At the campside I adore your body

      Прошло два дня с похода, что продлился меньше чем ожидалось из-за, внезапно напавших, дождей. Куратором похода стала молодая преподавательница, что и навела группу на мысль о том, что для их творческого выражения жизненно необходимо увидеть матушку природу. После того, как те провели ночь под непрекращающимся ливнем, никто не хотел больше уходить далеко от домиков, что они сняли для этой недельной поездки в маленький уголок полный природного вдохновения. И так, избавившись от лишних лиц, две френд-группы собрались в большой комнате на втором этаже и решили сыграть в правду или действие. Игра была в самом разгаре, за окном вновь лил дождь, но теперь к нему прибавилась и гроза. По какой-то причине каждый раз, когда очередь правды или действия была у Рюджин или Йеджи, друзья придумывали им задание связанное с другим. После той ночи в палатках у всех был один и тот же вопрос. Они заметили смену в отношениях между девушками и то, как одна избегала другую. Всех интриговало, что могло так повлиять на, постоянно задирающую Хван, Рю или, находящую причину для конфликта, Йеджи.       — Итак, Йеджи, правда или действие?       — Правда, — коротко обозначила Хван, допивая стаканчик с соджу и соком за нарушенное минуту назад правило.       — Что такое случилось в палатке между тобой и Рюджин, что вы больше вообще не общаетесь?       Хван этот вопрос насторожил, а сердце заставил биться. Рюджин также напряглась, но продолжила, не подавая виду, беззаботно глядеть на свой стаканчик, ожидая ответа от одногруппницы.       — Ничего особенного, — врала девушка. — Просто повздорили как всегда…

***

      Три дня назад эти двое вместе с группой отправились в поход по местным лесным красотам. Рю, как всегда делала, что хотела. Громко пела песни, вместе с Черен убегала от куратора в лес, наводя там балаган и подшучивала над одногруппниками. Но особое внимание ее поддразнивания уделяли Йеджи. Хван Йеджи не то чтобы чем-то отличалась по успеваемости или достижениям, но все её любили. Немалую роль играла её внешность и характер. Рюджин красотой и каким-то притягательным ореолом также не была обделена. Она постоянно пыталась подколоть старшую, а та не терпела и в ответ бросала такие же едкие комментарии. Преподавательницу раздражал хаос, что двое создавали, и она поместила девушек в одну палатку, огородив их от других одногруппников и в какой-то степени наказывая их за поведение.       — Я не буду спать в одной палатке с ней! — возмущалась Хван, жестикулируя и указывая в сторону Шин.       — А зря, многие мечтают, — дерзила младшая. — но я того же мнения, она же всю ночь на что-то будет жаловаться. Как мне ее терпеть?       — Это окончательное решение. Не хотите спать в одной палатке будете спать на улице. Если увижу хоть одну у палатки других девочек, отправлю домой с письмом ректору. Будете потом вместе у меня кабинеты колледжа драить. Может такая совместная деятельность сможет подружить вас наконец.       Совсем скоро небеса послали ливень и все студенты закрылись в своих палатках, пережидая. Йеджи, что весь день избегала свое временное жилище, сломя голову бежала к палатке, врываясь и удивляя этим Рюджин, что спокойно листала что-то в телефоне. Капли воды стекали по волосам старшей и падали на пол.       — Эй, водяной, ты тут всё сейчас зальешь! — жаловалась младшая, отбрасывая телефон и убирая подальше от старшей одеяло.       — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — недовольно отвечала та, уставившись на Шин.       — Вытрись для начала, — кинула она в шатенку полотенце.       Старшая ерничала, но приняла полотенце вытирая промокшую макушку.       — А говорила, что сюда ни ногой, — отметила брюнетка, возвращаясь к телефону и ложась на спину.       — Если б не погода, я бы там спала! Все лучше, чем с тобой в одной палатке быть!       — Как я рада, что теперь ты будешь страдать от моего присутствия, — улыбнулась Шин, щуря глаза.       — С чего это «я» буду страдать? Ты думаешь, тебе тут весело со мной будет?       — Пока что, я спокойно лежу на матрасе и наслаждаюсь «змейкой». А ты мокрая и холодная рычишь в углу и все еще боишься близко подойти, — перечисляла факты Рю.       — Кто тебя боится? — проголосила Хван, и Шин, поведя бровями, осмотрела ту, вновь возвращаясь к своему занятию.       Кофта и джинсы Хван липли к телу и она пробравшись к своему рюкзаку в правом углу, стала доставать сухие вещи. Ворошения прекратились, но Йеджи не начала переодеваться, сидя рядом с матрасом и глядя на одежду.       — Что, Хван? Стесняешься? — подразнивала младшая.       — Пошла ты, — проворчала Йеджи, приподнимаясь и снимая с себя джинсы.       Вид на привлекательные ноги старшей одногруппницы, заставил Шин всего разок окинуть те взглядом. Она молча усмехнулась, оценивая смелость Йеджи и продолжила управлять змейкой в экране. Надев спортивные штаны, Йеджи взялась за кофту. Немного помедлив, она все же сняла с себя элемент одежды, поворачиваясь спиной к Шин. В этот раз младшая решила не смущать старшую и перевернулась на бок к краю палатки. Послышались звуки копошения и ругательства, но Шин не реагировала.       — Рюджин? — пронеслось позади.       — Что тебе? — Рю почесала нос, кликая на экран.       — Помоги, пожалуйста? Сережка зацепилась за кофту… — смущенно проговорила Хван.       Взору открылась спортивная фигура, лопатки и притягательная талия. Линии тела Йеджи были так прекрасны, что Рю потеряла дар речи. Внутри Шин что-то перевернулось, и она нагло продолжала созидать тело старшей. Не услышав ответа Йеджи решила, что младшая попросту проигнорировала просьбу.       — Ладно, сама справлюсь, — она продолжила пытаться снять с себя верх, когда чьи-то руки схватили ее предплечья.       — Не двигайся, еще порвешь.       Старшая и вправду перестала двигаться, но скорее не от просьбы, а от неожиданности. Положение в котором она находилась, заставляло что-то приятно скрутить внизу живота. Холодной кожей она чувствовала, что позади нее было теплое тело и ей не нужно было для этого дотрагиваться. Хван сильно удивило это ощущение. Руки младшей ловко справились с проблемой, и, до конца сняв с себя свитер, Хван обнаружила Шин все еще сидящей рядом и глядящей в ее глаза.       — Спасибо, Рюджин, — коротко поблагодарила та, немного нервничая, и Рю, передумав говорить что-то, кивнула и удалилась обратно на свое место.       «У тебя недотрах?» — промчалось в голове Рюджин и она, почувствовав теснение в штанах, повернулась к Хван спиной.       Час девушки игнорировали присутствие друг друга. Снаружи стемнело и лица стали освещать лишь экраны телефонов. Девушки уже лежали вместе на матрасе, но каждая теснилась на своем крае. Ливень не прекращался, и Шин устало поднялась, принимая сидячее положение. Она поискала что-то в своем рюкзаке, доставая оттуда снеки и три разноцветных палочки. Ударив ими по своим коленям, она заставила те приобрести яркое неоновое свечение. Это побудило Хван отвлечься от телефона.       — Где ты взяла это? — указала на палочки она.       — Младшая дала в поход. У нее их целая коробка. Обожает всяких светлячков.       Рю закинула две палочки по краям палатки немного освещая пространство, а одну положила на матрас, вновь зарываясь в рюкзак. Когда она вытащила оттуда баночку колы, то повернулась, чтобы взять светящийся элемент, но тот уже был у старшей, что крутила его перед лицом, осматривая узоры и пузырьки внутри. Шин могла хорошо рассмотреть выразительную линию скул и челюсти, а также горящие в неоново-оранжевом свете глаза.       — Красиво, — невинно прозвучало от шатенки.       — И правда, — согласилась Шин, не думая, получив взгляд от старшей.       Рю отвела глаза, присаживаясь и надавливая на крышку, радостно получая характерный щелчок и маленькую дымку. Холодный напиток лился по ее горлу и Хван наблюдала за тем, как движутся мышцы на шее девушки. Йеджи сглотнула, и звук получился слишком громким, что заставило Шин вновь обратить на нее внимание.       — Хочешь? — протянула баночку Шин, и Йеджи, немного поразмыслив, приняла газировку.       — Ты не подумай, я твоей подругой после этого не стану, — информировала Йеджи, делая пару глотков.       — Больно нужно мне это, — Рю забрала напиток из рук старшей, и Хван недовольно цокнула.       Повернувшись к своему рюкзаку, она стала бурчать.       — Думаешь, ты одна такая умная? Я тоже снеки взяла, — шуршала упаковкой с вафельными конфетами Йеджи.       — Значит считаешь, что я умная? Приму за комплимент, -Рюджин положила сухарик в рот, улыбаясь, на что старшая лишь фыркнула.       Снаружи раздался раскат грома, и девушки, разом дрогнув, посмотрели на поверхность палатки, на которой отразился холодный свет. Ни одна не боялась явления природы, но сейчас сидя на земле, а не за стенами теплого дома, такая захватывающая сцена вселяла беспокойство.       — Она же в нас не сиганет? — спрашивала Йеджи.       — Вероятность довольно мала, — пыталась успокоить обеих Шин.       Молния сверкнула еще раз, и вскоре раздался еще более громкий грохот. Девушки подпрыгнули, и Йеджи вскрикнула, хватаясь за плечо младшей. Где-то снаружи тоже послышались визги.       — Но не равна нулю, — пальцы сжали одеяло.       — Сделай с этим что-нибудь, Рюджин, — старшая обхватила ее предплечье, адресуя Шин.       — Я тебе кто? Зевс? Могу помолиться ему, но думаешь это решит проблему? — возражала Рю, смотря в глаза девушке.       — Все в порядке? — раздалось снаружи.       Замок палатки приоткрылся, и куратор заглянула внутрь.       — Вы как? Все хорошо? Я слышала крик.       — М-мы в порядке. Раскат был громким. Мы можем вернуться к домикам? — старшая не отпускала футболку.       — Мы слишком далеко. Придется переждать грозу. Оставайтесь в палатке, молния далеко от нас, — девушки беспокойно кивнули и куратор удалилась.       Йеджи продолжала прижиматься к младшей, и когда та оглядела ее, Хван рукой отвернула от себя лицо младшей.       — Заткнись и не смотри на меня. Расскажешь кому, и я тебя придушу.       — А ничего, что ты висишь на моей руке как обезьяна? Отстань, — отряхнула от себя старшую Рю и потянулась к пачке сухарей, на ширине руки держа пальцами лоб однокурсницы, что настойчиво лезла обратно, размахивая руками.       Вновь показалось секундное свечение, и девушки приготовились. Однако, никакая подготовка не позволила им спокойно отреагировать на гремящее над головой небо. Руки младшей дрогнули. Старшая запрыгнула на колени Шин, обвивая шею руками, прижимаясь к стану, в то время как руки Рюджин схватились за чужую талию. Йеджи могла слышать и чувствовать, как сердце девушки перед ней стучит в ускоренном темпе. Ее сердце тоже не отставало. Страх был сильнее принципов, и девушки еще минуту сидели так, не двигаясь. Дыхание участилось, и грудная клетка обеих вздымалась все больше. Старшей было очень стыдно и она прятала свое лицо за плечом девушки, не распуская объятия. Джин хотела прокомментировать, но никак не находилась со словами.       — Только слово и я тебя укушу. Больно укушу, Шин.       Руки младшей не отстранялись от талии, она чувствовала, что внутри и снизу нарастало какое-то опасное чувство. Ее дружок предательски твердел и поднимался. Шин пыталась не думать о девушке на ней. Пыталась возвращаться к грозе, но как в неудачной шутке, гром больше не пугал ее. Она убрала руки со стана Хван, наивно полагая, что это поможет, но та сильнее сжала ее шею, ерзая на бедрах. Йеджи боялась, что младшая вновь решит ее отпихнуть. Такое трение сделало только хуже, затвердевший орган, получив небольшую разрядку, сильнее выбился из брюк Шин, и та издала глухую протяжную «а», после чего хлопнула ладонью по губам.       — Что это было? — отодвинулась Хван, держась за плечи, и Рю сжала губы.       — Не думаю, что стоит отвечать, — Шин опиралась на матрас руками за спиной.       — Иу! — отпрянула Йеджи, перебираясь на матрас.       И вновь коварное трение. Дыхание Шин сбилось, она напрягла пресс, пытаясь прийти в себя.       — Иу? Хван, тебе члены не нравятся? — тяжело проговорила Рю.       — Ты мне не нравишься! Держись от меня подальше, — с отвращением отодвигалась она.       — Серьезно? Это ты меня облапала. Я могу заявить на тебя за домогательство, — выражала недовольство младшая.       — Ничего я не лапала. Так…просто получилось. Я ведь не знала!       — Вот как значит… кто бы мог подумать, что всеми любимая Йеджи на самом деле ненароком балуется лапанием ее одногруппниц.       — Я не…! Пошла ты! Всё, я ухожу! — Хван оттолкнулась от матраса, поднимаясь.       — Куда ты пойдешь? Искать новую жертву? Под дождем веселее?       — Еще раз говорю! Пошла ты, Шин! — бросила Хван, выходя из палатки.       «Куда она уперла? Заболеет же. Да, ну ее», — упала на спину Шин, пытаясь отдышаться.       Зуд снизу никак не уходил. Адреналин давно ударил в кровь, и Рю извивалась на матрасе. Старшая исчезла всего полторы минуты назад, но беспокойство никуда не уходило.       — Сука… — Рю поднялась с матраса, набросила на себя ветровку и, схватив телефон, выбралась из палатки.       Шин набросила капюшон, получше зарываясь в ветровку. Осмотрев палаточный лагерь, она немного прошлась.       — Твою мать, Хван — тихо окликнула девушку Рюджин, обнаружив ту уходящей из лагеря в метрах десяти от палаток.       Нагнав старшую, что недовольно бормотала и пыталась, ускорившись, дальше уйти в лес, Шин схватила ту за рукав. Отпрянув и выхватив свой рукав из хватки, Хван продолжала пытаться уйти.       — Отстань от меня, я пойду к домикам.       — Ты идиотка. В такую погоду ты не только не дойдешь, но и простынешь!       — Мне плевать! Я с тобой там не останусь!       Руки Хван отбивались от попыток младшей развернуть старшую к палатке. В конце концов терпение Рюджин кончилось, она схватила обе ладони в свои, сжала и, притянув к верху, прижала Йеджи спиной к влажному дереву. Капли дождя исчезли на одежде и лице. Горячее дыхание создавало паровое облако, что разносилось между ними и исчезало в вечерней густоте. Их лица были в паре сантиметров, тела касались друг друга и создавали электричество, Йеджи больше не пыталась вырваться и завороженно смотрела в глаза девушке напротив. Поддавшись порыву, Шин заключила старшую в поцелуй, сразу отпуская ее руки и прижимаясь своими к ее талии. Мягкий тихий стон послышался где-то изнутри Хван, отвечая на тепло чужого тела. Сердце обеих екнуло в тот момент, а в кровь выпустило что-то ужасно притягательное. Йеджи нравилось, она ответно мяла мягкие губы, опуская руки к чужой шее и обхватывая.       — Что за шум? — раздалось из одной палатки в семи метрах слева от них.       Девушки машинально отпали друг от друга, создавая уместную дистанцию. Шин отвернувшись от людей, руками дотронулась до своих губ и сердца, пытаясь успокоиться. Куратор вышла наружу, глазами исследуя девушек.       — М-мы повздорили, — объяснялась, до сих пор не пришедшая в себя, старшая.       — Вернитесь в палатку, заболеете же. И хватит ругаться, вы двое, — проинструктировала преподаватель.       — Да, конечно, — Хван шептала, отходя от эмоций.       Шин уже была на подходе к палатке, очутившись там, она сразу сняла с себя все мокрые вещи, оставаясь лишь в темно синих боксерах. Она быстро накинула на себя оверсайз футболку и, накрывшись одеялом, легла на свое место, пытаясь игнорировать тот факт, что теперь в палатку заползла и вторая девушка. Йеджи также молча двинулась к своему месту. Орган Шин снизу сильно отвердел и просил разрядки. Она думала о девушке, что переодевалась у нее за спиной и, сама того не замечая, позволила себе засунуть руку в белье, реагируя на жжение. Трение выбило из нее воздух и лишнюю энергию, помогая хоть немного расслабиться. Она не думала, что ее было слышно. Однако дыхание выдавало, чем там занималась младшая. Выдохи были слишком частыми и тяжелыми. Вскоре матрас прогнулся под весом еще одного человека и старшая забралась под общее одеяло. Младшая прижалась сильнее к подушке лицом, пытаясь дышать в него, продолжая медленно водить по разгоряченной плоти.       — Рюджин-а… — послышалось за спиной и чья-то прохладная рука легла ей на лопатку.       Рюджин замерла, чувствуя, как мурашки проходятся по ее коже. Женские ногти стали медленно и мягко цепляться за ткань на спине. Девушек уже не волновали раскаты грома, что до сих пор доносились неподалеку. Йеджи, приблизившись к уху и обдав его горячим дыханием, стала вести пальцы вниз по позвоночнику.       — Можно я…? — она провела пальцами до таза, немного заходя на бок и цепляя край боксеров.       Рюджин была в шоке от предложения Хван, но, мало соображала, нуждаясь в разрядке. Рука в белье Шин оставила орган, и девушка, не поворачиваясь, кивнула. Всё еще прохладные пальчики пробрались под темную ткань, обхватывая член, и пресс девушки напрягся. Рюджин издала тяжелый выдох, будто всеми силами пытаясь сдержать звуки, и прикусила нижнюю губу. Тело Йеджи сильнее приблизилось к спине младшей и та почувствовала отсутствие на девушки верха. Свободная рука старшей скользнула под футболку, вновь манипулируя спиной и заставляя Рюджин выгнуться, испытывая неимоверное желание кричать от удовольствия. Стон слетел с ее уст, когда чужая рука ускорила темп, сжимая крепче. Это яркими ощущениями подействовало и на Йеджи, что, не сдерживаясь, перевернула младшую на спину, припадая к ее губам. Стон за стоном исчезали в ротовой полости старшей пока та проводила свои махинации языком внутри и пальчиками под тканями низа и верха. Рука Рю коснулась щеки Хван и та шлепнув по ней, схватила ее и сжала пальцы, припечатывая ладонь к матрасу.       — Ты мне всё еще не нравишься, — еле дыша прошептала Хван в губы Шин.       — Это взаимно, — ответила Рю, и девушка рядом вновь вцепилась в губы, забираясь на ее бедра.       Контакт был сладок и возбудил обеих еще больше. Йеджи двигалась и терлась об орган через ткань своих трусиков, создавая больше и больше желания. Ее руки опирались о живот Шин, и та сдерживалась от того, чтобы схватить девушку за бедра и прижать ближе. Хван бы уже села на член Шин, сорвав с себя нижнее белье, но это была единственная защита, которую две имели. Было ужасно неудобно так продолжать. Рюджин сразу уловила это напряжение и поняла, что не так. Повалив девушку, она прижалась длиной к немного выбивающимся складкам на ткани, замечая насколько мокрыми стали трусики. Девушка под ней стала скулить в подушку. Улыбнувшись, Шин стала уверенными движениями тереться о лоно Хван, пока та сильнее сжимала мягкое одеяло. Ее стан завораживал, каждая линия, казалось, была нарисована мастером художником. Грудь очерчивали аккуратные круги, хотелось целовать эту женственную фигуру, поклоняться ей.       — Я хочу кое-что сделать, — сквозь вздохи шептала Шин, замедляясь. — Доверишься?       Утонувшая в похоти Хван кивала и закусывала губу. Теплый розоватый оттенок выбивался на ее щеках. Кровь быстро циркулировала, тело согревалось от страстного танца. Сняв с себя и девушки нижнее белье, Рю не могла не пройтись язычком по набухшему комочку и нежным солоноватым стенкам, что медленно сводили ее с ума. Впервые с уст Хван слетела громкая протяжная гласная, и Шин быстро заткнула девушку своим ртом, внезапно заходя внутрь языком и прижимая длинные пальцы правой кисти к клитору. Новый стон последовал за предыдущим, сообщая о том, что Рюджин делала все правильно. Губы опухли от продолжительной работы, и Шин решила немного опуститься. Пройдясь горячей влажной дорожкой по ключицам и ребрам, Шин вычерчивала узоры около груди, оставляя маленькие, еле-заметные засосы. Йеджи вцепилась зубами в свою ладонь, когда младшая начала, покусывая, всасывать и отпускать ее отвердевшие соски. Благодаря младшую за такое блаженство, она левой рукой нашла дружка Шин, обхватывая тот и лаская ладонью. Она сразу почувствовала, как зубы Рю захватили больший круг, кусая от внезапно появившихся ощущений. Йеджи взвыла, закрывая рот ладонью, когда снизу, оставив большой палец вытанцовывать на пульсирующей точке, два пальца Рюджин скользили ко входу, осторожно входя. Когда пальцы были уже на две фаланги, Рю стала применять осторожные толчки в Хван и та издала еще звук, что вырвался из палатки и заставил обеих, сжавшись, остановиться и прислушаться.       Шуршание послышалось из какой-то палатки вперемешку с дождем, и девушки в спешке стали заметать следы. Спрятав белье в рюкзак, Рю, не найдя лучшего способа, накрыла обеих одеялом и взяла в руки телефон. Единственная хоть немного одетая девушка в той палатке была Шин. На ней все еще красовалась футболка и, забравшись в одеяло по пояс, она позволила старшей забрать остальной кусок. Звук замка, сообщил о том, что в палатку кто-то заглянул.       — Спите? — она посмотрела на укутавшуюся в мягком покрывале девушку. — Вы дрались что-ли? Ты чего такая красная? — спросила преподаватель, осматривая Шин.       — Она меня укусила за то, что я сижу в телефоне и видите ли свечу ей в лицо, — быстро среагировала Шин, чуть отвлекаясь от телефона, на котором был включен только рабочий экран.       Сердце беспокойно отбивало в барабан. Йеджи лежала к ней спиной и только макушка высовывалась из-под покрывала.       — Скажите ей лечь спать, она меня уже раздражает, — подыгрывала Хван.       — Рюджин, ну правда. Уже ночь на дворе, а ты как ребенок малый. Если мне еще раз придется вставать из-за вас двоих.       — Ладно, ладно, все, — Шин выключила экран кладя тот на край матраса. — Довольны?       — Спасибо, Рюджин, — проговорила куратор.       — Наконец-то. А теперь можно я посплю? — бурчала Хван.       Шин взглянула на нее, а куратор, кивая, стала уходить.       — Спокойной ночи, — чужая голова исчезла в темноте лагеря, и звук закрытия замка вернул в палатку спокойствие.       Когда шаги были достаточно далеко, Рю выдала нервный смешок, что поддержала старшая. Шин приблизилась к той со спины. Рука младшей пробралась под одеяло, проходясь по чужому бедру, медленно проскальзывая к промежности и начиная массировать клитор. Йеджи издала тихий скулеж.       — Нам нужно быть тише, если ты хочешь кончить, — Шин горячо шептала на ухо, и Хван приятно выгнулась, спиной опираясь о Шин. Ей нравился этот немного низкий с хрипотцой голос Рю. Длинные искусные пальчики старшей пробрались к половому органу Рюджин, и та выдохнула в плечо.       — Посмотрим кто кончит первым, Шин.

***

      Девушки заснули в голых объятиях под фоновую музыку из частых капель и грохота. Очнулась Шин уже утром, но старшей не было рядом, как и всех ее вещей. В недоумении собравшись и выйдя из палатки, Рю обнаружила Йеджи мило болтающей со своими друзьями у костра. Кто-то приготовил похлебку и, когда Шин подошла к костру, Черен стукнула ту по плечу.       — Так ты жива! А я то думала, только один из вас смог пережить эту ночь. Когда Хван вышла из палатки, я решила, что пропала моя подружка, — хохотала Ли, обнимая ту одной рукой за плечи.       — Отстань, Рёнче, — отпрянула девушка.       — Чего это ты? Обычно же тебя такие шутки не бесят…       — Сегодня бесят.       — Кушать будешь? Я и Хан приготовили вкуснейший суп! — пыталась ободрить подругу Черен.       — Буду, может ваша похлебка меня осчастливит.       Йеджи взглянула на младшую, и та, заметив это, взглянула в ответ, но старшая быстро опустила взгляд, меняя направление и возвращаясь к разговору с друзьями.