Это провал... Или нет?

Несмотря на всеобщее мнение, Питер не был в край наивным. Он знал о жестокости мира, о том, что люди эгоисты, что не все в жизни идет так, как хочется, что даже самый близкий может предать (на этих мыслях он всегда вспоминал лицо Капитана Америки и поджимал губы) и что любовь бывает невзаимная, он тоже знал. Влюбиться в наставника было глупо. А еще быстро, неожиданно и бесповоротно. Паркер не заметил, когда фанатский восторг превратился во влюбленность, а после в любовь. Это просто произошло, и отвертеться от чувств не получалось. Питер сетовал на заботу, разговоры, понимание, принятие и сработанность со Старком, которые привели его к этому. Проводить время с Тони всегда было интересно, будь то мастерская, просмотр фильма, прием пищи, патруль, миссия или даже тихое нахождение в одной комнате. Приятная атмосфера, смешные шутки, затягивающие разговоры, все это цепляло. Как и то, что вскоре после более тесного сотрудничества, Старк перестал относиться к Паучку как к ребенку и с интересом слушал его идеи и рассуждения. Не уставая намекать «сокомандникам» на скудность их ума и низкий айкью, и призывая их равняться на молодого героя. Питер знал, что миллиардер никогда не ответит на его чувства, это было очевидно. Возраст, положение, опыт, ориентация, все было против парня, и он не пытался говорить с наставником о своих чувствах. Зачем усложнять себе и мужчине жизнь? Да и не хотелось потерять то, что имел на данный момент. Ведь было ясно, что после никому ненужного признания, находиться в компании друг друга было бы неловко. Поэтому после осознания, Паркер тяжело вздохнул и решил, что никто не должен об этом узнать. И не пришлось менять свое поведение, Питер не стал вести себя иначе, ведь для всех он был «Фанатом Железного Человека». Паркер относился к большинству Мстителей с презрением, а потому у них не возникало мыслей поговорить с ним о его чрезмерной заботе. А те, кто получил от Паука уважение, были слишком понимающими, чтобы не лезть туда, куда не следует. А потом Питер заметил взгляды. Тони смотрел. Разглядывал. И Паркер понял, что происходит, он наблюдал за этим взглядом на многих фото и видео прошлых лет гения. Старк оценивал Паука. Питер буквально чувствовал этот взгляд, раздевающий его. Чаще всего это было ощутимо, когда парень был в костюме, который обтягивал его везде и всюду. Конечно, было приятно получить такое внимание от наставника, но Питер знал, что, ни к чему хорошему это не приведет «Интрижка на одну ночь с человеком, который всегда рядом, коллега, одноклассник, учитель, ну ты понял, это всегда провал, поверь мне, Паучок. Редко бывает, что нормальное общение сохраняется, и никто не припоминает об этом. Именно поэтому Поттс уволилась». Поэтому решил притвориться, что ничего не замечает, ведь, Старк не начал бы активные действия без данного ему зеленого света. И все было нормально, больше года Питеру удавалось игнорировать и мастерски уходить от взглядов наставника, не поддаваясь ему. Порой, еле сдерживая себя, от флирта и намеков. А потом наступил его двадцать первый день рождения. Питер решил не праздновать свой день рождения, несмотря на уговоры Старка. Мэй укатила с новым мужем на другой конец страны, и предполагаемое празднование должно было проходить в комплексе. Но Паркер не хотел видеть некоторых «героев» на празднике, а потому и вовсе решил от него отказаться. Но Тони не смог так это оставить, и когда парень пришел в мастерскую, то наставник всучил ему бокал вина и заставил праздновать. Весь вечер Тони и Питер разговаривали, перебирали идеи отложенные «в стол», обсуждали Мстителей, пускали дротики в фотографию Фьюри, и пили. Старк не уставал подливать им алкоголь, убеждая парня в том, что ждал позволения закона больше года. Паркер на это хмыкал и продолжал пить, не ожидая от алкоголя сильного действия. Утро Питер встретил полностью обнаженный в постели наставника, который тихо сопел у него за спиной, и с пустотой в голове.

/\/\/\

Вслушиваясь в сопение Старка, Питер пытался сосредоточиться на своих чувствах и ощущениях. Он знал, что даже если у них и было что-то, то он этого не поймёт, из-за своей регенерации и надеялся, что отсутствие одежды, обусловлено тем, что он облевался или пролил на себя что-то. Но прислушавшись к собственному телу, понял, что на ягодицах, бедрах и животе стягивает кожу и с трудом сдержал желание выругаться, от осознания, что так ощущается. Питер знал, что если встанет и уйдет сейчас, то у него не будет времени подумать, потому что Старк точно проснется вскоре после его ухода, а значит, думать нужно здесь. Для начала стоит восстановить события. Как помнил Питер, после четырех бутылок вина, Старк стал размышлять о невосприимчивости Паука к алкоголю и ушел куда-то на полчаса, попросив парня ждать. Оставшись в одиночестве, Паркер позволил себе выдохнуть и расслабиться, что делать в компании наставника было сложно. Ведь под влиянием алкоголя, тот позволял себе гораздо больше. Когда Питер почти заскучал, мужчина вернулся со странного вида флягой, содержимое которой влил в только открытую бутылку вина. Вот оно. Скорее всего, это была медовуха из Асгарда, а это отдельный пиздец. Паркеру становится понятно, что напиться ему все же удалось, а значит, он натворил хуйни. Как бы парень не старался, кроме отдельных моментов прошедшей ночи он не мог вспомнить, что к этому привело. Питер сидит на кровати, стягивая с себя одежду, что-то бормоча, а после громко требует Старка взять ответственность за его состояние… Поцелуи Тони кружат голову не хуже алкоголя, а его руки, гладящие тело парня под ним, доставляют удовольствие, когда проходятся по особо чувствительным местам… Паркеру жарко, до слез приятно и странно, ощущать в себе пальцы наставника, которые смазывают и растягивают его, подготавливая... Питер чувствует, что Старк полностью входит и останавливается, чтобы дать парню привыкнуть, прижимается своей грудью к спине Паркера и шепчет на ухо о том, как давно хотел трахнуть Питера… Тони двигается резко, точно попадая о простате, и ощупывая низ живота парня… Питер стоит на четвереньках, пока Старк подводит себя и партнера к краю. Парень кончает с признанием шёпотом на губах, даже в таком состоянии понимая, что не сто́ит портить момент… Покраснев от воспоминаний, Питер даже пожалел, что смог восстановить некоторую часть воспоминаний. Было бы лучше, решил Паркер, если бы он придумал произошедшее ночью сам, чем вспоминал. Грубые слова Старка, вроде «Поиметь, шлюшка, сучка» и прочие, лишь подтвердили мнение Паука в том, что единственное, чего хотел Тони, это его тело, а точнее, как выразился миллиардер «трахнуть» это самое тело. Питер с трудом убедил себя не плакать и решил, что надо бы уже покинуть кровать наставника, если он правильно помнил, то Старк так же пригубил вина с медовухой, а значит, был огромный шанс, что не вспомнит ничего произошедшего ночью. Поднявшись с кровати и собрав свои вещи, Питер тут же сбежал к себе, позволив бросить взгляд на Тони.

/\/\/\

Почти весь день Питер провел у себя в комнате, переписываясь с Нэдом и Мишель, с которыми не поделился откровением произошедшего между ним и Старком. Для друзей, Питер и Тони весь вечер копались в железяках. Когда не жалеть себя стало слишком трудно, Паркер отключил телефон и уткнулся носом в подушку, он искренне надеялся, что наставник не придет к нему в поисках воспоминаний. Парень знал, что Тони уже встал и на всю башню успел пожаловаться, что не помнит как провел ночь. Паучок надеялся на это, но это было вынужденно. Конечно, он не отказался бы состоять с наставником в отношениях, вот только мужчине это было не нужно. Если уж между Тони и Пеппер ничего не получилось, то Питеру тут явно ловить нечего. —Мисс Поттс он хотя бы любил, а меня он только трахнуть и хотел, не заняться любовью или сексом, а трахнуть... – прошептал парень подушку и, обняв ее, понадеялся уснуть. Когда прошло около десяти минут и Паркер уже начал проваливаться в дрему, дверь тихо открылась, и в комнату вошел Старк. Он аккуратно подошел к кровати, и лег рядом с парнем, отмечая его неподвижность и спокойствие, думая, что тот спит. —Паучок, не хорошо сбегать с места преступления. Хотя.. Плохая аналогия. – Тони говорил не очень громко не пытаясь сделать так, чтобы тот его услышал, скорее наоборот. – Но сбегать все равно плохо. Не знаю, вспомнил ли ты, но мне помогла Пятница. Признаюсь, смотреть на произошедшее в спальне и на пути к ней, было трудно. Но еще сложнее было смотреть на действия в мастерской. Ты выглядел мило, когда пьяный пытался убедить меня, что я не должен знать о твоей влюбленности в меня. Ведь это даст мне повод затащить тебя в постель, а после наше взаимодействие станет крайне неловким, пока не сойдет на «нет». Глупо с моей стороны обижаться на такие мысли, еще глупее, было надеяться, что ты решишь дать мне шанс, не зная о моих мотивах… Я люблю тебя, Питти-пай… Надеюсь, что у меня будет шанс, доказать тебе это и то, что я хочу провести с тобой остаток своей жизни. —Только, если вы пообещаете, не употреблять грубые слова во время занятия любовью, Мистер Старк. – Питер перевернулся лицом к наставнику, легко коснулся его губ своими и, обняв, закрыл глаза, предпринимая ещё одну попытку, уснуть. Ещё некоторое время, Старк грудью чувствовал учащенное сердцебиение парня и слышал его учащенное дыхание. Он не стал ничего говорить, понимая состояние Паркера, который весь день провел в волнении и осознавая, что Питеру нужно немного успокоиться и понять произошедшее.