Я нашёл тебя среди бескрайних песчаных барханов

      Саид привёл их в лучший ресторан Магических Эмиратов, Гермиона была здесь раньше — красивое место с изысканной итальянской кухней и приятным интерьером. Это место принадлежало двоюродному брату Саида. Махмуд учился в Италии и был истинным ценителем национальной кухни этой страны, поэтому открыл такое место в Эмиратах. Оно очень быстро полюбилось местным волшебникам, и вскоре заведение, открытое для души, стало приносить довольно большую прибыль.       — Добро пожаловать, брат! — Махмуд знал о планах Саида привести Британскую делегацию в его ресторан и любезно вышел встретить почетных гостей.       — Здравствуй, сестренка, — он поцеловал Амиру в лоб. — Мисс Грейнджер, — эмир поцеловал костяшки пальцев Гермионы. — Рад видеть, вы, как всегда, прекрасны.       — Благодарю! Позвольте представить, эмир Махмуд, мои коллеги — Катрин Уильямс и Драко Малфой.       Махмуд пожал руку Малфою и поцеловал руку Катрин.       — Добро пожаловать в Эмираты. Мы приготовили для вас лучший столик. Прошу, — он жестом пригласил гостей следовать за ним.       Ресторан располагался на семьдесят четвёртом этаже одной из башен Этихад, и главной его изюминкой был потрясающий вид на ночной Абу-Даби и воды Персидского залива. Гермиона невольно залюбовалась панорамой города и не заметила, как к ней подошёл Малфой.       — Грейнджер, я должен объясниться, — она вздрогнула и повернула голову в его сторону.       — Говори!       — Я не хотел обидеть тебя. На пляже были лишь невинные поддразнивания. Я уважаю тебя и твои магические и умственные способности. Также я хочу, чтобы ты знала, что я давно избавился от предрассудков относительно чистоты крови. Я был придурком в школе, зависимым от мнения отца. Но я осознал, что был не прав. Я хочу извиниться перед тобой за своё поведение в школе и за то, что не помог тогда в мэноре. Я очень рад, что ты смогла избавиться от той отвратительной надписи.       Малфой извиняется? Вот уж никогда не подумала бы, что увижу такое. Что ж, выглядит он искренним. Возможно, он действительно изменился.       — Я уже давно простила тебя и зла не держу. Все в порядке.       — Зароем топор войны? — он протянул ладонь.       — Хорошо, — она пожала его ладонь и жестом показала, что пора присоединиться к столу.       — Я так понимаю, вы смогли урегулировать все разногласия? — Саид выдвинул стул для Гермионы рядом с собой.       — Скажем так, мы приняли факт того, что прошлое давно пора оставить в прошлом, — Малфой сел напротив Гермионы, сверля взглядом ухмыляющегося эмира.       — Я рад, что теперь нашей совместной работе не помешают никакие ссоры.       — Саид, каковы у нас шансы, что послезавтра мы все подпишем?       — Гермиона, боюсь, что подписать соглашение послезавтра мы не сможем. Ахмад снова мутит воду, он собирается убедить Совет отложить подписание договора до тех пор, пока Эмираты не получат дополнительные гарантии выполнения обязательств, я не смогу этому помешать, потому что останусь в меньшинстве.       — Чего именно он хочет?       — Они потребуют предоставления банковской гарантии. Более того, банком, гарантию которого Британия должна предъявить в качестве обеспечения по контракту, должен стать Гринготтс.       — Это бред, Саид. Ты же понимаешь, что гоблины ни за что не согласятся на это.       — Я понимаю, и Ахмад это понимает.       — Тогда...       — Это просто способ отсрочить подписание соглашения, чтобы дать ему время придумать, как его избежать вовсе.       — Почему он не хочет сотрудничества с Англией? — вмешался Малфой.       — Во-первых, потому что инициативу заключить контракт с вами выдвинул я. Его не устраивает верховенство моего отца в Совете, после которого занять пост Верховного Эмира должен буду я. Поэтому он старается саботировать любую деятельность моей семьи.       — Он хочет занять ваше место? Разве это возможно?       — Возможно в двух случаях — если в моей семье не останется наследников мужского пола или, если он сможет убедить всех эмиров проголосовать за него.       — Он не посмеет, — неверяще покачала головой Грейнджер.       — Убить моего отца, меня, дядю и брата? Я бы не удивился, если бы он попытался.       — А настроить совет против?       — Вряд ли, он не обладает таким влиянием и таким количеством денег, чтобы подкупить всех.       — Второй причиной его нежелания подписывать договор является то, что эмир Ахмад — владелец единственной зельеварческой компании во всех Эмиратах. После того, как наши компании вольются в местный рынок, он существенно потеряет в прибыли. К тому же у наших компаний гораздо шире ассортимент и лучше качество. Он рискует вовсе потерять свой бизнес, — пояснила Гермиона.       — Вы сказали, что он специально оттягивает подписание, чтобы найти способ полностью избавиться от контракта. Каким образом он может сделать это?       — По своим каналам я выяснил, что Ахмад и его люди собираются спровоцировать международный скандал, чтобы Англия сама отказалась от сотрудничества.       — Что он собирается сделать, Саид?       — Навредить тебе, Гермиона! И так, чтобы подозрения пали на меня. Если с тобой что-то случится на территории Эмиратов, сразу обвинят меня, Ахмад не случайно закинул наживку вашему министру о том, что я представляю для тебя опасность. Тем самым я буду скомпрометирован, после чего Ахмад потребует убрать меня из Совета, а отсутствие членства в Совете автоматически лишит меня титула Верховного Эмира в будущем. Первая его цель будет достигнута. И, конечно, договор с Англией станет невозможен, уверен, что ваше Министерство не потерпит угрозы жизни британского дипломата на территории страны, с которой собиралось сотрудничать.       — Откуда тебе это известно?       — У меня есть свой человек среди приближенных Ахмада. Ты действительно в опасности здесь, Гермиона. И проблема состоит в том, что выяснить, что именно они задумали, мне не удалось.       Гермиона какое-то время молчала, судорожно соображая, что им теперь делать.       А если мы попробуем их обыграть?       Она повторила свою мысль вслух.       — Нет! — в один голос вскрикнули мужчины.       — Грейнджер, даже не думай! — прорычал Малфой.       — Гермиона, я не позволю тебе рисковать своей жизнью. Мы поняли, что ты имеешь в виду. Ты не станешь наживкой!       — Почему нет, Саид? Это решило бы все наши проблемы. Со мной ничего не случится. Достаточно лишь их попытки навредить мне, и Ахмаду не отвертеться.       — Грейнджер, это опасно.       — Я знаю, но вы будете рядом и сможете меня защитить.       — Что ты придумала?       — Первым делом, мы должны усыпить бдительность Ахмада, создать у него впечатление, что мы играем по его правилам.       — Каким образом?       — Мы дадим ему возможность попытаться осуществить задуманное. Но прежде предупредим Британское Министерство и некоторых членов Совета, которым ты доверяешь. Если он попытается навредить мне, то попрощается с членством в Совете, и мы спокойно подпишем договор.       — Я против, Грейнджер! Это слишком рискованно, мы не сможем просчитать все его шаги наперёд. Что если он попытается убить тебя?       — Драко, вы будете рядом, я не пострадаю! — глаза Гермионы округлились, когда она поняла, что назвала его по имени.       Малфой лишь смотрел на нее, не скрывая своего удивления, уголки его губ приподнялись в легкой улыбке.       — Я рад, что мы теперь называем друг друга по имени, Гермиона.       Мое имя из твоих уст звучит как-то чужеродно. И чего ты вообще лыбишься, Малфой? Я просто оговорилась, ради Мерлина.       Она заметила недобрый взгляд Саида в сторону Малфоя. Конечно, она знала, что он питает к ней какие-то чувства, он ей тоже нравился, но как они могут быть вместе? Разве ее примут в его семье, в его стране? Его отец мечтает женить его на Иорданской принцессе, а она самая обыкновенная девушка, совершенно не ровня будущему Верховному Эмиру Магических Объединённых Арабских Эмиратов. Да и сама Гермиона не была готова навсегда покинуть Англию и бросить работу, чтобы сидеть дома и воспитывать детей, словно принцесса в золотой клетке.       Саид был привлекательным мужчиной — высокий, широкоплечий, подтянутый и стройный. С бездонными карими, практически чёрными глазами и угольно-чёрными волосами. Он точно привлекал ее. Она соврала бы, если бы сказала, что ей не нравилось его внимание. Но она не знала, как разрушить непреодолимую стену между ними. Верховный Эмир Эмиратов и обычная ведьма из Англии. Невозможно.       Чертов красавец-блондин Малфой ее тоже привлекал. Когда он только стал таким? Он возвышался над ней, как скала, он не был сильно накачанным, но она была уверена, что его тело было рельефным. Он был безумно сексуальным — выразительные скулы, пухлые манящие губы, глаза цвета грозы, выпирающее адамово яблоко, которое хотелось облизать языком, сильные руки и крепкие бёдра.       Великий Мерлин, как бы ты сжимал меня своими огромными ладонями, а я бы с удовольствием оседлала твои «квиддичные» бёдра…Стоп! Стоп, Гермиона! Не смей даже думать об этом! Между вами тоже стена. Из прошлых ошибок и разных статусов крови. Что бы он там не говорил о том, что отбросил предрассудки. Он чистокровный, ты грязнокровка. Невозможно. Его мать наверняка уже подобрала ему в невесты чистокровную аристократку.       — Герм, ты в порядке?       Черт!       — Конечно, Саид. Просто задумалась.       Прекрати, Гермиона. Тебе нельзя думать об этих горячих мужчинах.       — На чем мы остановились?       — Мы говорили о том, что и я, и Драко против твоей идеи ловить Ахмада на живца.       — Вам придётся смириться. Я готова, это мое решение. Вы не можете мне что-либо запретить. Мы подпишем этот чертов договор, чего бы мне это не стоило. И я уверена в том, что со мной ничего не случится.       — Герм…       — Саид, ты самый влиятельный шейх в Эмиратах, у тебя есть маленькая волшебная армия. Я не пострадаю, хотя бы потому, что мы ожидаем нападения. Предупреждён, значит вооружён.       — Гермиона, тебе в жизни не достаточно было приключений? — Саид смотрел на неё пристально, в его красивых глазах плескалось беспокойство. — Я не хочу, чтобы ты рисковала из-за меня!       — Я рискую не только ради тебя, но и ради своей страны, своей карьеры. К тому же я не забыла, как ты когда-то рискнул собой ради меня!       Саид тяжело вздохнул.       — О чем это вы? — Амира, наконец, подала голос.       — Это неважно, сестра. Это только наше с Гермионой дело, — отрезал эмир.       — Прости, брат, — девушка опустила глаза.       Гермиона положила руку на ладонь Саида, он легко сжал ее пальцы.       Черт, что такого было между вами в прошлом?       Драко, стискивая зубы, смотрел на их переплетенные ладони. Неведомое доселе всепоглощающее чувство ревности грызло изнутри. Он не мог побороть в себе это. Но разум кричал, что нужно остановиться, пока не поздно. Потому что он знал, что проиграет. И ему будет больно. Между эмиром и Грейнджер было прошлое, наполненное приятными воспоминания и взаимной поддержкой. Что было в их прошлом? Боль и кровь. Это невозможно забыть. Это невозможно простить. Даже если она и сказала обратное, он знал, что не простила и никогда не простит.       Драко осознавал, что это увлечение бывшей гриффиндоркой нужно побороть. Она красивая женщина, да. Великолепная ведьма, да. Сильная и смелая личность, да. Она Гермиона Грейнджер. Она отвергнет его. А просто секса и ему, и ей будет недостаточно, он был в этом уверен. Прикоснувшись к ней один раз, он не сможет остановиться. А она просто не такая, чтобы искать связи на одну ночь.       И у него был соперник, хоть вслух они этого и не произнесли. Соперник сильный. И он явно побеждал. Поэтому Малфою нужно достойно проиграть сейчас, чтобы уберечь себя от сердечной боли в будущем. Потому что что-то подсказывало ему, что он обязательно ее испытает, если не остановится. А он слишком эгоист, чтобы страдать из-за любви.       — Мы можем вернуться на виллу? Я ужасно устала, — тихий голос Грейнджер выдернул его из размышлений.       — Конечно, моя магнолия.       Блять, почему магнолия? Почему ей это нравится вообще?       Через десять минут все разошлись по своим комнатам на вилле шейха, погрязшие в тяжёлых думах.