Практика

      Для того, чтобы описать Сэнфорда, Деймос, пожалуй, сейчас может выбрать слово «мстительный» – хотя ему самому оно тоже подходит, – и он будет прав. Если Форда ранят в бою – в ответ он ударит вдвое сильнее; если на тренировке каким-то образом Дей схитрит и повалит его – Сэнфорд до посинения будет требовать реванш.       Поэтому было ожидаемо, что Сэн захочет отплатить и в этот раз, чтобы утешить, на самом деле, довольно хрупкое эго. Деймос не удивлён. Просто руки над головой уже немного затекли.       Он безучастно наблюдает с привязанными к спинке кровати руками за тем, как Сэнфорд весьма воинственно трётся задом об бугор в его штанах.       – что, ты действительно обиделся? – пытаясь разбавить атмосферу между колкими речами Форда, задаётся вопросом Дей, давя особенно шумный вздох, в котором бы точно отразилась некоторая доля разочарования.       – Я не обиделся, – Сэнфорд горделиво вздрёгивает нос, нарочито медленно задирая футболку Деймоса, – я просто возвращаюсь к изначальному плану.       – а мои руки в план не входили, что ли? – хакер слегка ведёт плечами, насколько это возможно в его положении, скептично следя за движениями Форда.       Сэнфорд, как правило, томить не любит. Ему нравится резкость, спонтанность, которую не способен предсказать, яркие и быстрые ощущения, обычно в противовес медлит и мучает именно Дей, дотошно прикусывая и расцеловывая каждое привлекательное местечко, лаская несерьёзно до тех пор, пока у Сэна не лопнут гордость и терпение, и тот не начнёт подгонять ленивца. Только в этот раз поглумиться решил всё-таки Сэнфорд. Обиделся же, что его попытались обвести вокруг пальца. Но признаться в этом? Никогда. Потому что Деймос спит и видит, как бы подтрунить его за слабость и чувствительность.       – Скажи спасибо, что я тебя и по ногам не связал! – Форд смеётся и мягко хлопает Дея по груди, мол, не жалуйся, всё не так уж и плохо, как могло быть!       – это чтоб я в экстренной ситуации смог тебя пнуть в промежность?       – Эк чего удумал! Давай без этого сегодня, – наёмник щёлкает Деймоса по носу и наклоняется над ним, мягко погладив его запястья, – Расслабься, не будь врединой. Ты уже пару недель не выезжал со мной на миссии, сидишь тут, работаешь постоянно. Я соскучился.       – так говоришь, будто мы видимся строго на миссиях и только на миссиях, а абсолютно безобразного пьяного перепихона неделю назад и вовсе не было. говнюк, – хакер качает головой, прикрывая глаза, не в силах придумать, за что ещё зацепиться, – руки мне развяжи, будь душкой.       – От болвана слышу, – Сэнфорд нарочно проезжается бёдрами по натянутой ткани штанов Деймоса, игнорируя его просьбу, – Я, к твоему сведению, перед тем, как прийти к тебе, тщательно готовился! И я это делал не для того, чтобы ты посреди процесса заявил, мол, «сегодня без секса», – он фыркает, прочистив горло и сымитировав низкий хрипловатый голос напарника.       – я не так звучу, – из принципа заметил Деймос, – не похоже.       – Похоже. Не отходи от темы.       Деймос закатывает глаза, пойманный на попытке зацепиться за левую мелочь.       – ладно, я понял, не сердись. недотрах есть – значит, исправим, – на мгновение исказившее гримасу Сэнфорда возмущение вызывает у хакера откровенно самодовольную ухмылку, – но с руками будет проще, согласись?       Сэнфорд щурится, играя с Деймосом в гляделки какое-то время, видимо, мучаясь от тяжкого мыслительного процесса. Ну да, трудно думать, когда ты сидишь на очаровательном мерзавце, с которым непонятно, что делать: расцеловать или рожу разбить.       – Схитришь небось? – наёмник недоверчиво выгибает бровь.       – смотря в каком плане, – Деймос показывает язык – всё для того, чтобы сделать ситуацию ещё абсурднее, – но сбегать, так уж и быть, всё же не буду в этот раз. я же не монстр...       – С последним могу посметь поспорить.       – а ты не спорь. посмотри на мои красивые и изящные руки и пересмотри своё решение, о благоверный, – хакер вкрадчиво шепчет, двинув понемногу затекающими руками, – разве тебе не нравится считать каждый шрам и ожог у меня на запястьях? разве тебе не нравится, когда эти руки тебя касаются? а как растягивают и...       – Всё, прекрати, – Форд отстраняется, сдаваясь – да, он обожает руки Дея. Не очень-то и скрывался. Он скользит взглядом в сторону, потерев шею, и его растерянность разжигает в Деймосе интерес, – а то щас уже я блевану! Умеешь же ты речи грязные толкать, плут.       Дей с облегчением вздыхает, когда Сэнфорд развязывает узел, и верёвки соскальзывают с запястий. Долгожданная свобода!       Деймос разминает руки, пока Сэн с видом снисходительно уступившего победу соперника играется с путами, кажется, думая, что ещё можно с ними вытворить.       – да выброси ты их, – хакер самую малость приподнимается, чтобы выдернуть у того верёвку и выбросить куда-то в сторону, на пол, а после огладить его крепкие бока, – это всё глупости. я тебя и без связываний люблю, – Сэнфорд хочет возмутиться, но звонкий поцелуй в скулу заставляет его гордо зарумяниться, давая Дею шанс договорить, – так как ты там, говоришь, готовился?...       Глаза Форда словно засветились от вопроса. С хитрой мордой он уходит от касаний, шарится по кровати в поисках своих карго, после чего вытаскивает что-то из кармана, прячет в руках и наклоняется над застывшим в ожидании Деймосом.       – Безумно усердно, – наёмник показывает ему тубу лубриканта – у Дея образно отваливается челюсть.       – серьёзно? – хакер по-детски нелепо ухмыляется, забирая тюбик и разглядывая, – смазка? в неваде? откуда ты её достал?       – Я захотел – я достал, – Сэнфорд бесстыдно голый уселся Деймосу на ноги, медленно стягивая ему штаны и сияя, довольный реакцией партнёра.       На самом деле, Сэн такой простак вне работы, когда не пытается строить из себя серьёзного и холодного. На деле – хвастливый и гордый до ужаса, и невозможно не заметить, как он клянчит внимание и ищет поводы покуражиться. В деталях описывает свои сомнительные подвиги и не жалеет эпитетов на свою умопомрачительно красивую внешность, над которой, к слову, поглумиться успело даже агентство соответствующим комментарием на постере о розыске (как же Дей над ним тогда смеялся – жуть!).       А с учётом мании Деймоса повредничать и подразниться, для Сэнфорда всяческий повод выделиться является возможностью, которой жизненно необходимо воспользоваться – как исцеляющий вдох свежего воздуха, когда ты задыхаешься, запертый в духоте. Просто чтобы наскучить Дею, чтобы уломать его на хоть какое-то приятное словечко, даже самое скупое, и это будет раздувать эго наёмника до баснословных размеров не столько потому, что ему действительно приятно услышать это снисходительное и неискреннее «неплохо», сколько потому, что этот примитивный отклик означает, что хакер сдаёт позиции и не сопротивляется! А вечная борьба за уступки даёт лишний смысл жить, ведь это эмоции, изучение границ и пределов друг друга, банальная духовная близость – хотя, казалось бы, корректно ли вообще употреблять столь высокий термин, «духовный», в отношении безнравственных наёмников?       И вот, сейчас Деймос не сдержал честного удивления, и поглядите на Сэнфорда: грудь со всей важностью выпячена, нижняя губа поджата и слабо прикушена, а в сщуренных глазах плещется задор. Но, конечно, не тут-то было:       – ага... то есть, слюны тебе всё же наконец-то стало недостаточно? – курильщик внезапно ухмыляется, как последний ублюдок, как только у него появляется возможность подтрунить Форда – тот аж скривился, зная, что так будет, – зад стал болеть? аллилуйя. а я уже давно смазку предлагал найти.       – Какой же ты гад! – Сэнфорд, нагло и бесчувственно выбитый из колеи, отбирает лубрикант и выдавливает себе на ладонь немного, всем своим видом показывая отвращение к выходкам Дея, – Фантазёр и отвратительный урод! – он хорошенько смачивает пальцы и заводит руку за спину, – Суть не в этом, ты, балда, а ты как всегда в своём репертуаре!..       Хакер скромно закатывает глаза, прикусывая язык из человеческой жалости, которая бы до глубины души задела такое своенравное и доверчивое существо, как Сэнфорд, и подставляет руки под тубу, чтобы тоже внести свой вклад.       Форд пододвигается ближе и выливает ещё смазки Деймосу, а сам прикрывает глаза и сосредотачивается на ощущениях. Дей любовно выцелолывает ему ключицы, игриво прикусывает кожу на шее, аккуратно, чтобы пока не осталось следов, растирая масло по его ягодицам, и Сэн даже моментно теряется, бессмысленно огибая пальцем сфинктер, не решаясь войти, но быстро приходит в себя. Из-за относительно регулярных практик два пальца вклиниваются вовнутрь без серьёзных препятствий, завораживая склизкой прохладой, и Сэнфорд приоткрывает щёлки, чтобы увидеть лохматую макушку хакера, зарывшуюся ему в грудь.       Дей, на самом деле, довольно ласковый и любящий. Но, конечно же, только когда ему это надо и хочется, а вот когда это случится – не предугадать. Из всех людей, Деймос при своей показушной типичности и стереотипности совершенно непредсказуем, и если обычно в бою и с другими людьми интуиция Сэна не подводила, и он мог легко угадать, что может произойти, то с Деем это прокатывало... ну, практически никогда.       Наверное, поэтому Док и поставил их работать вместе. Чтобы своей противоположностью они друг друга дополняли и подстёгивали. А он знал, что делал.       Просто даже забавно, как в итоге напарники, в начале не переносящие на дух друг друга, теперь страстно кувыркаются в постели.       И до примитивного трепета в душе волнительно наблюдать, как обычно флегматичный и беспристрастно шутливый Деймос прижимается к груди наёмника, пряча глупую улыбку и выдыхая в кожу, вызывая мурашки. Каждый раз как в первый.       Вовнутрь толкается третий палец, только Форд, призадумавшись и запутавшись свободной рукой в волосах Деймоса в попытке стянуть с хвоста резинку, не сразу сообразил, что это, так-то, чужой.       – Куда мы лезем? – наёмник усмехается и вытаскивает пальцы, уступая место более опытным и длинным.       – туда, куда надо, – Дей добавляет и изгибает фаланги, щедро смазывая стенки изнутри и фыркая как всегда готовому к обороне Форду – тот резко выпускает воздух через ноздри, то ли усмехаясь, то ли удивляясь ощущениям.       Со вздохом Форд трётся членом Деймосу о живот, ощупывая его тело и самую малость поддевая подушечками пальцев – в ответ на лёгкую щекотку хакер давит пару смешков и раскрывает рот, грозясь укусить.       Сэнфорд подаётся вперёд и целует прежде, чем тот что-либо предпримет, и Дей с досады толкает пальцы чуть глубже и добавляет третий, пока другой рукой он не глядя старается управиться с тюбиком смазки, которой, по его мнению, как-то мало.       Наконец довольный развитием вечера, Форд углубляет поцелуй и делается нерасторопным и неторопливым, размеренно толкаясь на пальцы и нежничая.       – что, притомился? – хакер клюёт наёмника в самый уголок губ напоследок и следит, как тот медленно, с чувством вытаскивает из вскоре стянутого белья его пенис и мягко проводит по всей длине.       – Мечтай, – Сэн щерится, обхватывая оба члена рукой и на пробу оглаживая, – смазки лучше подлей и не болтай.       – ещё чего посоветуешь? – Деймос вскидывает брови с вызовом, возносит тубу томительно долго, но всё же масла добавляет и Сэну, наскоро смазав пенисы и из принципа ткнувшись ему в уретру мельком, и себе на руку, возвращаясь обратно к анусу.       Сэнфорд цокает языком, прекрасно понимая, что хакер тянет кота за хвост, но когда внутри Дей назло нащупывает и вскользь надавливает на простату, он несдержанно ведёт бёдрами с удивлённым вздохом и стискивает стволы в ладони.       Деймос настойчиво массажирует стенки, задевая как бы невзначай, разводит пальцы и наконец вытаскивает их, прижимаясь искусанными губами к шее Форда и надавливая ему на грудь...       Сэнфорд, на удивление, не поддаётся, и Дей поднимает взгляд, желая убедиться в своём предположении.       – Я сам, – чуть помедлив и пожевав губу, будто думая, стоит ли, объясняется наёмник, как-то растеряв свой энтузиазм, и кладёт руки хакеру на плечи, призывая лечь.       – странно, – комментирует Деймос, нехотя ложась голыми лопатками, исчерченными шрамами, на прогревшиеся простыни, – мне казалось, что из нас двоих эту позу больше предпочитаю я.       – Чтобы я-то после того, как ты со мной поступил, ещё хоть раз дал тебе слишком много свободы? Ищи дурака, – Сэнфорд усаживается удобнее, возвышаясь над Деем, и не скрывает предвкушения, когда задом прижимается к его члену, пальцем вслепую стирая с его головки предэякулят и проходясь по всей длине, чтобы убедиться в том, что он хорошо смазан, – Только не говори, что использовал всё масло.       Деймос принимает весьма безмятежный вид, довольный своей позицией «ничего не делай и наслаждайся видом» – хотя бы не утомится, – и мягко хлопает Сэна по бёдрам, подначивая.       – а ты всё никак забыть не можешь. вообще-то половину, – для убедительности он даже берёт уже измятую тубу и показывает напарнику, еле нашарив её между телами и тканями, а затем откладывает в сторону, – так возмущаешься, будто сам не понимаешь, сколько смазки на самом деле требуется для нормального секса.       – Только не надо читать мне нравоучения, от Дока по работе и так наслушался, – Сэнфорд строит гримасу, нетерпеливо ёрзая, – Всё я знаю. Только и ты не забывай, что поиск этого блядского лубриканта по всей Неваде – будь она проклята – равносилен по количеству потраченных нервов долбёжке в зад всухую!       – я всего-то забочусь о твоём несчастном заде. ты, вроде, взрослый человек, сам должен понимать все возможные неудобства из-за неосторожности. анальные трещины, кровотечения, инфекции, геморрой...       – Хватит сбивать мне настрой! – Форд негодующе прыскает, пихая Дея в грудь под его ехидные хихиканья.       Их болтовня не прекращается практически никогда. Вечные обмены словечками и мелкие споры по мелочам вперемешку с нетерпеливыми вздохами. Наёмничья рутина двух вредных противоположностей, что поделать.       Сэнфорд смеряет примирившегося Деймоса взглядом напоследок и вздыхает. Он приподнимается, приставив головку его члена к анусу, и постепенно, с паузами опускается до самого основания.       Дей выводит пальцами бессмысленные узоры там, где дотянется на теле напарника, задумчиво надавливая в слабых следах от одежды и бечёвки после сегодняшнего дня, обводит по отдельности каждый кубик пресса и вычерчивает Форду по запястью спираль, повторяя любимый рисунок с его крепкой спины, и эта непомерная нежность в тусклом взгляде душит.       Хакер утягивает к себе ладонь наёмника, пока тот на пробу двигается, и мягко целует саднящие костяшки, и Сэнфорду хочется поддаться порывной слабости и выдернуть руку, но не потому, что ему противно, не назло, а просто потому что слишком много и слишком приятно.       Слишком много любви, пусть это и небольшая крупица в сравнение с тем, как часто они спорят и ругаются. Слишком много ощущений одновременно, когда внутри стягиваются стенки вокруг члена и стягивается сердце от чего-то сентиментального и волнительного. Просто немного многовато всего для Сэнфорда, который привык к спорам и миссиям вместо любви.       А любовь – вот она. У скромняги Деймоса во взгляде.       Сэн не успевает сдержать себя, и он вытягивает первый стон, негромкий, но явно не достойный одного из самых грозных убийц Невады. Следом доносится хриплый смешок Дея.       – я хотел было... пошутить... – начинает хакер и щерится, когда прикрытые глаза Форда раскрываются и смотрят на него с укором, мол, опять твоя клоунада, – якобы если б я знал, что ты взбунтуешься после сессии анекдотов, то я бы тебе руки завязал поуже и повыше. а то пожалел я тебя, когда оставил узел тебе прямо под пальцами...       – Ой, дубина ты... – наёмник поднимает бёдра и опрометчиво слишком резко опускает их обратно, отчего у того в перерыве между словами выскакивает новый стон, – ты вечно забываешь, что я не лыком шит. Это бы надолго меня не остановило...       – ...но я сейчас смотрю на тебя и думаю, что о другом исходе, пожалуй, было бы глупо мечтать, – сбито вздохнув, продолжает Деймос после того, как его перебили, – ты такой красивый.       Одной рукой Дей всё ещё держит и поглаживает кисть Сэна, а второй тянется и оттягивает ягодицу, мягко огладив. Сэнфорд шумно вздыхает, застигнутый всраплох, и переплетает пальцы с хакером, отводя взгляд и мерно двигаясь.       – но верёвки лучше выкинь, – Деймос пытается посмеяться, но слабо мычит, когда наёмник от возмущения сжимает его член внутри.       Вот хакер всегда так, и Сэн не устанет одаривать его всеми оскорблениями, которыми только владеет, потому что лишь Деймос может довести до трясучки издёвками, выбить воздух из груди внезапным порывом искренности, а затем нежданно-негаданно вернуться к обычной манере общения.       Но всё ли его устраивает? Естественно. Будет ли он что-то менять? Ни за что. Потому что непредсказуемость и упёртость Дея больше всего и привлекали.       Именно они и заставляли наёмника плюнуть на то, что он – убийца, пытальщик, просто ужасный мужик, и плыть по течению и наслаждаться.       – эй, – легко зовёт хакер, пока Сэнфорд ещё совсем не забылся, двигаясь по его стволу, – наклонись ко мне.       Форд сбито бормочет что-то и выгибает спину от явного удовольствия перед тем, как изогнуться к Дею и бездумно ткнуться поцелуем куда-то в очерченный подбородок, фыркая, когда щетина привычно колется в ответ.       Деймос перехватывает его губы и проходится языком по следу от укуса ранее на нижней губе, пошло и без какой-то высокой идеи – просто захотелось. Сэнфорд грузно налегает в поцелуй с несдержанным мычанием – хакер отвечает то ли мурлыканием, то ли тихим рычанием, ободряюще водя руками по широкой спине, наизусть проходясь по всем рубцам и татуировке, слабо цепляя ногтями просто забавы ради.       Наёмник тянется к его уху, вбирает и посасывает мочку, дотягивается до спрятавшейся под ней родинки и целует, ведёт языком по раковине и скулит прямо в неё, с особенно громким шлепком опускаясь вниз, и Дей от этого стонет в ответ надрывно и сам подаётся бёдрами вверх. А Сэнфорд и не знает, ругаться на Деймоса или хвалить за то, что он как-то ещё и попал ровно туда, куда надо – в итоге не справляется с решением и тянет низкую ноту, отстраняясь и оглаживая собственное тело, будто пытаясь поймать фантомные касания партнёра.       Деймос взъерошивает и без того взлохмаченные волосы ещё пуще, а после опускает руки на талию Форда, ползёт чуть ниже и сжимает, сначала поглаживая, а затем словно пытаясь удержать партнёра на месте.       – сбавь ход... – Дей ёрзает головой по подушке, загнанно дышит и по инерции пытается вытащить член, и Сэнфорд уже по долгому опыту с напарником может сказать, что он на пределе, – а то я тебя знаю, будешь ворчать, если придётся вымывать...       Хакер как всегда ни к месту наблюдателен, но Форду есть, чем удивить его в этот раз.       И в усталом прищуре Деймоса действительно мелькнуло что-то, когда Сэн притормозил лишь для того, чтобы насадиться до упора и протяжно выдохнуть.       – В этот раз.... может быть, не буду ворчать, – он бесстыдно ухмыляется, когда Дей в некотором смятении сжимает его зад. Словно в подтверждение своих слов, наёмник вильнул бёдрами вновь, – Хотя бы постараюсь.       Хакер слабо стонет в ответ и усмехается, качая головой, расслабляя хватку. Сам ведь небось тоже хочет кончить внутрь.       Форд обхватывает ладонью свой член и ускоряется, надрачивая и двигаясь совершенно невпопад, а сам бросает взгляды на Дея, который, кажется, от удовольствия и своей ленивой натуры расплавится в лужицу.       Хакер неосознанно сильно царапает бедро Сэну с хриплым стоном и кончает, Сэнфорд замедляется и изливается себе в руку следом с заминкой в пару минут.       Наёмник какое-то время сидит неподвижно, отходя от оргазма, и только потом приподнимается, и член Деймоса с пошлым хлюпаньем выскальзывает из ануса. Форд же расплывается в ухмылке и заваливается прямо на хакера, уже успевшего прикрыть глаза. Не дай бог задремал!       – Не спи, – чистой рукой Сэн тыкает Дея в щёку и самую малость оттягивает, засматриваясь на острые зубы.       – ну форд, – бурчит Деймос, в ответ обвивая наёмника поперёк туловища, – ты же знаешь, меня всегда клонит в сон после секса. ещё пять минуточек.       – Да ладно, ты даже почти ничего не сделал в этот раз, – сначала Сэнфорд прижимается губами к виску Дея, на котором застыла капля пота, а затем немного отстраняется, как бы упрекая, – Ты просто валялся, пока я себя обслуживал сам.       – ты сам настоял, – напоминает хакер.       – Да-да. Но ты мог бы хотя бы попытаться погнуть свою линию, ты же такой неуступчивый обычно.       – зачем? наблюдать за тем, как ты унижаешься и всё делаешь сам, было вполне увлекательно. и я приложил минимум усилий. удобно, – задорный блеск снова пробивается сквозь невозмутимый серо-голубой цвет глаз хакера.       У Сэнфорда автоматом дёргается глаз и надувается губа:       – Ах так? В нижней позиции часто тоже прикладывается не очень много усилий. Мы давненько не менялись, ты, ленивый гад, не хочешь это исправить?       – не-а, не хочу. расчищать задний проход муторно, знаешь ли... – Дей опять принимается глумиться, и Форд не может сдержать разочарованного стона, когда тот и вовсе отпихивает его от себя, – так что побудь снизу ты, тебе же так нравится. всё, тема закрыта, тут нет места для полемики. вали мыться.       Наёмник закатывает глаза и слезает с кровати, стаскивает с неё бельё и прямо голым щеголяет к выходу. Напоследок оборачивается к Деймосу, уже зажигающему сигарету прямо в постели:       – Ты просто отвратительный. Не знаю, как вообще сработался с тобой, – врёт в привычной манере Сэнфорд в надежде, что последнее слово в этот раз будет за ним.       Но этому, видимо, случиться не суждено, потому что хакер делает затяжку, лукаво подмигивает партнёру и снова смотрит нежно:       – я тебя тоже люблю. в следующий раз обозначь правила при использовании верёвок. откуда я мог знать, что ты так в штыки воспримешь мою идею с анекдотами?       Сэнфорд трёт зад и шлёпает босыми ногами в ванную, позорно проигравший внеочередной глупый спор.