Образ Й

Часть 1 Глава 1 Безрукий       Мёртв ли человек, если его сердце остановилось? Нет, разумеется, человек уже не жилец, если его пульс прекратился. Тут вернее спросить, мёртв ли он, в смысле, мёртв. Каков промежуток между тем, как пара ударов по груди вернёт его к жизни и тем, что уже начало гнить? Ну, стоит предположить, что промежуток этот весьма короткий, но это не помогает ситуации.       При тех обстоятельствах и при том состоянии, в котором находится один мертвец, вряд ли даже квалифицированный врач сможет дать ответ на то, что происходит. И если ни доктор, ни тем более простой человек не смогут сориентироваться в такой ситуации, то, чего уж стоит парнишка, нашедший это самое тело.       Труп этот весьма обыкновенный, почти. Весь бледный, грязный, одежда местами порвана. Куда-то подевалась левая рука. Хотя, если судить по завязанным в узел остаткам свитера, рука или пропала до кончины, или кто-то решил прихорошить мертвеца. Что отличает его от любого другого покойника — это полное отсутствие этого тошнотворно сладкого запаха с гнилью и, что более странно, само состояние тела.       Находя труп посреди леса, ты ожидаешь что-то более мерзкое, чем почти идеально сохранившиеся останки человека. Ни худощавости, ни облезшей кожи, ни, собственно, гнили с запашком. Знаете, хотя, не дай Бог вам такое знать, но на ощупь мышцы мертвецов, словно у тряпичной куклы: абсолютно никак не противодействуют силе из вне. Но этот труп был вполне против того, чтобы с ним взаимодействовали, словно это просто человек, потерявший сознание. И пульс.       Ни эти странности, ни сам факт того, что это мёртвая туша, неизвестно, сколько провалявшаяся посреди леса, не остановили паренька по имени Ирик от того, чтобы протащить покойника через пол леса в свою хижину у дуба. И не остановили они его от того, чтобы уложить труп в кровать и нервно сидеть неподалёку от почивальни, думая, что делать ему дальше. Или ожидая чудесного воскрешения мертвеца. Минута, две, три – Ирику становилось очень не по себе, тревожно. Понимаете ли, трупу он очень хотел помочь.       Жил парнишка в глубокой глуши и очень долгое время, поэтому ни людей, ни навыков помощи таковым у него не было. Тем не менее, он знал один, в данном случае – единственный, вариант действий: «Нужно звать на помощь» – и только такая мысль появилась в голове, Ирик тут же вскочил с кресла и направился к выходу. По пути схватив свой старый, изношенный рюкзак и пыльную, вручную нарисованную карту, он вылетел из дверей избы и прямо в чащу леса.       Проносясь мимо деревьев, кустов и прочей плотной растительности, мелькавшей в тянущихся тенях розового заката, Ирик бежал напрямую к ближайшей так называемой «Точке связи». Это старая уплотнённая телефонная будка, оставшаяся, как и многие другие, после менее спокойных времён, кое-как оставаясь в рабочем состоянии. До этого в лесном проживании связь с обществом ему не требовалась, поэтому дороги наизусть он не знал.       Тут-то ему и пригодилась старенькая карта, нарисованная от руки разноцветными карандашами, вся выцветшая и неизвестно как держащаяся одним куском бумаги. Используя свой палец, как маячок местоположения, Ирик верным ходом приближался к заветной будке. И не волнует его риск споткнуться об случайный корень или острый камень, давным-давно не волнует, хотя сейчас для этого причина более явная – тот самый мертвец.       Ирик – светловолосый паренёк лет шестнадцати, неизвестно чей и как ещё живой. Человек он добрый и наивный, при том говоря мягко. Долговременная память у него сильно хромает, поэтому и вспомнить, сколько он живёт в лесу и как существовал до этого, не может. И тем не менее, он всё равно старается запоминать и записывать, что у него происходит изо дня в день, никогда не оставляя на душе ничего плохого. Будь то помощь лесной зверушке, травинке или случайному прохожему, о многих маленьких подвигах можно прочитать в его бесчисленных блокнотах добрых дел, хотя и сам Ирик почти ничего из этого не помнит.       Часто такая самоотдача приводила к травмам и болячкам, но из всех он оправлялся меньше, чем за три дня, не зависимо от тяготы ранения. Хотя не всё так гладко закончилось после одного из таких дел – теперь Ирик ходит со старым бинтом поверх правого глаза. Был ли то недовольный зверь или неудачное падение, единственное, о чём беспокоиться Ирик – чтобы одна из записей в блокнотах гласила, что эта потеря смогла кому-то помочь. Перечитать записи он, конечно же, забывает. Вот и сейчас самоотверженный циклоп летит спасти загадочный труп от неизвестно чего, будучи готов ради него на крайности.       Наконец выбежав из тучи кустов, Ирик оказался на обочине широкой сельской дороги, еле различимой среди поросшей травы. Перед ним раскрылся прекрасный вид на малиновый закат, укрывший своими лучами гигантское болотистое озеро. И ровно по центру, на другой стороне дороги, вид перегораживала вожделенная телефонная кабинка, подпиравшая накренившийся фонарный столб. Влетев в неё на полном ходу, да так, что и без того потрескавшееся стекло вылетело из рамок, Ирик в изнеможении упал на пол будки.       Карта ещё на половине пути не выдержала темпа, поэтому остаток ему пришлось бежать на слепой вере в свою память. Почти не дав себе отдышаться, Ирик, цепляясь за острые края рамок, поставил себя на ноги и схватился за трубку, набрав номер служб спасения, какой помнил. Послышались гудки, и только сейчас Ирик осознал: он не был готов к звонку. Он долго не общался с людьми, был стеснителен и даже не имел понятия, куда направить спасателей. Зато он знал, что это единственный его выход помочь человеку и был готов к стрессу, если это в помощь другим. Хотя легче ему это не делало. Кто-то поднял трубку. — Это экстренная служба спасения, какова ваша чрезвычайность? ~ Ирик был в ступоре.       Что сказать? Что он нашёл труп, помогите его спасти? Хотя, порой и сообщение о нахождении мертвеца очень оцениваются полицией в поиске пропавших людей. Правда, если вдаваться в подробности обнаружения трупа, Ирик, считай,расхититель могил.       Для Ирика это был самый обыкновенный день. Он встал, поел, почистил зубы, умылся. В этот день его лучший друг, с которым они жили вместе и который никак не среагировал на притащенного домой мертвеца, собирался испечь чернушный, а это ягода такая, пирог, поэтому Ирик получил задание этих самых чернух набрать. Росли они особо обильно на кустах у одной широкой реки в получасе ходьбы от их дома, поэтому Ирик по пути заодно и сделал утреннюю пробежку. Набрав полную корзину, благодаря обилию ягод, он уже собирался идти домой. Но тогда Ирик заметил одну необычную вещь. Река эта самая вышла из берегов.        Казалось бы, ничего необычного в этом-то и нет: недавно прошли обильные ливни и Ирик это прекрасно помнил. Странным было то, что при прошлых ливнях не было такого обилия воды и в этот раз это существенно навредило природе. В реку обвалилась земля, попадали камни, кусты и молоденькие деревья. То тут, то там торчали корни дубов, не сумевших удержать смытый потоком грунт. Поэтому дорогу назад домой Ирику скрасил вид плывущей по реке растительности. Ему не нравилось, когда страдают растения, но ничего он с этим поделать не мог, как бы ни хотел. И именно тогда, по ту сторону реки, Ирик заметил его.       По пояс в воде, окутанный корнями, проваливаясь спиной в землю, был тот самый труп, словно спящий в колыбели. Ирик, несмотря на свой испуг, не мешкал. Он сразу, в одежде, бросив на землю полную корзину ягод, бросился вплавь к незнакомцу. Не зависимо ни от странности ситуации, ни как бы не бил его проплывавший мимо мусор, он был уверен – человеку нужна помощь, и он единственный, кто может ему помочь. - Вы ещё с нами? – раздалось снова на том конце провода. Ирик опомнился. Он слишком взволнован, чтобы сконцентрироваться на ситуации, но что-то сказать он обязан. - Да, алло! - Мы вас слушаем. - Мне нужна помощь! - Разумеется. А в чём проблема? – голос был, на удивление, безразличен к ситуации. - Я… - ноги у Ирика подкашивались – Тут человек, он… это… – Он задумался - без сознания! Ирику пришлось соврать. Хоть ему и было это выгодно, он не хотел, не мог врать другим людям. Но для помощи кому-то в нужде… - Да неужели? ~ – пренебрегли его словами в трубке. Голос смог распознать ложь?Но как? - Да… он… он… У него потекли слёзы по щекам. Столько тревоги, волнений, да ещё оказаться пойманным на такой мерзкой лжи. Он был стойким, но не несокрушим. - Ну-ну, чего же вы. У нас есть специальные люди, которые готовы вам помочь. Только прошу вас уточнить, где вы находитесь? - Я не знаю, я… правда не знаю! - Но нам это очень важно – голос был настойчив – Где. Вы. Находитесь? - Тут телефонная будка, озеро, и… - Ирик уже начинал всхлипывать. - О, да! Нам этого достаточно. Ждите на месте, помощь уже в пути. - Правда? – Радости Ирика не было предела – Но как скоро вы- Трубку уже повесили.