Пионервожатая.

Слабые нервы, страшно, как и другим. Пусть не был первым, переступил в другой мир. Это моя холера, слаще, чем рафинад. Я такой, как и ты, но ты это не видишь.

      Лизе бы очень хотелось сказать, что её утро началось замечательно. Тёплые лучи солнца, пение птиц, спокойное начало дня… Однако встав рано и начав готовиться ко Дню Нептуна — Елизавета чувствовала себя не то чтобы довольной.       С утра действительно стало страшно. Вчерашний шок прошёл и мозг принялся судорожно вспоминать то, что она узнала вчера. Пытаясь придумать хоть что-то адекватное со всей это ситуации — Воронцова готова была взвыть от головной боли. — Лиза! — Громкий оклик вытащил Елизавету из раздумий. Подняв взгляд на Игоря, девушка широко улыбнулась и вновь принялась пристраивать украшения на берегу. Пальцы с трудом слушались, а мозг отказывался думать о празднике. — Что с тобой творится? — Незаметно подошедший Игорь заставил Лизу испуганно вздрогнуть. А что говорить-то? Тут кусают? Вчера на моих глазах умерла и воскресла девчонка? Доктор в курсе происходящего? А Валера был прав? — Не выспалась просто. — Смущённо улыбнулась девушка, внимательно смотря на парня. Со слишком преувеличенным усердием Лиза вновь взялась за многочисленные верёвочки. — Не выспалась из-за того, что ночью из мед.пункта кралась? — Ухмыльнулся Корзухин, смотря на постепенно краснеющие уши вожатой. — У меня были проблемы с учёбой… Вот и приходила. А ты всегда, когда с Вероникой с речки идёшь — меня высматриваешь? — Лиза ловко увернулась от попытки тыкнуть её под рёбра. *****       Валентин был глубоко погружён в свои мысли. Смешалось все: и вампиры, и очередной ребёнок, и… Лиза. Он никак не собирался называть эти чувства. Все происходящее казалось чем-то абсурдным, чем-то, что было навеяно страхом и алкоголем. Просто лёгкое помутнение. Резкий звук удара мяча в окно заставил доктора вздрогнуть. Подойдя к окну, он был уже готов увидеть разбегающихся детей.       Напротив стояла Воронцова, пытаясь сделать улыбку виноватой, но получалось слишком плохо. Вся ребятня старалась разойтись подальше, уже не надеясь спасти вожатую от грозного доктора. — Валентин Сергеевич, доброе утро. — Прокричала Лиза, помахав рукой. Ещё раз глянув на мужчину, девушка подняла мяч и вновь побежала к детям. Тяжело вздохнув, Валентин снова присел за стол. Он уже окончательно осознал, что спокойствия в эту смену не будет окончательно. А может и будет… Скоро. *****       — Елизавета Львовна? — Валера в очередной раз внимательно рассматривал вожатую. — Пришёл и меня сжечь? — Засмеялась девушка, уже наслушавшись про ночное происшествие. — Нет. Вы видели то, что случилось на пирсе? — Ты про то, что девочку пытались в воду скинуть? Видела, конечно. — Улыбка тут же сползла с Лизиного лица. Тут же вспомнился вчерашний вечер, а потом мысли связали это все со случаем на празднике. Липкие щупальца страха поползли по телу. — Вода им вредит. С её помощью мы можем проверить до… — Валера словно пытался одновременно говорить и уже бежать за этой водой, набирая её хоть в карманы. — Валер. Давай ты сегодня просто отдохнёшь. Не надо сегодня ничего проверять, хорошо? — Весь вид Валеры сообщал Лизе о том, что мальчик сильно сомневался в наличии у неё мозга. Было очевидно, что мальчик куда-то влезет. — Если нас ждут неприятности, то надо идти — они же ждут. — Заулыбалась Воронцова, не решившись отпустить Лагунова одного. — Только не лезь без меня никуда. *****       Лампа на столе тускло освещала многочисленные учебники, разложенные на столе. Склонившись над ними, Лиза тихо шептала уже знакомые ей термины, заучивая их. Она понимала какая над ней нависла ответственность за людей. Одна ошибка сейчас- могла стоить потери чужой жизни в будущем.       Потерев уставшие глаза, Елизавета взглянула на ночной пейзаж. Весь лагерь спал, лишь где-то иногда пролетали птицы, мелкие насекомые прыгали в траве и чья-то фигура кралась сквозь кусты. Переведя взгляд на тетрадь и вернувшись к учёбе, Лиза замерла. В голове всплыл дневной разговор с Валерой и в душе тут же появилось неприятное ощущение. Елизавета вспомнила, что абсолютно забыла рассказать мальчику про ночной разговор с доктором.       Ни секунды не думая — Воронцова вскочила и поспешила на улицу. Вечерняя прохлада вызвала волну мурашек. На ней была белая майка, без привычной рубашки, и даже лёгкий ветер заставил её замёрзнуть. Кинувшись за Валерой, Лиза не могла хоть о чем-то думать. Она не совсем понимала что делать и что будет дальше, но бежала.       Мед.блок встретил её слабым свечением из кабинета, в котором, как оказалось, было пусто. Какая-то возня и шум из соседней двери заставили Елизавету кинуться туда. Представшая перед ней картина, несомненно, шокировала её. Ноги отказывались идти дальше, стоило ей увидеть Валентина в петле. Сердце больно ёкнуло, руки задрожали. Медленно переведя взгляд в сторону, она увидела взбирающегося по полкам Валеру.       Быстро придя в себя, девушка кинулась к мальчишке и, подхватив того на руки, помогла ему дотянуться до верёвки. Сквозь пелену слез, она молилась, чтобы они успели. Лишь когда они все упали на пол, Лиза, аккуратно спихнув с себя Лагунова, бросилась к доктору, дрожащими руками помогая тому снять с шеи петлю. По её щекам текли слезы, голова отказывалась в это все верить. Внутренний страх сковывал, не позволяя двигаться, но что-то внутри заставляло Лизу приводить Валентина в чувства. Пальцы судорожно расстегивали воротник рубашки. — Валя… — Тихо прошептала девушка, аккуратно касаясь его щеки. Лишь когда доктор открыл глаза, а его дыхание хоть немного успокоилось — Елизавета отодвинулась в сторону, поджимая к себе колени. Все казалось дурным сном, хотелось открыть глаза и вновь услышать пение птиц. — Елизавета Львовна? — голос Валеры вернул её к реальной жизни. Медленно переведя взгляд, она потихоньку встала. Тусклый свет в помещении словно давил ещё сильнее. ***       — Нельзя… Лагунов, нельзя мешать человеку сводить счёты с жизнью. — Голос доктора казался ещё более хриплым, чем обычно. Лиза, сидящая за столом, не отводила взгляд от мужчины. Словно если она отвернется — он тут же убежит за новой верёвкой. Ей даже не хотелось что-то говорить, Елизавета просто пыталась переварить все происходящее на её глазах. — Откуда вы такие взялись… — Пробормотал Носатов, принимая из рук Валеры стопку. Громкий звук выплюнутой жидкости заставил Лизу подскочить на стуле, который тут же жалобно заскрипел, явно не привыкший к прыгающим девушкам. — Вода… — Протянул доктор с такой жалостью, словно его туда только что окунули.       Елизавета внимательно вслушалась в диалог между Валентином и Валерой про воду и девочку, которая сегодня выскочила из этой самой воды. Заметить реакцию доктора было не сложно, он явно давал понять, что диалог на этом окончен.       Переглянувшись с мальчиком, Лиза подошла ближе к Валентину, внимательно вслушиваясь в его рассказ. При одном только виде уставшего мужчины, ей захотелось остановить его, попытаться успокоить. Однако тот и сам прекрасно справлялся и, как показалось Воронцовой, заснул.       Они хотели было уйти, как Валентин словно очнулся от столь короткого сна. Резко схватить Валеру за руку и приблизив Елизавету к хомячьему визгу, Носатов прошептал: — Бегите отсюда. Пока не стали как все. Лиза аккуратно приобняла Лагунова за плечи и, внимательно посмотрев в его глаза, проговорила: — Иди спать, Валер. И будь аккуратнее.       Валера видел все, что происходит. И обеспокоенный взгляд Лизы, и её попытки постоянно быть рядом с доктором. Так что кивнув, мальчишка тут же поспешил к себе в комнату, помня о запасах святой воды. — И чего ты от меня хочешь? — Тихо произнёс Валентин, чувствуя взгляд вожатой. Та не ответила, лишь молча присев на край кушетки и аккуратно убрала в сторону уже пустую бутылку. Хрупкая девичья ладонь опустилась на белый халат, слегка поглаживая плечо мужчины. — Страшно оставлять тебя одного. Вдруг у тебя тут где-то запас верёвок. Да и речка рядом. — В голосе Елизаветы вновь появилась знакомая интонация, которая предвещала широкую улыбку и попытки сделать мир ярче. — Иди к себе. И по ночам не шляйся. — Валентин резко сел на кушетке, сбрасывая руку Лизы с плеча. Яркая улыбка пропала с её лица. Поджав губы, она лишь покачала головой. — Сама разберусь — шляться или нет. Тебя это и не должно волновать. — В глазах Елизаветы вновь проступили слезы. Опять эта грубость, попытка оттолкнуть… Как и всегда.       Возле двери она почувствовала на своём запястье чужую руку. Резко повернувшись, Лиза зло посмотрела на мужчину. Его испуганный вид, мутные глаза, дрожащие руки… Сердце болезненно сжалось. — Прости. Это все так… — Валентин вглядывался в её лицо, словно пытаясь найти хоть какой-то намёк на улыбку, на искру в глазах. Прикрыв тёмные глаза, Носатов хотел было отойти от вожатой, но она подошла ближе, аккуратно коснувшись его лица. Тёплые пальцы легонько погладили Валентина по щеке, словно давая какое-то немое обещание быть рядом.       Лиза была готова простить ему любую грубость, видя его состояние, испуг в его глазах. Она видела не того грозного доктора, которого боялась в первый день, а человека, который просто не знал что делать. Три года он был в этом лагере и только сейчас кому-то рассказал.       Поддавшись чувствам, Елизавета подошла ближе, обвивая руками шею доктора. В нос ударил запах водки, но девушка даже не поморщилась. Хотелось что-то сказать, но почувствовав на своей талии дрожащий руки, Лиза замерла. Не хотелось прерывать этот момент: столько недосказанности, столько вопросов… Не сейчас. Все это надо было решить не сейчас. — Пойдём? — Тихо прошептала Воронцова, словно пытаясь спрятать в своих объятиях доктора. Дождавшись слабого кивка, она аккуратно отошла в сторону. На её лице вновь появилась широкая улыбка, а в глазах было спокойствие. *****       Прохладный ночной ветер вызывал толпу мурашек по коже. Девушку же это совершенно не пугало. Лиза лишь улыбнулась ещё шире, не отрывая взгляд от неба. Валентин повернул голову, чтобы лучше её разглядеть. В тёмных глазах отражались тысячи звёзд, которые вожатая с таким интересом рассматривала. Её белая майка задралась, обнажая бледную кожу, не успевшую загореть этим летом. Трава приятно щекотала живот вожатой, отчего Лиза иногда ёрзала по земле, пытаясь лечь удобнее. — Ты видел? — Тихо произнесла она, не поворачивая головы. От неё приятно пахло хвоей и какими-то лёгкими девчачьими духами, которые не выветрились за день. Даже запах сигареты, любезно одолжённой у доктора, ещё и без какого-либо разрешения, не перебивал этот сладкий шлейф. — Что? -Хрипло произнёс Валентин, не отрывая от неё затуманенный взгляд. Алкоголь сильно ударил в голову, но ему не хотелось уходить и оставлять Лизу одну. Каждое утро он видел её на улице — весёлую, активную, с горящими радостью глазами. Одна только мысль о том, что её могут укусить — бросала его в дрожь. — Звезда упала, Валь. Ты совсем не смотришь? — Всё так же тихо прошептала вожатая и повернулась к доктору. Они были всего в нескольких сантиметрах друг от друга.       Приятный запах духов стал ещё сильнее. Лиза внимательно рассматривала его лицо, широко улыбаясь. Однако её радость померкла, стоило ей взглянуть на след от петли. Валентин хотел было отодвинуться от неё, не пристало ведь взрослому мужчине так со студенткой разлеживаться, но холодные девичьи пальцы слегка коснулись отметины на шее.       Доктор оправдывал все нахлынувшие эмоции и мысли тем, что он слишком много выпил. Однако её хриплый шёпот заставил его засомневаться в своих убеждениях. — И зачем тебе это было надо… — Лиза подняла на него взгляд. В нем отчётливо плескалась тревога и… Нежность? — Лиз… — Валентин поморщился от вопроса и схватил её за руку, намереваясь убрать. В ту же секунду девушка, собираясь выдернуть запястье, придвинулась ближе. Её распущенные волосы щекотали кожу, а горячее дыхание заставляло совесть и культуру замолчать. Сухие губы неожиданно коснулись её губ. Лиза удивлённо вдохнула, но не отодвинулась, а лишь прижалась ближе к мужчине. Его руки обхватила её за талию, гладя нежную кожу. Поцелуй не был нежным… Они словно пытались выплеснуть все свои эмоции, дать друг другу понять, что они рядом и не одни.       Воронцова перекинула через него одну ногу и, не разрывая поцелуй, оказалась сверху. Её холодные пальцы коснулись рубашки доктора, словно она пыталась её расстегнуть. Мужчина аккуратно, словно боясь сделать девушке больно, держал её за бедра, которыми она весьма откровенно двигала, сидя на нем.       Лиза резко отдалилась от Валентина и, тяжело дыша, произнесла: — Спешим. Слезая обратно на траву, студентка поправила майку и повернулась к севшему доктору. Тот даже не смотрел на неё, словно избавившись от наваждения. — Спать пора… — Тихо проговорила Лиза и вскочила на ноги. Стряхнув с себя траву и попытавшись успокоить дыхание, она вновь улыбнулась. Воронцова почувствовала на себе пристальный взгляд Валентина Сергеевича.       Они вдвоём вышли к лагерю в абсолютной тишине и остановились у мед.блока. Собираясь уже попрощаться со студенткой, доктор тут же услышал её невинное: — Я зайду руки от земли отмою, чтобы далеко не идти.