помощь зала

исаги вздыхает, удобнее перехватываясь за поручень. на часах в районе десяти утра, а он качается в такт поворотам практически разваливающегося автобуса — и всё потому что несс живёт в такой глуши, в прямом смысле этого слова, что ничто другое сюда не идёт. единственное, что спасает это субботнее утро — факт того, что сегодня йоичи наконец увидит своего парня, от которого за неделю ни привета, ни объявления войны — полная тишина, короче. едва не пропустив нужную остановку из-за очередного провала в мысли, исаги бонусом к этому запинается на выходе из транспорта. какой-то младшеклашка на остановке смеётся над ним, но тушуется, стоит лишь посмотреть в его сторону. йоичи делает глубокий вдох и выдох и спускается в дебри спального района. частный сектор тут идёт вперемешку с многоквартирными домами в несколько этажей, и исаги интересует как раз один из последних. едва не вломившись в подъезд — как это обычно и бывает, потому что путь к дому алексиса чересчур извилист для йоичи, бывающего там максимум раз в год — другого дома, парень наконец начинает подниматься к знакомому пятому этажу, предварительно подхватив в почтовом ящике запасной ключ, который обычно всегда там лежит. открывая дверь, исаги чувствует, как внутри поднимается чувство, будто он уже проигравший — от мяча до ворот один удар ноги, и в точности бьющего сомневаться не приходится. но йоичи просто напоминает себе, сколько раз даже с этим чувством он в итоге выиграл, и заходит внутрь. в гостиной его встречает привычная до ноющей боли под рёбрами спина. михаэль даже не поворачивает голову до конца, лишь цепляет краем взгляда и отворачивается обратно, поправляя очки. — пора бы нам уже поговорить, что думаешь? — исаги заходит в комнату, не утруждая себя в мытье рук и приветствии, но это никого не смущает. более того: кажется, они сейчас наедине. — думаю, — кайзер кивает, и йоичи наивно полагает, что это было согласием с его словами, но продолжение следует, когда он проходит достаточно далеко, чтобы смотреть ему в глаза можно было без лишних движений. — что ты тормоз. — во-первых, тормоз тоже механизм. — в любой другой ситуации исаги мог бы рьяно оспорить звание тормоза, однако сейчас лучше мило согласиться. — во-вторых, один раз уже спизданул, не подумав, второй бы вряд ли помог. — да ты регулярно так делаешь. — михаэль фыркает и снимает очки. — где же твоё хваленое умение прекрасно считывать ситуацию? — ну, извините, не всегда готов на футбольные подвиги. — йоичи вздыхает. вроде как извиняться пришёл, а получается — на сеанс бесплатных унижений. хотя, по сути своей, одно от другого не так уж далеко уходит. — твоя проблема, — он жмёт плечами, мол "мне так похуй сейчас, иди сам как-нибудь разберись с чем ты там хотел", и именно такого кайзера исаги опасался: с ним общаться наименее плодотворно и наиболее бессмысленно. да уж, баро и несс были определённо правы, когда говорили, что разговор был отложен зря. как минимум из категории михаэля, демонстрирующего обиду прямо, он превратился в михаэля, демонстрирующего обиду через подтексты, полутона и нахмуренный взгляд. — да, виноват. мне нужно было подумать, что и как говорить. и в какой момент. — в голове одни за другим всплывают слова друзей, и речь оттого выходит резкой, сумбурной и прерывистой. — но я правда хотел как лучше! я надеялся, что это поднимет тебе настроение. — ой, как мило, сейчас заплачу, спасибо за такую заботу. — михаэль не выглядит впечатленным вообще. «вот умеешь же ты быть отталкивающим в самые подходящие моменты,» — проносится у йоичи в мыслях, но его парень выглядит так, будто это произносится вслух. — уходи. я не хочу разговаривать, мне кажется, это заметно. — михаэль встаёт, видимо, самостоятельно собираясь покинуть комнату, однако единственное движение, которое осуществляет исаги — ему навстречу. кайзер оказывается зажат между ним и столом за спиной, и для полноты эффекта йоичи блокирует пути к отступлению руками. конечно, тому ничего не будет стоить оттолкнуть его, но проблемы будут решаться по мере их поступления. — неважно. я зато хочу, этого хватит. — исаги вздыхает, пытаясь заглянуть в чужие глаза, и михаэль не сопротивляется этому. — послушай, я уверен в том, что ты не хочешь потерять всё то, что между нами есть. и я не хочу, даже если тебе вдруг кажется, что это не так. так что давай просто как взрослые цивилизованные люди найдём решение проблемы, а не способ её избежать? я понимаю, что сравнения — не то, что ты хочешь слышать по отношению к себе, и понимаю, что гораздо худшим в этой ситуации для тебя было моё промедление. но для того, чтобы банально не повторить то, что тебе не понравилось единожды, мне нужно было время это обдумать. не все можно делать мгновенно, несясь сломя голову — хотя да, этого тут тоже не хватило, мне нужно было остановить тебя, а не дать так просто уйти на неделю. я всё понял, принял и обработал. — переводя дыхание, он чуть щурится, изо всех сил впитывая чужую реакцию. — я люблю тебя, мика, и знаю, что ты любишь меня в ответ. вместо ответа кайзер просто напряжённо водит взглядом по его лицу, а потом наклоняется и целует. обхватывает лицо ладонями, жмурится, явно борясь с собственными мыслями, тянет ближе к себе. и йоичи с готовностью отвечает, не убирая, однако, рук с занятого ранее места. ведь сейчас забыть, что змея, пригретая на груди, — самая коварная из всех, может быть большой ошибкой. не роковой, конечно, ситуация, вроде, стала чуть лучше, но факта не меняет: пока у михаэля будет желание сбежать, он не останется на месте. правда, в этом уравнеии две переменных — исаги тоже не станет сидеть, сложа руки, в случае чего. руки, к слову, сами собой тянутся у чужим бокам, и, хотя йоичи оправдывает это тем, что так будет удержать его ещё удобнее, дело привычки есть дело привычки. — йоичи, — кайзер слегка отстраняется, на губах его слабая улыбка, а складка между бровями практически разгладилась. — ты придурок. — полагаю, это значит "извинения приняты"? — исаги усмехается, и михаэль тянет бровь вверх. — а что, прозвучали извинения? йоичи молчит, и кайзер тоже, но улыбки на их лицах всё шире. извинения определённо приняты.