Двойной эспрессо

— Что ты сделал? — Взял курсы, чтобы стать бариста… — Ты чем думал? Зачем мы нанимали тебе репетиторов? Чтобы вместо юриста ты стал каким-то кофеваром? — Мам, пап, поймите. Я не хочу быть юристом как вы, как бабушка с дедушкой, как мой дядя с тетей, как моя старшая сестра. Мне это не нравится, от слова совсем. Это не моё. — Уходи. — Что? — Раз это не твое, то дом тоже не твой. Уходи. Бесконечная трепля мозгов о том, что нужно хорошо закончить 11 класс, желательно с медалью, потом бесконечные ссоры по поводу университета и в итоге Хан Джисон был выгнан своими родителями из дому. Мечта стать бариста появилась у него, когда в начальных классах он вместе с одноклассниками поехал в другой город. Невероятно красивый город, где их сводили в небольшое кафе. Пока повара готовили заказ Хан наблюдал за девушкой на кассе, которая умело обращалась с неизвестным для него аппаратом. Она перекидывала разные баночки, потом что-то делала с автоматом, размешивала ингредиенты, пока по заведению не начинал разноситься запах чего-то горького, но в то же время с ноткой сладости. Умение так готовить кофе отложилось к Джисона не только в памяти, но и в его сердце, поэтому он пообещал себе, что когда вырастет, станет бариста. Судьба сложилась не так, как он хотел. Ожидаемой поддержки родителей он не получил, поэтому найдя самую дешевую комнату на ближайшие несколько дней, Хан переехал туда. На протяжении месяца он каждые понедельник, среду и четверг ходил на курсы, которые длились по два часа. В группе он был самым старательным, поэтому после окончания курса его преподаватель дал ему направление в одно кафе, где его приняли сразу же. Небольшое, но уютное местечко, оформленное в светлых тонах, с красивыми высокими столами и такими же стульями, на окнах висели белые шторы, которые почти у пола перевязывались темно коричневой лентой, на боковых стенах висели картины, а над кассой висел небольшой телевизор, по которому обычно крутили музыкальные каналы. Первый рабочий день. Хан одевается в приличную одежду, и стараясь не опаздывать, идет в кафе. На входе его встречает директор кафе, который сначала рассказывает ему что и где находится, а после выдает ему фартук с логотипом заведения. Джисон примеряет фартук, поправляет на нем появившиеся складки, а после затягивает на спине, подчеркивая крайне тонкую, для парня, талию. Через 10 минут кафе откроется и он очень надеется, что в первый же день не будет неадекватных людей. Звон колокольчика над дверью означал, что к ним пришел клиент и пора приниматься за работу. — Доброе утро, что желаете? — сразу приветствуя, спросил Джисон. — Здравствуйте, мне, пожалуйста, капучино и два ванильных круассана. — довольно бодро ответила ему девушка. — Хорошо. Сейчас сделаем. Джисон сразу положил перед посетителем два круассана, взятых с витрины и принялся делать кофе. 2 минуты и кофе готово. Девушка забрала кофе и сладости и уселась за столик. Хан принялся протирать место, где он готовил кофе, пока его не окликнули. — Извините! А у вас свежее миндальное молоко? Просто оно с каким-то странным вкусом. — Миндальное молоко? Но Вы не просили сделать на миндальном. Я сделал вам на обычном. — В каком смысле на обычном? Ты совсем забылся, мальчик? Я каждый божий день сюда захожу. Я всегда беру на миндальном молоке. Ты с чего решил, что мне надо на обычном сделать! — Извините. Давайте я вам переделаю на миндальном молоке. — Нет уж! Спасибо, сыта по горло! Отличное начало дня! — с яростью прокричала она, и перед тем, как уйти, кинула на пол полный стакан с кофе. — Уберешь. Может тогда вспомнишь, как правильно кофе делать. Джисон смотрел на медленно растекающуюся лужу кофе и в горле появлялся ком, от которого слезы так и норовились политься. — В чем дело? Джисон, что за крики с самого… оу. — директор видит растерянное лицо Хана и тут же переводит взгляд туда, куда был направлен его взгляд. Впервые от лужи кофе появляются вопросы. — Что случилось? — Я сделал девушке кофе, но она не предупредила меня, что надо сделать на миндальном, из-за чего она накричала на меня и выбросила кофе. — Ничего страшного. В ближайшие 20 минут посетители вряд ли будут, поэтому мы спокойно уберем это недоразумение. После уборки Хан снова встал за рабочее место и ожидал посетителей. Таких людей он за сегодня больше не встречал. В основном это были люди, которые просили Латтé, вместо Лáтте или долго что-то выбирали, но в итоге просто уходили. Были и парочка замечательных посетителей, которые благодарили и желали удачи в дальнейшей работе. Но единственное, что смутило Джисона, это парень, который в конце рабочего дня стоял перед входом и что-то быстро печатал в телефоне. Его сложно было не заметить: он был довольно высокий, одет во все чёрное, на голову накинут капюшон и черная маска, скрывающая половину его лица. Но решив на нем не зацикливаться, он стал прибирать рабочее место, чтобы можно было спокойно уйти домой. Ему выдали запасные ключи от кафе, чтобы ему не приходилось ждать каждое утро директора. Неделя работы пролетела незаметно, также незаметно каждый вечер появлялся тот парень в черном. В один из вечеров Хан решил прийти к директору и пообщаться с ним по этому поводу. — Ну мало ли что. Может он малообеспеченный, вот и побирается около всяких кафе, чтобы ему мелочь какую-то подкинули. — Но я вижу его каждый вечер. Мне кажется, что он уже следит за мной. А если нападет на меня где-то в подворотне! — Не беспокойся. Все будет нормально. Сходи, убери рабочее место и можешь идти, ты и так задержался. Вернувшись к рабочему месту, Хан принялся прибирать остатки после приготовления кофе, но странное чувство не давало ему покоя. Чувство, будто на него кто-то пристально смотрит. Джисон повернулся в сторону двери и увидел, что тот самый парень пристально на него смотрит, но все что было видно, это его до невозможности темные глаза, в которых будто плясали чёртики, потому что все остальное скрывал капюшон толстовки и всё та же черная маска на лице. С минуту они смотрели друг на друга, пока парень не развернулся, уйдя прочь от кафе. Только тогда Хан смог выдохнуть, и забрав свои вещи, поспешил домой. На следующий день Джисон опоздал на работу, но благо никто не пришел так рано, поэтому тот успел подготовиться и ждал посетителей. День прошел просто замечательно, а вот вечер… Последние полчаса никого точно не было и Хан уже начал думать, что сегодня он сможет уйти пораньше, но все еще продолжил сидеть в небольшом кресле за кассой. Послышался звук дверного колокольчика, а значит не все-таки уйти пораньше не получится. — Добрый вечер, чего желаете? — еще не видя, кто пришел, спросил Хан. Тот поднялся с кресла и повернулся к посетителю. Тут его глаза округлились и чуть не вылетели из своих орбит. Перед ним стоял тот самый парень, которого он видел каждый вечер. — Здравствуй. — необыкновенно приятный голос разошелся по помещению и Джисон просто выпал. Только сейчас, когда парень решил снять капюшон в помещении, он заметил, что у того крашеные, в темно — бордовый цвет, волосы. А глаза на самом деле оказались такими же темными, как черная дыра в космосе. — Всё хорошо? — А? Да, я вас слушаю. Что хотите заказать? — заикаясь, переспросил Хан. — Двойной эспрессо. Без сахара. — Хорошо, сейчас сделаю. Походу тяжелые будни у паренька выдались, хотя если он каждый вечер был около кафе, то вряд ли тяжелые. Либо же он просто любитель чего-то покрепче. Все мысли Хана испарились после того, как он развернулся и принялся за приготовление. — Ваш двойной эспрессо. Желаете еще чего-нибудь? — Нет, спасибо. Мне только кофе. — Оплата картой или наличными? — Наличными. Больше всего Джисона привело в шок то, когда парень достал кошелек, вытащил оттуда пару мелких купюр и Хан увидел заполненный крупными купюрами кошелек. Значит он вовсе не бедный, как предполагал его директор. — Сдачи не надо. Спасибо за кофе, Хан. Тот все еще пребывая в шоке не сразу понял, что к нему обратились по имени. — И откуда только этот дьяволенок знает как меня зовут? — пробубнил Джисон. Крайне странный вечер и крайне странный парень. Но странности на этом не закончились. Во все последующие дни этот парень был всегда последним посетителем и всегда брал одно и то же. Он перестал пугать своим присутствием Хана и они даже сдружились, проводя последние минуты до закрытия за разговорами. Джисон узнал что парню 24 года, что делало его младше на 2 года, ведь самому Хану 22. Так же он узнал о нем много всего. Но на вопрос Хана, о том, как его зовут и где он работает, парень отвечал, что не важно и расскажет об этом как-нибудь потом. Парень все так же не снимал маску и при младшем пил кофе с помощью трубочки. Хан решил не задавать ему по поводу этого вопрос, хоть он довольно часто крутился у него в голове. Именно по этому Джисон прозвал его для себя «Дьяволенок в маске». Они сблизились настолько, что Джисон всегда ждал его, с заранее подготовленным стаканчиком для кофе. Но в один из вечеров он не пришел. Хан надеялся, что парень придет, но его все не было. Он не пришел ни через день, ни через три, ни через пять. Джисон решил, что тому наскучили разговоры с ним и поэтому он перестал ходить к нему в кафе. И только сейчас, когда ему стало не хватать присутствия старшего, Хан понял что же это было за чувство, когда тот каждый вечер приходил к нему. Походу он влюбился в человека, у которого даже не знает имени, но знает много чего другого. Он все еще ждал его, надеялся, что парень придет. Но все зря. Полторы недели его дьяволенок в маске не приходил к нему и Хан уже смирился с тем, что он больше не придет. До конца рабочего дня оставалось минут 10 и Джисон уже начал прибираться, протирая стол, так как скорее всего посетителей уже не будет, пока его не отвлек внезапный звон дверного колокольчика. — Здравствуйте, чего желаете? — не поворачиваясь к клиенту, спросил Джисон. — Здравствуй, Хан. Немного дрогнув от обращения к себе, повернулся парень на знакомый голос. Перед ним стоял тот самый парень, все в той же маске, но в более аккуратной одежде и уложенными волосами. В глазах младшего только пробежали искры, а вслед за ними и яркая улыбка. Ему хотелось просто выбежать из — за кассы и броситься тому на шею, обнимая крепко — крепко, понимая, что тот снова рядом с ним. Но он просто смотрел на него, все так же широко улыбаясь. — Тебе, как обычно, двойной эспрессо? Сейчас сделаю. — опережая того, сказал Хан. — Нет, подожди. — остановил его парень в маске. — Что-то не так? Ты хочешь заказать что-нибудь другое? — Да. Мне, пожалуйста два карамельных латте… И тут в голове Джисона что-то щелкнуло, вопросы полились водопадом. Почему он поменял свой основной заказ? Почему он взял два кофе, вместо одного? Неужели у него кто-то есть? Хан принялся готовить кофе, но стеклянный взгляд был направлен в никуда, поэтому он делал все, как на автомате. Поставив перед парнем два стаканчика, он, не поднимая головы, пожелал тому приятного вечера и уже хотел было вернуться к уборке рабочего места, как вдруг парень тихо продолжил незаконченную фразу. — И еще тебя после работы… Я буду ждать в парке… И тут сердце младшего забилось настолько быстро, что Хан не сразу осознал, что только что услышал. Тот резко повернулся, но увидел лишь спину старшего и то, как он движется в сторону парка, находящегося через дорогу. Он тут же начал быстро собираться, не обращая внимания на то, что посетители все еще могут прийти. Хан быстро проверяет, все ли он выключил, закрывает кафе и мчится в парк. Парень сидит на скамейке около фонтана, медленно попивая кофе, пока не замечает бегущего к нему Джисона. Он чувствует, что сейчас что-то будет, поэтому заранее откладывает кофе и встает, чтобы перегородить младшему дорогу. Но вместо этого Хан обнимает его так крепко, как не обнимал никого. И его сердце плавится, когда чувствует, что его обнимают в ответ. Легкий запах дорогого парфюма окутывает младшего со всех сторон и он прижимается только ближе до тех пор, пока парень сам не отодвигает его от себя. — Куда ты пропадал? Я думал, что ты уже не придешь. Я ждал тебя. — чуть ли не задыхаясь от нахлынувших эмоций, говорил Джисон. — Это не важно, мне нужно было решить некоторые дела, поэтому я не смог приходить к тебе. — Я все равно волновался, думал что-то случилось. — У тебя есть предположения, зачем я тебя позвал? Хан отрицательно помотал головой, на что парень ухмыльнулся. Ветер распушил волосы Джисона и тот слегка поморщился, отвернувшись в другую сторону. — Не отворачивайся, Джисон. Мне надо, чтобы ты смотрел на меня. Младший повернулся, от ветра слезились глаза, но он все равно продолжал смотреть на парня. Старший подцепил пальцами маску и аккуратно снял её. — Минхо.? Перед Джисоном стояла популярная модель, а именно Ли Минхо, под чьим руководством находится не одна организация. — Так все это время это был ты? Но почему ты скрывал свою личность? — Я не хотел, чтобы меня кто-то узнал. Я не хочу излишнего внимания к себе. — Поверить не могу, что все это время я делал кофе и общался с моделью мирового масштаба. — Так значит ты тоже знаешь меня только как модель? — с небольшим отчаянием проговорил Минхо. — Что ты! Я отношусь к тебе не как к модели, а как к близкому для меня человеку. — Я для тебя близок? — Да. Ты единственный, кто относился ко мне нормально, ты принял то, что я не пошел по стопам родителей. Ты принял меня. — Тогда если я принял тебя, то ты не против принять мои чувства к тебе? — Я не против, но надеюсь, что ты не будешь против, если я сделаю с тобой то же самое? — Это считается взаимным признанием в любви, ты знаешь об этом, Хан? — Знаю, ты скрасил этим мой день. Да и вообще мою жизнь в общем, Минхо. — Тогда не считай мои действия за наглость, потому с нашей первой встречи я часто засматривался на твои губы. Минхо притягивает к себе за талию, немного грубо, Джисона. Их лица останавливаются в паре сантиметров друг от друга. Невнятный шепот вызвал у Хана табун мурашек по спине, и после яркой улыбки старшего, он почувствовал чужие губы на своих. Глаза непроизвольно закрылись и их тела прижимаются все ближе друг к другу, будто пытаясь слиться воедино. Никто из них не углубляет поцелуй, они просто наслаждаются моментом. Наслаждаются тем, что наконец-то стали важными для кого-то, наконец-то стали любимыми. Они отстранились, в глазах плясали звезды. И их сердца тоже плясали. На нос Джисона упала холодная капля, за ней еще одна и еще. Они стоят под дождем, смех младшего греет сердце Минхо и тот тянется к нему, чтобы обнять и согреть, но Хан начинает убегать от него, все так же продолжая смеяться. — Минхо! Не стой на месте! Ты сейчас промокнешь! — Куда ты предлагаешь нам деться? — Побежали в кафе! У меня ключи есть, мы там дождь переждем! — Жди меня, котёнок! Я тебя догоню! — Не догонишь! Минхо погнался за Джисоном, но тот продолжал бежать дальше. Их смех расплывался по всему парку, залетая в открытые окна домов. Стоя под навесом, Хан побыстрее открыл дверь кафе и забежал туда вместе с Минхо. — Ханни, ты сумасшедший! — Зато со мной не скучно. Будешь кофе? — Давай. Мне как обычно. — Хорошо, я быстро! Новый кофе уже стоял на столе, но те два стаканчика, с невозможно сладким кофе, до сил пор остались на скамейке в парке. Он наверняка уже остыл, но их сердца наоборот греют окружающий их мир. Они разговаривали целый вечер и ушли уже под ночь, когда дождь закончился. Минхо предложил Джисону переехать из съёмной комнаты к нему, на что тот сразу же согласился. Простой стаканчик с кофе смог связать души двух парней, которые одинаково любят кофе и так же одинаково любят друг друга.