Чонин любил осень.

Чонин любил осень. Он шел по сырой дороге, сминая ботинками недавно опавшие листья, сбитые дождем. Их запах, смешавшийся с осенней сыростью, проникал глубже легких, одновременно холодя и согревая душу. Редкие прохожие торопились по своим делам. Кто-то все еще шел под зонтом, в надежде добраться на работу сухим, а те, кому повезло меньше, шлепали по лужам в сторону своих домов, насквозь промокшие и злые. Это чистая правда, что начало сезона дождей никого не оставляло равнодушным. Лето подошло к своему финалу, а значит, по общему мнению, закончилась и пора радости, легкости и процветания. Люди готовились к предстоящим холодам. И только Чонин знал, как бывает щедра осень в своих подарках. Да и кроме чуть испачканных брюк жаловаться ему было не на что. Парень даже усмехнулся, подумав, что окружающие его люди гораздо серее и холоднее, чем сама погода. Погруженные в свои раздумья, прохожие двигались на автомате и казались потерянными душами, не замечающими ничего и никого вокруг. «Оно и к лучшему», – подумал брюнет, сбегая по ступенькам каменной лестницы вниз. Впервые за неделю работы он сумел выбраться на волю и посвятить время себе и… своим увлечениям. Сейчас ему казалось, что он любит осень больше, чем что-либо еще на свете. Во-первых, прохлада бодрила разум, а ливень смывал усталость и ненужные маски. В дождь редко кто будет смотреть на твое лицо, а значит и скрываться нет причины. Тем более, что ливень прячет даже слезы. А во-вторых, хоть парень и не хотел признавать эту причину, ему так нравилось, как на нем смотрелась обтягивающая водолазка и как же хорошо осеннее пальто сидело на его плечах! Сейчас Чонин направлялся в одно из самых популярных мест в Корее- Макдональдс. Его встреча была запланирована на пять часов. Время еще оставалось, а потому парень не спешил. Ян Чонин всегда успевал делать все вовремя, четко планируя свое время. Это давало ему ощущение спокойствия и надежности, позволяя жить в меньшем стрессе. Но все же ему не всегда удавалось избегать волнений. Как и в этот раз. Почему-то у самого подхода к зданию ресторана его брови слегка нахмурились, шаг сбился, а сердце начало выплясывать какой-то свой, понятный только ему, ритм. Чонин правда любил держать все под собственным контролем, начиная от простых дел и заканчивая эмоциями. И ему досаждал тот факт, что уже закономерно именно на их встречах самоконтроль рассыпался прахом в его руках. Чтобы восстановить дыхание и как можно незаметнее потянуть время, парень начал отряхивать от капель свое пальто, которое, благодаря зонту, итак было почти сухим, из-за чего Чонин чувствовал себя слегка глупо. Но делать нечего, на войне все средства хороши. В конце концов, немного помявшись у входа, парень все же шагнул внутрь. Запах фастфуда тут же снес его при первом же вдохе. Фыркнув, Чонин попытался сориентироваться. Вокруг было достаточно много народа, снующего то в одну, то в другую сторону, а все ближайшие столики оказались заняты. Поддаваясь общему броуновскому движению, парень отправился на поиски незанятого места, что в данный момент казалось ему нереальным. Но сегодня удача улыбнулась ему. Наконец привыкнув к толпе и ярким ароматам, Чонин все-таки сумел разглядеть в углу зала одно местечко. Посетители еще не успели его покинуть, но уже явно собирались это сделать. Чонин никогда не славился особой ловкостью, наоборот, он часто бил посуду, мог мимоходом удариться о разные предметы в его комнате, из-за чего другие мемберы, не упуская своего шанса, подшучивали над ним. Но не в этот раз. Сейчас у макне есть мотивация: достигнув в пару широких шагов столик и растолкав всю очередь, Чонин победно бросил свою сумку на диванчик, помечая захваченное место. И кто теперь здесь неловкий и медленный? Сынмин почему-то опаздывал. Вспоминая, как волновался на улице, предвкушая встречу, Чонин смутился и натянул ворот водолазки почти до самых губ. Его щеки слегка покраснели, тем самым вызывая раздражение у их обладателя. Ну и дурак же он, и зачем так переживал? Лишь зря нервы потратил. Да и с каких пор он, Ян Чонин, так переживает перед встречей, словно какой-то мальчишка? Решив, что надо переключить свои мысли на что-то другое, парень непривычно резким движением встал из-за стола и направился к автомату с заказами. Он не беспокоился за свое место, так как специально оставленный в центре стола зонт и черная кожаная сумка без слов говорили окружающим, что место занято деловым человеком. Просмотрев меню и всевозможные комбо, Чонин быстро сделал свой заказ и, вернувшись на место с номерком, занял уже присмотренный диван. «Он снова опаздывает? А может случилось что-то? Или же он специально не торопится только ко мне?» – назойливый рой мыслей утомлял. Дернув головой так, чтобы челка спала на глаза, Чонин уткнулся подбородком в сложенные на столе руки, прикрывая лисьи глаза. Да уж, ожидание и правда утомляет. Он тяжело вздохнул, когда странная мысль пронеслась у него в голове: почему это вдруг он, Ян Чонин, ждет Кима как какой-то щенок?.. Не прошло и получаса, как чья-то теплая рука легла на плечо брюнета. Он тут же вскочил и метнул недовольный взгляд на того, кто посмел его потревожить. – Прости, долго меня ждал? Перед лицом парня, в немного большей близости, чем прилично, возникли каштановые глаза со смешинкой. Со слегка виноватой улыбкой, нависнув над парнем, стоял Ким Сынмин. – Я немного не успел добежать до начала ливня, так что промок до нитки, – не тратив силы на оправдания, проговорил он. Неожиданное появление хёна застало Чонина врасплох, а потому только спустя мгновение после этой фразы он наконец смог взять себя в руки и оторвать взгляд от Сынмина. Одежда последнего и правда была промокшей. Рукава его толстовки облепливали плечи и запястья, а с кончиков волос стекала вода. Чонин и не заметил, как его рука метнулась к волосам Кима. Но, то ли засмущавшись такой близости, то ли людей вокруг, он тут же отдернул ее обратно, неловко потупив взгляд. – Ты опоздал на полчаса, у меня уже все остыло, – механически констатировал брюнет и сразу же закашлялся. Кончики его ушей покраснели. Сынмин слегка удивленно качнул головой: – Да брось, не так уж и много. Небрежное, но нежное прикосновение к голове, заставило Чонина вздрогнуть. Он резко поднял глаза и посмотрел на широко улыбающегося парня. Тот, в свою очередь, взъерошил его волосы, после чего с лукавым видом плюхнулся на диван напротив. Виноватым он точно не выглядел. – И не думаешь, что это странно? Бежал без зонта я, а кашляешь ты. – Ты лучше о себе побеспокойся, выглядишь как промокший уличный щенок, - парировал макнэ. Сынмин улыбнулся и в отместку начал трясти мокрой головой, как обычно стряхивают с себя воду собаки. Все недовольство Чонина в секунду сменилось каким-то теплым и слегка дурманящим чувством. Ему нравилось смотреть на улыбку Сынмина. А нравилось ему в принципе не так уж и много вещей. – Как никак, я твой хён, это я должен о тебе заботиться, – слегка растягивая слова, в нос протянул Ким. Он искренне упивался этим фактом, который позволял ему подшучивать над макне, хоть и разница в их возрасте составляла всего год. – А вообще, надо было тебе есть и не ждать меня. Я пойду пока себе что-нибудь закажу. Сынмин уже встал из-за стола и хотел было пойти делать заказ, как неожиданно на его плечи опустилось пальто. Своей спиной Ким ощутил тепло другого тела, а его затылок обжег смешок Чонина. Накидывая свое пальто на парня, тот воспользовался моментом быть к нему чуть ближе. Хотя бы на мгновение. Благо, в толпе людей этот жест был далеко не так заметен. По коже Сынмина пробежался холодок. Он повернулся к брюнету и вопросительно поднял брови. – Это еще зачем. – Если ты заболеешь, то возиться с тобой придется мне и другим хёнам, так что не сопротивляйся. Да и… – Чонин плюхнулся обратно на диван и состроил недовольную мину. – Я знал, что ты наверняка опоздаешь, поэтому заранее взял и тебе поесть тоже. Хоть макне и проговорил эту фразу с таким выражением, будто дарует жизнь заключенному, Сынмин не уделил этому особого внимания. Одолжение, не одолжение- главное еда. Его глаза тут же засияли с новой силой. Видели когда-нибудь преданный и полный обожания взгляд щенка на своего хозяина? Так вот, сейчас парень ничем не отличался от этого примера, разве что только хвостом не вилял. – Ой, Йенаа… Спасибо! И денег просить не пришлось… - Сынмин широко улыбнулся. Хотя Чонин всегда задавался вопросом, куда уж шире? Но парень не переставал удивлять его ни на день. – Зато будешь давиться такой же холодной едой, по справедливости, - словно пытаясь разбавить возникшую неловкость, с ухмылкой произнес Чонин. Сынмин снова пропустил его слова мимо ушей. Да и долго уговаривать его не пришлось. Зарывшись в чужое пальто и буквально утонув в мятном парфюме его владельца, он набросился на еду. При виде такого голодного и нереально милого щен.. Сынмина, Чонин не сумел сдержать улыбку. Он просто не мог оторвать глаз от парня, погруженного с головой в процесс поедания бургера. Кто еще может с таким чувством наслаждаться едой? Разве что Чан Бин… Но в любом случае, сейчас Сынмин с таким самозабвением уплетал за обе щеки свой заказ, что у любого, кто бы сейчас взглянул на него, свело бы желудок. Обычно всегда голодный, Чонин не мог притронуться к еде. Сейчас его желудок сводило не от голода, а от каких-то странных крылатых существ внутри. – Ты чего? – вопрос Сынмина заставил Чонина проснуться от забытья. Тот и не заметил, как, наблюдая за своим хёном, наклонился вперед и протянутой рукой слегка ущипнул парня за щеку. В голове Чонина в секунду пронесся табун мыслей, прежде чем он наконец пробубнил что-то невнятное в ответ. И с каких пор он стал таким несдержанным? Обычно строгий и спокойный, сейчас Чонин чувствовал себя каким-то доверчивым мальчишкой, который все еще верит в Санта Клауса и хеллоуинские сказки. Чонин встречал в своей жизни столько людей, сталкивался с разными проблемами- и ничего, все приходило и уходило, не задевая его душу. И только этот взъерошенный щенок с преданными глазками выворачивал его сердце наизнанку, игрался с ним словно с игрушечной костью. Только он, Ким Сынмин, мог без особого труда рушить все его планы, одной улыбкой разбивать многолетний лед. Только под пристальным взглядом его карих глаз плавились все датчики и защитные системы. Почему именно этот человек вызывает такое дурманящее и болезненно приятное ощущение где-то глубоко внутри?.. Ради Ким Сынмина сам Чонин готов был стать его щенком. Парень хотел было отдернуть руку, но Сынмин схватил его за запястье, не давая вырваться. Преодолевая себя и свое смущение, Чонин поднял глаза и тут же встретился с внимательным и лукавым взглядом парня. – Зачем убираешь? Боишься, что увидят? – то ли слегка приглушенный голос, больше похожий на шепот, то ли этот прямой вопрос лишили Чонина речи, но он не нашелся с ответом, оставив свою руку в сжатой ладони Сынмина. И так, какое-то время они просто смотрели друг на друга. – Не переживай, здесь слишком много людей. Они даже за собой иногда не следят, не то что за другими, Йена. Хотя везде есть свои исключения. Сынмин, как и свойственно привычкам его рода, слегка наклонил голову набок. – Знаешь, А-Йена. И если уж и быть этим исключением, то только ради тебя. Мне до тебя всегда есть дело. Вы когда-нибудь видели, как бушующий океан за одно мгновение теряет свою мощь и покорно утихает перед ногами одного человека? Вот примерно такой же штиль воцарился в голове Чонина, который постепенно переваривал только что им услышанное. Эти слова, сказанные так легко и непринужденно, будто они самые обыкновенные… Слова, которые по своей силе способны изменить чей-то мир. И в этот раз под сильной магией любви рухнул мир Ян Чонина, превратившись в пепел. Пепел, где спустя мгновение зацвели цветы. Жар прилил к щекам парня. И только когда здесь стало так душно?.. – Любуешься или изучаешь лучшую траектория атаки? Сынмин как мог сдерживал свой смех. Это шокированное и смущенное лицо макне явно стоило всех его стараний. Правда… И его собственные щеки предательски заалели. Чонин даже не думал выдергивать руку, а Сынмин даже не думал ее отпускать. – А быть может, ты просто хочешь, чтобы я сам всегда держал тебя за руку? Чтобы ты не смог оттолкнуть меня? В любом случае, Ян Чонин, теперь ты от меня точно не сбежишь. Ким Сынмин встал из-за стола, отпуская чужую ладонь. Он поправил пальто и принялся собирать несъеденную еду в заблаговременно принесенный с собой пакет. Чонин же, точно опомнившись, принялся помогать ему, не задавая лишних вопросов. Он, в общем, и не собирался ничего говорить в ближайшее время, так как боялся, что вместе со слегка дрожащим голосом будет задета его гордость. Благо, Сынмин и не донимал его никакими расспросами. Хотя, признаться честно, у него было огромное искушение немного поиздеваться над таким уязвимым, сбросившим свою броню макнэ. Сынмин понимал, что уже через минут пять, когда Чонин снова возьмет себя в руки, его колючки снова отрастут с двойной силой, поэтому нельзя было тратить это драгоценное время. Ким решил, что им пора уходить. Он быстро собрал остатки еды в пакет, не забыв и о части Чонина. Хоть Сынмин и успел съесть почти всю свою еду, макне так особо к ней и не притронулся. – Думаю, мы можем доесть все в общаге. Я недавно такой крутой фильм нашел. Тебе точно понравится! – ответом Сынмину было лишь невнятное мычание. Под недоуменным взглядом старшего, Чонин непривычно быстрым шагом рванул в сторону выхода, пробиваясь сквозь толпу. «Что это было? Боже, как же неловко. Это все искренне?.. Скорее этот паршивец издевается… Почему никогда нельзя понять, что у него на уме? Почему он всегда такой странный, резкий… такой милый… Нужно срочно на свежий воздух.. Да и правильно ли? Черт, я показываю себе таким идиотом, я не должен…» Поток беспрерывных мыслей, словно стервятников, налетел на Чонина, нанося рваные раны его уязвленному самообладанию. Учащенное сердцебиение заставляло парня задыхаться. На секунду у него закружилась голова, и он остановился. Этого хватило, чтобы его нагнал Сынмин. – Хей, далеко собрался? Даже зонтик забыл… Все нормально? выглядишь светло-серым… – Это освещение, – прошипел Чонин, стараясь придать своему голосу как можно больше недовольства. Да уж, а всё-таки актер из него никудышный… – Ааа… – в глазах Сынмина вновь заблестели смешинки. – Ну тогда пойдем скорее к свету. Чонин не успел ничего возразить, как теплые пальцы уже схватили его за ладонь, потянув за собой. *** Пока они сидели в ресторане, казалось, прошла вечность, а на деле не больше десяти минут, но погоде хватило и этого времени, чтобы разыграться. Ливень звонко бил по крышам зданий, а сильный ветер не давал даже раскрыть зонт. Они бежали вдвоем в сторону их общежития. В лужах загорались вечерние лампочки магазинов. Листья то и дело проплывали по дороге, словно маленькие разноцветные кораблики. Они бежали вдвоем, промокшие до нитки. Чонин любил осень. И ему казалось, что он любил ее больше всего на свете. Но в этот день он понял, что врал самому себе. Он наконец осознал, как же чертовски правильно и хорошо ладонь его парня лежит в его собственной ладони. Сомнений нет. Больше осени Чонин любил лишь Ким Сынмина.