А на неведомых дорожках… танцуют черти в босоножках.

У лукоморья дуб зелёный; Златая цепь на дубе том: И днём и ночью кот учёный Всё ходит по цепи кругом; Идёт направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит. Там чудеса: там леший бродит, Русалка на ветвях сидит; Там на неведомых дорожках Следы невиданных зверей; Избушка там на курьих ножках Стоит без окон, без дверей; Там лес и дол видений полны; Там о заре прихлынут волны На брег песчаный и пустой, И тридцать витязей прекрасных Чредой из вод выходят ясных, И с ними дядька их морской… Из «Истрии Колдовстворца», пером его выпускника, Александра Пушкина.   Когда Гермиона впервые прочла поэму известного в обоих мирах автора, правда, в одном из них слывшего сказочником, а в другом – историком, её внимательный глаз и аналитический ум мгновенно споткнулись об один очевидный факт. В Колдовстворце имелись два профессора разного пола, очевидно исполнявших одинаковую функцию: обучать перемещению и существованию под водой. И конечно же, Грейнджер имела в виду Русалку, сидевшую на ветвях дуба, и дядьку Черномора.  В ответ на её вопрос Малфой только безразлично пожал плечами: – Во всех скандинавских школах практикуют раздельное обучение. Более того, девочек и мальчиков учат разным вещам. – Малфой, 21-й век на дворе вообще-то, не думаю, что все так плачевно. Или они настолько пассивны и тоже застряли в своих устаревших взглядах? – Гермиона презрительно фыркнула, вполне ожидая, что подобное дублирование функций вероятнее всего давно уже искоренили за неактуальностью. Элементарно потому, что устарело.  Да и судя по всей доступной информации эта самая русалка, сидевшая на ветвях, кроме как декоративной, никакой другой функции не имела. В отличие от дядьки Черномора, в чьи обязанности входила охрана острова, а следовательно, вероятнее всего именно он и вёл классы нахождения под водой, которые Грейнджер уже обнаружила в перечне уроков Колдовстворца.  Вновь отличавшегося в этом аспекте от Хогвартса, где Гарри когда-то пришлось за несколько дней соображать, как научиться делать именно это. И в результате Грейнджер оказалась абсолютно не права, когда в первый же день занятий вместе с остальными девушками обнаружила себя напротив того самого знаменитого дуба с довольным котом, словно на качелях раскачивающимся на цепи, и русалкой. Кот с улыбкой своего чеширского родственника наблюдал за реакцией всех присутствующих, в то время как Русалка деловито убрала волосы в гладкий хвост, явно чтобы не лезли в глаза и не мешали. А потом свесила одноимённую часть собственной анатомии с ветки дерева и заговорила. – Приветствую вас, мои милые, на первом занятии по освоению подводной жизни. Во всяком случае, для одной из вас это действительно станет первым уроком, и мне кажется, что у нашей английской гостьи уже больше вопросов, чем у скумбрии мальков. – Простите, – в голосе Гермионы явно слышалось раздражение. – Но я действительно отказываюсь понимать, почему этот урок должен преподаваться раздельно. И вообще, почему в Колдовстворце волшебников обучают одним навыкам, а волшебниц другим! А некоторым вещам нас вообще не учат! – А, если вы про управление посохом, моя дорогая, то всего лишь укажу вам очевидный факт, что раньше у вас никогда не появлялось по этому поводу никаких амбиций. А его отсутствие не вызывало чувства, что вам чего-то не хватает, не правда ли? – Русалка скрестила руки на груди и задорно ей подмигнула, а от явной двусмысленности её слов Гермиона густо покраснела. – Спасибо, всегда была удовлетворена и волшебной палочкой, – поджала губы Гермиона, но при виде приподнятой с ещё более очевидной иронией брови Русалки, осеклась. – Но сейчас я не об этом! Ведь в конечном итоге мы все практикуемся  воссоздавать жабры! Тогда почему бы не вести эти уроки вместе? – И в довольно скором времени, мадемуазель, – по какой-то непонятной Гермионе причине в Колдовстворце предпочитали обращаться ко всем на французский лад. – Вы обнаружите, что как раз таки жабры – это самое простое,  что можно сделать. Всего несколько соответствующих спор, и вуаля. На следующий час у вас прорезались жабры. Если можно верить весьма достоверным источникам, даже четырнадцатилетний сопляк может справиться, если под покровом ночи очистит подсобку преподавателя Зелий. Но ведь не всегда у вас под рукой могут быть нужные споры, мисс Грейнджер, – а всё-таки Русалка прекрасно знала, как следует обращаться к Гермионе. – Более того, порой для того, чтобы избежать преследование или просто элементарно улизнуть, нужно плыть не поднимая головы над водой больше, чем час. А иногда ваши руки связаны, моя дорогая, ведь вспомните классическое испытание ведьм в довольно многих странах в средневековье. Да, да, связать руки, голову в мешок и утопить в ближайшей водной стихии. А как вы думаете, что у вас отберут первым? Вот именно, любой мешочек. А потом Гермиона только в изумлении наблюдала, как Русалка скрестила ноги, поудобнее устраиваясь на ветке. Как, когда, и коим образом её хвост разделился надвое, чешуя преобразилась в сверкающую зеленоватой материей, практически прозрачную юбку, а на ступнях появились модные стилеты,  да ещё и от Manolo Blankis, Грейнджер не заметила. А сама Русалка тем временем ей задорно подмигнула. – Вот именно, моя дорогая. Что ж, дамы, позвольте начать сегодняшнее занятие с несколько иной лекции. Для наших заграничных гостей, так сказать. И первое, что я бы вам настоятельно рекомендовала записать красными, не смывающимися чернилами на неразрушимом пергаменте, моя милая, это следующее: чтобы достигнуть равных результатов абсолютно не обязательно идти одинаковым путём. Порой то, что кажется равноправием, на самом деле скрывает в себе дискриминацию. И наоборот. То есть, если изначальные условия по определению не одинаковы, то и идти одной дорогой глупо. Особенно если можно предсказать, что кого-то на ней поджидает западня. Наших волшебников действительно учат пользоваться посохом. Вот только одним из навыков, которые им следует усвоить, является рукопашный бой. Да и более того, позвольте вам напомнить, что исторически перемещаться пешком и в одиночестве было довольно обычным делом для особ мужского рода. Они совершенно не обращали на себя внимание, когда путешествовали таким образом. В отличие от юных дев, где путешествовать без охраны, да ещё и одной на своих двоих было неприемлемо. Уже не говоря о том, что мы вообще привлекаем к себе намного больше внимания. А следовательно, должны уметь его избегать и просто отвлекать. А ещё, нас должно быть намного сложнее опознать. И с этими словами русалка медленно провела перед своим лицом рукой, мгновенно изменяя собственную внешность. Вместо еще мгновение назад рыжеволосой, курносой красавицы, с ветки на землю спрыгнула голубоглазая блондинка. Ещё одно мановение ладони перед лицом - и во лбу той, кто ещё несколькими минутами назад приветливо помахивала роскошным хвостом, зажглась остроконечная звезда. А из-под теперь уже русой косы засверкала луна.  После чего волшебница вновь задорно подмигнула Грейнджер, резко взмахнула широкими рукавами вдруг оказавшейся надетой на ней тонкой рубашки - и превратилась в белоснежную лебедь. Которая взмыла в небо, сделала несколько кругов над Лукоморьем и внезапно приняла образ жар птицы.  Потом жар-птица продемонстрировала, что если ты умеешь летать, то уже совсем неважно, кого ты напоминаешь, по очереди обратившись в белоснежную голубку и сову, и уже напоследок приняв облик вороны. Потом, словно именно этот образ был её самым излюбленным, она вновь приняла вид жар-птицы, а на траву приземлилась уже Черноокая красавица в восточных одеяниях. – Да, да, да, мои милые. И царевна-лебедь, и Шамаханская царица, и царевна-лягушка. Мне абсолютно безразлично, в каком облике я появляюсь людям. – Вы метаморф, – кивнув головой, выдохнула Гермиона в явном осознании неоспоримого факта. – Что ж, это действительно необыкновенно удобные чары! – Это всего лишь трансфигурация, мисс Грейнджер, хотя и вынуждена признать, одновременно приходится поддерживать сразу несколько чар иллюзии и гламура. Плюс, не забывать заглянуть в какой-нибудь модный и непременно современный каталог одежды, потому что всему свое время и место. Иногда подойдут две ракушки вместо купальника, а иногда без Шанель тебя и дьявол не спасёт, будь он хоть трижды одет в Праду. А бывает, что у тебя просто болят ноги и лучше всего полетать в ступе. При этих словах волшебница щелкнула пальцами и превратилась в легендарную Бабу Ягу. С костяной ногой и облачённую в старый сарафан, нужно сказать. В полном соответствии с легендарным сказочным образом, как мгновенно отметила для себя Гермиона. – Ну, не мне вас учить, что иногда любой девушке нужен отдых от макияжа и гламура. Как и порой просто хочется послать всех куда подальше, пригрозить чем похуже, и не заморачиваться по поводу внешнего вида. Да и сами понимаете, всех этих молодцев накормить, напоить, да спать уложить – это ещё полбеды, особенно если у тебя там на одной из полок завалялся котёл со старой кашей под чарами стазиса исключительно для этой цели, – волшебница, которая с каждой минутой в глазах Гермионы Грейнджер все больше набирала авторитет и все ближе приближалась в своем статусе к легендарной основательнице Хогвартса Ровенне Рейвенкло, вновь ей задорно и многозначительно подмигнула. – Но вот самой рядом с ним ложиться, так сказать, а особенно просыпаться, далеко не с каждым хочется. После чего она внезапно поднялась на ноги, хлопнула в ладоши, на этот раз приняв свой исходный внешний вид, только вместо хвоста по-прежнему щеголяя стройными ногами в удобных джинсах и полусапожках на толстом каблуке, и подытожила. – Итак, красны девицы, как вы уже несомненно поняли, пока мальчики будут гордо размахивать своими посохами, мы с вами будем изучать Высшую Трансфигурацию.