Билет до Мухосранска

Стояло теплое, сырое, свежее и одновременно совсем поганое апрельское утро. Стандартное начало дня в это время года. Как, впрочем, и в другие. — Шурка! — позвала из коридора Ира, она же мать семейства, — Прикинь че, интернет пропал! Шурка, старшая дочь и мамкин программист от такой ахуительной новости полетела с кровати вниз и своей тушкой сместила ковер с пола куда-то в угол. Теперь ковёр настенный (наполовину). — Господи, это что, конец света?! — Нет, это — первое апреля! — ворвалась в комнату радостная Ирка, сразу отмечая глазами интерьер в виде бабкиного коврика с гусем на стене вместо положенного места и делая в голове пометку сдать ребенка в детдом. — Кстати, у тебя спина белая. — Бля-я-а-а-а, апиздахуительная шутка… — протянула Шура, за что получила пендель до Костромы. — Не матерись при матери! Но Шура этого не слышала, ведь уже была на пути к Костроме. Ирка вздохнула и поплелась варить борщи и пылесосить хату. Шура же тем временем, пролетая над Самарой, достала из кармана электронку и затянулась. Потом еще раз. И еще. Под конец электронки ее так расколошматило, что она решила позвонить сестре и узнать, как у нее дела. В этот момент даже ФСБшник на ее самсунге ахуел. — Але, мы сегодня партию уже продали, так что приходите завтра, — донесся голос средней сестры из телефона. — А ниче, что щас восемь утра? — А, ебать мой нокиа, это ты? — удивилась Милица. В трубке на фоне бедный Славик возил цемент как каменщик без зарплаты, без конца ноя, что надо было написать то сочинение по обж о вреде наркотиков. Вон он как, бедный, надрывается, таская очередной ящик с кокаином, — Ты че звонишь, обкурилась что ли? — Обкуришься тут этой электронной пародией на беломорину длинною в хуй нашего бати, — заговорил в Шурке сдохший после неудачно сданного ЕГЭ по литературе писатель, — Короче, прикинь, мне звонили твои вчерашние клиенты, говорят, что у тебя наркота паленая. — Вот суки, я ж им еще скидку сделала!.. — А еще у тебя спина белая, — добавила Шура, любуясь видами Самары. Шутка, с высоты птичьего самолёта не было видно нихуя, а любоваться можно было только ахуевшими рожами пассажиров в мимо пролетающих воздушных суднах. — А, погодь, сегодня че, первое апреля? — выкупили шутку на другом конце аппарата. Славик в трубке ныл еще громче и просился к маме, совершенно позабыв, что безмамный. — Ну да. — Бля! Славка, у нас же в ДК партии привоз! Булки в руки и пиздуем! — секундная заминка под неразборчивые звуки взрывов говна петардами, — Ты хули там валяешься?! В смысле ты камень?! Блять, Слава- Звонок оборвался. Шура пожала плечами, сделала еще одну затяжку и подумала, что нужно позвонить еще и Яне. — Все, бросаю курить!

***

Младшую Яну тем временем пытались накормить пирожками и двумя тазиками селедки под шубой. Вот вы щас скажете, что как можно отказаться, это ж как Новый Год — как праздник. Да хуй там плавал — после одного кг курицы в духовке, ведра венегрета и окуня под соусом тар-тар, а также тыквы в соусе хуяр-хуяр наступила скорее минута молчания (помноженная на десять и разбавленная звуками блюющего хомяка), чем праздник. — Смотри, как похудела-то, а! — причитала бабка, пока Яна икала и отсчитывала секунды до смерти, — This is crazy! — Ба, мы не виделись два часа, — попыталась возразить «худющая», оттого «бедная» внучка. Янка вроде приёмная, а любят ее больше, чем родных опездолов. В ее оправдание можно сказать, что она хотя бы меф за плитой не хранит и все деньги на донаты в доту не просирает, а всего лишь периодически пытается съебать из города. — You got this, man! Жуй давай! Когда еще моих пирожков с картошкой-то поешь? — бабка поставила на стол кабачковые оладьи, запеченую свинину и помидоры в маринаде. — Ба, ты живешь в соседнем доме, — привела последний аргумент Яна. Аргумент бабушку не переубедил, поэтому Яна продолжила втихаря запихивать жратву жирному коту Васе под стол. Ему все равно, что есть, он как-то кусок дедового тапка в одну харю схавал. И полысел на том месте, где у него раньше яйца были. И на ковер с гусями в комнате Шурки еще проблевался. Все равно ковер хуйня. Вдруг телефон у бабки зазвонил. Та подошла к тумбочке и сняла трубку. Ебать, кто-то еще пользуется стационарным? — Але, — послышался мужской голос на громкой связи на другом конце трубки. — What's up? — …Вы Зинаида Франклиновна Клитор… Ой, Клинтон? — What do you want? I'm busy. — Зинка! Ну все, узнал тебя! — радостно прозвучало в телефоне. Яна перекрестилась. Кот со вздыбленной от испуга шерстью побежал прятаться под диван. — Я-то думаю, обзвоню шо ли одноклассников, не виделись аж шесть лет, с последней встречи выпускников. А как зовут всех — забыл, башка дырявая! Кольку только помню, алкаш который, но это потому, что сосед мой. Хорошо, шо номера записал — сижу теперь, угадываю. И судоку этих ваших японских не надо! Узнала хоть меня? Яна решила не комментировать то, что все бабкины еще живые одноклассники жили в одном с ней городе. Кроме одной старушенции, но ту просто в дом престарелых завезли, а он загородом. — Ma'boy Михалыч, you? Узнала-узнала. Я после того дебоша на выпускном тебя во век не забуду. Новости хоть какие расскажешь? Завод не спалили еще? — Та нет вроде, его ж даже перестройка снести не смогла. А я что хотел, я гороскопами увлекаться начал, так ты ж тридцатого ноября родилася? — Ну так, nigga, а шо? — …Вооот! Звезды пророчат, что у тебя сегодня «знаменательный день». Произойдет долгожданное событие, ведь благоприятность Меркурия в Нептуне… — Motherfucker! — обрадовалась неожиданно бабка. — Неужели сегодня! Она бросила трубку и на радостях побежала рыскать что-то в шкафу в гостиной. «…И наследство принимать будут кот Василий и моя классуха с начальных классов. Елена Мамутрахаловна, если вы это читаете, то берегите мои тапки с маккуином и мягкую игрушку спанч боба с дыркой на жопе до конца своих дней. Жирный, тебе пакетик Вискаса. Не благодари.» — гласила последняя строчка из Яниного завещательного распоряжения, написанного за считаные минуты. Через пару секунд Зинаида прибежала на кухню с огромным чемоданом и черненьким гробом. Подозрительно под рост бабки. — Вот, внученька, это твоя доля! — протянула бабка Яне чемодан, который почти нахуй разлетелся по комнате от слишком содержательного содержимого. Яна открыла его и обнаружила, что щас уебется об стенку. От счастья. — Ну, я на электричку, до Восторговского кладбища, а ты nigga Ваську кормить не забывай! И усвистала из квартиры с гробом на перевес. Яна убрала весь бабкин харч в холодильник, приклеила к нему бумажку с надписью «дожрите кто-нибудь» (мало ли, придут любимые родственники), взяла в правую руку чемодан, набитый деньгами больше, чем сейфы президента, подхватила Ваську в противоположную конечность и отправилась навстречу приключениям. Творить бизнес, мутить бабки, ебать телок, скупать тачки и, ну, чем там еще девятиклассники занимаются. Завещание осталось одиноко валяться под столом.

***

Ирка в квартире тем временем сожгла полотенце и яичницу, которую пыталась приготовить из шампуня «Шаума: два (хуя) в одном (очке)», остатков двухнедельного борща и дохлого таракана. На запах чуть не слетелись вороны, бомжи и Валера Пупкин — гопарь из двадцать пятой. — Ирка! Че варганишь? — подлетел Валера на крыльях любви, ночи и голубя. Голубь в ахуе. Ирка уебала Пупкина обратно в окно. — Приползут же всякие!.. Пока Пупкин летел с седьмого этажа к себе на родину, Ирка успела вылить коту в миску нежнейшего аромата завтрак (в прошлый раз Вася занюхнул похожий киш-миш и полысел еще на четверть его полной тушки), полить фикус и какую-то еще растительную хуету, а также по-быстрому заварить бич-пакет. На нормальный суп еще надо было заработать, а работу еще надо было найти, и это с ее-то средним я-не-специально-мама-меня-завалили. А муж съебался. Шурку интересуют только трояны с торрентов и скидки в стиме, Яну интересует только съеб из ебанутой семейки, а Милка зарабатывает нелегальщиной и ни с кем не делится. Надежда только на бабку и ее скудную пенсию. Ну, не только, на самом деле. Зазвонил телефон с высвеченным контактом «Светик👉👌». А вот и вторая надежда. — Але, Ир, я к тебе зайду? — послышался голос Светы с таким эхом, будто она застряла в подвале под землей и сейчас будет пародировать легендарный видос с белой вумен и пятью неграми вокруг. Вполне возможно, что да. — Не, я сегодня не ебусь. — Та я не за этим! Жрать просто нечего, зпшку задерживают, может, у тебя дошик завалялся? — Я этими дошихуяками не питаюсь. Нормальные люди жрут ролтон! — напомнила Ира о важности знания марок дешевой лапши, — Если будешь — приползай. — Ага. Послышались гудки. Ирка взяла в руки вилку и приготовилась к знакомству с язвой желудка. Неожиданно телефон снова подал признаки жизни. Ну конечно, ебанутость же передается половым путем. Ира нажала на «принять вызов». — Я приползла. Открывай.

***

Яну с Васей встретил типичный ржд-шный поезд и добрые проводницы у открытых дверей, обещающие не бить по ебалу. А если и бить, то не сильно. Так как наследство было решено экономить, ей теперь ебаться с духотой, теснотой и инородными запахами из чужих сумок примерно пару суток в этих чудесных апартаментах дизайном родом из Биошока. И смотреть на пейзажи не в пример тем, что наблюдал Натан Дрейк. Янка не ебет, че это такое, она у Шурыча посмотрела, если че. Так что путешествие ее ждет незабываемое. Ну и Василия тоже, естественно. Так и надо этой полулысой жирной Ракете без дерева. Яна простояла в толкучке еще минут двадцать, пока у нее наконец не проверили билет с паспортом, в котором было написано, что ей 100% восемнадцать. Ну ладно, 99,9%. В крайнем случае можно было откупиться бабкиным наследством, но его, опять же, надо экономить. Взяточничество в стране надо искоренять. Ну и мало ли, добрые тети-дяди проводницы все-таки уебут по ебалу. К счастью, в ее поддельные документы (она натянула на ебальник маску Мактрахера и закинула легендарную карточку ахуевшей женщине в руки с такой уверенностью, что тут даже Рик Прайм растерялся) проводница поверила с первого раза, а жирный комок шерсти в рюкзаке не заметила и впустила в вагон. Mission completed! (нажмите на [action button] чтобы посмотреть…) Кое-какие свои вещи Яна прихватила из бабкиной квартиры. Вытряхнув из чемодана с миньонами раскраску с Человеком-пауком и фломастеры с принцессами дисней на обложке, Яна села на свою нижнюю боковушку у туалета косить под взрослую тетю. Работяга справа, пиливший ворд на компе, посмотрел на нее каким-то странным ахуевшим взглядом и отсел подальше к окну. Вася улегся под стол и не отсвечивал. «Внимание, поезд номер 228 «Мухосранск — Геленджик» отправляется в десять часов двадцать три минуты со второй платформы… Всë, Анют, наливай пивасик. Артëм, где мой кальян?! А, ой, блять, уважаемые пассажиры… Блять-». Через две минуты поезд тронулся.

***

— С тебя долг за лапшичку, пидораска, — любовно поприветствовала гостью Ирка и поперлась на кухню за еще одной пачкой ролтона. Семья, хули, — Расплачиваться будешь девственностью или игрой в стиме за 50 рублей, которую я никогда не открою? — Первого нет, на второе бабло кончилось, — Света разулась в две секунды и помчала на кухню в предвкушении жратвы, встретив там Ирку, заваривающую вторую пачку, — Мне тут кстати дочь твоя- — Какая из? — перебила Ира, помешивая суп вилкой. — …Наркоту херовую впарила за бешеные деньги. У них там с поставками проблемы походу… — Ой, все, на Милку не гони. — Я аленку люблю больше, честно говоря. — Да ты вообще сладкое не жрешь, пдф-файл. Лучше интересного че рассказала бы. — Да блин, на работе хуйня, с деньгами хуйня, в личной жизни… — Ирка угрожающе вытащила пластиковое орудие из бульона, — …Все относительно. Могу ток рассказать, что щас в моде цифровое тв. — Это как? — Типа качество лучше и каналов штук сто. Вообще, оно в моде уже лет десять, но до вашей залупы, видимо, только щас дошло. — Света села на стул с легендарным вязаным ковриком на сидушке и взяла на вооружение чужую, уже подостывшую порцию. За это ей все же было профессионально уебано по башке. — Не буржуйствуй, сама недавно мне в трубку жаловалась, что доски в полу не меняла с лихих девяностых, и те скоро провалятся туда, где у нас коноплю сушат и порнографию с черными снимают. Так как эту мутню подключить? — Та легко! Через час оказалось, что нихуя не легко. — Да все нормально! Щас, проводочки подкрутим! — подбадривала Света, путая провода еще больше и периодически отвешивая самой себе разряды тока. — Света, мы спалили щиток… — в полнейшем ахуе прошептала Ирка. — Ну и че? Я тебе новый куплю! — ага, купит. На свою зп в 30 тыщ без премии. — Света, мы спалили этажный щиток! — А ой… Им пизда.

***

Шура же все еще летела и любовалась красотами русского края. Шутка, там же все равно нихуя видно не было. — Ахуеть, там че, бомжи?.. — вот тебе и красоты. Вдруг откуда ни возьмись рядом с Шурой появился мужик. — О, Саня, привет! Куда летишь? — поприветствовал ее батя с весельем. Сказать, что Шура ахуела — это как в гта-шку зайти и тачку спиздить. Как нехуй делать, в общем. — Хули ты тут делаешь? — Решил увидеться со своим ебенком! — Пиздовал бы лучше к младшей дочери… — Какой дочери? — ахуел Леха. К таким раскрутам судьбы его жизнь явно не готовила. — Блять, у меня че, двое детей? — Вообще, нет. В глазах бати промелькнула надежда. — Последний раз трое было. Леха чуть не врезался в стаю уток. — Бля! — Да, понимаю, такие новости бывают очень неожиданны… — утки пролетели, клоуны остались. Впрочем, ненадолго. — Та нет, бля! Мне ж до Воронежа в другую сторону! И развернулся обратно, попутно сверяясь с Яндекс навигатором. Пиздец. Может, пора уже последовать примеру Яны и начать задумываться о депортировании в другую страну?

***

— Прием, Слава, как слышно, прием? — Мила, бля, я стою в метре от тебя! Милица обернулась и увидела Славика с ящиком во всей его красе. В платье горничной, если быть точнее. — Ебать, Славик, че, на работу устроился? — Ну да! — Молодец! Поздравляю! А у кого убираться будешь? — В смысле убираться? Тут Мила ахуела. Слава поставил ящик наркоты на землю, подтянул колготки и отправился к тропинке с указателем «стриптиз-клуб».

***

— Вот что за люди! Что за нравы! — ругалась бабка из двадцать третьей, — Раньше за такое в тюрьму сажали, а теперь что? — Может, полицию вызовем? — предложил шепотом дворник из одиннадцатой. — Да нахуя? Все равно не приедут! Им на нас поебать также, как мне на ежедневные подарки в клеш рояле! — отмахнулся охранник в мясокомбинате из восемнадцатой. — Полиции на нас плевать, звоним в ЖКХ! — решила мать-одиночка из восьмой квартиры. Кассирша ближайшей Шестерочки, проживавшая в девятнадцатой, молча уебала ее в окно четкой двоечкой, ибо хули она не смотрит за своими личанусами, которые рисуют матюки на стенах и срут под коврики. Все зааплодировали. Света и Ирка хотели бы драпануть от соседей, но обязывал долг перед людьми и нежелание получить пиздюлей. Пришлось чинить (ломать) щиток дальше. Слава графику работы с восьми до восьми, что пока не вернулись жители седьмого этажа — иначе деньги пойдут не на щиток, а на похороны двух долбоебок. Скорее бы.

***

Яна ехала на поезде часа два, по истечении которых в вагоне уже устроили дебош, пьянку, свадьбу, развод (на бабки), похороны (своей молодости) и в принципе помотали нервы проводникам и местному админу. Тот с красным ебальником и трясущимися конечностями ушел лить слезы в кружку своему напарнику, за что тот сердечно поблагодарил друга, так как пить хотелось, однако уже полтора часа не получалось выбраться к чайнику с кипятком из-за бабки с альцгеймером, которая каждые пять минут просила пакетик чая, забывала все, как только ей его приносили, и начинала шарманку заново. Не бывает так, что плацкартный вагон пуст хоть в каком-то месте, и, по этому закону подлости, у Яны тоже были ближайшие соседи. Если вышеупомянутый боссфайтер в мире офисных программ с прикидом а-ля «домашний кежуал» и с компом из эльдорадо за 40к с кучей (предустановленных) вирусов в самих гуглдоках сидел за столом молча и не отсвечивал, работая на своем неубиваемом трансформере уже битый час без подзарядки, то с остальными пришлось попотеть. Той самой альцгеймерной пенсионерке молча подкинули снотворное в чай прямо на ее глазах, и просто подождали пять минут, пока она все забудет, прекратит материться на старославянском и выпьет бадягу. (Админ сказал спасибо и сквозь рыдания пообещал ежедневно молиться за Янку в храме (как оказалось, он буддист (Яна посоветовала молиться чтоб Ярушин не играл в сериале по ластухе и ушел из проекта, ведь это не его роль))). Кучку подростков, стоящих около полки своего кента или кентихи, но скорее осла или ослихи (родство с ними измерялось в громкости разговоров, тупости мемов и количестве матов, чего было дохуя и больше), пробовали подкупить диском с нфс 1 и новым тамагочи с тетрисом. После смеха со вкусом яблочной ашки и слов о том, что это всë «рофл», «кринге» и просто «не превед-медвед» вышла Янка гордой сутулой походкой и дала им по Монстру, сотке и хлебалу. Ей ответили тем же, но уже без энергоса и сотки. Легендарной битвы не случилось, ведь всех разогнала бабка, которая пока еще не заснула. Все молча подождали пять минут, пожали руки и разошлись. Храпящего алкаша в вечном запое просто заткнули подушкой, понадеявшись, что это надолго. Тот пару раз пытался сопротивляться, но под наседом шестнадцатилеток позорно прогнулся и отошел в алкогольную кому с розовыми пони и ожившей бутылкой водки. На верхней боковушке над Яной никто не ехал, ведь никто не хотел быть хуже, чем эта дауниха. После адского замеса Яне надоело сидеть и тупо пялить на картинки из раскраски (фломики, оказывается, высохли, тк им было уже пять лет), поэтому она достала телефон и стала играть в игру из плеймаркета на 25 мб «кто-попадет-за-шиворот-ботанику-тарелкой-манки-от-поварихи-тети-Гали.игры.для.детей.80+». Во что в целом можно было поиграть и в школе, но тоже сойдет. Воротничок со своим вордом пытался подглядывать, но Яна показала фак, ведь он не дал ей скачать Огонь и воду на свой минималистик 2013, который уже давно пробило по базе половина мошенников страны (ей было похуй что интернет не ловил и у мужика из-за троянов уже не осталось памяти).

***

— И вон ту грядку еще прополоть не забудь! — Ну дядя Дима… — Давай-давай, а то в свой Мухосранск вернешься только к концу мая! — дядя Дима вальяжно разлегся на старом диване под навесом и раздавал приказы со своего «трона». Мила закатила глаза, воткнула лопату в навоз вперемешку со сорняками, кожурой, скорлупой и бычками от «Явы» и принялась копать. Сука, надо было со Славиком в клуб устраиваться. Ну, барменом, конечно. Неожиданно орудие труда звякнуло, уперевшись во что-то твердое. — Дядь Дим, тут под грядками че-то есть! — Меня этим больше не наебешь! Милица закатила глаза и стала откапывать. Откопав, она вытащила нечто из земли. К сожалению, вместо клада с баблом ее настигло разочарование. — Дядь Дим, а хули тут кастрюля делает? — О! А я ее искал! Дядя подошел, забрал свою железяку и поперся в дом — ее отмывать. Мила бросила лопату, перескочила через деревянный забор, чуть не наебнувшись в канавку, и побежала как осел из Шрека. Да, на четырех лапах. Ну а хули, так быстрее.

***

— Все, Ир, звони Олегу! — выдохнула Светка. За ее спиной раздавались звуки бунта крепостных соседей. — Нахуя? — Щиток починит! — Да он лампочку себе вкрутить не может, без света живет, какой нахуй щиток? Света вновь вздохнула и села прямо на пол, прислонившись к тошнотно-зеленой стене подъезда. А вот надо было слать нахуй тиммейтов в КСке, которые ее на кухню варить борщ отправляют, а не слушать Шурку со своим «ну в синглы поиграй тогда, вон у меня дарк соулс третий не пройден, и ваще, пассия моей матери, пиздуй-ка ты в свою квартиру к своему компу, че ты тут сидишь, я его собирала». Теперь даже пробки на место вставить не может! Все эти ваши компуктеры виноваты. (На самом деле она тупо прогуливала обж и труды в школе, но похуй). В Африке вообще без воды живут, а им — цифровое тв подавай! Ладно. Похуй. — Ну я не ебу тогда, че делать… О, а может плоскогубцами попробуем? — Але, Олег? — деловито вопросила Ира в выключенный экран разряженного телефона. Олег выполз из своего сарая и сразу же направился к Ире, как только та позвонила ему через телефон Светы. Герои — они как бизнес-такси, по первому зову! А на самом деле ему просто Ирка пол косаря еще не вернула. Все соседи, завидев Олега, затихли на секунду, но сразу опомнились и завели шарманку снова: — 'От, еще один приперся! — Понаразвелося тут!.. — Мы щас полицию вызовем! — Электриков лучше вызовите, долбоебы! — кричал откуда-то голос умного человека, но его, как обычно, никто не слушал и ничего ему не отвечал. Только мамаша из восьмой, но ответ был один, как и всегда: что он матерится при детях. (Пришлось ее еще раз уебать, и на этот раз подальше и посильнее). — А вы вообще кто? — спросила Олега врачиха из пятнадцатой. — Любовник мужа! — ответила за Олега Ирка и быстренько завела того в квартиру вместе с собой. — Мы на секундочку! — добавила Света, забегая последней и закрываясь на три замка. — Вот ироды!.. — не прекращала браниться бабка.

***

Спустя два дня. Раздался звонок. Четвертый за минуту. Попивавшая балтику нулевку Яна проигнорировала, поправив солнечные очки и поудобнее усевшись. Остальные люди в парке смотрели на нее, как на ебанутую. «Надо мелодию звонка поменять на че-то современное, заебала уже эта сигмабоевская параша. Про че там Шурка говорила? Крутая песня из крутой игры? Пицца с сыром какая-то» — решала про себя Яна, одновременно отвечая на звонок. Соизволила, ебать. — Але! Яна! Яна ахуела. Какие люди! — Мил, ты че звонишь? — Да у нас щиток в подъезде перегорел! — эта метр с кепкой, судя по звукам из девайса, уже тряслась в электричке до города. — Булки в руки и подваливай быстрее, поможешь починить! — А без меня никак? Шурка у вас есть, или вы ее в детдом сдали? — Было бы славно. Но Шурка улепетала в Кострому. — На чем это? — удивилась Яна. Сотрудница отеля, которую припахали таскать всю хуйню Яне за дополнительную плату до лесопосадки прямо слева от отеля, забрала у нее опустевший стакан и ушла делать свою работу дальше. Милке б также не помешало. Сидела бы, партии продавала, а не ехала по первому звонку от Светки спасать хату, как Нейт всех своих друзей в каждой части. Но тогда бы и части поменьше были, а наути догс надо как-то зарабатывать. — На пиздюлях нашей матери. Буквально. Излагаю кратко: батя в Воронеже, Олег в запое, мать со Светкой — в отчаянии. Соседи в ахуе и готовы вызывать ментов, а меня дядя Дима еще месяц этой картошкой с грядками полоскать будет, — а, теперь понятно, нахуя она свалила, — Да и партии тут у меня… А у Славки работа новая. — А Шурка не может как-то побыстрее из своей Костромы? — Все билеты раскупили, поэтому ближайший поезд на три дня в известном нам стиле «плацкарт» только в следующий вторник, — Мила слышала, как на том конце провода Яна явно пыталась удариться башкой об асфальт. Ну, у причуд свои приемные, — Вот кому-то делать нехуй, аж в нашу Мухосральню тащатся! Но похуй, все равно пока эта киберзависимая на билет подметанием Костромы заработает, уже снесут этот Мухосранск. — Не снесут. — Сплюнь. Короче, сюда пиздуй! Ты где кстати кукуешь, бабушкина радость? Опять из города съебаться решила? Послышались гудки. Яна сбросила трубку. — Что-нибудь еще? — вежливо спросила пришедшая в четвертый раз и столько же раз заебавшаяся сотрудница отеля. — Один билет до Мухосранска, пожалуй… На соседнюю пустующую скамью плюхнулась чья-то тушка. — Ебучий Яндекс-навигатор! Воронеж-то в другой стороне был!

***

— Вот нахуя ты в этот Воронеж вообще поперся? — Ира пилила мужа (бывшего) так, как не пилила боссов из соулс лайков на компах дочери и любовницы, параллельно печатая сообщение в чат соседей с извинениями и просьбами не хоронить за плинтусом. Леха тяжело вздохнул и выдал: — Во всеворонежский университет даунских профессий… Ира закатила глаза и задала логичный вопрос: — Нахуя? — На гопника переучиваться… — А чем тебя профессия «бомж» не устроила? — вмешалась Светка. Леха молча встал и ушел сосаться с Олегом в ванную. Мало того, что оповестил, что разговор окончен, так еще и показал, кто в доме хозяин. Всем бы такого мужа (бывшего). Ирка со всей воскресенной тоской, когда понимаешь, что завтра понедельник, присела на погрызанный и поебанный (спасибо Васе с Шуркой) диван. И похуй, что сегодня вообще четверг. Перспектива последовать примеру мужа (все еще бывшего) и уйти со Светкой в закат примерно навсегда уже не казалась такой ебнутой. — Вот нахера мне это все?.. Слышь, Ян, бабкина мечта-то хоть сбылась? — в процессе семейных дискуссий выяснилось, куда делись бабка и Яна. Первую решили помнить добрым американским словом (и отдать дань уважения, перепройдя легендарную пятерку еще раз), а у второй втихаря стырить наследство под предлогом «маленькая еще, пусть у нас пока полежит». Но после угроз в виде статей, сроков и «хер я вам буду игры на платину закрывать и серики с вами смотреть, у меня теперь что не фраза, то отсылка из-за ваших мозговыносяшек» быстро захлопнули варежки. — Не, там все кладбище занято было, — протянула Янка с кресла печальным голосом, сидя с поплывшим от грусти таблом. Деньги за такой краткосрочный отпуск ей никто не вернет, даже негативные отзывы отелю, поезду, Геленджику и человеческой рассе на всевозможных сайтах вплоть до Ответов mail.ру не помогли. Васька мог бы ее морально поддержать, но вылезать из-под дивана отказывался в виду того, что тут Шурка со своими безумными идеями типа «запустить первый Дум на коте, ведь он везде запускается», — Какой-то ебанько из нашей области решил похоронить кастрюлю, потому что у нее отвалилась ручка. — Знакомые кадры… — протянула Мила, пытаясь обкуриться непроданной партией травы, пока никто не видит. Все видели, но делали вид, что ахуеть какие слепые. Про тот душещипающий, сердцеразрывательный, почковзрывающий и в принципе хуевый эпизод дядиной биографии о том, как взрослый мужик под сорок рыдал на все Хуево-Тутуево из-за того, что в процессе отмывания железяки та не выдержала и сдала полномочия, Мила решила умолчать. Но дяде эту ржавую бочку, видите ли, отец подарил, на вечную память, когда за хлебом уходил. Остались от него еще тапки, но те кошак погрыз. В конечном счете все разрулилось относительно мирно: Шурка, довольно быстро примчавшая из Костромы обратно, так как дотеров и КСеров там не принимают, умчалась снимать гайд «как оторваться от ментов в гта сан андреас»; а Светка и Ирка поперлись на свидание. С электрощитком. Снова, но на этот раз — с электриком и сотрудником ЖКХ. Олег и Леха явно намеревались перейти к чему-то большему, нежели поцелуй, короче, поебаться. Мила отправилась доставать дядю из депрессии по поводу невозвратимо ушедшей Кастрюли Дедовой. Заодно и Славку прихватит, ибо ящики кое-кто так и не натаскал, вместо этого отрабатывая приемы танцев на пилоне и зажимы яйцами на зрителях. Яна поднялась со скрипнувшего кресла и покормила выползшего после ухода Шуры кота остатками бабкиных харчей, с которых, его, кстати, и в прошлый раз раздуло нехило. Но Яне, как вы поняли, слишком похуй. А потом отправилась удалять все игрушки матери с учетки. Говорят, в Костроме возрос уровень туризма. А бабкиного наследства хватит еще до зимы. Зимы следующего столетия. Если, конечно, не спиздят. Или не пнут в Кострому без него.