Выпьем кофе с утра

Хван Хенджин - не любитель измен. И пьяное состояние не оправдывает, если ты - похотливый мудак. Именно поэтому он сейчас стоит на дороге недалеко от дома, где была вечеринка его знакомых, поздним вечером в легком алкогольном опьянении и пытается поймать машину. Вызвать такси он не может, поскольку оставил по глупости телефон в машине своего парня. Тоесть своего бывшего альфы, которого полчаса назад застал в постели с именинником. Поздравитель хренов. Автостоп - его единственный шанс убраться отсюда как можно быстрее, чтобы не вернуться и не воткнуть что-нибудь поострее в чужие яйца. Ослепив фарами, возле него останавливается черный матовый Ford Mustang, напоминающий ему почему-то хищную темную пантеру. Стекло опускается и изнутри Хенджин слышит красивый мужской голос: - Садись, подвезу до дома. Хенджин охваченный жалостью и необъяснимой ненавистью к себе, не задумываясь обошел авто, осторожно проведя кончиками пальцев по мокрому капоту, словно гладя дикого зверя, занял место на переднем сидении и пристегнулся. Омега был скованным и зажатым, опустошенным. Полупрозрачная рубашка промокла от мелкого дождя, с темных длинных волос стекали редкие капли, смешиваясь с солеными слезами, убегали по длинной белоснежной шее к ключицам, обжигая своей прохладой пылающую от злости кожу. Хенджин не мог уже понять от чего его трясло сильнее: от холода или от нервов. Хенджин мельком взглянул на водителя. Это был альфа, на вид немного старше него, с очень строгой, но притягательной, внешностью. Он был красивым и представился Минхо. Хенджину было неудобно пристально рассматривать его и он, отвернувшись к стеклу, уткнулся в боковое окно, и прежде чем замолчать и окунуться в противное болото своего самоунижения, кинул тихое: - Хенджин. Автомобиль плавно вырулил на дорогу и быстро набрал скорость, рассекая ночное спокойствие. Неожиданное теплое прикосновение к трясущимся пальцам, которые нервно теребили кожаные ремни портупеи на его бедре, заставили Хенджина дернуться и испугано уставиться на незнакомца. - Я спрашивал куда тебя отвезти? Ты не услышал. Не хотел пугать, - водитель легко сжал длинные тонкие пальцы Хвана и почему-то не спешил отпускать. Он уверенно вел автомобиль по улицам столицы, увозя Хенджина все дальше от места вечеринки. Испуг в темных глазах тут же сменился задумчивой растерянностью, заставившей привычно закусить пухлую губку. Вернуться в их общую с Джису квартиру у него не было никакого желания. Ему было противно от одной мысли, что придется спать там, где еще сегодня утром он занимался сексом с Джису, где еще вчера вечером они ужинали вместе и наслаждались просмотром какого-то популярного фильма, там где он провел два года своей жизни рядом с недоальфой, который так легко его предал. К родителям ехать было далеко, а к старшему брату - стыдно. - В ближайший приличный отель, наверное, - в итоге определился Хван. - Хорошо. У тебя документы с собой? Чтобы снять номер, - пояснил парень. Хенджин отрицательно помотал головой и отчаянно застонал: - Тогда можно в неприличный. Туда, где кроме денег, больше ничего не понадобиться, - в этот момент Хенджин понял, насколько сильно его жизнь изменилась в один момент, который теперь вспоминается с тошнотворным отвращением. Прощать измену и подобное унижение перед всеми, кто был на вечеринке, Хван не намерен, а значит в первую очередь нужно подумать о ближайшем переезде. Хенджин машинально хотел достать телефон, чтобы написать своему менеджеру с просьбой найти подходящее жилье для аренды в кротчайшие сроки, но лишь с досадой ударил кулаком по своему бедру. Телефона при себе ведь не было. - Может выпьем кофе? Тебе нужно согреться и успокоиться, кажется, - голос альфы был удивительно спокойным, без ноток жалости или чего-то еще. Холодный, но мягкий, как мороженое, которое так любил омега. Хенджин сжался еще больше, осознавая насколько жалким и ничтожным он сейчас может выглядеть. Боковым зрением он заметил, как водитель отвел свой взгляд от дороги и кратко посмотрел на него. - Ты очень красивый и у тебя вкусный парфюм, а он просто идиот, - спокойным тоном говорит альфа, снова не отрываясь от дороги. Хенджин привык в своей карьере успешной модели слышать, что он красивый. Вот только сам он своей красоты не замечал и не понимал. Он таким родился - это не его заслуга. - Спасибо за комплимент. И я не пользуюсь парфюмом, - без задней мысли ответил Хван. Он плохо себя чувствовал в последние дни и не смог выпить подавители, поэтому его родной запах королевской розы начал пробиваться сильнее, но все же перекрывался плотным запахом мускуса и имбиря от бывшего альфы. Он до сих пор чувствовал его запах на своей коже, отчего хотелось содрать ее с себя. Стоп! В смысле? Кто идиот? Тут что-то не так! Он резко поворачивает голову в сторону водителя и уже в наглую изучает его с ног до головы. - Мы знакомы? - встрепенулся омега. Боже, во что он уже успел вляпаться? Как можно было быть таким беспечным и сесть к незнакомому альфе среди ночи? Идиот здесь лишь один - и это омега Хван Хенджин. - Не поверишь, но нас знакомили около часа назад и твой запах до сих пор просто окутывает меня с ног до головы, ведя за собой с первого вздоха, - расплылся в хищной улыбке Минхо. Я заметил тебя давно, а ты не видел ничего, кроме своего альфы Джису. А тот привел тебя на вечеринку, выставляя на показ, словно дорогой аксессуар к своему нескромному эго. Красивый, настоящий и такой желанный омега. Стоило показать каким на самом деле является твой драгоценный Джису. Выродок недостойный такого сокровища, похотливый кобель, осмелившийся заляпать твое волшебное тело грязью и таскавший за твоей спиной в постель каждую согласную задницу. Мустанг свернул с основной дороги и заехал в отдаленный затемненый угол парковки у небольшой заправки. - Ну что, красивый, пойдём пить кофе? Голос альфы вместе с дурманящим запахом древесного мха пронизывал омегу до дрожи, руки от волнения похолодели. Хенджин попытался что-то выдавить из себя и внятно ответить. — Возможно, — пробормотал он наконец, громко сглотнув скупую слюну. В горле резко пересохло и запершило. Теплая рука потянулась к щеке омеги, убирая с лица мешающие шелковые пряди волос, едва касаясь его кожи. — Ты что такой зажатый? Боишься меня? - Минхо слегка склонил голову набок и топил омегу в омуте ледяных черных озер, которые жили в его глазах. — Нет, - Хван не боялся альфы. Его больше напугали собственное желание нырнуть в этот омут с головой. Мысли об Джису, об измене, обо всем на свете вылетели из головы так резко, что она пошла кругом. — Сейчас проверим… Минхо резко поддался навстречу замершему омеге и, пока тот находился в шоке, впился голодным, но не грубым поцелуем в неприлично пухлые алые губы. Его губы были жадными, напористыми, но касался он осторожно. Альфа нежно провел ладонью по шее Хенджина, запутываясь пальцами в темных волосах и начал чуть поглаживать кожу головы. Губы стали еще смелее, почувствовав, что Хван начал отвечать… Горячий язык проскользнул между губ и устремился искать язык омеги. Хван вмиг потерял голову, одурманенный флюидами его парфюма и альфими феромонами. В какой-то момент Хенджин понял, что его собственные руки осмелели. И вот он уже сам касается сильных рук , проводя вдоль них ноготками, чувствуя крупные выступающие вены под ними. Внизу всё напряглось и уже трепетало от желания и, окончательно забыв про всё, начал расстёгивать белую рубашку, проникая под ткань и легонько поглаживая крепкий торс. Альфа взрыкнул, заставляя омегу заскулить от застилающего вмиг желания. Губы омеги же мелкими поцелуями стали впиваться в каждый миллиметр горячего тела альфы, спускаясь от шеи вниз, попутно зацеловывая широкую грудь, а потом всё ниже и ниже к пупку… Минхо, чувствуя, что омега проходится влажными поцелуями по животу и приближается к самому заветному, напряженно вздрогнул от столь нежных омежьих прикосновений… Такой сладкий и невыносимо сексуальный. Гремучая смесь невинности и похоти. Длинные пальцы скользнули ниже и нащупали сквозь грубую ткань штанов набухший от желания орган… Хенджин казалось сходил с ума. Иначе объяснить свое поведение ни кому-то, ни самому себе он бы не смог. Впервые с ним происходит такое. Жар возбуждения проносился по телу нестерпимыми волнами, заставляя льнуть к альфе и течь. Не удержавшись, омега перебирается к альфе, седлая его бедра и начинает тереться своими ягодицами о чужое возбуждение. Руки Хвана слегка подрагивали, но медленно и уверенно начали расстёгивать пуговицу на черных джинсах и приспускать их вместе с боксёрами. Альфа запустил руку в мягкие волосы и оттянул их назад, открывая для себя белоснежную нежную кожу на шее омеги. Чужой запах, запах другого альфы теперь раздражал еще больше и Минхо начал покрывать тело омеги яркими бутонами страстных поцелуев, покусывая и зализывая собственные следы. Лицо, шея, выступающие острые ключицы в вырезе тонкой рубашки. Смывая чужой запах с омеги, добираясь до вкусного истинного омежьего цветочного аромата. Желание альфы уже больно давило и было каменным. Секунда — и омега осознает, что этот альфа доминант. «Ну и мощь!» — промелькнула мысль, когда Хенджин оценивающим томным взглядом посмотрел вниз, на орган в своих руках. Подняв голову, Хван встретился взглядом с черными глазами Минхо, а потом медленно провел рукой вдоль члена. Омега слегка нахмурился, хотя с большим удовольствием впитал в себя довольных выдох альфы прямо в губы. Хенджин ловко вернулся на свое сидение, на что альфа недовольно зашипел. Но тут же захлебнулся собственным рыком. Горячий влажный язычок тронул шелковистую кожу… Пышные губы словно бы обняли головку… Они просто были созданы для этого. Соскользнули ниже, вбирая до половины. С каждым разом губы омеги сильнее сжимали плоть альфы и опускались все ниже. Периодически омега дразня выпускал член альфы изо рта и облизывал сверху донизу юрким язычком. Мягкие руки омеги нежно коснулись основания и теперь поигрывали, переминали и сжимали его в кольце. Рука скользила равномерно с головой, и омега уже сам жмурилась от удовольствия… А альфа плавился от открывающейся перед ним волшебной картины, начиная поддаваться бедрами навстречу горячему рту. Увеличив скорость сжатия рук и губ, омега уже чувствовал, как член в его руке стал пульсировать… Омега заурчал от удовольствия, от гремучего коктейля феромонов альфы, затопившие салон авто и его собственное сознание. С уст Минхо сорвался несдержанный низкий стон, он впился руками в хвановы плечи и через пару глубоких движений его накрыла эйфория. Удовольствие жидкой лавой текло по его венам. Хенджин сглотнул семя и только после этого смог оторваться от альфы. Но Минхо не дал ему выдохнуть и впился в губы омеги мягким благодарным поцелуем, смотря в необыкновенные глаза цвета шоколада в веере влажных ресниц… — Уф-ф, ну и достоинство у тебя в штанах… - Хван откинулся на сидение. Взмокший, но почему-то безумно довольный и спокойный. — Теперь заметно, что ты вообще меня не боишься, котенок. Теперь я точно могу рассчитывать на кофе с тобой, - альфа поправлял на себе одежду и не спускал с омеги своего взгляда. — Думаю, с утра оно будет отлично бодрить нас обоих… - шепчет Хван в губы Минхо, прежде чем снова прильнуть к альфе и насладиться неторопливым упоительным поцелуем. Так легко было втянуть пьяного именинника в спор, что тот не сможет соблазнить занятого альфу. Альфу с самой красивой омегой на этом вечере. Джису не просто поддался на провокации омеги, который умело его соблазнял, но и плохо следил за своим спутником. Иначе бы не упустил из виду хищную улыбку Ли Минхо и сверкнувший черный блеск в его арктическом остром взгляде, когда сам издалека хвастался танцующим в центре зала Хенджином. Альфа отчетливо понял для себя, что этого омегу от себя точно не отпустит. На его шее отлично будет смотреться только его метка, только его запах и только его член предназначен для этого волшебного парня. Хван был создан для того, чтобы удовлетворить все желания Минхо. И Хенджин теперь чувствовал что-то нежное и трепетное в запахе альфы напротив. Он почувствовал вкус новой жизни. Вкус кошачьих ласковых губ - терпких вишневых сигарет и мятной жвачки.