Аперитив

      Обычно, именно сам Гарри был причиной того, что окружающие оказывались в ошеломлённом состоянии, на регулярной основе выкидывая такие финты ушами, что многим и не снилось.       Но конкретно сейчас в ступоре из-за шока оказался он сам.       Впрочем, и не мудрено. Куда уж ему, пацану, недавно окончившему Хогвартс, до Великого и Неподражаемого Тёмного Лорда Воландеморта (которого он, вроде как, укокошил, но, видать, не до конца).       В собственную защиту своих позиций Гарри мог сказать, что тот взял его внезапностью и… Ну, наверное, в основном этим. Ну и может быть тем, что Воландеморт больше не выглядел как змеерылый гомункул, а как вполне себе симпатичный мужчина, Том Реддл. Но и это можно отнести просто к фактору неожиданности.       И действия самого Тома тоже можно отнести к фактору неожиданности.       Ну а в целом это всё можно прировнять к ситуационному понятию «Сюр».       Вообще, на самом деле, Гарри привык, что как правило, он сам по себе неучтённый неожиданный фактор, практически в любой ситуации, а тут вот те на те. В дураках оказался он сам.       Вы не очень понимаете, что происходит? Ох, Гарри сейчас пояснит.       (Ну, попробует. Он сам не сильно понимает, что происходит, да.)       Война окончена, Воландеморт, как всем казалось, мёртв и уничтожен, как и все его крестражи, Гарри окончил седьмой курс Хогвартса, потыкался в сфере работы авроров, дотумкал своими силами и мозгами, что после всех тех бешенных скачек на протяжении учёбы и войны, это не его и ушёл в артефакторию. И добился на этом поприще неплохих успехов, как молодой мастер-артефактор, с незаурядным ходом мыслей, идеями и подходом.       И в целом, жил себе неплохо, постепенно устраивая быт на Гриммо под себя, нашёл точки соприкосновения с Криччером и даже неплохо общался с портретами Блэков. В целом, можно было сказать, что Герой Войны вёл довольно затворнический образ жизни, ничуть не интересуясь политикой или чем-то подобным, полностью уйдя с головой в захватившее его дело и повседневные дела, изучая что-то старое, создавая нечто новое и потихоньку обзаводился клиентской базой, становясь в определённых кругах известным ни как «Мальчик-Который-Выжил» или Герой Магической Британии, а как успешный и, совсем немного, безумный артефактор, готовый (почти) на любую авантюру. Впрочем, при этом он зарекомендовал себя как здравомыслящий сильный маг, здраво оценивающий свои способности и пределы, чем заслужил определённое уважение.       Это всё было к чему? Это всё было к тому, что Гарри уже не просто пацан с горячей головой, кидающийся на амбразуру. Это вполне здравомыслящий молодой человек, который научился просчитывать свои шаги наперёд, а также отработал собственные реакции на случай неординарных ситуаций.       Правда, сейчас последнее то ли дало сбой, то ли его инстинкты решили, что наилучший вариант в данной ситуации замереть истуканом. Авось воскресший Тёмный Лорд, видать в Аду поднявшийся до статуса Сатаны и спокойно вылезший оттуда, подумает, что герой совсем тупенький стал, потеряет интерес и уйдёт.       Проблема заключалась в том, что Тёмный Лорд даже не думал уходить, а лишь сложил губы в довольную обворожительную улыбочку, наклонил голову чуть на бок, приведя в движение смоляные кудряшки в чёлке и… О Мерлин, Моргана и Мордред вместе взятые. Этот психопат ему подмигнул что ли? Что за странное подобие пикапа?       Блять, ну воскрес и воскрес, чё он к Гарри то припёрся? Заклятиями и непростительными не бросается, значит ни пленить, ни убить, ни пытать не собирается. Что надо-то тогда? Не пришёл же он, после воскрешения (чёрт знает каким образом) кадрить бывшего врага, да?       Как оказалось, сколько бы опыта не набирался Гарри, думая, что вот теперь-то жизни его точно не удастся удивить, и вот снова…       А Тёмный Лорд всё стоит на пороге дома, будто вампир из детских сказок, что ждёт приглашения в дом. Только клыки не скалит и молчит, речами сладкими манить не пытается. Может быть гипноз…? В смысле, легилименция или империус пытается применить? Если последние варианты, то хотя бы к этому Гарри готов ещё с Хогвартса, а опыт взрослой (почти) жизни натаскал его на определённый уровень. Ситуация из ранга «странно» очень быстро переходила в «какого Мордреда, это уже и стрёмно и смешно». Это действительно со стороны выглядело одновременно и смешно, и совсем немного жутко.       (Поверьте, после Василиска в 12 лет, Гарри уже не так уж и просто напугать какими-то гляделками)       Просто представьте, как это всё выглядит со стороны: молодой герой магической войны Британии, спокойненько открыл дверь своего магически защищённого от всего, и вся дома и видит перед собой моложавую (и вполне прилично выглядящую) версию своего посмертного врага? То есть, буквально сильнейшего, потенциально ранее бессмертного, Тёмного Лорда, которого он буквально собственными руками и упокоил?       (Едва не отправившись вслед за ним, но это сейчас не так уж важно, верно?)       И теперь это симпатичное Зло во плоти стоит тут, лыбу давит, держит свежую газету в ручках и чуть ли не светится от довольства. Будто бы какая-то помесь лабрадора и корги, что притащила своему человеку газету и ждёт похвалы с заслуженной вкусняшкой.       И совсем не пышет намерением убить Гарри.       Ну, вы уже прочувствовали всё недоумение молодого мага, да?       И, казалось бы, вот, предел достигнут, дальше некуда, однако жизнь вновь отвешивает Поттеру пинка, чтобы не был столь уверенным в этом дне.       Потому что Том улыбнулся пошире, оскалив заострённые резцы и выдал: — Ты выглядишь удивлённым, душа моя. Разве ты не получал мои подарки?       Голос, кстати, у этого чёрта, реально был чарующим. Ни в какое сравнение не шёл тот надорванный полу змеиный голос Воландеморта после воскрешения.       Подождите, подарки…?       Том, виде абсолютное недоумение на лице молодого героя состроил оскорблённую гримасу. — Неужели ты не удосужился даже заметить их? Или… — Реддл нахмурился и на утончённое в своей красоте лицо легла тёмная тень. — Кто-то скрыл их от тебя?       Гарри же пытался судорожно сообразить, как этот чёрт вылез из лап Смерти и о каких, в конце концов, подарках идёт речь. И почему Реддл вообще их должен был дарить ему?!       Гарри не чувствовал паники или страха. Гарри чувствовал, что у него дёргается глаз и чуть болит голова. Гарри ощущал, что просто хочет вернуться в свою мастерскую, работать над очередным артефактом.       Итак… Что же такого необычного он мог находить у себя в доме, что могло бы быть подарками этого… Этого. — Ну как же, дорогой? Разве ты не находил зубки? Я лично отполировал их, после того как раздробил челюсти тех уродов, что издевались над тобой, м? А как же высококачественные костные останки драконов? Я был уверен, что это очень ценный ингредиент для артефактов. Впрочем, как и кровь Джина.       Том перечислял свои дары и наблюдал за молодым магом напротив себя, отмечая, как распахиваются в понимании глаза и приоткрывается рот, будто бы тот хочет что-то сказать, но лишь поражённо выдыхает. — Вот же… Мать твою. — В целом, довольно красноречиво обрисовал всё это Поттер. — Свет мой, не стоит так выражаться. В конце концов, ты принял мои дары, не так ли? Может быть и неосознанно, я заметил, что ты был довольно рассеянным и, что меня очень и очень разочаровало, не следил за своим распорядком дня, пропуская приёмы пищи и сбивая режим сна, что совершенно не идёт на пользу твоему организму.       Тёмный Лорд чуть нахмурился и звучал так, словно он был любящим партнёром, который беспокоился о состоянии своего возлюбленного. Да ещё и то, как он обращался к Гарри… Стоп. Ох, кажется, до него немного туго всё доходит, но не значит ли это, что… — Ох! Сокровище моё…– Том внезапно воодушевился, делая широкий шаг вперёд и распахивая руки в стороны, в то время как Гарри сделал мелкий шажочек назад. Интересно, он может прищемить нос бывшему Тёмному Лорду? Сам нос-то теперь у того в наличии. Видимо, что-то такое мелькнуло на лице Гарри, что заставило Тома усмехнуться (опять) и всё-таки заключить заполошно дёрнувшегося героя в объятия. — Как тебе мой вариант «аперитива» перед настоящим признанием в любви, суженный мой?