Запреты ни к чему

По замку в страхе и беспокойстве бегали горничные, размахивая длинными и кружевными юбками своих костюмов, которые уже вечером сменяться на красивые, бальные. Но перед этим нужно было выполнить все приказы короля. Со всего царства собирались приехать в замок, на данное развлечение и повидать принца своими глазами. Доступ будет для всех лиц. Суматоха была полная.. Гул и всплеск всего. На кухне активно готовили лучшие повара, представляя на стол с перекусом вкуснейшие блюда, которыми гости смогут подкрепиться после танца. Девушки вытирая всё от пыли, полировали до блеска, переходя в основной зал.. Огромные колонны соединяли пол и потолок, разукрашенный искусными узорами, картинами передающие особый смысл. Члены королевской семьи там так же, проявлялись. ,Но пока все трудились для почетных людей, они в эти моменты не прослеживались на месте и так же, уделяли внимание себе и предстоящему событию. Дамы дожидались пока портные сошьют для них лучшие платья, которых нет у самых богатых барышней в их царстве. Волосы роскошно укладывали, чтобы во время танца всё не распалось. Мужчины рассказывали охране о пропуске особых лиц, проверяя их на наличие запрещённых приборов, в способностях, которых есть возможность на нанесение вреда царской семье. ,А младшим было приказано следить за работой слуг и насколько хороша она выполнена. Всё шло словно по Нотам, сообщаемые дирижёром. Так, что к наступлению сумерек всё было готово и свободный зал, дожидался пока парами там начнут танцевать каждый.. Дети, взрослые, дамы и господа. Ансамбль будет звучать по всей крепости, вызывая на танцпол. Сердце билось в каком-то бешеном ритме у Сигмы — хозяина этого замка. Гости начали заходить в зал, и их голоса начали разноситься по всему помещению. Хозяин мероприятия стоял на одном из балконов и искал кого-то глазами. Этот кто-то был ни кто иной как Дазай Осаму — не уступающий в статусе молодой человек лет двадцати двух, и по совместительству, возлюбленный Сигмы. Шатену было отправлено особое приглашение, но ответ так и не был получен, что весьма печалило беловолосого. Спустя время, среди толпы начали мелькать знакомые черты лица. Улыбнувшись, Сигма начал быстро спускаться к людям. На встречу ему также пошёл и Осаму, они поприветствовали друг друга и начали разговор. — Я уж думал, что вы не удостоите меня чести вновь увидеть вас, господин Дазай. — Ну что вы, Сигма. Как я мог не прийти на это торжество. Да и к чему эти формальности? Но я рад снова с вами увидеться. Позволю заметить, что зал, да и сам бал выглядят превосходно. — Надеюсь, вы составите мне компанию на сегодня вечер. Как только Осаму собирался ответить на просьбу Сигмы, заиграла музыка, означающая, что кавалеры могут приглашать дам на танец. Не танцевать, а стоять в стороне было дурным тоном так что вся толпа начала суетиться. И только шатен даже не задумываясь протянул руку беловолосому в знак приглашения на вальс, который был успешно принят. Пройдя ближе к другим парам, что уже приготовились к танцу, наши герои, вместе с остальными начали кружиться по залу, вырисовывая никому неизвестные узоры. Для парней время словно остановилось, кроме них друг для друга не было и они забыли обо всём, полностью отдаваясь музыке. Закончился же этот воздушный танец, наполненный нежностью и беззаботностью, классическим поклоном двух партнёров в знак благодарности за эти минуты, проведенные вместе. — Ох Сигма, вы прекрасны, словно мимолётное цветение лотоса, цветение самой красивой сакуры. Вы напоминаете мне самую прекрасную белую розу в моём саду. Я был опьянён вами с самой нашей первой встречи. Не хотели бы вы связать свою жизнь с моей? Щеки Сигмы покраснели, а глаза в удивлении распахнулись. Он любил Осаму, но не рассчитывал на взаимную любовь. Дыхание перехватило и в горле поселился ком из-за которого было трудно говорить. — Хотел бы, я давно в вас влюблен, Осаму. Я всегда хотел быть вместе с вами. Но мои родители будут против наших отношений... Что нам тогда делать? — Давайте сбежим. У меня нам никто не будет помехой. Мы будем вместе счастливы.

***

Ночь на улице – это время, когда всё вокруг затихает и создаётся ощущение, что всё окутывается мягкой дымкой, словно волшебная пелена. Звёзды начинают проявляться на темнеющем небосклоне, будто яркие бриллианты, исполняющие желания тех, кто смело загадывает. В замке царит веселье и играет музыка, но только двум теням не до них. Двое парней вышли из дворца и начали уходить в сторону кареты, после чего и покинули это место, направляясь в новый, для одного из них дом.

***

Просторная комната, судя по всему спальня, в которую Осаму заводит своего возлюбленного Сигму. Подведя к кровати, шатен прижал к себе парня и нежно гладил его бедро. Дазай был ласков как никогда. Его горячее дыхание опалило шею беловолосого, заставляя того из-за неожиданных и новых ощущений шумно выдохнуть. Не теряя времени, Осаму припал губами к тому участку, которое окатило горячее дыхание, оставляя яркую красную метку, попутно слыша сдавленное мычание удовольствия откуда-то сверху. — Я хочу услышать тебя, Сигма, не стесняйся. Нас никто не услышит. — Н-но.. Договорить ему не дали и перебили настойчивым и страстным поцелуем. Следом же Осаму оставляя дорожку из лёгких поцелуев спускался всё ниже, снимая с партнёра в данной ситуации лишнюю одежду. Повалив на кровать Сигму, шатен сам раздался, следом нависая над ним. — Открой рот. Сигма беспрекословно повиновался, толи просьбе, толи приказу, по тону было сложно понять, да и незачем. В рот нижнего проникло несколько пальцев, явно давая понять, что их надо смочить слюной, что было выполнено. Когда слюны, Дазай вытащил пальцы и одним из них начал проникать в пока что тугое кольцо мышц, слегка массируя его, дабы избавить партнёра от неприятных ощущений. Следом добавился и второй палец, они начали двигаться на манер "ножниц" чтобы растянуть стенки анального отверстия. Когда с растяжкой было покончено шатен начал медленно проникать внутрь Сигмы, нижний застонал от боли, и Дазай остановился давая привыкнуть. Спустя короткий промежуток времени младший начал двигаться бедрами навстречу и Осаму продолжил входить постепенно, двигаясь в теле возлюбленного. В один момент старший попал по простате и Сигма протяжно застонал. И он начал двигаться в этом направлении выбивая из пассива стоны, и заставляя того прогибаться в спине. Верхний с каждым толчком всё набирал скорость и уже через десять минут буквально втрахивал Сигму в кровать, а тот в свою очередь уже сорванным голосом, но всё же довольно громко сигнал никого не стесняясь. Спустя ещё немного времени пассив почувствовал разрядку. — Ос-саму... Не успел светловолосый что-то сказать, как кончил себе на живот, следом это сделал и Дазай, предварительно выходя из уже обмякшего тела. Ноги, как и руки уже не держали, и шатен упал рядом с Сигмой, прижимая того к себе. — Я люблю тебя. — Я тоже. И оба возлюбленных беззаботно заснули до самого утра.