Неизвестное и неизведанное

1. Поезд прибывает на платформу Отчаяния ровно в 7:20 утра и ни минутой позже. У пассажиров есть 99 секунд на то, чтобы придать своему лицу подходящий вид. Вы только что выиграли миллион долларов в лотерею.

      У Ирм всегда были проблемы с тем, чтобы сесть на поезд. Не только потому, что девушка постоянно опаздывала минимум на полчаса, куда бы её ни пригласили, но ещё и из-за не желающей слезать с лица улыбки, которая могла служить пропуском только на Радужный состав, направляющийся куда-нибудь в направлении местного диспансера. Можно было, конечно, настойчиво щипать себя за локоть или предварительно пересмотреть три мыльные оперы подряд, но первый способ был чреват вопросами от сестры о том, с кем настолько несдержанным Ирм проводит время, а второй… девушка не выдерживала и получаса абсолютного бреда, бросала в телевизор тапочки или попросту засыпала.       В общем, направление Отчаяния и прочих эмоций подобного рода представляло для неё одну сплошную пытку.       Но выбора не было: сестра потребовала присутствия несчастной Ирм на свадьбе, а заведение располагалось как раз на злосчастной ветке… Хотя очевидный вопрос о том, как будут выглядеть гости, прибывшие или по ветке Отчаяния, или Депрессии, или и вовсе Большого Раздражения, почему-то не пришёл в голову ни одному из организаторов торжества.       Сегодня девушка приехала вовремя. Вечером она десять тысяч раз перепроверила сумку, сложила все необходимые предметы так, чтобы они находились под рукой, потратив на подготовку не меньше четырёх часов, в итоге вернулась домой всего рекордных три раза и прибыла на платформу ровно минута в минуту — любой кондуктор позавидовал бы.       Только вот теперь перед ней стояла не менее непростая задача: требовалось изобразить на лице искреннее отчаяние…       Поводов, на самом деле, было много. Одна мысль о предстоящей свадьбе заставляла её едва ли не впадать в истерику, а ведь торжество принадлежало сестре, которая вместо собственных забот успокаивала Ирм, изо всех сил пытаясь убедить последнюю приехать. «Зацепившись» за это чувство, девушка решительно натянула маску несчастной молодой леди, которая искренне не желает оказаться на скучном мероприятии, а затем углубила это чувство… Отчаяние вышло с натяжкой, и всё же в пределах допустимой нормы.       Ирм выдохнула и позволила себе опустить взгляд на мерцающий уведомлениями экран смартфона… «Поздравляем! Вы выиграли миллион долларов!» — гласило сообщение от компании, лотерейный билет которой девушка вчера купила на последние деньги. Счастливая улыбка против воли расползалась от уха до уха, и Ирм поняла, что ни на какую свадьбу (с её-то искренней радостью) сегодня уже не попадёт.       Но ведь и чёрт с ней!

4. Её пять минут назад бросил парень, а теперь перед ней возник тот, кого она могла бы назвать идеалом… только вот без штанов.

      Алекс рыдала, как ей казалось, уже целую вечность. Её драгоценный и самый-самый любимый парень, с которым она встречалась больше пяти лет, внезапно заявил, что встретил свою «истинную любовь» и больше не желает видеть ту, кто не подходит ему ни по знаку зодиака, ни по внешним параметрам… Не то, чтобы Алекс не знала, что он не самый прекрасный человек: множество признаков до сегодняшнего дня показали и рассказали в разы больше, чем сам партнёр, но девушка не ожидала, что это её оставят с глупым выражением лица посреди парка и унизительным статусом «брошенная». Поэтому и рыдала: бесконечная жалость к самой себе, воспоминания о том, как пять лет терпела наглеца ради брака… Что ей стоило три года назад уйти к Конто? Или к симпатичному американцу, который звал её в кругосветное путешествие? Но нет, хранила верность, терпела, а теперь оказалась единственной, кто уже никому и никогда не понравится.       Ну что за чёртова несправедливость?       Она раздражённо протёрла заплаканные глаза платком, чтобы хоть чуточку видеть окружающий её мир, и внезапно встретилась взглядом со странным молодым человеком, направляющимся аккурат к ней… Симпатичный, высокий, явно спортивный и абсолютно в её вкусе — таких Алекс за свою жизнь встречала всего дважды или трижды. И всё бы ничего, если бы… На незнакомце не было штанов. Ни намёка на штаны, откровенно говоря, и его волосатые ноги привлекали больше внимания девушки, нежели гладко уложенные волосы. Неужели парень обязательно хоть немного, но должен быть чудиком?!       Она поднялась со скамейки, собираясь совершить стратегический побег, когда симпатичный незнакомец обратился к ней. — Привет, — его глубокий низкий голос вызвал волну мурашек, прокатившуюся от и до по телу девушки. — Прости, пожалуйста, можешь мне помочь? — Со штанами? — мгновенно отреагировала Алекс, снова готовая ретироваться даже в ближайшие кусты, если парень покажется ей хоть немного опасным. — Вроде того, — он смущённо улыбнулся. — Мне нужно домой, а телефон украли вместе со штанами. Это, если честно, такая дурацкая история…       Какие-то секунды девушка сомневалась, не зная, хочет ли помочь этому человеку, но всё же сдалась, выдыхая напряжение через рот. Вытащив из сумки ключи от машины, уже на ходу она бросила: — Расскажешь по дороге.

5. Последнюю картофелину съели вчера на завтрак. Теперь остаётся всего два варианта: либо выбираться из катакомб и изучать окружающий мир, либо найти альтернативный источник пищи.

— Есть хочу, — сама себе проговорила Полосатик, тут же как ни в чём не бывало продолжив заниматься стиркой. Еда закончилась, воды осталось буквально на несколько дней… и несмотря на этот кризис, внезапно обрушившийся ей на голову, Полосатик решила напоследок перестирать всё грязное бельё. И пусть вода в тазике была холодной, а пальцы мёрзли едва ли не до окоченения, она всё равно продолжала, с завидным усердием выводя уже мало кого заботящие пятна на одежде.       Она осталась одна.       По-настоящему одна: Полосатик почему-то подозревала, что на планете, более непригодной для жизни, вряд ли остался хотя бы ещё один человек, сумасшедший настолько, чтобы уже три года каким-то чудом выживать среди необъятной пустоши. Она вот справилась потому, что с самого начала в её крохотном бункере обитало около двадцати человек, и каждый изо всех сил старался на благо выживания всей группы… Хотя теперь, когда последний близкий ей человек погиб две недели назад, пытаясь починить ветрогенератор, у Полосатик осталось не так много причин продолжать бороться.       Если бы пищевая катастрофа случилась, пока в бункере ещё тлела чья-то надежда, она точно разобрала бы механизм, чтобы обеспечить своих друзей пищей, но теперь всё это не имело абсолютно никакого значения. Как и вещи, которые девушка старательно выстирывала, собираясь после развесить сушиться по всем помещениям, игнорируя писанные и неписанные правила поведения. — Хочу есть… — повторила она и с грустью взглянула на собственное отражение в зеркале. И без того походила на скелет, умирающий от голода, а теперь тело действительно приблизилось к своему пределу и мгновению перехода в иной мир.