Основатели. Сквозь время

      Годрик и его отец резко обернулись на голос, и в свете палочки Рэндольфа они увидели бледное лицо Эннея и лихорадочно блестящие глаза. Он тяжело дышал, как будто только что бегал или таскал тяжелые мешки.       -Энней, что ты сделал? - тихо спросил Годрик.       -Он заслужил. Я просил тебя не приходить, а ты еще и отца привел.       -Это не он, - раздался женский голос.       -Мам! - слегка прикрикнул Энней.       Годрик и Рэндольф обернулись на звук голоса: он шел из тени в углу дома, и оба мужчины смогли лишь слегка разглядеть очертания женской фигуры. Но отцу и сыну и так было понятно кто говорил. Миссис Хэд вышла на небольшой участок света, который исходил от палочки, и продолжила:       -Сегодня в обед я вынесла ребятам перекусить, но их не было видно, поэтому я решила, что они могут быть за сараем. Подойдя поближе, я невольно подслушала разговор. Тогда я все поняла и не могла допустить того, о чем думал мой сын. - Миссис Хэд взглянула на Эннея, но тот смотрел в пол и часто дышал. - Отчасти это все было и моей виной, поэтому мне это все и исправлять.       Женщина замолчала и присела на лавку возле стола. Затем она шумно вздохнула и начала плакать. Годрик и Рэндольф посмотрели друг на друга и подошли ближе. Рэн присел возле женщины и ласковым голосом принялся успокаивать ее. Годрик подошел к другу, тот все стоял возле лестницы, уставившись невидящим взглядом в пол:       -Я был в комнате и услышал грохот, - тихо произнес юноша. - Когда вышел, то увидел, что он лежит здесь, на полу. Сначала решил, что ничего серьезного, но потом понял, что он даже никаких звуков не издает. Я тихо спустился вниз, все еще не в силах поверить своему счастью. Честно, я был рад и не жалею об этом. Как будто это было само провидение. Потом услышал наверху тихий всхлип. Не знаю, как я ее сразу не заметил, но в тот самый момент я все понял.       И снова тишина, которая нарушалась всхлипами миссис Хэд. Затем Рэндольф спросил:       -Где он?       -Возле задней двери. Я собирался вытащить его в лес, но не успел. - Немного подумав, парень спросил: - Что вы теперь будете делать?       -Пап? Я хочу помочь. Энней хороший, и миссис Хэд тоже. Они не виноваты, что…       -Тихо, сын. - Рэндольф перебил Годрика. - Прятать его однозначно нельзя. Кто-то его рано или поздно найдет, и у людей возникнут вопросы. Обставим все как несчастный случай: в темноте спускался вниз и оступился. Матильда, устроишь шум, побежишь к Хоппу, приведешь домой, чтобы осмотрел. Справишься?       -Но он поймет, что Эд…что он не сам… - слабо возразила женщина.       -Не беспокойся, одно простое заклинание, и Хопп скажет все так, как надо мне.       -Рэн, я не могу, давай я признаюсь, скажу, что я сама. - Миссис Хэд не выдержала и снова начала рыдать.       -Нельзя, - отрезал мужчина. - Ты знаешь, что за это будет. Хочешь оставить Эннея одного?       -Ты позаботишься о нем, я знаю.       -Нет, у него есть мать, и мать будет заботиться.       -Мам. - Энней подошел к матери, опустился на колени и взял ее руки в свои. - Не бойся, я с тобой. Спасибо, спасибо тебе. Ты очень храбрая женщина. Еще немного побудь такой, а дальше у нас все будет хорошо. Ты и я. Обещай мне.       -Хорошо, сын. Я обещаю. - Женщина вытерла рукавом лицо и стала понемногу приходить в себя.       -Пап, что мы будем делать?       Рэндольф рассказал остаток плана. Это была длинная ночь. Буквально через несколько часов об этом говорила вся деревня, но ни у кого лишних вопросов не возникло. Каждый житель выразил свое сожаление по поводу безвременной кончины "такого хорошего человека" Матильде и Эннею Хэд. Они принимали соболезнования, но в глубине души тихо радовались.       Спустя пару недель после этой истории Годрик стоял на границе леса, не решаясь в него войти. К нему подошел отец, и юноша обернулся.       -А, это ты.       -А кого еще ты ожидал здесь увидеть?       -Да нет, это я так.       -Пойдем вместе?       Годрик молча смотрел на лес. Несмотря на то, что рядом был отец, он все равно не мог заставить себя сделать это. В любой другой день - да, но не сегодня.       -Нет, я не пойду.       -Тогда пошли, мама ждет.       Они развернулись и медленно пошли к дому. Сначала шли молча. Рэндольф видел, что его сына что-то тревожит, но тактично молчал и ждал.       -Пап, как думаешь, у Эннея все будет хорошо?       -Думаю, да, сын.       -Я знаю, то, что сделала миссис Хэд неправильно, но у нее не было выбора. Она должна была защитить своего ребенка. Но теперь они могут жить спокойно.       -Сомневаюсь, что Матильда будет жить спокойно. Но она знает, что ее сыну ничего не угрожает, и это будет немного ее согревать.       -Я бы хотел сделать что-то большее, чем просто выводить его из себя своими проступками.       -Твоей вины здесь абсолютно точно нет. Ты делал, что мог. Когда ты узнал?       -Несколько месяцев назад. Случайно увидел.       -Хм, - задумчиво хмыкнул Рэндольф. - А те разбитые горшки Хоппа?       -Он ударил своего пса, - нехотя произнес Годрик. - А икотная болезнь Саймона за то, что он обзывал Лиззи. А все сапоги ушли от Дэйва, потому что он хотел утопить котят Маргаритки.       Рэндольф тихо засмеялся и похлопал сына по плечу:       -Так вот ты какой. Почему же ты нам не говорил правду?       -Да вы бы все равно не поверили. Мама так точно решила бы, что я придумываю отговорки.       Некоторое время они шли в тишине. Затем Годрик остановился:       -Пап, я хочу стать сильным волшебником, чтобы помогать слабым. Защищать их.       -Что ж, - произнес Рэндольф, - я понимаю к чему ты ведешь и давно уже ждал этого. Ты точно в это уверен?       -Да. Если я останусь в Сегенхаме, то ничего не добьюсь. А путешествуя, я смогу учиться и набираться опыта. А когда вернусь, вы меня не узнаете!       -Я рад, что ты нашел свою цель. Уверен, что не пожалеешь?       -Нет. - В глазах юноши горел огонь, который доказывал, что тот не поменяет своего решения.       -Тогда пойдем, надо сообщить матери.