Монстр

      Дирк постарался вырваться из дома до того, как ГИ проснулся. Да, сейчас ещё очень рано, но задерживаться надолго означает прийти в школу в синяках. С тех пор, как Австро-Венгрия заболела, ГИ начал позволять себе слишком много, ведь она не могла защитить ни себя, ни детей. Веймар делал всё, что мог, чтобы уберечь брата от рук отца, но не всегда у него это получалось. Рейх добежал до школы и сел на лавочку, ждать, когда начнётся учебное время. — Хей, Рейх! - это был голос Союза, - Ты что здесь делаешь так рано? — Я просто хотел прогуляться и вышел к школе. — Прямо в школьной форме? Рейх посмотрел на себя, он и правда не подумал о том, что он одет в школьную форму. — Ладно, я немного ошибся со временем. - Дирк совсем не хотел рассказывать о том, что происходит между ним и его отцом. Союз засмеялся. Они с Рейхом прекрасно знали, что и сам Владимир часто путал время и приходил в школу раньше или позже. — Ну ты даёшь! А надо мной смеялся! Пойдём ко мне, а то ты, похоже, не завтракал. Рейх поднялся с лавочки и пошёл за Союзом. Он уже много раз был у него дома, поэтому знал, куда идти. Они шли молча и каждый думал о своём. Союз задавался вопросом, почему Рейх последнее время такой странный, Дирк спрашивал себя: почему Союз дружит с ним? Все мальчишки в пансионате сторонились его и называли "монстром" из-за того, что вместо нормальных зубов у Рейха были острые, как лезвие клыки, а с недавних пор его волчьи уши стали покрываться чем-то вроде костяного нароста и приобретать какую-то странную форму. — Папа, я вернулся! - крикнул Союз. — Хорошо, сынок. - раздался голос РИ. Тут закричала кукушка в часах. Дирк вздрогнул и посмотрел на них. Часы показывали шесть часов утра. — Папа, можно Рейх с нами позавтракает? — Можно. - сказал Пётр. - Катерина, поставь ещё одну тарелку на стол! — Слушаюсь, господин император... - ответила с кухни девушка. Катерина — это служанка в доме Российской империи и Союза. После смерти мамы у Владимира возникли крепкие узы с этой женщиной и он обещал, что когда он возьмёт власть, она больше не будет простой служанкой. — Мальчики, идите к столу. - позвала она. Друзья разулись и пошли завтракать. На столе стояли по две тарелки с кашей и с яичницей и кружки с чаем. — Приятного аппетита. - сказала Катерина. — Спасибо, - ответил ей Союз, Рейх кивнул, так как уже приступил к еде. Он ничего не ел уже второй день, за исключением пары кусков хлеба, которые принёс Веймар. — Тебя как будто дома не кормят. - заметил Союз. Рейх резко поднял голову. И как только он угадывает?! — Вова, нельзя так говорить. - в кухню вышел Российская империя. - здравствуй, Дирк. Немец кивнул — его рот всё ещё был наполнен кашей. — Я всё, папа! - сказал Союз выбираясь из-за стола. — Тогда иди. Финляндия о чём-то хотел с тобой поговорить. — Хорошо. - Союз быстро убежал по лестнице, а РИ сел возле Рейха и тихо спросил: — Что у вас там происходит с отцом? Дирк проглотил яичницу и также тихо ответил: — Мама легла в больницу, а отец запил. Он уже даже её не стесняется. Мне кажется, она там от него прячется. — Не ругаются они? — Ругаются. Я их слышу из своей комнаты. Отец бутылки швыряет. Мама кричит о разводе. — А как поживает брат? — Уезжать собирается. Говорит, что ему это надоело. Я не знаю, что будет, когда он уедет... — А дедушка твой? — Он вообще с нами больше не общается. - на удивление Дирк говорил всё это с холодным спокойствием. — Ужас... - РИ закрыл лицо ладонью. Рейх опустил голову. Этот русский был тем, кто прекрасно знал его отца, ведь они хорошо общались с самого начала. РИ знал ГИ ещё с тех времен, как он был маленьким, а страной управлял Пруссия. Петра ужасал тот факт, что тот милый мальчик сейчас алкоголик, избивающий свою жену и детей, а его отец порвал связи с родственниками и бесследно исчез. — Вам уже пора в школу. - сказал наконец РИ. — Да, пап! - на кухню прибежал Союз. Рейх выбрался из-за стола, взял свои вещи и они уже вместе пошли в пансионат. Они всегда и везде ходили вместе. Их дружба завязалась с самого первого дня Рейха в этом месте. Владимир был единственным, кто принял Дирка во всём пансионате, остальные дети боялись его и задирали из-за его зубов. Но тот учебный год стал последним, когда Союз видел Дирка таким. Когда они встретились после каникул, во время которых Союз уезжал в Москву к своему брату РСФСР-у, Рейх изменился. Он уже не скрывал свои зубы и если и улыбался, то непременно во весь рот. Но чаще он вообще не проявлял никаких эмоций. А ещё Владимир заметил, что у его друга теперь была странная причёска — чёлка зачёсана влево, — волчьи уши больше не были покрыты костяным наростом, а ещё Дирк сменил школьную форму на коричневую рубашку и брюки. — Oh, hallo! - на удивление Союза, Рейх поздоровался с ним по-немецки, хотя и знал русский. — Привет? - Владимир заметил, что немец теперь на голову выше него и, разговаривая, смотрит сверху вниз. — Я скучал по тебе, Союз - Дирк продолжал говорить исключительно по-немецки. - Du weißt... Ich muss dir etwas zeigen! Он схватил русского за руку и потащил в кладовку. Это напугало Союза, ведь он не всегда понимал, что говорит Рейх. Немец закрыл дверь и в кладовке стало совсем темно, но стоило ему повернуться к Владимиру, как тот увидел, что глаза у Дирка светятся ледяным голубым. Что-то в этом свечении заставило табун мурашек пробежать по спине Владимира. Он не мог сказать что, но мог поклясться, что даже если его разбудят в четыре ночи и спросят про это, то он сможет в подробностях всё описать. Союз не мог описать, что его напугало сильнее: то, каким пустым, холодным и бесчувственным был взгляд Рейха, хотя он был таким с самого первого дня их знакомства, или то, что его зрачки вытянулись вверх, как у хищника, готового напасть на свою жертву и разорвать её на части. А может то, что это было не просто отражение света от глаз, как у кошек — голубое свечение прекрасно освещало рисунок флага. Что-то внутри Союза сказало ему, что этот паучий рисунок будет сопровождать его долгие долгие годы. Что-то говорило ему, что свастика, когда-то считавшаяся символом удачи и солнца, теперь означает смерть и войну. Что смысл символа переменился в мгновение ока в этот самый день... Сказало это что-то внутри Союза, как отрезало и тут же ушло, заберя с собой эту внезапную мысль. — Was denkst du? Ist es wirklich toll? - спросил Рейх, но Союз ничего не понял, - Obwohl ich keine zusätzlichen Wörter brauche, weiß ich bereits, dass es großartig ist! — Ты меня пугаешь, Рейх... - Союз не понимал, почему так боится своего старого друга. - я не понимаю тебя... — И что? - спросил Рейх, скрещивая на груди руки, - Ich verstehe dich sehr gut — das reicht aus. Und jetzt sieh dir das an! Дирк вышел из кладовки и поманил на собой Союза. Они зашли за поворот, где немец снял с головы уши — оказалось, это была лишь имитация. Владимир так и замер на месте — там, где раньше у его друга были волчьи уши теперь были внушительные дьявольские рога. — Как они помещались под этой штукой? — Es ist Magie! Sie kuscheln sich wie Ohren an den Kopf und verschmelzen mit den Haaren! - Дирк снова надел искуственные уши, показывая, как это происходит. Взгляд его был безумным. - Мама сказала больше их не снимать, но мы же друзья, да? — Ты пугаешь меня, Рейх! - Союз отпрыгнул назад. — Глупый, трусливый русский! - Рейх оскалился и пошёл было на Владимира, но звонок прервал его, - Du hast Glück gehabt... Ich wollte dich bitten, meinem Vater Grüße zu überbringen. Первую фразу Союз понял прекрасно, ведь её Рейх произнёс на русском. Вторую — лишь частично. С того дня их дружба медленно пошла на убыль.Союз боялся Дирка и того, как сильно он поменялся. Но самый главный вопрос, мучивший Союза —это то, что именно немец имел в виду, когда говорил про отца? Вернувшись из школы Владимир заметил испуганного РИ. Увидев сына, Пётр бросился к нему. — Ты в порядке? Не ранен? Он не ударил тебя? — Папа, успокойся, я в порядке, кто "он"? - теперь уже и Союз был напуган. — Рейх. - запинаясь ответил империя. — А что "Рейх"? Он всё тот же. Только повыше стал и рубашку какую-то странную носит. - Союз не хотел говорить отцу, что у его друга появились рога, зная о его набожности. — Значит так. - РИ мгновенно посерьёзнел, - Я запрещаю тебе дружить с ним. И ни каких возражений! — Что? Но мы с детства друзья! И он же нравился тебе, почему ты запрещаешь мне дружить с ним? - Владимир мельком вспомнил о том, в кого Рейх превратился. Честно сказать он и сам был бы рад забыть его, но принципиально упирался. Ведь он уже не ребёнок — в этом году ему исполнился семнадцать лет. — Погоди, сынок. - РИ немного остыл и повёл сына в зал, где сейчас никого не было. - Я не спорю, ещё в прошлом году твой друг был самым обычным ребёнком, да, возможно с небольшой странностью, но нормальным. Да он не был слишком эмоциональным и иногда пугал, но он был хорошим человеком и другом. — Так, а что сейчас его не делает таким? — Союз, не будь таким наивным, ты уже взрослый! Пойми, Рейх изменился и далеко не в лучшую сторону. Теперь с ним опасно дружить. Я видел, как он разговаривал с Японской империей и... — Пап, я понимаю, что она раздражает тебя, но не переносить политику в личную жизнь. - перебил Союз. — Владимир Петрович! - когда отец называл его по имени-отчеству, это значило, что он абсолютно серьёзен. - Не хотел я тебе об этом рассказывать, но... - РИ вздохнул, - Сегодеяшним утром, перед тем, как пойти в школу, он убил своего отца. — Что?! - вскрикнул Союз. — Да. Утром, когда ты ушёл, ко мне прибежал Веймар и попросил спрятаться тут. Он шепнул что-то типа: "Дирк не доберётся до меня здесь". Когда я сказал, что его брат знает это место, Дэвид сразу стал очень встревоженным. Я спросил у него: "Что случилось?" и он рассказал. Я буду говорить от его имени: "Я пришёл домой, чтобы начать собирать свои вещи и уехать из этого дома. Отец кому-то что-то кричал не кухне, а потом я услышал голос брата. Он кричал, что отец надоел ему и всё такое. Я пошёл на кухню, чтобы, если что помочь ему и увидел, что он замахнулся на отца кухонным ножом. Я не успел его остановить... Он ударил его несколько раз этим ножом в грудь и живот. Отец обозвал его "сучьим сыном" и брат перерезал ему горло. Он сделал это с ужасающим спокойствием — ни единой эмоции за всё действо! Что-то сказало мне прятаться и я убежал в свою комнату. Я слышал, как брат пошёл по лестнице вверх. Мне пришлось выбраться в окно и бежать из дома. Мне нужно вызвать врача.." Союз слушал всё это и думал: что могло толкнуть Рейха на такой поступок? Он, конечно не знал, ни о том, что за человеком был отец Дирка, ни о том, что с его другом случилось на каникулах. А случилось это уже очень давно. Рейх, ещё до приезда в пансионат познакомился с одним человеком. Они подружились и Дирк приезжал к нему на каникулах, сначала в Вену, потом в Мюнхен. Частично, их судьбы были похожи, только у того человека отец умер, когда ему было тринадцать, а у Рейха был жив до сих пор... А в последние годы Дирк познакомился и с друзьями того человека и стал воплощением его партии... На следующий день Союз пытался узнать у Дирка обо всём, что ему рассказал отец. — Зачем ты пытался его убить? — Mein Vater war ein Abschaum. Warum solltest du das wissen? — Я не понимаю... — Ну так учи немецкий! - вспылил Рейх, - Он тебе понадобится! — Для чего? Ведь мы оба знаем русс... — А для того, чтобы мы могли нормально общаться дальше. Ты же не хочешь, чтобы нашей многолетней дружбе пришёл конец? Я тоже этого не хочу, но... - Дирк грустно вздохнул, - похоже, нам придётся расстаться. Ведь мы не сможем общаться так, чтобы понимать друг друга... — Рейх!.. - окликнул его Союз. — Чтож, прощай... - немец ушёл. А уже на следующий день, Владимир увидел, что Дирк спокойно общается на русском с его сводными братьями — Финляндией и Польской Республикой. "Вот мерзавец... - подумал про себя Союз". Он слышал, что они о чём-то говорили, но не понимал, о чём. А Дирк тем временем настраивал их против Владимира...