I.
12 сентября 2023 г., 21:19
Цяо Лин, недавно принявшая очередной заказ на проявку фотографий, уже во всю трудилась в свой выходной. Девушка заправила мешающиеся пряди за ухо и уже смешивала уксус с водой. Когда раствор был готов, она наглухо заперла комнату, не оставив ни единого лучика света, и щёлкнула выключателем. Мгновенно вспыхнул красный свет. Она уже собиралась поместить фотографию в ёмкость с раствором, как вдруг лампа быстро замигала и вскоре погасла совсем. Цяо Лин, оставшаяся в кромешной темноте, разразилась криком:
— Чтоб тебя!
__________
Воскресное утро Чэн Сяоши началось не с кофе, который уже пил сидящий за барной стойкой Лу Гуан, а с пронзающего крика Цяо Лин, которая затем распахнула дверь с такой силой, что, казалось, ещё бы немного, и она слетела бы с петель. Брюнет вздрогнул и вместо того, чтобы налить воду из чайника в кружку, брызнул себе кипятком на руку. — Ай, чёрт! — скривился он. — Чэн Сяоши, у нас красная лампочка перегорела. Купи сегодня новую. Заодно прогуляешься, а то уже несколько дней на улицу не выходил. — А? Почему опять я? Пусть Лу Гуан сходит, — Чэн Сяоши мигом оказался за спиной своего напарника, положив руки на чужие плечи, как бы предлагая его кандидатуру. — Значит, решено! Идёте вместе. В выражении Чэн Сяоши читалась досада – кому захочется в такую жару куда-то тащиться? – а Лу Гуан лишь пожал плечами, продолжив пить свой кофе. — А тебе прям срочно? Можно вечером? Сейчас жарко, — простонал брюнет. — Хорошо, — недолго поразмыслив, пощадила их Цяо Лин.__________
Прошли самые жаркие часы, и время близилось к вечеру. Чэн Сяоши был вынужден попрощаться со своей удобной пижамой и переодеться в более приличную одежду. У выхода на улицу его уже ждал Лу Гуан, глаза которого на свету из окна сейчас выглядели как-то по-особенному красиво. Чэн Сяоши подметил это, и они оба вышли из ателье. В лицо сразу ударил сухой и неприятно тёплый воздух. Свою роль так же хорошо играло и нещадное солнце, заход которого все так ждут. Благо, что магазин техники находится не слишком далеко – всего в нескольких кварталах от фотоателье. Парни перешли дорогу и вскоре завернули за угол, встретив своё спасение в виде тени здания. По этой стороне улицы им пришлось пройти довольно много. Когда снова показались солнечные лучи, на глаза Чэну Сяоши попалась баскетбольная площадка, что сильно контрастировала со всякими магазинами деревянных изделий или дорогущего антиквариата. На брюнета сразу же накатила волна воспоминаний о том, как они с Лу Гуаном познакомились. Тогда даже погода стояла такая же жаркая. Только людей было больше. А сейчас никого, поле совсем пустое. Лишь мяч одиноко лежит под одной из лавок. Вероятно, какие-то дети забыли. — Чэн Сяоши? — обеспокоенный голос Лу Гуана заставил Чэн Сяоши вернуться обратно в реальность. — Лу Гуан! Пойдём поиграем! — Прямо сейчас? Нам же Цяо Лин– — Да пойдём, мы не надолго, — он схватил Лу Гуана за руку и потащил в сторону баскетбольной площадки. Отпустил он его только на середине поля, а сам продолжил бежать в сторону оставленного кем-то мяча. Вернувшись с ним, он попросил ещё раз: — Сыграй со мной разок. Лу Гуан длительное время изучал лицо Чэн Сяоши пристальным взглядом, затем метнул его на мяч, вздохнул и наконец выдал: — Хорошо. — Есть! — возликовал Чэн Сяоши. — Право первой подачи достаётся тебе, — он бросил мяч в руки Лу Гуана и сделал несколько шагов назад. Лу Гуан пару раз ударил мячом о землю, вспоминая как играть, затем рванул к противоположному кольцу. Он бежал влево, но потом резко свернул в другую сторону, обманывая Чэн Сяоши. Последний помчался следом. Совсем скоро Лу Гуан оказался у кольца противника и уже подпрыгнул, собираясь забросить, как вдруг перед ним вырос Чэн Сяоши. Брюнет перехватил мяч и побежал в противоположную сторону. На этот раз Лу Гуан догнал его. Они носились по площадке туда и обратно, вспоминая и применяя некоторые приёмы, которым научились ещё в университете. Время летело так же быстро, как и они по полю: когда Чэн Сяоши вместе с мячом наконец вырвался вперёд и забросил его в кольцо, солнце уже постепенно опускалось за горизонт. Запыхавшийся и вспотевший Чэн Сяоши упёрся руками в колени, жадно глотая ртом воздух. Лу Гуан медленно шёл к нему, чуть ли не валясь с ног. — И всё-таки... в выносливости... тебе нет... равных... — еле выговорил он. — А я твоей памяти поражаюсь. Столько всяких приёмов запомнил. Играешь не хуже, чем в учебные годы. — Так ты поэтому меня сюда притащил? Чэн Сяоши выпрямился, подняв мяч с земли. Он облакотился спиной на столб с кольцом вверху и стал перебрасывать мяч из одной руки в другую. — Да. Воспоминания вдруг нахлынули. Как я с однокурсниками целыми днями после пар по полю гонял. И как с тобой познакомился. — И как в свою команду вдруг затащил, — подхватил Лу Гуан, — И как плохие отметки по истории получал, потому что пары прогуливал, чтобы подольше поиграть. Чэн Сяоши смотрел на небо, переливающееся из глубокого синего в ярко-красный, и согласно кивнул. — И как потом в самый разгар игры убегал от историка, который приходил на площадку искать меня. И как ты отмазывал меня, подсказывая ему неверное направление. — Оба вспоминали все эти ценные и тёплые моменты с улыбкой. — И как мы с тобой гуляли поздними вечерами во внутреннем дворе, а потом нас выгоняли оттуда. И как я ещё не любил тебя– Чэн Сяоши замолчал, как только к нему пришло осознание того, что он сейчас ляпнул. Он так утонул в воспоминаниях, что и сам не заметил, как вдруг начал выливать все свои мысли, а вместе с ними и чувства. В панике он стал за доли секунды перебирать все возможные варианты дальнейшего развития событий, а когда наконец набрался смелости перевести взгляд на Лу Гуана, был и вовсе шокирован. Лицо того оставалось почти таким же спокойным как и обычно. Разве что лёгкий румянец проступил на щеках. — Значит, я был прав, — выдохнул он. — Что? — Да у тебя всё всегда по глазам видно. Я уже давно заметил. — Что!? Серьёзно!? Нет, я конечно подозревал, что меня легко прочитать, но не думал, что и тут буду так глупо палиться! Ну почему предмет моего обожания оказался таким дофига внимательным! — простонал Чэн Сяоши, закинув голову вверх так, что даже ударился затылком о металл. В какой-то момент Чэн Сяоши разжал руки и мяч стремительно ударился о землю, несколько раз отскочив, а затем покатился прочь. Спина напряглась, а по телу пробежала дрожь, ведь губы, на которые – как бы Чэну Сяоши ни было стыдно в этом признаться – он подолгу смотрел, сейчас соприкасались с его собственными. Чэн Сяоши замер, поэтому его руки пришлось опустить Лу Гуану. Чужие белоснежные волосы щекотали брюнету щёку, а руки и губы отдавали таким желанным теплом. Секунды шли во много раз быстрее, и Лу Гуан, казалось, отстранился совсем скоро, однако Чэн Сяоши всё равно чувствовал себя самым счастливым и до жути смущённым. — Ты это... давай в следующий раз как-то менее неожиданно, — отведя взгляд, почесал шею Чэн Сяоши. — В следующий раз дам право быть инициатором тебе, — он нашёл взглядом укатившийся мяч, поднял его и отнёс на место, хмурившись от светящего в глаза солнца. По возвращению, когда Чэн Сяоши уже более-менее пришёл в себя, Лу Гуан спросил: — Ну что, пойдём? При виде Лу Гуана, за спиной которого светит опускавшееся за горизонт солнце, щёки Чэн Сяоши снова залились румянцем – таким же ярким, как и закат – на что белокурый лишь усмехнулся. Брюнет поспешил отвернуться и пошёл впереди, ответив: — Пойдём.__________
В магазин до его закрытия парни еле-как успели. Они быстро нашли среди высоких полок комплект красных ламп по их бросающемуся в глаза цвету, за которые на кассе с них выручили довольно крупную сумму денег. Чэн Сяоши даже подумалось, что было бы лучше, если бы они прошли чуть дольше, к следующему магазину, с более низкими ценами. Но они и так задержались – по его вине, между прочим, – а в таком случае вернулись бы совсем поздно. — Лу Гуан, давай мороженое купим? — предложил Чэн Сяоши, глядя в окна продуктового магазина, в котором, кроме нескольких сотрудников, больше не было ни души. — Надо задобрить Дьяволицу, а то ведь точно по шапке прилетит. — И самому, признайся, жарко. — Значит идём.__________
Раздался звонкий стук стекла. Табличка с надписью "закрыто" осталась неперевёрнутой, однако замок щёлкнул несколько раз и дверь отворилась. На лице Цяо Лин ясно читалось недовольство. Не успели Лу Гуан и Чэн Сяоши зайти в ателье, как она уже начала свою гневную речь: — Вы время видели? — ещё сильнее нахмурилась она, — Почему так– — Вот тебе мороженое! — Чэн Сяоши впихнул в её руки шуршащую упаковку с надписью "кавайдо" и изображением клубники. Ярость на лице Цяо Лин, которую, казалось, Чэн Сяоши боялся больше всего на свете, мгновенно сменилась приятным удивлением. — Моё любимое... — пробормотала себе под нос Цяо Лин, после чего зашла за барную стойку, принявшись открывать лакомство. Чэн Сяоши выдохнул с облегчением, а Лу Гуан достал из пакета лампы и положил их на стойку. Цяо Лин, уже державшая в руках рожок с мороженым, одобрительно кивнула, заметив покупку. Парни прошли чуть дальше, расположившись на диване за журнальным столиком. Чэн Сяоши, уже представляя холодную сладость на своём языке, принялся шуршать и своей упаковкой. Заметив, что мороженое Лу гуана осталось лежать на столе нетронутым, он открыл и его. Взявшись за палочку, Чэн Сяоши поднёс мороженое к чужому лицу. — Мы для чего три брали? Ешь давай. — Как раз собирался, — Лу Гуан забрал своё мороженое у Чэн Сяоши. В это время как раз подошла Цяо Лин. Она облакотилась о стену, удовлетворённо промычав от того, как любимый клубничный вкус быстро прогнал жару. — И всё-таки почему так долго? — уже совсем не зло спросила она. — Там, в общем, баскетбольная площадка была... — начал было Чэн Сяоши, почесав затылок, но Лу Гуан опередил его с объяснениями. — Он поиграть захотел. — Да-а. Наш Чэн Сяоши неразрывно связан с баскетболом, — Она перевела взгляд с одного на другого, — Жаль, что меня с вами не было. Я бы посмотрела, не разучился ли ты играть. — Не разучился! — Он ещё и быстрый. За ним было не угнаться. Раздался короткий, но звонкий смешок: — Помню, парень, который играл в команде с Чэн Сяоши, потом перешёл в другую. А после следующей игры этих двух команд он сказал то же самое. И сразу после этого явился ты, — она откусила вафлю и посмотрела на Лу Гуана, — Теперь и ты попробовал себя в роли его противника. — Здорово я тогда его уделал! — Сочувствую тому парню, — покачал головой Лу Гуан. Мороженое Цяо Лин стремительно заканчивалось, а Чэн Сяоши – вообще исчезало прямо на глазах. Они перекинулись ещё несколькими фразами о студенческих годах. Еще бы немного, и этот день смело можно было бы прозвать "Днём Воспоминаний", но вскоре, когда Цяо Лин положила в рот кончик вафли, наполненный шоколадом, она глянула на Чэн Сяоши, который тоже расправился со сладостью. — Пойдём-ка, поможешь мне, — махнула она рукой и направилась в проявочную. Чэн Сяоши поднялся с дивана и пошёл за Цяо Лин, захватив с барной стойки коробку с лампами. Цяо Лин взяла ёмкость и нужные ингредиенты, принявшись мешать новый раствор. Чэн Сяоши, в свою очередь, открутил перегоревшую лампу и выкинул её в мусорное ведро, а из коробки достал новую. Прикрутить её получилось далеко не с первого раза: то криво закручивал, из-за чего лампа застревала, то всё валилось из рук, и она даже чуть не разбилась, укатившись со стола. Даже этот ярко-красный цвет напоминал о сегодняшнем закате. Стоило только Чэн Сяоши прекратить яро обсуждать своё учебное время, как нахлынули другие воспоминания – на этот раз о сегодняшнем дне, который, признаться, Чэн Сяоши уже готов был пометить в календаре.
