Первый раз в первый класс

— Редисочка моя, ты самый умный ребёнок, который попадёт в стены этой школы, даже не сомневайся. — Вэй Усянь поправил на Лань Сычжуе верхнюю одежду, пытаясь успокоить его и себя заодно. Лань Ванцзи стоял рядом с невозмутимым, как обычно, лицом и переживал не меньше мужа и сына. Первое сентября было суетным, многолюдным и громким. Сочетание всего того, что так сильно не любил Лань Ванцзи. Но он привычно терпел, зная, как это важно для нормальной социализации любого малыша. Собственный опыт не в счёт, ему и без социализации нормально жилось. Они переехали в этот городок совсем недавно по настоянию и рекомендации Цзян Яньли, которая являлась любимой шицзе его супруга. Конечно, в Китае не были официально разрешены однополые браки, но когда Вэй Усяня останавливали какие-то там мелочи? Они совершили ритуал и повязали друг другу красные нити на запястья, поэтому их души получили благословление Ту’эр Шена , и этого было достаточно. Так считал Вэй Усянь, а значит, и Лань Ванцзи. — А-Сянь, — раздался звонкий голос, и все трое обернулись в сторону дороги, откуда шла радостная Цзян Яньли, держа за руку сына Цзинь Лина. За ней без особого энтузиазма шёл супруг Цзинь Цзысюань. — Смотри, А-Юань, твой братик А-Лин тоже идёт в первый класс. Лань Сычжуй улыбнулся и немного робко помахал брату, с которым познакомился буквально несколько дней назад. Другой его брат Лань Цзинъи как раз прощался с дядей Лань Сичэнем и подошёл поближе. — А-Сянь, господин Лань, А-Юань, доброе утро, — Цзян Яньли подошла и обняла их всех, даже Лань Ванцзи. — Я так рада, что вы не проспали. А вот А-Чэн, кажется, перенервничал и уснул только к рассвету. — Вон он идёт, — буркнул Цзысюань указывая на противоположную сторону дороги, откуда хмурой тучей двигался его деверь. — А-Чэн, — помахал радостно Вэй Усянь. — Все в сборе, редисочка, тебе будет весело в школе. А-Чэн, помнишь наш первый день? — Кто ж такое забудет, ты залез на дверь, испугавшись щеночка, — резко ответил Цзян Ваньинь, дойдя до них. Вэй Усянь рассмеялся, словно это была шутка. — Идёмте, идёмте, уже начинается линейка, — поторопила всех Цзян Яньли, попутно поприветствовав Лань Сичэня. — А-И, у тебя просто очаровательный рюкзак. Лань Цзинъи заалел ушами, радуясь, что похвалили его рюкзак с ярким жёлтым Пикачу. А-Лин же показал ему язык, у него на рюкзаке были крутые трансформеры. Они вчера едва не подрались на площадке, решая кто круче — Пикачу или трансформеры. Примирил их Лань Сычжуй, рассудив, что они все вместе победили бы Десептиконов. Ему же отцы купили простой рюкзак, но Вэй Усянь нашёл где-то и собственноручно наклеил на него двух кроликов. Белого и чёрного. Отец Ванцзи очень любил кроликов. У них даже жила пара, причём черный всё время норовил сбежать, а белый выискивал его и показывал хозяевам, где спрятался проказник. Цзинь Лин, скептически посмотрев на рюкзак Лань Сычжуя, протянул: — А тебе почему крутой рюкзак не купили? Давай дам денег, мне папа подарил! — А-Лин! — Цзян Яньли покраснела от стыда и присела перед сыном. — Нельзя так говорить. У А-Юаня очень красивый рюкзачок и твой дядя Сянь сам сделал аппликации. Это говорит о большой любви и заботе. Цзинь Лин тут же насупился: — А почему у меня нет аппликаций? — Если хочешь, я сделаю тебе красивую вышивку на рюкзаке, будут трансформеры в цветах. — Не-е-ет, это не круто… Цзысюань покачал головой. — Твоя мама великолепно вышивает. Может быть, платок с цветами? А то ты вечно в чём-нибудь пачкаешься, когда играешь с Цзинъи. — Да! Хочу платок с пионами! — Хорошо, вышью с пионами. — И с лотосами, — вклинился Цзян Ваньинь и строго посмотрел на племянника. — Чтобы замена была и мог другу дать в случае чего. — Да, дядя. Мама, вышей с лотосами тоже, пожалуйста, — закивал Цзинь Лин, который только дядю и слушался. — Конечно, милый. Кому что ещё вышить? Принимаю заказы, — рассмеялась она и, поправив сыну рубашку, подтолкнула его к толпе первоклашек вокруг учительницы. Вэнь Цин была строгой, хоть и совсем ещё юной на её взгляд. Они обменялись кивками, а Цзян Ваньинь нервно поправил волосы рукой и вытянулся по струнке, словно сам стал первоклашкой. — Чего это он? — шепнул Вэй Усянь на ухо сестре. — Потом расскажу, — ответила она. Заиграла музыка, перед учениками вышел директор школы, торжественно начав линейку. Вэй Усянь слушал пламенную речь Вэнь Жоханя, который поприветствовал детей, как надежду всея Китая на процветание и благополучие в будущем. Слушая эти слова, он едва не прослезился, понимая, что теперь его редисочку будут воспитывать чужие люди. Он предлагал Лань Ванцзи домашнее обучение для сына, ставя его же самого в пример, но понимал, что мальчику нужно чаще проводить время со сверстниками, а не с ними и пациентами. — Кстати, вечером будет собрание, не забудь прийти, — пихнул в бок брата Цзян Ваньинь, когда дети ушли в здание школы, а родители собрались расходиться на работу. — Ох, да, спасибо, А-Чэн, я бы забыл. Лань Сичэнь, подвезти вас до работы? — спросил он у деверя, который тепло улыбнулся в ответ. — За мной приедут, спасибо. После собрания, кстати, предлагаю всем собраться у нас. Дядя будет рад услышать всё из первых уст внуков. Лань Ванцзи сохранил лицо беспристрастным, хотя услышал юмор в словах брата. — Шицзе, шицзе! — Вэй Усянь догнал сестру на парковке. — Ты обещала рассказать! Цзян Яньли улыбнулась и отвела брата в сторону, зная, что он не успокоится, пока не узнает секретов Цзян Ваньиня. — А-Чэн устраивал А-Лина в школу и познакомился с его классной руководительницей. Судя по тому, что он расспрашивал, какие цветы лучше подарить девушке, думаю, она понравилась ему не только как педагог. Рот Вэй Усяня округлился в изумлении, а потом он завопил от восторга: — А-Чэн влюбился! Ему нужно срочно помочь! — Сянь-Сянь, спокойно, ты ведь ни о чём не знаешь. Не смущай А-Чэна, он влюбился впервые. — Ну шицзе-э-э, как же мне ему помочь, если я не знаю?! — Просто поддержи его на собрании, если он растеряется, но не переборщи, пусть А-Чэн сам проявит себя. Вэнь Цин суровая девушка, ей тяжело будет понравиться. — Наш брат не может не понравиться! Одень его сама на собрание, чтобы он блистал! — Хорошо, Сянь-Сянь, я так и сделаю. — Надо же, наш А-Чэн совсем вырос, прям как А-Юань, но только во взрослом состоянии, — прижал руки к сердцу Вэй Усянь и засмеялся на свою же шутку. — Ох, надеюсь, ничего ужасного не случится, — покачала головой Цзян Яньли, зная, на что способны оба её брата в одном помещении. — Чего этот… — Цзинь Цзысюань осёкся под строгим взглядом жены, не рискнув вслух назвать её брата, как хотел, идиотом. — Вэй Усянь такой радостный? — У А-Сяня всегда хорошее настроение. Даже когда он расстроен, ты об этом не узнаешь, — твёрдо сказала Яньли и села в машину. День на работе предстоял не из лёгких, ведь она целых три часа там отсутствовала.

***

Вэй Усянь шёл на собрание в приподнятом настроении. Они с Лань Ванцзи хорошо устроились на новом месте, разобрали почти все коробки не только дома, но и в новой клинике, которую супруг затеял в городе. Вэй Усянь мог бы снова пойти работать в государственную, как на прежнем месте, но там был укомплектован штат, к тому же ему нравилась некая свобода, которую давала частная практика. А клиентура для стоматолога дело наживное. Весь день он придумывал способ помочь А-Чэну сойтись с учительницей детей, поэтому по дороге попросил Лань Ванцзи заглянуть в цветочный магазин, выбрав там самый шикарный букет. Когда они встретились с семьёй у входа, Цзан Ваньинь опешил: — Ты куда веник понёс? Цветы утром дарили! — А это тебе! Чтобы ты подарил их Вэнь Цин и поблагодарил за первый учебный день племянника. Цзян Ваньинь сперва побледнел, потом покраснел, а после с возмущением посмотрел на сестру. — Цзецзе! — А-Чэн, не злись на меня, — Яньли обняла брата. — Мы с Сянь-Сянем желаем тебе счастья. Я ничего плохого не хотела. — Прости, — Цзян Ваньинь смутился. — Я просто не хотел никому говорить. — Ты для меня открытая книга, я сразу догадалась, а Сянь-Сянь твоя семья. Идея с букетом очень хорошая, мне нравится. Вэй Усянь горделиво посмотрел на брата. Он знал, как ухаживать за кем-либо, потому что супруг делал это буквально каждый день, черпая вдохновение из каких-то только ему ведомых источников. Сам Вэй Усянь мог разве что не болтать за едой о работе. Собственно, ничего другого от него и не требовалось. В классе уже сидели другие родители, и они притихшей толпой заняли места, на которых были разложены карточки с именами их детей. Так как Вэй Усянь и Лань Ванцзи пришли вдвоём, Вэнь Цин просто велела взять дополнительный стул. И Цзян Ваньиню тоже. Если у неё и возникло недоумение, зачем пришло столько взрослых, то она оставила свои мысли при себе. — Итак, рада приветствовать вас и хочу сразу приступить к основным пунктам нашего собрания. Дети получили все учебники, прошу вас свериться со списком тех материалов, что могут нам дополнительно понадобиться, докупить их и принести не позднее конца этой недели. Также два ребёнка сказали мне, что питаются исключительно растительной пищей, — она внимательно посмотрела на Лань Ванцзи с Вэй Усянем. Лань Сичэнь остался дома в качестве няньки вместе с Лань Цижэнем, поэтому пришлось брать всё на себя. — Я иногда даю им мясо, — прикрыв рот, словно он говорил секрет, не предназначенный для ушей мужа, прошептал Вэй Усянь. Лань Ванцзи прикрыл глаза. Не знавшие же Вэй Усяня родители с трудом скрывали улыбки и с интересом рассматривали его. Цзян Ваньинь на своём месте крепче сжал букет. — Рацион ребёнка должен быть правильным. — Поверьте, мы следим за этим очень тщательно, — закивал головой Вэй Усянь. — Просто семья моего, кхм, друга придерживается вегетарианства. Но я не могу без мяса, поэтому мы с А-Юанем регулярно ходим в кафе. И Цзинъи с собой стали брать, а вообще он в садике нормально мясо ел, ему хватало. Цзян Ваньинь закатил глаза и начал считать до ста. — Несистематические походы в кафе не могут заменить правильное для ребенка питание. Лишать детей белка, даже если родители придерживаются вегетарианства, неправильно. Лань Ванцзи, сжимающий губы так, что они побелели и явно отчаянно жалеющий, что здесь нет его брата, уже готов был заговорить, когда его перебил Вэй Усянь. — Кто же лишает детей белка, госпожа Вэнь? Не мы точно! А-Юань ест дома тофу, грибы, орехи, фасоль, овощи и крупы. Слегка смягчившись, Вэнь Цин одобрительно кивнула. — Вы явно знаете, чем заменить мясо, тогда я спокойна за детей. Но мне всё же точно нужно знать, заказывать ли Лань Сучжую и Лань Цзинъи специальное питание в столовой. Кинув быстрый взгляд на мужа, Вэй Усянь покачал головой. — Пусть едят то же, что и все. Мы всё равно будем собирать детям ланч-боксы, а там они уже сами выберут. — Хорошо, этот вопрос решили. Теперь что касается сотовых телефонов и дорогих украшений... При этих словах напряглась Цзян Яньли и, бросив взгляд на брата, робко подняла руку. — А-Лин принёс в школу телефон? — К сожалению, да. А ещё вот, — тут она взяла со стола коробочку и отдала её Цзян Яньли. Та и без вопросов знала, что в ней лежит золотая цепочка с кулоном, подарок от любимого дяди. Молча передав это брату, она посмотрела на него так строго, что он не смог ничего возразить. — Это больше не повторится, я поговорю с сыном. — Хорошо. В целом это самое основное. Дети вели себя немного робко, почти все. — И она снова посмотрела на обоих Цзян, намекая на то, что их ребёнка уж точно робким не назовёшь. Затем перевела взгляд на Лань Ванцзи. — А ваш племянник попытался затеять драку с Цзинь Лином. Вэй Усянь вытянул губы трубочкой, чтобы сдержать смешок. Но Лань Ванцзи его пристыдил строгим взглядом, и он поспешил ответить: — А-И и А-Лин с самого детства то ссорятся, то мирятся, в их действиях нет ничего опасного друг для друга. Но мы обязательно поговорим с Цзинъи, обещаю! Последняя фраза спасла Вэй Усяня от гневной отповеди, но не до конца. — Искренне надеюсь, что сегодняшний инцидент станет последним. Агрессия в школе недопустима. — Конечно, госпожа Вэнь, вы такая строгая, что дети с вами не забалуют. Цзян Ваньинь, истративший всю свою выдержку, прошипел: — Прекрати болтать! Дай другим про их детей послушать! — Так пока только про наших говорят, — удивился Вэй Усянь. — Про других я тоже расскажу. Господин Оуян, кладите Цзычэню с собой подушечку для сна, ему очень неудобно было на тихом часе. Есть небольшие надувные. — Хорошо, госпожа Вэнь, — кивнул мужчина на предпоследнем ряду. — Госпожа Ло, у МяньМянь сегодня были очень красивые банты, но нам пришлось их снять, чтобы они не мешали мальчику сзади, вот они. И да, — тут она обратилась к мужчине в белом пальто и таких же брюках. — Я пересадила А-Цин на первую парту, как вы и просили, господин Сяо, но она упорно отказывается надевать очки. — Спасибо, я ещё раз поговорю с ней. Она очень стесняется их почему-то. — Я тоже поговорю с ней, объясню, что это красиво, и завтра сама приду в очках. — Большое спасибо, госпожа Вэнь. Ещё немного рассказав про детей и их особенности, а также о правилах поведения в школе, Вэнь Цин предложила всем осмотреть классы и зону отдыха. — Я знаю, что, записывая детей в школу, кто-то успел посмотреть помещения, но у нас шёл ремонт и не всем это удалось. Вэй Усянь радостно вскочил с места первый. — Мы не успели, вы совершенно правы. Хочется посмотреть, где редисочка проведет свои лучшие детские годы. Цзян Ваньинь мученически застонал и едва сдержал порыв запустить в брата букетом. Когда все поднялись и вышли из класса в коридор, он задержался, оставшись с Вэнь Цин вдвоем. Попеременно то краснея, то бледнея, Ваньинь подошел к ней и протянул букет. — Госпожа Вэнь, спасибо вам за заботу о детях, о моём племяннике, в частности. Если вы не против, я хотел бы угостить вас ужином. Цзян Ваньинь сам испугался того, что вылетело из его рта, но не отступил, твёрдо глядя на Вэнь Цин, которая не отказалась взять букет. — Я подумаю над вашим предложением, — произнесла она, положив букет к остальным, которые стояли на столе в огромной кадке с водой. — Устав школы не одобряет отношений между учителями и родителями детей. Но вы не родитель. Цзян Ваньинь едва не вздохнул с облегчением оттого, что у него нет детей и Устав не может помешать ему ухаживать за учителем. — Идёмте, — указала она жестом на дверь. — Нас ждут. Родители действительно толпились возле двери, кроме Вэй Усяня, который был уже далеко, с восторгом показывая Лань Ванцзи всё, что они оба видели. Экскурсия шла своим ходом, а эта парочка своим. Они даже поднялись на третий этаж, куда младшие классы пока ещё не ходили, так как и зал физической культуры, и столовая находились на первом. Но у Вэй Усяня были свои измышления, и, затащив Лань Ванцзи в тёмный угол, он прижался к нему и поцеловал. — Помнишь, как мы целовались в нашей школе? — Мгм. — Я тоже помню. Тут столько укромных уголков, это возбуждает, не так ли? — Мгм. — Ты весьма искусный искуситель, Лань Чжань. — Вэй Усянь! — донёсся до них рёв брата со второго этажа. В окнах зазвенели стёкла, а Вэй Усянь отпрыгнул от супруга и засмеялся. — Опять А-Чэн нам всю романтику обломал. Иду! — крикнул он в ответ и, схватив мужа за руку, вернулся обратно. — Где вас носит? — тут же начал выговаривать ему Цзян Ваньинь. — Вечно свой нос суёшь куда не просят. Детям на третий этаж пока рано ещё ходить. — Так мы не дети, — подмигнул ему Вэй Усянь. Цзян Ваньинь скрипнул зубами, но его взяла под руку сестра, и он немного остыл. — Веди себя прилично, хуже ребёнка, — всё равно ввернул он нравоучение. — Я тоже люблю тебя, А-Чэн. — Ну, раз мы всех нашли и всё посмотрели, то собрание можно заканчивать, — резюмировала Вэнь Цин. — Спасибо, что доверили мне и школе ваших детей. Для меня большая честь стать первым наставником для них, и я приложу все усилия, чтобы они хорошо учились, став достойными учениками, а затем и студентами. Все начали кланяться в ответ и благодарить учителя, а Цзян Ваньинь смотрел с таким восхищением, что Яньли даже неловко за него стало. Расходясь по машинам, многие родители обменивались мнениями. Вэй Усянь нахваливал и ремонт, и удачное расположение кабинетов, а особенно столовую, тогда как Цзян Ваньинь немного задержался, и Вэнь Цин с улыбкой вложила ему в руки небольшой клочок бумаги, на котором, как он потом смог убедиться в машине, был написан её номер телефона. Он мог бы взять его и у сестры, но не посмел, и этот жест наполнил его сердце счастьем. Цзинь Лину придётся очень хорошо постараться, чтобы не огорчать эту прекрасную женщину плохими оценками. Дядя Чэн проследит за всем лично.