Они - моя компания!

Только начало года, а Мисуми Хонда уже запрягли делать домашнее задание. И ладно, если бы это были одноклассники, но это были старшеклассники. И могла бы она отказаться, но ее безвольность, уступчивость — не могут отпустить хозяйку делать то, что она хочет. Все время она должна создавать хорошие условия для других.   Она обычная тихоня, которую контролируют родители. Гулять только в одном месте, телефон всегда в руке, а если один раз не ответишь, то скандал на час тебе обеспечен.   Мисуми уже битый час сидит в библиотеке, завязывая свои бордовые волосы в хвост, чтобы пряди больше не поправлять. Дует губы, делая какие-то заметки, теребит карандаш в руке, вычитывая задание. Ее зеленые глаза уже почти ничего не видят, даже в очках, которые она носит только тогда, когда нужно писать и учиться.   На столешницу приземляется плитка шоколада. Утонченные пальчики продвигают ее ближе, а безмятежная улыбка дарящей озаряет личико. Сенджу Акаши начала дружить с Мисуми ещё когда впервые поймала с Такемичи на их прогулке в парке. Парень трясся как осиновый лист после какого-то аттракциона, а та тихо смеялась с того, какой ее сосед и друг детства трусишка.   — Снова глаза ломаешь? — спрашивает Акаши и присаживается на соседний стул. Ее белые волосы чуть растрепались, но только больше придавали кукольности личику.   — К сожалению, да, — глянула Мисуми на подругу и притянула шоколадку к себе. Никто не говорил, что нельзя делать перерывы. — Самое ужасное то, — кидает она кубик шоколадки в рот и дует, поправляя пальцем очки, — что я не могу отказать… И как этому научиться?   Она смотрит на Сенджу, словно она сейчас ей мастер класс проведет.   — Ладно, — возвращается она к работе Акаши Харучие. — Такова моя доля, — она шмыгнула носом, вытирая уголок губы и взяла карандаш в руки.   — Погоди, это что-то… Знакомый подчерк… — беловолосая берет чужую тетрадь, придвигая к себе и смотрит на обложку, потом на подругу. — Это как это? Тебя что, Харучие заставил?   — Как заставил…? Попросил… Очень деликатно. — Она смотрит на нее искоса, а после на стол. — Сказал, что палец мне сломает. Я, конечно, не поверила, но он сказал, что лучше не проверять…   — В самом деле… Лучше не проверять. Давай я с ним поговорю? Он, конечно, вряд ли станет меня слушать, но… Не могу же я допустить, чтобы ты пахала на этого лентяя!   — Лучше не нужно… Не нужны тебе проблемы. И мне тоже. Ещё скажет, что нажаловалась и точно палец сломает! — Стукнула она карандашом по столу и притянула к себе тетрадь. — Через полчаса пойду отдавать… Как-то страшновато. Он так смотрит…   Сенджу не стала делиться своим мнением по поводу того, какие испытывает чувства к этому человеку. Они давно не общаются, пусть и формально живут в одном доме. Ну, вернее, Харучие приходит туда иногда, но основное время проводит с Хайтани. Они те ещё отморозки. В свои годы держать в страхе целый район.   — Я буду держать за тебя кулачки! — заявляет Акаши младшая.   Чуть больше, чем через полчаса Хонда стояла на пороге школы и выискивала старшеклассника. Найдя его, она шла к нему, держа у груди листы и тетради.   — Вот…   Мисуми протягивает бумаги и смотрит вниз, только бы не встречаться с ним взглядом. Чего он ее запугал?   — Ну вот, а говорила: это не мой уровень! Я такое не умею! — передразнил Харучие слова девушки чуть ли не вырывая тетрадь из руки.   — Чего ты такой грубый с ней? Глянь какая мордашка! — сладенький голос младшего Хайтани прерывает возмущения розоволосого. Тот обходит друга и подходит к девушке, беря ее личико в свою руку.   — Вах! Зелёноглазка! Само очарование!   Девушка водит смущенным взглядом по лицу парня, а затем смотрит куда-то, только не на него. И что ей делать сейчас? Она даже сейчас зависла, мелко дрожа.   — Я… Мне… Наверное уйти…    — Пойдёшь с нами в игровой салон? — добродушно интересуется Риндо, пока его брат водит по девушке холодным взглядом. И чего он в ней такого увидел? Поиграться и бросить?   Она машет в отрицании головой:   — Мне нельзя…   Родители узнают, что после школы она пошла гулять, а не делать уроки…   — Мне правда… Пора домой…   Такие компании, говорят, что ничего хорошего за собой не несут.   — Какая жалость! — дует Риндо губы, — а может, мне тебя украсть? Где ты живёшь? — он наклоняет голову на бок и улыбается уголками губ. — притворишься, что легла спатеньки, как хорошая девочка, а потом мы тебя украдем. Обещаю, вернём в сохранности!   Она снова трясется. Может наврать? Нет, ее схватят где-нибудь по пути в школу и пальцы сломают.   — Конечная остановка… Там возле парка есть дома и… В самом крайнем…   Она сглатывает комок страха и поджимает губы, будто заплачет.   — Не трусись зеленоглазка! — он потрепал ее по волосам и отошёл. — Будешь ложиться «баиньки» щёлкни по выключателю несколько раз! И я тут как тут.   Она кивнула им всем на прощание и потопала в другую сторону, чтобы выйти на остановку. Говорила мама, не связывайся с плохими парнями, но нет же! А хотя, что ей нужно было сделать, чтобы сохранить себя в целости и сохранности?