Кофейня "Кафе Ромашка"

Их кофейня называлась «Кафе Ромашка». Хотя, по мнению филолога Игоря — кофейня «Кафе Ромашка», звучало в крайней степени тупо. Но это заведение Игорю не принадлежало, он там только напитки разливал и за его ценное мнение ему не платили. И всё же, не смотря на все филологические муки «Кафе Ромашка» полностью соответствовало своему названию. Внутри и снаружи дизайном и атмосферой, оно напоминало дикий коктейль советского общепита и современной хипстерской кофейни. Кафельные плитки и стенки из стеклянного кирпича соседствовали с новенькими деревянными столиками и дизайнерскими диванами, а яркие плакаты с напоминанием мыть руки и делать зарядку, ярко подсвечивались красно-синими неоновыми лампами. Где надо и не надо. Приглушённо играла музыка из 80-х, но в виде каверов уже современных исполнителей. Форма работников тоже была как бы пионерской с красными галстуками, пилотками и значками, но чёрные фартуки в пол на бариста почему-то создавали впечатление служителей тёмного культа. И в меню не было никаких «капучино» или «эспрессо», а исключительно «кофе со сливками» и суровый «черный кофе с сахаром» или без. Наверное, поэтому, несмотря на всю эту невообразимую эклектику, заведение пользовалось бешеной популярностью как у молодёжи, так и у людей постарше. Вот и сегодня все столики были заняты, когда в кофейню зашёл он. Игорь даже отложил стаканчик и навострил оба комплекта ушей — человеческие и кошачьи. Ему почему-то подумалось в тот момент, что случайный проходимец так никогда бы не зашёл. Только тот самый Он. На первый взгляд ничего особенного — среднего роста, возраста и мнения о себе мужик. Омега. К тому же из крылатых, но крылья свои почему-то прятал под серо-синим плащом, который делал его похожим не на гордого пернатого, а на маленькую печальную черепашку. Хвост Игоря заинтересованно заметался под фартуком, как индейский шаман в вигваме. Вместе с этим омегой неожиданно пахнуло солнцем и пшеничным полем, хотя тот выглядел так, что от него скорее ожидался густой духан перегара и каких-нибудь дешевых сигарет. Уж больно первое впечатление давило. Что привело его в кофейню, оставалось только фантазировать. Возможно тоже, ностальгировал по ушедшей молодости и пионерии, которую успел застать. Мужик с видом терминатора оглядел занятые столики и неловко взгромоздился на высокий стульчик перед стойкой. Как-то странно оглядел Игоря, а его вытянутые ноздри на перебитом носу затрепыхались, чутко к чему-то принюхиваясь. — Что будете заказывать? — дежурно улыбаясь, спросил Игорь и в очередной раз поправил сползающую набекрень проклятую форменную пилотку. Она ни в какую не желала держаться между подвижных кошачьих ушей. — Кофе с коньяком делаете? — спросил мужик чуть сиплым голосом, будто кусочки пластыря отрывал. Игорь на секунду завис и оглянулся на двери кухни, с нарисованной на ней через трафарет красным табличкой «пищеблок», где колдовала над закусками устрашающая, но не дающая в обиду своих котяток альфа баба-Нюра. Не хотелось бы её звать, если мужик начнёт буянить. Неважно, что он омега, а Игорь альфа, а значит априори сильнее. Шрамы на лице этого омеги говорили за него. Останавливало только то, что от него всё ещё так ласково пахло пшеничным полем. Не к добру. *** Когда Валя возвращался после смены в надежде пропустить стопарик водки, ну или на совсем худой конец, портвейна, то совершенно не собирался забредать ни в какие кофейни, и уж тем более заказывать кофе. Даже с коньяком. Но именно сегодня Валя учуял на улице тонкий запах хорошей сорокоградусной водки, высокой очистки, какую пробовал всего один раз в жизни на дне рождения министра здравоохранения, и пошёл по следу, как будто имел не птичьи, а собачьи атрибуты. Он надеялся набрести на чудесную рюмочную или бар, а оказался в каком-то хипстерском притоне, где подавали кофе. Валя был разочарован, но уходить так сразу не стал. Откуда-то ведь пахло водкой. Валя оглядел зал, жутковато забитый красно-синими людьми и посмотрел в сторону прилавка с двумя пионерами, которые таращили на него глаза и свои распахнутые кошачьи уши. Запах совершенно точно шёл оттуда. Может, там кто-то из персонала случайно разбил свой личный бутыль водки? Жалко, конечно, разлитого не воротишь, но может, там каким-то чудом уцелела вторая бутылка, и за отдельную плату вместо этого дурацкого кофе ему нальют кружечку холодной беленькой? Большего Вале и не требовалось. Праздника сегодня никакого не было, а в запой уходить он не планировал. Так, поностальгировать… Но как попросить о таком, чтобы его не погнали поганой метлой? Бариста и так смотрел на него такой настороженной моськой, что того и гляди схватиться за швабру и погонит, как бешеную псину. Нужно было зайти издалека, и Валя предположил самый очевидный вариант, но пионер тут же его разочаровал. — Извините, но мы не добавляем алкогольных добавок, — признался он. — Разве что… есть ромовый сироп. Он безалкогольный, но придаёт аромат… — Не надо, — оборвал Валя и заметил пластиковую картонку меню. Меню было на удивление информативно, вот тебе кофе с безлактозным молоком, вот с шоколадной крошкой, вот с коричневым сахаром, вот с вишнёвым сиропом, вот с жопой дракона. С жопой дракона он ещё не пробовал. — Чёрный мне, без сахара, — выбрал он, откидывая картонку в сторону и выгреб из кармана на стол мятые купюры. — Как моя жизнь. — Вам с собой? Или будете здесь пить? — спросил пионер, явно надеясь поскорее от него избавиться. Нет уж. Ходить с напитками Валя не любил. Он часто всё ронял. Особенно часто свой авторитет в чужих глазах и самоуважение. — Здесь, — кивнул он. Хоть запахом этим приятным водочным подышит. И придумает, как бы половчее расспросить у этого молодого пионЭра про интересующий его напиток. Наконец-то получив внятный заказ, Игорь с облегчением выдохнул и взялся за работу. Только всё продолжал поглядывать на гостя. «Интересно, ” — думал он, уже на автомате наливая в чашку требуемый напиток. А интересно ему было буквально всё. Зачем этот омега пришёл в кофейню? Почему прятал свои крылья? Может, повредил или другой одежды не нашлось. Хотя на улице стояла такая жара. Зачем этот плащ вообще — было непонятно. Откуда у омеги на лице взялись эти шрамы, которые обычно украшали альф, а омег вроде как не красили, хотя Игорь сейчас не мог с этим согласиться. Но больше всего Игоря будоражил его запах. Цельнозерновой, злачный. Валя не мог не заметить этого пристального внимания со стороны бариста. Но был уже привычен к чужим насмешливым или подозрительным взглядам. Взгляд этого пионера почему-то нервировал, как в юности. Ладошки потели, перья на крыльях топорщились и в животе нехорошо так крутило. Ну подумаешь пара шрамов на морде. Да и без них было бы не лучше. А то, что крылья спрятаны… А чего их показывать, если там и смотреть не на что? Крылья, как крылья. Воробьиные. Больше, конечно, чем у натурального воробья, но мужика его размера в небо уже не поднимут. Вот в юности, пока был совсем дохлым Валя ещё летал, а теперь уже всё. Разве что жопу от солнца прикрывать, на большее не годятся. Игорь поставил перед ним чашку на блюдце с ложечкой. Валя тут же отхлебнул половину маленькой кружки, после чего удивлённо заглянул в неё. — Я не это заказывал. — Как?! — Игорь порывисто наклонился к посудине, отчего больно столкнулся лбом с гостем, а проклятая пилотка всё-таки слетела на прилавок. Хорошо, хоть не в чашку. Внутри на самом деле плескались остатки кофе со сливками и шоколадным сердечком на островке молочной пены. Игорь такие сердечки какао-порошком рисовал уже не глядя. Хоть ночью разбуди — нарисует. Вот и сегодня загляделся на этого омегу и не заметил. — Ой! Простите! Я сейчас другой сделаю. Бесплатно! За мой счёт… — Не надо, — Валя одним глотком допил остатки и с видом заговорщика наклонился поближе к бариста. — Лучше подскажи мне кое-что… — Что? — Игорь подозрительно зыркнул по сторонам, прижал уши и так же наклонился к клиенту. — Понимаешь, я к вам на запах зашёл… Пацан, только не смейся. У вас тут водкой пахнет. Я такую раз в жизни пробовал… не важно, только, если ещё осталось, налей мне вот в эту плошку хотя бы глоточек и конфликт исчерпан. Хочется снова почувствовать вкус той самой водки, понимаешь? Игорь тут же отступил на шаг, сжал в руке полотенце и весь как-то странно покраснел в тон своего галстука. — Что? — напрягся Валя, потому что явно сказал что-то не то, раз пионера так вытянуло по струнке. Надо было уходить и больше не позориться, но Валя тоже не мог сдвинуться с места. Запах водки сгустился настолько, что ударил по мозгам, будто он уже хорошо так принял на грудь. Игорь кашлянул и переглянулся с другим бариста, который тут же подскочил к нему, выпучив глаза через стёкла очков. — Игорь? Что-то не так? Игорь продолжал изображать испуганно спеющий на плети помидор и таращился на Валентина. Второй кошак почему-то решил, что этот омега чем-то угрожает его напарнику и угрожающе на него зашипел, закрывая собой. А Игорь… Игорь и правда был в шоке. Потому что водкой пахло именно от него. Вот такой у него проклюнулся во время пубертата альфачий запашок. Намучился же он с ним в своё время, пока блокаторы запаха не появились, иначе бы работать ему не в кофейне, а в пивнушке какой-нибудь. Полностью аромат таблетки не убирали, но почуять его можно было разве что, уткнувшись носом непосредственно в самого Игоря. А этот тип, получается, унюхал аж с улицы. Но как? Разве что… — Валер, нормально, — наконец-то отмер Игорь. — Подмени меня. Я на пару минут отойду, ладно? — Хорошо. Кошак тут же успокоился и как послушный андроид отошёл в сторонку, глядя как Игорь выходит из-за прилавки, решительно схватил этого омегу подмышку и волоком тащит на улицу. Валя от этой резкой перемены так охренел, что даже ничего не смог с этим поделать и едва успевая переставлять вдруг разом ослабевшие ноги, поспешил за ним. Водочный запах всё так же густо окутывал, но теперь вызывал какие-то совсем неправильные желания. Не выпить и закусить, а… В общем, в районе кольсон подмокло и совсем не от страха. — Погоди! Это от тебя что ли водкой пахнет? — дошло до Вали, когда Игорь заволок его на задний двор кофейни и прижал к стенке. — А от тебя пшеничным полем! — радостно выпалил тот, будто в лотерею выиграл. Полтинник. — Чего? Какое ещё поле? У меня вообще никакого запаха нет! — удивился Валя, потому что на самом деле от него никогда ничем таким не пахло. Возбуждение и течки были, а запаха не было. Вот такой он был омега, не пахнущий, не интересный. И скорее всего невкусный. Про какое вообще пшеничное поле нёс этот дурной альфа? — Ну… я же чувствую, — пожал плечами он. Это был совершенно точно запах пшеничного поля. Игорь помнил его по поездке с родителями на лесное озеро. Они долго были в пути и остановили машину, чтобы размять ноги и передохнуть среди бескрайних полей. Игорь сбежал с обочины вниз, в блестящие ещё зелёные колосья и полной грудью вдохнул густой нагретый над полем воздух, оглядывая как ветер раздувает волнами пшеницу. Почему-то отдых на лесном озере почти не запомнился, а эта крошечная остановка так запала в душу, что он до мельчайших подробностей помнил и то поле, и тот запах. Вот и с этим мужиком оказалось так же. Сколько у него было красивых девчонок? Он уже и не помнил. А этот взъерошенный омега что-то зацепил в груди. — Я только не понимаю, как вы меня учуяли, если я на блокаторах? — Наверное из-за моей фамилии, — нервно пошутил Валя с абсолютно серьёзным лицом. Соображать, когда этот молодой альфа был так близко, становилось туго и это бешено злило. — А какая у вас фамилия? — удивлённо приподнял уши Игорь. — Носатов. Валентин Сергеич, — не подумав, представился он полным именем. — Корзухин. Игорь Саныч, — невольно повторив манеру представился и альфа. Они молча пожали руки. Игорь достал из своего сплошного фартука пачку сигарет и зажигалку. Валя удивился. От такого приличного мальчика он скорее ожидал какую-нибудь новомодную парилку, а тут сигареты. Даже без кнопки. Они закурили и разговор пошёл чуть более спокойно. — Получается, ты истинный мой, — после второй затяжки, проговорил Игорь. И прозвучало это так, будто они уже тысячу лет вот так по-свойски друг с дружкой курили в этом переулке. Хотя, конечно, Вале хотелось съязвить, что брудершафту они не пили, чтобы переходить на ты. Но дымя его сигарету, говниться из-за такой ерунды было как-то совсем по-свински. Дым немного гасил эффект от их запахов и приводил в себя. — И ты веришь в эту херню про истинных? — также просто усмехнулся он в ответ. — А вот ты веришь, что до нас была цивилизация, где у людей не было крыльев с хвостами и разделения на альф и омег? — в свою очередь поддел Игорь. Миф был распространнённый. Ни одного полного скелета тех людей не сохранилось. — Нет, конечно, — фыркнул Валентин. — Давай ещё плоскую землю обсудим. Очень хотелось обсудить плоскую землю, но куда больше Игорю хотелось прижать Валю к стенке и поцеловать. Останавливало только опасность повредить эти загадочные крылья, которые прятал омега. — Но ты же чуешь, чем от меня пахнет? — всё же собрал себя в человека Игорь. — Ну да. Водкой. — А я чую твой запах. А это значит, что мы с тобой — идеальная пара. Валя глубоко затянулся и посмотрел на Игоря, как на дебила. — Ты сейчас думаешь, что я дебил. — ДЭбил, — поправил Валя. — Но это и дэбил бы понял. Игорь, это ничего не доказывает. Это какая-то ошибка. Случайность. — Валя, это доказывает всё. Неужели ты совсем ничего не чувствуешь? Глаза Игоря снова загорелись, а алые губы выдохнули дым тонкой сизой струйкой. Валины крылья под плащом нервно зашевелились. Он чувствовал. Животное возбуждение, которое не ощущал уже годами и не менее животный ужас от осознания этого. В сорок лет найти свою пару, это ещё не страшно. Страшно, что им оказался вот этот молодой красивый альфа с кошачьими ушками, милый как кофе со сливками, да ещё с запахом этим своим… Так и пожирал взглядом. Слопает кошка птичку, как пить дать. — Чувствую. Чувствую, что домой мне пора. Спасибо за перекур, — он нервно затушил окурок об стенку и махнул рукой. — Бывай. Валя развернулся и собирался технично свалить. Этого ни в коему случае нельзя было допускать. Как он потом найдёт этого омегу? Будет, как ошизевший доисторический альфа бродить по городу и вынюхивать тот самый запах? Игорь не придумал ничего лучшего, чем схватить его за шиворот плаща. Всё произошло по-дурацки быстро. Валя не успел затормозить, пуговицы вылетели из петель, и он вылетел из своего плаща, неловко взмахнув руками и пёстрыми коричневыми крылышками. Игорь застыл, а его хвост снова заходил ходуном, а зрачки расширились во всю радужку. — Какие красивые, — восхищённо выдохнул он. — Ну, ты! — рявкнул Валя и с кулаками налетел на Игоря. Почти буквально. — Эй! Ты чего? Омеги не дерутся! — заголосил он, отбиваясь от ударов кулаками и крыльями. Вполне себе удачных. — Это другие не дерутся, а я тебе уши отгрызу! — рычал Валя. — Плащ отдай! — Да зачем он тебе? У тебя же нормальные красивые крылья. Зачем ты их прячешь? — Игорь потянул руку, чтобы коснуться крыла, но Валя нервно отдёрнул их за спину. — Бескрылому не понять! Он всё-таки вырвал свой плащ, но в пылу борьбы у того оторвался рукав и разошлось несколько швов. Не плащ, а тряпка половая. — Ты не пара мне истинная, ты — настоящее проклятие! — Хочешь, я тебе новый куплю? — Я хочу, чтобы ты отвалил от меня! — огрызнулся Валя и пошёл прочь. — Валя! Валя, давай встретимся? — в этот раз Игорь остерёгся хватать этого боевого омегу. Скула до сих пор горела. — Нет! — Но ты ещё придёшь? — Не приду! — злобно зыркнул Валя и встрёпанным воробышком скрылся за поворотом. — Я буду тебя ждать! — успел крикнуть ему вслед Игорь. Он боялся, что Валя на самом деле больше никогда не придёт. Волновался, переживал, даже сменами с Никой менялся, хотя и так уже третью подряд отрабатывал и на переменах между парами звонил в кофейню Валерке, чтобы узнать, не приходил ли тот омега, Валя. Но Валя всё не приходил. *** Валя и не собирался приходить. И первое время был уверен, что больше в тот район, где это проклятое «кафе Ромашка» находиться, никогда не сунется. Будет как чумной район за километр обходить. Он вернулся домой как пьяный. Запах Игорев всё чудился. Дороги перед собой не видел. Дома окна стояли на распашку и по комнатам гулял сквозняк. Значит, Лёва был уже дома. — Лёва? Тебе какая религия не позволяет через балкон залетать, а? — А? — выглянул из своей комнаты тот, встопорщив свои заострённые уши. — Я ключи дома забыл. Ты чего? — заметил он скомканный плащ в руках Вали. — Это? Да… кошка порвала. — Пантера? — Сиамская. Лёва, что ты там делал у себя, вот иди и делай дальше, — и запустил в нахальную физиономию этим комком плаща, но Лёва успел закрыться собственным крылом. Поганцу с нетопыриными крыльями повезло. И красиво, и функционально. Хоть с чем-то его рано осиротевшему племяннику повезло. Валя молча прошёл на кухню и на автомате достал бутылку водки из шкафчика, которую берёг к особому случаю. Случай и правда ведь был особенный, но когда почуял не тот запах, тут же закрыл обратно и вышел на балкон покурить. В памяти снова как наяву явился этот наглый пионер. Красивый, с губёхами этими его порнографическими. Зачем альфе такие губы? Вале на погибель, не иначе. Проклятие какое-то. Как он теперь сможет пить? Да теперь уже и не сможет. — Валь? — выглянул туда же Лёва, будто сомневался, что это всё ещё его опекун. — С тобой всё нормально? — Нет, Лёва. Со мной ни черта не в порядке. Это ты точно подметил, — Валя вздохнул и снова затянулся. Лёва подошёл ближе и повёл носом. Только хотел что-то сказать, но Валя его опередил. — Да-да. Встретил альфу… — Так, поздравляю, — заулыбался упырёнок. — Не с чем поздравлять. Не будет у нас ничего. — Почему? — Потому что ему, хорошо если восемнадцать, а мне уже давно не восемнадцать. Зачем я ему сдался? — А он что говорит? — Про истинных какую-то ахинею городит. Мне кажется, он из этих… с отставанием в развитие. — Это не ахинея. Они правда существуют, — не согласился Лёва. — Я знаком с парой таких. Двое даже со мной в одном классе учатся. Я тоже так хотел бы. — Ахинея в том, что я его вот сейчас встретил, а не лет двадцать назад. А теперь это полная ахинея, Лёва, — Валя затушил одну сигарету и тут же закурил новую. — А как вы с ним встретились? — помолчав, полюбопытствовал Лёва, стараясь казаться глупее, чем он есть на самом деле. — Да шёл по улице, запах услышал, — неохотно ответил Валя. — Из кофейни этой, с пионерами… — «Кафе Ромашка»? — тут же догадался он. — Только попробуй туда сунуться, — спохватился Валя. — И в мыслях не было! — ухмыльнулся Лёва и запрыгнув на перила, тут же оттолкнулся и махнув крыльями, полетел. — Лева! — крикнул вслед Валя, но племянник его уже не слышал. Эти альфы никогда его не слушали. Лёва не собирался ничего такого делать, но поглазеть-то было интересно. Посмотреть на этого альфу, из-за которого его дядя так страдает, что аж водку пить не может. Всё-таки истинный его дяди, считай будущий родственник. Лёва посмотрел. Даже зашёл внутрь и выпил стаканчик кофе с сиропом. Ничего особенного, впрочем, не увидел. Бариста как бариста. Вежливый, вроде симпатичный. Хотя Лёве больше приглянулись другие кошачьи ушки. Омежьи. Лёва принюхался, чувствуя металлический запах тёплой сладкой крови, в его сторону сверкнули стёкла очков, а дальше всё было как в тумане. *** Лёва не доставал дядю уговорами дать шанс этому альфе. Он вообще целыми днями пропадал, появляясь дома только ближе к полуночи. Познакомился с кем-то и шашни крутил. Молчаливый и дохуя загадочный. А ведь Валя так на него рассчитывал. На уговоры от любимого племянника. Ждал их, даже надеялся в тайне. Что бы потом деланно согласится и всё-таки вернуться в кафе и дать шанс себе, Игорю и этим нелепым отношениям. Но пришлось уговаривать себя самому и идти тоже самому. Неуговоренному, беззащитному и всему с ног до головы обвешанному сомнениями, как новогодняя ёлка. Игорь даже не поверил, когда увидел его на пороге «кафе Ромашки». Валя снова прятал крылья под очередным нелепым плащом, который делал его похожим на грустную черепашку. Но Игорь был так рад, что едва удержался, чтобы не перемахнуть через прилавок и не кинуться обнимать своего грозного омегу. Валя снова глянул в зал, где красно-синяя иллюминация подсвечивала посетителей, и направился к Игорю. — Я так рад, что ты… — начал Игорь. — Кофе, — перебил его Валя. — И на этот раз нормальный, без этих сердечек, — сварливо потребовал он, обманывая себя, что пришёл сюда исключительно, чтобы подышать пленительным запахом, с которым не могла теперь сравниться ни одна водка в мире. Игорь взялся за дело, но говорить ему никто не запрещал. — И всё же я рад тебя видеть. Знаешь, я искал тебя везде. Надеялся, что встречу где-нибудь по пути с работы. — Я эти дни ходил другой дорогой, — соврал Валя, потому что вообще никуда не ходил. Взял отгул, наврав про течку. — Ты очень предусмотрителен, — Игорь с улыбкой поставил перед ним заказ. Валя посмотрел в чашку, где снова на молочной шапке красовалось шоколадное сердечко. Такое здоровое, что больше походило на жопу. — Ты опять в облаках витаешь? — Нет, сегодня специально. Это от меня. Можешь не платить. Валя злобно на него зыркнул, но всё-таки отпил. — Может, поговорим? — спросил Игорь, надеясь, что чуточку умилостивил злого воробышка. — Да не о чем говорить, Игорь, — поморщился Валя, хотя это он сам сюда пришёл. А зачем спрашивается? Кофе этот дурацкий пить? Или Игоря нюхать? Чёрт, как же прекрасно он пах, и как от этого неправильно мокло в штанах. Не должно его возбуждать от водки. Не жизнь, а грёбаный цирк. — Давай попробуем, а? — всё не унимался Игорь. — Валь… — Что попробуем? Ходить лёжа? У нас абсолютно ничего общего. И ничем хорошим это не кончится. — Ты мне нравишься, — упрямо гнул Игорь, хотя на уме было только бросить этого омегу на простыни, крыльями кверху и… — Это в тебе твои альфачьи инстинкты говорят, — проницательно заметил Валя. — А тебе умом надо думать. Головой, понимаешь? Штука такая. Ты на ней пилотку носишь. — Валя… Как бы им обоим было бы легче, если бы Валя тоже думал омежьими инстинктами и отбросил все сомнения. Но у Вали был слишком большой и неутешительный житейский опыт, который не давал ему в полной мере окунуться в пучину инстинктов. — Ну что Валя? — скорчил на редкость гнусную физиономию Валя. — Мне сорок. Я заёбаный врач в районной поликлинике. Алкоголик и наркоман в завязке. Крылья ещё эти… И у меня ребёнок. Зачем тебе омега с прицепом? — Ребёнок? Так это не проблема, — почему-то обрадовался Игорь. — Я люблю детей. У меня у самого ребёнок. Вон, Валерка, — кивнул он на своего котёночного напарника, который тут же засмущался и прижал уши. — И во сколько ты его зачал, отец-молодец? В два годика? — не поверил Валя. Придумает же пионер. — Ну, не родной, но… я ему как старший брат, — почему-то шёпотом пояснил он. — Я тебе потом расскажу. Валь, ну давай сходим куда-нибудь? В эту пятницу. Я приглашаю. — Игорь, ну что ты опять заладил? — Ну неужели я тебе совсем не нравлюсь? — страдальчески вздохнул тот, и подался вперёд, краснея губами своими неприличными. По больному бил, подлец. Нравился, и ещё как, но Валя считал, что такого счастья не заслужил. Не по Сеньке такая красивая шапка. — Не в этом дело, — замялся Валя и отвёл взгляд на что-то менее волнительное. — Валя, ну ты же пришёл сегодня, — чувствуя, что доктор дал слабину, стал продавливать до конца Игорь. — Дай мне шанс. А я докажу, что головой могу не только пилотку носить, — и заулыбался влюблённым придурком, отчего сомнения Валю совершенно не покинули. — Одно свидание, — всё-таки поставил условие он. — И если я пойму, что… Игорь не дослушал. От буйной радости, которая вдруг его охватила, он перегнулся через стол и по-альфачьи своевольно наконец-то поцеловал своего несговорчивого доктора в его суровые уста. И сразу же получил за это своеволие по морде. — Валя! — Игорь обиженно прижимал к щеке ладонь. Теперь и вторая его скула красовалась краснеющей ссадиной. Теперь Игорь был ещё более симметричен. — Губёхи свои не распускай! — рявкнул Валя и ушёл. Игорь должен был расстроиться из-за этого удара, но его ранимое альфачье сердечко грело то, что салфетку с адресом будущего свидания Валя всё-таки забрал с собой. А потому в час икс, ждал его у клуба с букетом ромашек, которых насобирал на подъездном палисаднике. Красавец. Он безумно хотел понравится Вале. Но ещё издалека завидев яркую вывеску и Игоря под ней, Валя развернулся и пошёл обратно. Что напугало его сильнее — вывеска или Игорь, оставалось только догадываться. «Хоть бы вывеска. Я эти усы целый месяц отращивал.» Игорю пришлось догонять своего истинного. — Валь, ты чего? — Я туда не пойду. Пришло запоздалое понимание, что Вале в таком месте действительно будет неинтересно. Шумный клуб с дискотеками и толпой народа. А его воробышек птичка асоциальная. Чем он думал? А. Ну да. Игорь довольно быстро взял себя в руки и оптимистично пошёл рядом. Вечер ещё не потерян. Не улетит же Валя на своих воробьиных крылышках. Пошляются по вечерней Самаре, может, по дороге попадётся достаточно уютное заведение, где Вале захочется задержаться. Запоздало и Игорю захотелось оказаться с Валей в более уединённом месте. Вале хотелось оказаться в ещё более уединённом месте, где-нибудь подальше от этого невозможно молодого альфы. С кошачьими, чёрт возьми, ушками. Подавляющее число людей на планете ходило с кошачьими атрибутами. Если Валя ещё каким-то чудом сможет выносить ребёнка, с вероятностью в девяносто шесть процентов, ему передадутся эти проклятые уши и хвост. Ещё на узи их покажет. Но не будет никакого узи. — Валь? — мягко толкнул его плечом Игорь. — Ну что? — посмотрел он своими большими чёрными глазами. — Ты правда не веришь, что до нас жили люди без хвостов и крыльев, и разделения на альф и омег? — светски спросил он и дурашливо заулыбался. Вопрос Валю огорошил. Он правда ожидал, что Игорь снова начнёт нести чепуху про истинных, а он нёс чепуху про вымершую от неведомой катастрофы цивилизацию. — Да ну тебя, — отмахнулся Валя. — Что? Я пытаюсь вести беседу. Просто ты сказал, что работаешь доктором. Было интересно послушать, возможно ли такое с медицинской точки зрения. Чтобы человек жил без вторичных видовых признаков и… — Поверь мне Игорь, человек может жить даже без мозга. А уж без этого всего и подавно. Иногда мне кажется, что не будь на нас всех этих потрахов, было бы как-то полегче. Был бы я просто доктором и ничего меня больше не волновало… Валя задумался, понимая, что сам себя обманывает. Ничего бы не поменялось. Он бы точно так же загонялся бы из-за всякой ерунды, пил, курил и… боялся поддаться на наглые ухаживания всяких усатых пионеров. — А расскажи про своего сына? — снова спросил Игорь. — Ну, Лёва мне не совсем сын. По бумагам он мне племянник. Надо было как-то приписать, чтобы в детдом не загребли. А так он мне сын. Самый настоящий. Здоровый альфа вымахал. Нетопырь. — Нетопырь? Так вот с кем Валерка пропадает вечерами, — ухмыльнулся Игорь. — Я боялся, что он никогда не сойдётся ни с кем. Игорь вдруг сделался до страшного серьёзным и это вызвало смешанные чувства. С одной стороны серьёзный кот Игорь ему понравился, а с другой — за этой серьёзностью скрывалась какая-то история — Расскажешь? — Я же и так собирался. Что бы ты понимал, почему… — Игорь не договорил, вскинул голову, убирая со лба упавшие пряди. — В общем, мы познакомились с Валеркой три года назад. В летнем лагере. Я вожатым практику там отрабатывал. А у Валеры старший брат в этом же году от несчастного случая умер и родители его туда спихнули в первую же смену. Он брата очень любил, он тоже кот был, только альфа. И у Валерки это в голове засело так. Что родители его брата любили больше, потому что он альфа. А в том лагере один ублюдок из администрации… он решил этим воспользоваться. Наплёл Валерке, что есть способ стать из омеги альфой, только прийти надо в полночь в разрушенный монастырь. И Валерка туда пришёл. Хорошо, что я в ту ночь дежурил и проследил за ним. И ничего не случилось, но… Мы с тех пор держимся вместе. Так спокойнее. И мне, и ему. И я рад, что он встретил твоего Лёву. Думаю, ты воспитал его хорошим альфой. Да? Игорь снова посмотрел на него и улыбнулся. У Вали от этой улыбки почему-то застрял ком в горле. Наверное, после этого рассказа, он больше не сможет воспринимать Игоря, как дуркующего альфу. Вернее, как только дуркующего альфу. Всё-таки он был ужасно взрослым. — Да, — запоздало кивнул Валя. Да, — подумал он. Возможно вся эта ерунда про истинных была не такой уж и ерундой. Он что-то чувствовал к Игорю, что-то тянуло к нему. И не только омежьи инстинкты и тот самый запах. То, ради чего стоило рискнуть и попробовать открыться. И будь что будет. Хоть котёнок на УЗИ. — Валь, можно тебя поцеловать? — спросил Игорь после томительного молчания, в котором они дошли до конца улицы и встали под мигающим оранжевым светофорами у перекрёстка. Валя снова развернулся и внимательно посмотрел на него, будто пытался представить его без ушек этих торчащих. Потом встрепенулся неловко. Игорь подумал, что он сигареты достаёт, но доктор снял плащ и распахнул крылья, как мог широко. — Ух-ты! — заулыбался он, оглядывая Валю в этом оранжевом свете, как своего личного ангела. Самого прекрасного и грозного. Только огненного меча не хватало. Валя воровато огляделся по сторонам и притянув к себе своего альфу, накрыл их обоих крыльями, как палаткой, и поцеловал.