Ошибка

      Кейл знал, что допустил много ошибок в своей жизни. Преступно много.       Каждый имеет право на ошибку, скажите вы и в некоторой мере Кейл, когда-то Ким Рок Су, поддержал бы вас, правда, с одним «но». Ему было просто непростительно совершать те ошибки, что сделал он.       Потому что из-за его ошибок страдало и умирало много людей.       Капризничал излишне, из-за чего родители спешили как можно скорее домой. Как итог – авария, в которой погибли они вдвоём.       После – был излишне похож внешне на своих родных, чем причинял боль своему дяде (и за что дядя в ответ причинял маленькому Рок Су боль).       За каждую ошибку следует наказание, таков закон вселенной, Рок Су понял это быстро. Если что-то причиняет ему боль, значит он где-то допустил ошибку. Всё закономерно.       Окончательно в своих мыслях Рок Су убедился уже во время апокалипсиса.       Точнее, после их смерти.       Он допустил критическую ошибку в анализе и соответственно в расчётах, что у несло жизни его родных.       Это его просчёт.       Это его вина.       Это его ошибка.       Ошибка. Ошибка. Ошибка.       Он слишком много допустил ошибок, исчерпав возможный лимит.       Вся его жизнь – сплошная оплошность.       Может… Может ли быть так, что само существование Ким Рок Су – чёртова ошибка мироздания?       А что нужно делать с ошибками? Верно. Исправлять. Или, если это невозможно, то просто удалять.       (Иронично. Его просто удалили из мира, как ненужный элемент из кода программы).       В груди неприятно сдавило.       Он слишком часто делал оплошности. И самая главная из них – то, что он выжил.       Знаете ли вы, что тем, кто слишком часто промахивается, перестают доверять это дело? Тем, кто слишком часто проливает воду – вскоре не доверят носить её.       Тем, кто говорит, что постарается быть честным, но не делает этого – перестают доверять.       Это правильно.       Кейл бы и сам себе бы не доверял, если уж на то пошло, настолько он потерялся в собственной лжи.       Что уж говорить про остальных людей? Про его семью?       Как они вообще всё это время терпели его выходки?       Поэтому… Поэтому вполне закономерно, что совсем скоро между ними образовалась стена.       Они не верили Кейлу, не верили, что он будет заботиться о самом себе, что постарается больше не наносить себе урона в таким масштабах.       Но разве он мог? Он не смел даже думать о том, чтобы давать такого рода обещания. Кто ещё, помимо него самого моб бы принять удар на себя в определённых ситуациях?       Будет ли считаться ошибкой простое доверие и к окружающим его людям? Можно ли верить тем, кто не может верить ему и понять его до конца?       Нет-нет-нет, он ничуть не сомневается в том, что его семья дорожит им… Им самим или тем образом, что они видят? Внезапно изменившимся мусором, который, о чудо, стал приносить пользу пусть и из самых эгоистичных побуждений?       Что если… Что если они узнают о нём, настоящем Кейле-который-не-Кейл, как они поступят? Примут? Оттолкнут? Возненавидят? Попытаются уничтожить? Используют как военную мощь, а после тихонько ликвидируют?       Кейл не знал, не понимал, голова буквально вскипала от такого обилия мыслей, домыслов, возможных развитий сценариев и непрошенных эмоций.       Какова будет реакция детей? А семьи Моллан? Дерут? Графиня? Басен? Лили? Хотя… Говоря, по правде, никто из них не должен быть в шоке, если уж на то пошло.       Кейл ведь предупреждал их всех и не единожды, что он мусор, ублюдок и лжец.       Безустанно повторял им из раза в раз, да только те отмахивались или удивлялись его выводам? Почему? Ведь это были как раз те моменты, когда он говорил чистую правду, но они не верили ему… Или это не выглядело правдоподобно? Неужели Кейл настолько погряз в собственной лжи, что окружающие люди стали столь плохо различать моменты искренности и вранья?       Или это означало, что они настолько верили в него, что не могли и допустить мысли о том, что Кейл может быть настолько ужасен?       Или… Или… Чёрт. Чёрт!       Чёрт-чёрт-чёрт-чёрт!       Мысли пронзительным роем носились по черепной коробке, возились, сталкивались друг с другом и врезались в стенки костей, принося жгучую боль, а Силы будто пытались что-то донести до Кейла, крича и перебивая друг друга без конца, но Кейл уже просто был не в состоянии отличить их слова от звука собственных бесновавшихся мыслей, бунтующая Запись, прокручивающая без конца определённые моменты, связанные с его жизнью, как до, так и после переселения, тоже не улучшала ситуацию.       Кейл чувствовал, что задыхается, захлёбывается, не справляется.       Ему нужна помощь. Стабилизация. Но к кому он мог бы обратиться с этим? В таком состоянии? Вероятнее всего, он не сможет следить за языком, построением мыслей… Просто может вывалить всё, как на духу.       Дети? Нет, нет, нельзя, они едва ли смогут здесь помочь, он только напугает и заставит волноваться. Дети не должны решать взрослые проблемы, тем более связанные с ним. Они должны быть уверены в своём приёмном родителе, опекуне, человеке, что взял за них ответственность. Он не должен быть для них слабым в моральном плане.       (Кейл понимал, что в физическом может уступать им, особенно маленькому дракону)       Может быть семья этого мира...? Ох, нет, точно нет. Разве чужак достоин заботы?       Совершенно точно нет.       Ни под каким предлогом.       Чхве Хан? Как возможный вариант, но… Ох, не смотря на физический возраст, этот панк всё ещё подросток, по сути.       Кому… Кому он вообще может доверять в этом мире?       К кому он может обратиться прямо здесь и сейчас, к кому-то, кто знает о нём достаточно, к кому-то, кто не оттолкнёт такого ублюдка, как он…       Ох.       И как он не подумал об этом раньше?       Такого же ублюдка как он может принять лишь такой же ублюдок, из-за которого, от части, всё и произошло.       Бог Смерти.       На секунду Кейлу показалось, что даже дышать стало проще от того, что потенциальное решение найдено.       Обратился ли бы он в трезвом уме и здравой памяти к этому ублюдочному Богу? Совершенно точно нет. Но сейчас… Сейчас иная ситуация. Да и, если Кейл ничего не путает в таком состоянии, Бог сам предлагал ему связь и проявлял попытки вести себя покровительственно по отношению к Кейлу.       (Не то, чтобы он позволял это)       Оставался лишь один вопрос – как связаться с его целью?       Кейл постарался выровнять дыхание, стремясь отрешиться от мыслей, Сил и даже, хотя бы немного, от накатывающих эмоций, выдвигая на передний план Намерение.       И в какой-то момент он понял, что получилось.       Действительно получилось.       Потому что тело ощутило невесомость, перед глазами – лишь тьма, а на плечах чуть прохладные, сильные пальцы незнакомых мужских рук и от этого чувства дыхание стало ровнее. - Что произошло, Дитя моё? – Кейл был готов поставить на кон свои золотую табличку и фундамент, что отчётливо услышал в голосе встретившего его Бога волнение.