Третья сторона медали

Дорожки пыли, пыль дорожек, Белый смелый, хитрый тоже. (Люмен, “Сид и Нэнси”).

      Сегодня приезжает племянник. Петунья не поехала вместе с мужем, она готовилась к его приезду морально и готовила яблочный пирог. Наверное, она не сможет расположить к себе этого ребёнка, которого почему-то так раньше не любила, но она постарается сохранить с ним нейтральные отношения и постарается исправить то, что уже успела сделать. Она не отдаст этой магии ещё и племянника. Он часть её семьи и она постарается всё вернуть, вернуть то, что уже произошло и встало стеной.       Гарри Поттер попрощался с друзьями навсегда. Он не просто перенёс эти несколько дней, но теперь даже был рад видеть дядю Вернона, которого не видел очень давно. — Добрый вечер, сэр, — он сухо кивнул, дядя не вызывал таких отрицательных эмоций, как раньше, просто обычный человек, не самый приятный, но и не самый плохой, он просто боялся того, чем не владел и пытался с этим боротся своими способами. Пусть и не самыми гуманными. — Добрый вечер, Гарри, — Вернон кивнул, открывая перед ним багажник и забирая его вещи.       За окнами мелькали летние пейзажи и поля. Радио молчало и никто не прерывал тишины, было спокойно. Дядя хорошо вёл автомобиль и ровно ехал по своей полосе, он не задавал вопросов и не выглядел недовольным, значит, настройки Альбуса частично слетели, как и говорила Арин. Главное вслух не назвать директора Альбусом, эту привычку он подхватил во время разговора наверху и теперь не мог от неё избавиться, но если честно, не очень-то хотел.       Они доехали быстро, и вот он снова делает шаг в сторону такого знакомого дома на Тисовой улице. И почему это трогает сердце намного больше, чем лица таких близких до этого людей. — Гарри, ты идёшь? — Вернон зовёт его на пороге, мальчик кивает и спешит зайти в дом. — Добрый вечер, Гарри, — тётя Петунья доброжелательно улыбается и Гарри не может не улыбнутся в ответ, он попытается сделать всё, что бы попробовать наладить общение с теми, кто был с ним действительно честен и пусть их чувства были несколько редактированы, сейчас всё иначе. Он не думает о том, что они станут самыми близкими людьми и не думает о том, что они будут любить его до смертного одра, но они точно смогут стать теми с кем можно общаться и иногда получать от этого удовольствие. — Добрый вечер, тётя, у нас правда на ужин яблочный пирог? — Поттер прекрасно помнил, что яблочный пирог тётя готовила только по особым случаем и он никак не относил свой приезд к этим случаям. — Правда, и один небольшой серьёзный разговор. Сначала переодевайся и пойдём я провожу тебя в твою новую комнату. — Новую комнату? — Да, об этом тоже будет разговор, — женщина кивнула и перехватила у него часть вещей. Вернон ушёл на кухню — ставить чайник.       Старая детская Дадли оказалась весьма уютной и что самое главное убранной, с новым комодом и красивой новенькой красной лампой на учебном столе, которого до этого тут точно не было. — Заходи и располагайся как тебе удобнее, я не успела убрать из шкафа все вещи и сверху там пока полежат зимние куртки, поскольку доставка нового шкафа задерживается, но думаю, что это не доставит сильных неудобств. — Спасибо, — Гарри действительно был тронут и неожиданно для себя, да и для самой тётушки крепко обнял последнюю, и та несмело обняла сына Лили в ответ. Ком в горле застрял и не собирался исчезать. — Что ж, ждём тебя на кухне, — Петуния вышла, аккуратно закрыв за собой дверь. Гарри Поттер только тяжело вздохнул, будет намного сложнее, чем он предполагал, и теперь у него кажется есть место, где он пока может остаться для решения всех своих дел.       Петуния немного постояла за дверью, приводя дыхание в порядок, хотя никогда не была сентиментальной, видимо это всё нервы и отсутствие сына, которому она могла бы уделять внимание и не думать о том, о чём думать требовались какие-то душевные силы.       Вернон хмуро смотрел как чаинки кружатся в прозрачном чайнике и думал о том, что его жена замечательная женщина и что он попытается ей соответствовать, хотя бы в том, в чём сможет.       Гарри спустился вниз и окинул новым взглядом кухню, такие знакомые стены и такие новые, зелёные глаза полыхали изумрудным свечением, но этого никто не заметил. Летнее солнце всегда садится поздно и свет ещё не зажигали, аппетитный яблочный пирог красиво возлежал на большом блюде и был готов к серьёзному разговору в отличии от родственников. — Итак, Гарри, — наливая чай в фарфоровую чашку, начала Петуния, — мне жаль, что так вышло. Я имею ввиду, что раньше наши отношения нельзя было назвать тёплыми и я сожалею о том, что часто была к тебе несправедлива, как и мой муж, и разумеется, наши слова не вернут время назад, и это невозможно, — на эту фразу Поттер только насмешливо фыркнул, он теперь знал, насколько это невозможно, никто не заметил выражение, что мелькнуло на его юном лице, — но я очень надеюсь, что мы сможем преодолеть эти барьеры и сохранить то, что ещё можно сохранить.       Тётушка Петуния резко выдохнула. Слова закончились и теперь она не знала, что можно сказать ещё этому слишком взрослому ребёнку. — Мне тоже очень жаль, Гарри и я не знаю, что можно добавить, — Вернон смотрел куда-то помимо вихрастой макушки племянника. — Что ж, я понимаю, наверное, и давайте попробуем по новому, большое спасибо за комнату, — он кивнул, — так же я хотел попросить вас дядя, дня через два или когда вам будет удобно — отвести меня в Лондон, мне нужно решить дела по волшебной части. — Хорошо, через три дня у меня сокращенный рабочий день, так что если тебе будет достаточно полдня, тогда можем договорится на этот день. — Да, отлично, — и Гарри с удовольствием откусил от яблочного пирога.       Банк Гринготтс встречал всех своих гостей одинаково. Большое высокое здание с колоннами производило нужное впечатление и даже, если ты видел в этой жизни многое Банк явно видел больше и становилось немного жутковато. Гарри Поттер с интересом рассматривал величественное строение и вздохнув, поправил плащ и смело шагнул внутрь. — Добрый день, — гоблин перед ним спокойно кивнул, словно это в порядке вещей, видеть столь маленьких детей без родителей. Его спокойные сероватые глаза внимательно пронизывали клиента. — Добрый день, скажите пожалуйста, к кому я могу обратиться по вопросам наследования? — Вы хотите поверенного конкретного рода? — Да, но не уверен, что у этого рода есть отдельный поверенный. — Пройдёмте, — служащий банка что-то быстро сказал своему коллеге и тот кивнул, они же устремились в соседний зал, прошли его полностью, и через коридор оказались перед кабинетом с табличкой «заместитель управляющего второй степени Ронгорхвест». — Прошу вас, мистер, — и гоблин пропустил посетителя вперёд.       Кабинет Ронгорхвеста был средних размеров и приятно удивлял своим минимализмом. Пара кресел, удобный стол в центре для посетителей и отдельный стол для работы самого хозяина кабинеты из темного дерева радовали глаз. Атмосфера в кабинете сразу настраивала на рабочий лад. — Что ж, прошу вас, присаживайтесь, как я понимаю, вы хотите обсудить дела рода с поверенным, но пока не можете утверждать, что имеете на это право? — Именно, я с удовольствием пройду необходимую процедуру проверки и разумеется, у меня есть чем её оплатить, только сначала нужно будет обменять деньги на галлеоны, — согласно кивнул Гарри. — Что ж, — видимо это было одно из любимых выражений гоблина, — тогда не будем откладывать, не знаю, в какой степени вы осведомлены, поэтому поясню полностью. Процедура проверки принадлежности рода происходит через кровь и зачарованный пергамент, есть стандартная проверка, где указывается необходимый уровень родственников, наследство или право владение, закрепленное магически и сейфы, их состав, в нашем банке при наличии, и полная проверка, включая предрасположенность к дару, дальних родственников, исследование крови, что входит в её состав, последние влияющие факторы, если они есть и состояние магического ядра, при серьёзных нарушениях — консультация нашего колдмедика, и разумеется, что обе проверки происходят только после заключения договора о неразглашении. — Большое спасибо за столь подробное объяснение, да, думаю, что на данном этапе мне будет достаточно и стандартной проверки.       Проверка прошла быстро и теперь Гарри внимательно вчитывался в пергамент. Гоблин перебирал свои бумаги и никак не торопил своего клиента. Родители были те же, как и их статус — мертвы, не то, чтобы он надеялся увидеть что-то другое, но укол сожаления все же почувствовал. А вот строчка дедушки и бабушки явно его заинтересовала.       Со стороны отца было всё довольно ясно, Джеймс — единственный сын в семье, его родители умерли от драконьей оспы, а вот со стороны матери стояли не привычные миссис Эванс и мистер Эванс, а неизвестные Джозеф и Линда Блейк, причём его тетушка Петуния не отражалась на пергаменте совсем. — Может ли пергамент не отражать родственников среди магглов? — Тот, кто связан с вами кровью - будет отражен, например, если у вашего отца был брат - маггл, то он будет отражен, как и его статус, а вот его супруга уже нет, при этом его ребёнок да, а вот внук вряд ли, — пояснил охотно гоблин. — И что значит, если у моей бабушки не стоит дата смерти? — Гарри ещё раз внимательно всмотрелся, но дата так и не появилась. — Значит, она жива.       Рон Уизли был из тех людей, кто привык выполнять свою работу хорошо, и пусть ему не так много лет, создавать образ непослушного мальчишки, который дружит с героем и быть глупее остальных, не представляло для него слишком много сложностей. Поэтому он был весьма озадачен поведением Гарри Поттера в последние три дня. Объяснение было простое — уезжать к родственникам, которые тебя не любят, не самая приятная вещь. И это действительно было так. Несмотря на найденное объяснение и не сильные странности, что-то волновало Рона Уизли. Что-то внутри не давало расслабиться и наконец-то жить своей жизнью. Мать как всегда рада их видеть и теплое чувство согрело изнутри, заглушая тревогу лишь на время.       Они договорись встретиться с Гермионой дня через два и обсудить учебный год без посторонних и что важно без директора. Ведь Гермиона тоже заметила, что с Гарри что-то не так, поэтому это вполне разумно, поговорить с кем-то, кто работает в том же направлении, что и он.       Он построит свою жизнь потом, и когда закончит Хогвартс у него уже будет на что строить эту самую жизнь. И пусть дружить за деньги не самая лучшая работа, все остаются при своём выигрыше. Гарри получает друга на своей стороне, пусть не знает, что ему, Рону, за это неплохо платят, ему самому платят деньги, а директор не переживает о том, что мальчик будет одинок. Каждый получит своё — в этом Рон был уверен. И он тоже, и если у его будущего такая цена, то что ж, не самый плохой выбор. Тем более Гарри Поттер действительно ему нравился, да и занимательные приключения тоже никто не отменяет.       Встреча с Гермионой прошла спокойно, но нового объяснения он так и не услышал, а ещё Гермиона смогла своей логикой и аргументами похоронить на более длительное время его тревогу.       Молли Уизли была из тех женщин, что всегда правы. И в большой семье спокойно удерживала свой авторитет и пусть их семья сейчас не являлась богатой, её большая семья теперь могла исправить это и заодно помочь этому несчастному мальчику, Гарри Поттеру. Разумеется, получив за это немалые деньги, всё-таки этот мальчик им никто, и пусть её материнские чувства говорили ей о том, что можно было сделать что-то и просто так, она предпочитала включать их в свой счёт. Её дети должны быть обеспечены прекрасным будущим, чтобы затем обеспечить её саму, это закон равновесия и нарушать его как минимум глупо. Она любит своих детей, но любовь — это не то, за что можно получать хорошие деньги.       Джинни же составит прекрасную партию будущему дважды национальному герою, и будет благодарна матери не только словами, но и деньгами, а значит её внуки будут достойными людьми. Она в молодости гордо шагнула в сторону от своего рода и не может уже шагнуть обратно и пусть мужа она любит, это любовь, которая не приносит ей денег. Её дочери нравится мистер Поттер, а значит эта симпатия будет неплохо звенеть в её кошельке.       Молли Уизли не считала себя самой умной, но она была достаточно умна, чтобы не показывать себя с любой другой стороны директору. Тот ещё жук, с которым выгодно сотрудничать, но вставать на пути у которого слишком рискованно. И если её муж далек от всего этого и слишком близок к магглам, то ей, Молли Уизли, приходиться принимать решения за всех, а это такая неблагодарная работа.