойти. Оформив все нужные документы, пути назад уже не было. Чимин благополучно отбыл все назначенные на сегодня занятия и поспешил домой, где во всю готовилась вечеринка. Ви, у которого сегодня выходной, остался на целый день дома один, и уже сходил с ума в ожидании остальных. Он разрывал общий чат сообщениями аля «ну вы скоро?» или «ну где вы?». Достигнув апогея своей неусидчивости, он начал отправлять в чат свои селфи, на которых якобы угрожал бутылкам соджу в расправе. Выглядело это очень смешно. На самом деле, все, кроме Пака, уже давно были в 12-й квартире, украшая её всеми теми шариками и лентами, которые были куплены к сюрприз-вечеринке для Юнги. Но раз та слетела, а инвентарь остался, был отличный повод лишний раз порадовать Тэхёна. Он любил всякое такое. Поэтому, дойдя до общежития, Чимин пошел сразу туда. Квартира ребят была не такой просторной как 11, но достаточно уютной. Гостиная чуть поменьше, кухня чуть поскромнее, но комнат было так же две. Намджун и Джин делили одну комнату на двоих, а Юнги жил отдельно. К такому разделению они пришли спустя какое-то время, немного прожив вместе и поняв темпераменты друг друга. Юнги часто работал по ночам, чем всегда мешал спать остальным, так что он получил отдельную комнату и всех это устраивало. В гостиной ребята тихо занимались каждый своим делом. Чонгук надувал и развешивал шары, Джин готовил ужин, а РэпМон подготавливал и сервировал стол. В воздухе висела тихая грусть, все понимали, что это очередной праздник в неполном составе, но старались не подавать вид. — Что я могу сделать? — спросил Пак, проходя в глубь гостиной, по пути раздвигая ленты, что висели по всему периметру комнаты. — На самом деле мы уже почти закончили, — не отрываясь от готовки ответил ему Джин. — Хотя знаешь, сходи в комнату и принеси мой ноутбук. Мы там плейлист не доделали, как раз добавишь что-нибудь от себя. Пак кивнул, давая понять, что услышал и вышел из гостиной. Только оказавшись в комнате с одной кроватью, Чимин осознал, что не уточнил, в которой из двух комнат ноутбук. Он стоял среди царства Шуги. Юнги был гением, а как все знают — гении господствуют над хаосом. Его комната полностью подходила под описание. Повсюду лежали бумаги с текстами и нотами. Они были везде: висели на стенах, лежали на кровати, даже на полу. Гитара, которая одиноко пылилась в углу, немного разбавляла это зрелище. Чимин стоял и завороженно разглядывал всё это, пока его взгляд не привлек аккуратно сложенный лист бумаги, который лежал на пустом столе и вообще не вписывался в общую картину. Он знал, что не имеет никакого права вторгаться сюда, а тем более трогать чужие вещи, но руки его не слушались, и сами тянулись к этому одинокому листу. Он развернул его и оттуда выпал ключ. Маленький, ржавый ключ, который он уже видел. — Балкон, — подумал про себя Пак. Он и не сразу заметил, что на обратной стороне листа было что-то написано. Слова на бумаге были адресованы ему:У тебя всегда будет это место, Чимин-и. Береги его.
Глаза Пака стремительно бегали по листу, стараясь хоть немного понять, что всё это значит. Он еще раз осмотрел комнату и словил себя на мысли, что совсем не видит никаких личных вещей. Только бумаги. — О боже, — еле слышно прошептал Чимин, — он не вернется.
