Операция "Еретик"

Дождь капал ручьем. Точнее, лил. Или шёл. Он всегда был несколько косноязычен. И потому вообще предпочитал лишний раз не говорить. Тяжёлая контузия ещё и дала хорошую отмазку не пытаться учиться начинать. Ну повредили мозг. Чего мучаете-то болезного… Погружённый в свои мысли и немного дрем, медитативные постукивания капель дождя располагали, Фольке Гелен не заметил, как его водитель нажал на тормоза. «Центральный государственный зоопарк», — красовалось большими красными буквами с правой стороны от автомобиля. Мужчина хмыкнул. Сегодня тамошние обитатели смогут отдохнуть от раздражающих вечно лезущих поглазеть хомо сапиенс. Ведь посетителей запланировано всего двое… — Человек может пожертвовать чем угодно, но не местом где ему хорошо — Фольке легко «выследил» ту, которая его пригласила. Вообще, она позвала его в приказном порядке. Просто сделала это по-дружески. Генерал протектор государства Мёрс, не обращая никакого внимания на дождь, замерла у пруда с большими водоплавающими лебедями. — Как я люблю этих птиц. — Девушка никак не отреагировала на замечание подошедшего мужчины и даже не повернула головы. — Они никак не реагируют на ту, которая может щелкнуть двумя пальцами и уже через час получить их на блюде в виде шашлыка. — Я тоже не реагирую на все твои попытки казаться такой страшной, хотя ты можешь сделать из меня шашлык, — пошутил, как Создатель позволил, Фольке. В такт ему вторила одна из птиц, мощно взмахнув своими крыльями. — И спасибо тебе за это. — Девушка наконец позволила себе лёгкий кивок. — Марта, сегодня ведь снова не тот случай, когда ты просто зовёшь меня подышать свежим воздухом, полюбоваться видами и попить воду из источника? Напомни, у нас вообще когда-то такие были? — В учебке. Вот только, научив нас науке смертоубийства, нам так и не смогли привить культуру принятия в себя спиртосодержащих напитков. В итоге мы заблевали мемориал Объединения, а затем драпали от целой своры копов. Какой ужас… — Марта Вайнер прервалась, довольно привычным для себя жестом помассировав виски, плохая погода не лучшим образом сказывалась на самочувствии, — ведь это были лучшие дни нашей жизни... — Значит, не было. Мне, признаться, тот дурдом, где я один трезвый выступал в роли кормчего для троицы, которая могла в угаре разнести полгорода, а поутру даже не вспомнить, особой радости не доставил, — это было неправдой. Дух приключений, даже таких глупых, отличался от духа войны. Сильно отличался. Первый окрылял. Второй сжигал. Однако, раз уж взял на себя роль нравоучительного зануды, — кто-то же должен был это сделать, — то придется доигрывать до конца. — Прости меня за это, — сказала та, которая тогда взяла всю вину на себя, приняв от куратора положенные тридцать ударов по лицу. «А это раздражает ещё больше», — подумал Фольке кинув птице, эстетику которой он никогда не понимал, слишком вычурные, пафосные, буквально все в «белом», так может быть только с теми, кто всю жизнь живёт в тепличных условиях, кусок хлеба. — Давай к делу, — прервал мужчина. — Принимаю приказ младшего по должности и приступаю. — Марта позволила себе едва заметную улыбку. — Доложи об операции «еретик». Как понимаешь, это не разговор для телефона или переписки в соцсетях. — Люди в своей природе почему-то, самому интересно узнать почему, не ведают золотой середины. Всегда бросаются из крайности в крайность, выбрасывая вместе с водой ребенка. Так и здесь. В жесточайшей теократии, кто, ты думаешь, стал ядром ячеек «Светского государства»? — Местные коммунисты? — Вайнер вопросительно выгнула бровь. — Как часто бывает, ты оказалась права. Слушай, — неожиданно отвлекся Гелен, — протез разве не ржавеет при попадании на него воды? Дождь всё не прекращался. Простудится бывшие офицеры «Кобры», естественно, не могли. Однако железо в данном случае могло оказаться менее устойчивым чем плоть. — Спасибо. Порой забываю что на эту штуку тоже надо перчатку натягивать. Люди обычно пугаются видя меня вот с такой… «рукой». Страх бывает полезен. — Данное увечье девушки хирургически разрезало жизнь собеседников на «до» и «после». Но это была другая история. — Хорошо, — довольно кивнул Фольке и продолжил, — форменно мы с этими ребятами хоть и несколько похожи… Но содержанием разнимся настолько, что…. — Чего они хотят, Гелен, говори. Не подбирай слова. — И без того белое лицо генерал протектора приобрело полноценно вампирский окрас. А взгляд её обычно просто стреляющих карих глаз воспылал пламенем печей в форлийских концлагерях. — За сотрудничество с нашими спецслужбами они хотят амнистию двадцати восьми тысяч сидящих в наших тюрьмах членов их движения. Естественно им достаточно просто высылки их за границу с предоставлением минимального подъемного пособия. — Будет, — монотонно отчеканила Вайнер. — Это не всё. Также они хотят официальной реабилитации шахтеров которые… Думаю, ты поняла… Девушка закрыла глаза сделав глубокий вдох. — Я согласна. — Голос её был твёрдым. Таким она оглашала решения которые уже не подлежали обсуждениям, доработкам, и не могли отыграться назад. — Я думал у тебя к красным зоологическая ненависть. Думал, что все мои труды пойдут насмарку. — Теперь уже Гелен характерно заиграл желваками. Так бывает когда резко отступает напряжение в ситуации которая имела очень мало шансов на удачное разрешение. — Ты верно думаешь. Однако те события в прошлом. Мертвые останутся мертвыми. Как и у инвалидов уже не отрастут конечности. Прошлого не существует. Есть только настоящее, в котором нужно думать о будущем, которое, в свою очередь, наступает буквально каждую следующую минуту. И в этом будущем у нас отчётливо вырисовывается огромный военный конфликт с некритически более слабым, но при этом зверски жестоким, крайне многочисленным и абсолютно стоически относящимся к любым потерям врагом. И если мы не ликвидируем форлийского Великого магистра, показав тем, кто его сменит, необходимость договариваться, то прольются океаны крови. Мы и так максимально отдалены от ангелов. Не нужно ещё усугублять… — Всего на краткое мгновение, но всё же, во взгляде генерал протектора просквозило глубочайшей тоской. Гелен заметил это. И промолчал. Сделал то, что получалось у него лучше всего. Именно в таком качестве он более всего приносил пользу. Молчать, но делать. — Гелен, — девушка вдруг продолжила, — ты яка с руки покормить не хочешь? — Чего?.. — не сразу понял мужчина. — Ну, як. Бык такой восточный волосатый. Здесь есть и контактный зоопарк. — Ну пошли покормим. Лебеди, откровенно говоря, бесят.