это ни на что не похоже

клубы дыма стремительно поднимались вверх, а пламя не переставало пылать. где-то до сих пор слышались вопли полные мучений. здание, где проводилась конфуренция, горело и трещало вместе с посетителями, впрочем не все они были хорошими людьми(из-за чего здание и погорело). Уиллу нравилась такая обстановка, а если конкретнее и не про горящих фурри, ему нравилось, то как Майк постарался и вырисовал с помощью останков, той ублюдской псины, сердце в центре которого был сам Уилл. мальчик гадал намёки ли это или очередные непонятные ему приколы и способы издевательства над ним. больше всего Байерс склонялся к первому варианту, всё же признаваться в чувствах очень тяжело и он понимает! даже если бы он ошибся и всё вовсе не так, как себе надумал, то ему плевать, ведь для Уилла это был очень тёплый жест от Майка. не каждый день для него рисуют что-то, особенно такое. наконец вытерев обильно текущие слюни и более менее придя в себя, парниша старается крепко-накрепко запечатлеть это творение у себя в голове. возможно, когда они вернутся с такого долгого приключения, то Уилл перерисует рисунок. Майк вырывает друга из раздумий(почти в буквальном смысле), хватая его за руку. Уиллер был немного опечален тем, что такое красочное место погорело, но всё ещё питал слабые надежды вновь найти подобное место в нужное время. Майк не скрывал своё восхищение костюмами разноцветных животных и был бы рад приобрести один из таких, только вот цены на качественные фурсьюты были бешеные, а с тех, что имели нормальную, хотелось смеяться. спустившись с горы за пару минут, ребята оказываются на твёрдом и надёжном бетоне. больше не желая оставаться около горы мусора, мальчики уходят в глубь леса. по пути Майкл уверяет, что точно знает куда они направляются, списывая всё на какие-то глупые ориентиры в виде мха, камней, расположение пыли или сломанных веток. за весь день эти двое так и не поели, а единственную забегаловку которую они видели—подорвали. голод давал о себе знать и поедал живот изнутри, неприятно урча. Уилл смотрел на ведущего измучено и с недоверием, ведь шанс того, что они что-то найдут снова был пятьдесят на пятьдесят. -не смотри так на меня. на этот раз я точно знаю куда идти. сейчас обойдём гору и обязательно придём к месту назначения— внушая своему собеседнику очередную ересь и делая акцент на «точно», Майк продолжает уверенно шагать не зная куда. из-за темноты, которая совсем недавно наступила, путь под ногами было трудно разглядеть. вследствие с галлюцинациями и плохой видимостью, пройдя ещё пару десятков метров, один из мальчишек споткнувшись об что-то мягкое, падает. слышится недовольное бормотание и шелест листьев. Уилл приземлился ровно лицом, но спасибо осеннему ковру было достаточно мягко. кажется у упавшего больше не было ни сил, ни мотивации вставать. Майк бы так и ушёл, не обратив внимания, но тишина в ответ на всю его болтовню заставила остановиться и обернуться. увидев лежащего на земле Уилла всё становится ясным и все странности отпадают. можно было подумать, что тот внезапно сдох и вот-вот начнёт гнить или свалился в голодный обморок. подойдя ближе, Майк пытается привести товарища в чувства -ну же, Уилл, вставай, сейчас ещё не время сна. эй? ты слышишь?— внимание юноши переключает на себя что-то яркое и синеватое, лежащее неподалёку. хорошо что глаза уже достаточно привыкли к темноте и можно было адекватно разглядеть вещь. это была отвратительно потрёпанная голова фурсьюта. несмотря на состояние головы, можно было узнать лису и то, что когда-то в это вложили много сил. голова сама по себе могла бы выглядеть довольно аккуратно, но взрыв её знатно изувечил: в основном шерсть была обгоревшей и имела серовато-угольный цвет, что как раз таки и указывало на пережитый пожар; от правого уха почти ничего не осталось, от узора глаз осталась лишь сетка. удивительно, что от головы вообще что-то осталось и она смогла отлететь так далеко от эпицентра, видимо в момент взрыва кто-то и вовсе не был внутри здания. крови и прочего тоже не наблюдалось, что радовало, не хотелось бы вытряхивать оттуда чьи-то останки. Майкл, бросив рассмотрение изделия, ещё раз проверяет Уилла, на этот раз брезгливо тыкая в него палкой. реакция не заставляет себя долго ждать и Байерс мычит, подавая признаки жизни. убедившись, что паренёк жив, Майк продолжает оглядывать хрустящую листву под ногами в поисках ещё каких сокровищ. светлой шерсти лапа выглядывает из под туловища валяющегося, из-за чего приходиться взять друга за ворот и немного оттащить в сторону. сделано это было вовсе не зря— Майк весь засиял, а уголки губ поднялись выше. увидев практически целую, но окровавленную конечность костюма, рядом с которой завалялась и вторая. Уиллер, ни секунды думая, хватает их, да отряхивает, что скорее происходит рефлекторно чем намеренно. восторг настолько затмил мозг, что искатель сокровищ не подумал проверить наличие лишних пальцев внутри или прочих неприятностей, которые скорее не пугали, а просто доставили бы неудобства. уверенно и успешно сунув руку в лапище, когда-то целой лисы, Майк делает то же самое и со второй рукой, совсем не обращая внимания на ну уж слишком обволакивающую его руки теплоту и вязкость. Уилл всё же набравшись сил, поднимается и протирает глаза, чтобы осмотреться и оценить то, чем его возлюбленный тешится. догадки оправдываются, а мысли сходятся. счастливый Майкл возился с убитыми останками фурсьюта. выглядит крипово—проносится мысль у мальчишки. субстанция, что находилась в лапах была бордовой и пахла металлом. красная она марала рукава кофты и намертво впитывалась. нацепив на себя всё что можно любитель фурри круто, по его мнению, встаёт в позу и спрашивает как тот выглядит. -выглядишь как лиса, которую радиацией обдало— опрашиваемый не был рад находке Уиллера. всё на что он сейчас так внимательно смотрел— вызывало отвращение, если не ужас. фыркнув, брюнет снимает башку зверя, только ради того, чтобы впиться недовольным взглядом в собеседника. -ничего ты не понимаешь— обижено отрезал тот и буквально сразу же куда-то отбрасывает голову несчастной лисы, что за свою жизнь, может короткую может длинную, успела натерпеться всякого. когда очередь доходит до рук, приходит осознание, что как они и были по кисти всунуты так же и по кисти в крови оттуда высунутся. сейчас ребята были и так достаточно грязными и не славно пахнущими, ещё в добавок ощущать чьё-то содержимое на своих руках, долгое время, не хотелось. окровавленный не долго думал, ведь на глазах перед ним был уже отличный вариант, что вычистит его руки, пускай только внешне. лапы так же отлетают куда-то в сторону другой части фурсьюта. улыбка смягчается и больше не выглядит наполненной манией. Майк подходит к Уиллу и кладёт свою руку тому на плечо, немного похлопывает. резкий запах железа отлично доносится до его приятеля и Байерс сразу понимает чужие мотивы. всё равно пареньку нечего терять(не чистоту своей кофты точно), а лишнее касание от Майка хуже не делало. даже без всяких причин брюнет был довольно тактильным по сравнению с Байерсом. но зачем так часто прикасаться к тому от кого мерзко? Уилл не знал и это только подпитывало надежды на счастливый финал его невзаимных чувств. парниша напряжённо улыбается, глядя на то, как марается знакомыми цветами его плечо. вновь лёгкие похлопывания по нему уже обозначали завершение и что вытирать почти нечего. проделывать такую же махинацию с другой рукой Майку ее хотелось, мало ли в его товарище проснётся жажда крови или вроде того. нет, Майк не параноик, а если таковым и является, то очень оправданно. неприятностей не хотелось, пускай и путей отхода было уйма. они оба сильно измотаны. ребята больше не медлят и Уиллер, хватая друга за руку, очень уверенно продолжает свой выдуманный маршрут. не проходит и получаса, как их встречает просторная поляна на которой наблюдались брошенные палатки. что-то поеденное, растерзанное и дряхлое валялось останками на траве, то ли ткань то ли кто — понятно не было. в одной из палаток горел свет, но никаких признаков присутствия кого-либо не было. друзья разделяются, чтобы осмотреться, пока на фоне Майкл гордо толкает речь о том, что они добрались именно туда куда нужно и совсем скоро на них должно «свалиться» что-то съестное, Уилл замечает громадные и уже приевшиеся следы лап. замирает, перестаёт дышать и начинает надеется, что все твари, находившиеся тут— давно и на приличное расстояние разошлись. как банально бывает в ужастиках— чьи-то конечности вцепляются в плечи Уилла и готовы тащить его на ту сторону, но не чтобы съесть, а чтобы держать и полностью подчинить. однако твари не хихикают, не кашляют, не давятся от смеха раздирающим холодным воздухом. сердце вновь забилось привычным ритмом, но перед тем как с облегчением вздохнуть, Уилл больно, не жалея сил, пинает спутника в голень и хмурится. раздаётся недовольное шипение и тихая ругань. особо громко возмущаться Уиллеру не хотелось, всё же заслужено и ожидаемо. -смотри— тычет Байерс пальцем на свою находку-следы..тут вряд ли безопасно, пойдё— парнишу громко перебивают и кричат, что здесь был гризли. дальше сыпятся ну просто потрясные факты о медведях. Уилл узнаёт, что в лаве они не плавают, а возят русских в тайные шахты. всё конечно хорошо, но брюнета вовсе не волновал тот факт, что если медведи и были, то уже давно все сожраны с потрохами. всё больше поражаясь чужой глупости, одержимый уходит от источника речи подальше. подойдя, как раз к той палатке, где горел свет, мальчик заглядывает внутрь и приятно удивляется хорошей обстановкой. всё было чистым и аккуратным так, будто никто на четырёх конечностях сюда не приходил и никого не рвал. жестом подозвав к себе приятеля, Уилл осторожно заползает во временный ночлег. уютно расположившись, приглушив свет фонаря и закрыв полог палатки, ребята молча сидели, а мир за полотном будто бы ожил — запел. завыл ветер, дали о себе знать и сверчки. впервые за двенадцать часов было спокойно и даже умиротворяюще. даже..романтично, но так думал только один Уилл. брюнет в свою очередь маялся и соблюдал вид чистоплотности, вытирая кровавую руку об пол палатки. эффекта было мало из-за того что кровь успела высохнуть и неприятно сморщить руку, поэтому Майк сплёвывает в ладонь и собирается повторить процедуру, но тут он чувствует тяжесть навалившуюся на него. и эта тяжесть шевелиться, большими глупыми, влюблёнными глазами смотрит и вот-вот начнёт пускать слюни. Уилл крепко стискивает возлюбленного и кладёт голову на плечо, всё так же почти не моргая. в полулежащем положении оказывать сопротивление было трудно, Уиллер сматерившись, сдавливает чужое плечо, как вдруг понимает что может потерпеть, лишь ради того, чтобы избавиться от содержимого на руке. кое-как смирившись и держа все мысли о том, чтобы отправить Уилла в полёт, лишь мыслями, Майкл глядит куда-то а сторону. внезапные поглаживания спины были плавными, спокойными и нежными, что сильно удивило одержимого и тот лишь удобнее устроился на парне от таких приятностей, совсем не обращая внимания на влажность руки. может они оба одинаково сильно наслаждались этим моментом, но кое-кто, врал себе и то и дело искал оправдания для своих действий. паренёк мог отлично лгать всем и себе, но сердце не могло. Байерсу приятно в ухо отбивался быстрый, выдающий все чувства, ритм сердца, который всё сильнее усыплял. не смотря на то, сколько опасных ситуаций создают они оба, Майк не желал разделяться. что-то держало его и это что-то было сильнее страха за жизнь.