Абсурдность, однако, очень очевидна

      Конечно же новость дошла всем гонщикам без промедления. Лишь только Нове ничего не сказали, ибо у неё не было телефона, а также просто потому, что сейчас получилась самые "эпичные" ночи для неё, а потому чувствовала жгучую эйфорию. Проще сказать, инстинкты никто не отменял, а потому она ведёт себя естественно.       Ну а с другой стороны, чтобы хоть как-то повысить настрой перед гонкой(а за одно и задобрить в случае чего) Лейлани решила созвать всех важных персон, кои являлись её друзьями в [ОПЯТЬ] тот же клуб по интересам, ибо после бара никто бы живым даже до машины не докавылял.       ...Ничего не предвещало беды.

***

      Глаз Лейлани не мог налюбоваться на прекрасную картину перед ней - наконец друзья и знакомые в сборе, как в старые добрые.       Последний раз так было, когда Резу удалось преодолеть испытание Бенни(который, кстати, почему-то не пришёл). И всё закончилось наисладчайшей пьянкой, где-то очень эмоциональными храпами, от которых на глазах бы навернулись приторно горькие слёзы, будь она пьяна. Благо, она священна, а потому спокойно попивала виноградный сок с яблоком, от которого осталось лишь название.       Не забудет, как Рез, не захотев такого веселья, просто примкнул к ней на диван. Как она улыбнулась, одарив его теплотой, от которой он покраснел. Он, смущаясь, рассказал, как это было нелегко, а также похвалил за её складки на чёрном формальном костюме.       К сожалению, всё закончилось тем, что она тоже сказала ему много хороших вещей, ибо по натуре она такая, а также внутри карала себя за то, что когда-то посмела назвать его "пригодным лишь на колхозника". А дальше...       Она надеялась, что этот раз будет таким же, только... Поспокойнее.       Она вновь пересчитала гостей, помахала зашедшей Рокси, которая нервно тащила Нову. Как бы это не звучало.       Весь гейклуб был в их распоряжении. Как хорошо, что у неё хватило денег на торжество и нервов, чтобы уговорить Макскелли, который недолюбливал собак(псин).       — Рокси! Как вовремя. Скоро будем подавать банкет.       — Агась, привет, мать. Щас только... Помою кое-кого.       В это время Нова как-то перекатилась, попыталась вернуться в антропоморфную форму, чтобы посалютовать, как это учили её далеко в космосе. Но всё тщетно, потому тленно она покатилась по серому ковру.       — Нова! Прекращай.       — Как и говорила, никого из сторонних не будет. Потому мойтесь на здоровье. Как закончишь, возвращайся в гостиную. Как видишь, скоро начнём веселье.       — Хорошо. Так, а ну! Пошли, - Всё же было приятно посмотреть на её синющие глаза с редкими отблесками голубого цвета.       "Собачка" всё же пошла за блондинкой, а Лейлани, простояв ещё немного выследуя Микку и Клатча, которые ещё не явились, вернулась к остальным.       Братан, как всегда, предпочёл немного посозерцать снов на кожаном диване, как бы там с ним кожа не срасталась. При том, что становилось шумнее, он, видимо, углублялся в загадочные закаулки мозга и наверняка проецировал себе самые различные неведомые события, какие невозможны. Ну или просто смотрел на тёмный экран перед собой.       Рез и Ух-Тыш сбежали к компьютерам, ибо недавние события последнего в его башке ещё не оставляли в покое, а потому он всеми силами покорял интернет.       А Эль-Зипо, заприметив Рокси, сразу отвернулся и замолчал, ибо вспомнились недавние тренировки, где та хорошо его отлупила. Он мог только уворачиваться, ибо бить её даже для него было ужасным.       Напоследок, Б-Зопр изучал ткань книги с каким-то типо классическим названием. Не читал, а прям вот изучал её строение; вот такие занятия. БитБот же отошёл к углу, ибо заместо него врубили музыку в стереосистеме и его предназначение было затемнено. И конечно же, Джимми поднял тему о хорошей, адекватной и душевной музыке из 60-х, хотя его тогда не было.       — Всё же хорошо, - Со спокойствием в душе сказала она. Но всё же её терзало одно - где этих двоих может носить? Про Бенни с его выходками и разговора больше не было.       Иногда Лейлани казалось, что её жизненный девиз "всё хорошо и будет лучше" начинал потихоньку развалиться, крошиться, словно дешманское безвкусное печенье. Судя по тому, как редко стали проводиться гонки, друзья ссорились и уже чуть ли не дело не доходит до уголовной ответственности, а также её тайному эскапизму, выражающийся в тех самых радугах, единогоржках и прочих атрибутах, она просто надеялась, что всё не дойдёт до абсурда. Но в итоге он даже не пришёл, он буквально вломился и насмехался над ней.       — Лей?       Девушка вернулась в своё сознание. Всё это время она стояла рядом с тем самым кожаным диваном. Братан смотрел на неё сонно, но беспокойно, ведь он понимал свою подругу.       — Ничего. Просто задумалась, - Она как-то отвела взгляд на бежевую стену, прокрутив в голове ещё пару мыслей. Да, что-то всё же её терзало, но она знала, что прекрасная вечеринка с друзьями должна поднять настрой. - Как на этом диване спится?       — Знаешь, я уже на стольких местах отоспался, что здесь я не вижу разницы от моего фирменного гамака. Однако же диван прохладный, это радует.       Улыбнувшись, Лейлани решила за одно проверить Реза и шамана элитного класса. Компьютерная комната как раз находилась за ничем не прикрытой безликой прямоугольной аркой в стене. А ещё там были единственные жалюзи на пластиковых окнах, которые были вечно закрыты от лишнего света. Хотелось бы такое и на месте основного веселья, но это не так важно.       Перейдя, ощущался несколько сухой воздух. Видимо, здесь просчитали, чтобы влага не сочилась внутрь блоков и не вызывала сложности в процессе работы. Однако же этот стерильный запах нагонял тоску и желание поскорее отсюда уйти!       — Привет, мальчишки, - Рез ей помахал, а Ух-Тыш, видимо, что-то сказал в себя, но поздоровался. - Как вы тут?       — Он до сих пор не успокоился по поводу его сна. Вот уже двадцать девятая вкладка очередного сонника, до этого - предсказания пятилетней давности, а ещё раньше... - И лишь хотел юноша продолжить, как маг его перебил:       — Не смейся над чужим горем. Знаешь ли, народ Тики и сны в покое не оставлял...       — Ух-Тышка, а тебя скорая гонка хоть как-то интересует? - Девушка хихикнула, смотря на усиленные старания парня изо всех сил печатать на клавиатуре. Причём, слышно было не только вблизи, а чуть ли не по всей комнате. Интересно, как же здесь всё это время простоял Рез, слушая такие залпы?       — Это тоже. Но если мой сон всё ещё правда... - Здесь он даже проворчал. - То и гонок не будет. Ничего не будет!       — Так, мы пришли сюда как следует оттянуться, а потому можешь отпустить все невзгоды. Кстати, ты ещё не пробовал вишнёвый сок? Тот, что я принесла сегодня, надо ещё постараться найти - таких, кажется, вообще больше нигде нет.       — Особый сорт?       — Нет, но его цена и аромат стоят свечей.       Ух-Тышка призадумался. Однако хотел он опять что-нибудь сказать, как красноволосый развернул его кресло и анонсировал с гордостью:       — Лимит исчерпан - три секунды вне монитора. Место моё. Катись отсюда!       Маг же встал, уж хотел что-то премудрое сказать, но на слове "ох" всё и закончилось. И так он ушёл ко всем.       Янтарные глаза проводили его, пока не зациклились на Лейлани. Они оба вместе подошли и обнялись, так нежно, хоть и лёгко. Рез с закрытыми глазами и мечтательным голосом поздоровался ещё раз и с тоской сказал, что скучал.       Девушка ответила взаимностью, продолжая находится в объятии.       — Ты, наверное, всё ещё бегаешь на пляжи с разных концов острова, дабы ощутить волну?       — Да. Но вода в этом году прохладная, да и катаюсь только я одна. А знаешь...       — Что? - Парень с энтузиазмом посмотрел в её изумрудные глаза. Они казались сейчас такими живыми, как никогда ранее.       — ... Было ли у тебя такое, что ты пропадаешь? В моменты такого одиночества посреди океана я могу немного отдохнуть от рёва мотора и позабыть обо всём, поглощаясь с каждым разом в фантазии...       — Может быть, в детстве было. Сейчас же я просто играю в игры. И если затянет - то затянет тотально.       — ...И в порыве ветра, ощущая капли, можно думать о фиолетовом, пурпурном, пальмах, цветах и единорогах...       Рез мог только усмехнуться без упрёка и вновь обвести свои руки через её плечи.       — Как мы скучали. И ведь странно, что номера есть, в телеграмме сидим, твой дом прям на конце моей улицы, а встретились лишь сейчас.       — Мда. Вроде два месяца прошло, а лето внутри так и не наступает. Хотя на подножии острова оно будет всегда.       — ...Ничего. Самое главное, что мы есть, - Рез приободрил подругу. - Я немного ещё за компом посижу, ладно? Потом пойду к вам, как начнётся.       — Да, конечно.       Они завершили объятия, хоть Лейлани глубоко в душе немного смятилась от скоро расставания после столь долгого времени. Сев за компьютер, красный уже во всю что-то печатал. Интересно, почему общественный компьютер его привлекает не меньше, чем свой собственный дома в гараже?       Тем временем она не стала стоять просто так и направилась к уборным - как было сказано ранее, никого из других посетителей не будет, а Рокси, наверное, уже во всю проклинает это место и день вообще, так как ей пришлось помочь Нове с гигиеной.       Как раз комнаты находились поодаль, а потому девушка спокойно обогнула расстояние. Но нужно готовиться - разгневанный взгляд блондинки подруги мог кого угодно напугать, ну, Лейлани не в счёт, как всегда, а была проблема и более серьезная - если в компьютерной было сухо и запах был странный, то прекраснейшая хлорка в туалете могла вызвать преждевременную тошноту...       Она решила более не вспоминать такое, а потому, даже не набираясь духа, с левой ноги зашла в комнату. По хорошему её должны была ждать удача, свет и успех. Но вместо этого она вляпалась в мыльную лужу шлёпком.       — ...Эм. Ну, могло быть и хуже. Не маленькие, знаем, как шваброй пользоваться.       — А? Ты что-то сказала?       Отдалённый голос другой девушки был небольшой неожиданностью, так как напор воды был сильный, и спокойный голос средней громкости был бы окутант занавесой этой стихии из душа.       Вообще очень странно - в таких помещениях ставят дренажную систему, даже когда она и близко не стоит с раковинами. Возможно, в этом тоже есть смысл, а может, и вообще несколько.       С одной стороны, это всё равно правильно, ведь сантехника бывает непредсказуема, особенно на этом острове. А более глубокая сторона, возможно, с неясной для девушки философией, объясняет явление как вещь нужную, но фактически бесполезную без случая, как шариковая ручка. Такая маленькая и без случая глупая, особенно когда чернила засохли по желанию.       Теперь Лейлани стоит надеяться, что такого не происходит с людьми, иначе страшно будет представить, как же будет выглядеть его сумеречная жизнь...       — Я зашла проведать вас. Вы почти закончили?       — Агась. Жаль, что полотенец нет. Ну и ясно, это же не качалка... - Рокси продолжала мыть, а спустя секунду продолжила:       — Попробуй принести хотя бы туалетную бумагу, что ли? Если поможет.       — ... Её, как ожидалось, нет, - Брюнетка сказала после осмотра всех кабинок. - Как жаль. Может, мне сбегать за чем-нибудь, чтобы вы вытерлись?       — Не!       Голос собачки разнёсся по всей уборной, как и капли с её шерсти. Конечно же, Рокси негодовала. И в порыве гнева местной королевы энергетиков, Лейлани осознала, что внешне грязь не была критической, а потому в какой-то части она сама была виновата.       Как итог - Нова сбежала.       — Ну держись, на гонке тебе точно будет горько!       Нова сбежала, и подруги остались одни.       — Рокси, у тебя есть запасная одежда?       — Та ну, откуда же я могла знать, что эта паршивка западню устроит.       В ответ на это брюнетка её похлопала по плечу. В один момент ярость в голубых глазах сменилась милостью.       — Надеюсь, это не ухудшит твой настрой на вечеринку, - Лей улыбнулась. Спустя секунду, она продолжила. - Что ты думаешь о предстоящей гонке?       — Я-то знаю, чего я стою, а значит и место у меня будет первым. Лишь бы красный выскочка не зазнался вновь и обогнал меня прям перед самым финишем!       — Ладно тебе, Рез не со зла. Да и почти все тогда получили одинаковый гонорар...       — ...Ну а в этот раз такого не будет. Сейчас будет серьёзная битва. И я с гордостью могу сказать, что всем придётся пойти друг против друга.       — Прям аж с гордостью? - На что Рокси ответила:       — Ну, с уверенностью. Просто знаешь, придумывать свою славу, а потом воплощать её в реальность - это просто шик. Вот и переборщила немного.       — ...Очень странно сейчас скажу, но за всё время, пока мы все были в тишине, я тоже много мечтала. Даже сказать, мечты казались более тяжёлыми и реалистичными, чем сама жизнь.       Тон Лейлани сменился на более спокойный, однако не менее серьёзный. Возможно, она просто не может принять факт такой индивидуальности.       Быть индивидуумом - всегда хорошо, ведь ты подтверждаешь твоё человеческое существо. А с другой стороны, ты можешь быть настолько особенным, что остальные будут казаться лишней компанией. Даже где-то ненужной вообще. И ты вновь остаёшься один...       — Аа... Ну, бывает. Знаешь, всё время находится в активе тоже дрянь. Может быть, так правильней.       Лейлани хотела ответить, даже руки чуток приподняла, чтобы не болтались по бокам, по блонд срезала с нейтральным выражением лица:       — Ну ладно, это всего лишь одежда. Пойду посмотрю, что же там принесла из напитков.       Она замаршировала к двери, оставив подругу одну. Та не совсем поняла такой жест, но, понятное дело, не одобрила в первую очередь. Пока гавайка стояла в одиночестве, она задумалась вообще о том, правильно ли она делает то, что может казаться базовым.       Конечно, это не предательство и не что-то схожее в этом духе, но явно побеги от реального мира вызывают пробел между ней и остальными. Видимо, надо было лучше выбрать тему для разговора...       Или абсурд действительно начинал добираться до неё, как она и боялась. Это и понятно - самое иррациональное и неожиданное происходит в тот момент, когда меньше всего это хочется ожидать.       В конце концов, она решилась выйти и прийти к остальным, несмотря на то, что двое так и не явились.

***

      Каждый шаг отдавал свой гул, наполняя вибрациями стены, изнашивая обувь, а вместе с этим и сознание девушки немного помутнело. Дело в том, что Рез и Рокси - дорогие для неё люди, хотя создавалось ощущение, что она любит всех от своей миролюбивой натуры. Однако же её связи с блондинкой помогли избавиться от такого угнетающего одиночества, ведь некогда Лейлани была здесь единственной гонщицей. А на самом гребне их отношений, словно волна, она встретила новичка, коим был Рез.       Она всегда искала поддержку во всём и старалась помочь другим. Это не было усердием, однако отдаляясь от других дома, та вновь вспоминала, что тоже не может быть вечно такой. И именно поэтому она постаралась исправить эту ситуацию своим любимым фиолетовым цветом, колоритными цветами и единорожками, сбегала на пляжи, чтобы находясь в волне стать нечто большим, а там и фантазировать.       Для неё это казалось утопией. Опасным, но в то же время прекрасным местом для выживания. Но отчего?       Бенни в последнее время сам не свой. В крайнем случае, если не он виноват, то остальные тоже не могут быть в стороне, так как не проследили за его тенденцией(хотя он уже и так давно взрослый человек). Последнее, о чём надеется Лейлани, что в один момент этого краха она не перенимет вину на себя.       — Что со мной? Это... Это не я, - В один момент мысли стали сбиваться, врезаться так больно, что хотя бы одна такая не давала смысла и понятия всего, что происходит. Неужели долгожданная вечеринка и сладостное веселье так рано закончатся для девушки? Она кое-как нащупала прохладную рифлёную стену, чтобы вернуться и прийти в себя.       Нельзя больше развидеть образы реальности. А голова тоже работать не может. Ей осталось наслаждаться тихим ничем, так яростно стирая её с лица земли.

***

      — Что? - Брюнетка очнулась. Вернее, просто отошла от стены. В один момент эта анархия в мозге закончилась так же быстро, как и началась. - Надеюсь, никто меня не видел в таком виде.       Через секунду она ощутила привкус моркови и чего-то сладкого и терпкого. Но в один момент ей стало горько и мерзко. Та быстро вернулась в ванную и прополоснула полость рта.       Точно, она была пьяна. В реальности она бы не стала так привязываться к навязчивым мыслям, но даже если те и одолевали её, она быстро их разбавляла своим любимым делом, а потом, по возможности, и решением всей проблемы.       Но здесь, конечно, разум не смог контролировать тело во время такого разгрома внутри и выпитом морковном соке... Кстати о нём.       Её опасения подтвердились, когда та нечаянно оставила сок в гостинной пока все только собирались, а сама она отошла. Но кто это мог сделать и как? Ну и зачем?       Видимо, она узнает ответ позже.       Взяв в себя в руки и вздохнув, она с прямой походкой вернулась к остальным, сказав Резу заканчивать.       — Что же, если Микка и Клатч не соизволили прийти... Нам придётся начать без них. Но перед этим всем, хочу сказать свою речь в честь нашего соединения.       Все в момент замолчали. Голос Лейлани был спокоен и тих, как и всегда, однако на выступлениях он ещё и становился таким заметным, словно вспыхнувшая звезда на тёмном ночном небе.       Она взяла первое, что ей попалось под руку, чтобы позже быть первой, кто скажет тост. Это была минералка.       Ей было без разницы, что все на неё смотрели и что она не была фанаткой такой воды, но зато была счастлива, что все они решили объединиться перед очередным незабываемым заездом.       Чуток отойдя от всех, она сказала следующую речь:       — Вот мы снова здесь. Я крайне рада видеть всех присутствующих, прям абсолютно.       Её улыбка также вызвала хорошее впечатление у других, а потому их лица были наполнены искренными эмоциями.       — Я в небольшом неведении, почему гонки сейчас так редко проводятся, но, очень надеюсь, что все вы за это время занимались тем, чем хотели именно вы.       Однако она только сейчас увидела, что Реза не было. В один момент ей стало не то, что грустно, а скорее ощутила отчуждение от него. Хоть объятие было искренным, его было очень мало. Она бы могла растворяться в его руках, но не могла признать таких чувств.       Через секунду заглянула в глаза Рокси.       Она тоже будто бы по пустому взгляду отстранилась от всех. В первую очередь, от неё.       Хотя конечно, когда на тебя попадёт толща воды от неугомонной собачки, наврядли ты будешь рад. Особенно если пришлось встать прямо перед ней, вспоминая сегодняшнее, да ещё и Эль Зипо поступил взгляд, как только та встала от него подальше в начале речи.       Лей просто не знала, как вся её реальность пошла наискосок. Возможно, она что-то сделала не так, а может быть, её бездействие, преобразованное в нечто прекрасное и недостигамемое в эскапизме тоже повлияло на это.       И несмотря на нотку грусти, она ещё раз преободрила себя, что все рады ей.       Но она вздохнула, а за тем продолжала:       — Кхм, за нас, - И подняла бутылку с ещё действующими колючими пузырьками.       Все последовали её примеру. И Рокси тоже взяла энергетик, слегка подняв его вверх с расслабленной улыбкой.       После этого все загалдели вновь. Гавайка ещё раз окинула взглядом всех присутствующих, не переставая улыбаться.       Однако фактически она вновь одна. Теперь она предоставлена своим хаотичным мыслям.       Теперь она вспомнила, что кто-то подложил "секретного" ингридиента в морковный сок. Через секунду от подставы она разгневалась. И ведь явно это сделал её знакомый, но вот только какой?       Всё было бы ничего, как вдруг красноволосый юноша выбежал в попыхах и всем голосом сказал:

— Микка... Она исчезла.

      Блондинка не удивилась, остальные показывали смешанные чувства. Но Лейлани потеряла дар речи на пару минут. Она не знала, можно ли этому верить, но решила принять это как факт. Тем более это тоже может быть очень вероятным.       — Кто хочет, может пойти к компьютеру, там есть сообщение в Блокноте...       Теперь девушка реально поняла, что здесь кто-то до этого был. Хотел специально прервать веселье, радость всех, кто сюда бы пришёл.       Теперь и понятно, что сок был отравлен.       Через секунду её мозг стал блекнуть. Кто это мог сделать... Кто это посмел сделать?!       Ярость, волнение, страх и обида пульсировало в ней. Мир будто растворялся.

Абсурд настиг её.

      Она опрокинула голову и больше ничего не могла почувствовать.