Бес.

Глава 1. -Вперед,вперед, Маковиц, к полосе препятствий приступить! Длиннющаяшеренга одинаково пятнистых юношей одетых в рубашки цвета хакки бежала по дороге, избразденной кочками, более похожими на воронки от попаданий мин и снарядов. Дорога сия резко обрывалась и заканчивалась ямой, в которой, собственно, и находилась полоса препятствий с ее неожиданными подвохами, огненными кольцами и смертельно опасными, как для неподготовленных людей барьерами, которые необходимо было преодолевать. Весь ужас был не только в том, что шел бесконечный, холодный дождь, который мочил разгоряченных от бега кадетов Академии Военной контрразведки армии Земли. Ужас был в том, что он делал землю под ногами у кадетов непозвольтельно мягкой массой, в которой легко было утонуть или споткнуться. А останавливаться, для того чтобы обойти те участки, которые не внушали в себе уверенности было никак нельзя. Таким образом ты тратищь время своих товарищей, которым, как и тебе, необходимо сдавать свои нормативы. А засекают, как и везде, по последним. Вот и он. Унтерфельдфебель-кадет, командир небольшого взвода кадетов, в который сам попал недавно. На нем такая же пятнистая рубаха, с повседневными погонами. Он вытирает дождевую воду, которая ливнем стекает из его сморщенного, выбритого по армейскому стандарту лба. Его задача- торопить своих товарищей и быть замыкающим в этой бесконечно опасной пробежке по полосе препятствий. Рядом с ним стоит уже немолодой майор, который командовал всех их второй ротой и смотрит на ровный строй пятнистых кадетов, который разсеявался, как только они попадали в полосу препятствий. В этот раз командование Академии решило подготовить своим кадетам что то совершенно новое. О этом молодой взводный кадет догадывался по тому, как растерянно бежали его товарищи. -Неплохие ребята у тебя, Хоккинс, — майор достает из кармана портсигар и закуривает сигаруот встроенной в крышку импульсной зажигалкой- один из первых идут по нормативам. -Стараемся, —он пожимает плечами- интересно, как я сам сдам этот норматив. Нам намекнули нато, что будет нечто совсем новое. Майор обнажает искуственно обеленные идеально ровные зубы. Он доверительно улыбается стоящему рядом с ним и хлопает его по плечу. Должно быть, между ним и одним из самых успешный его кадетов были доверительные взаимоотношения. -Я не думаю, что наше руководство, при всем его интелекте в состоянии выдумать что либо такое, чего тебе жизнь не придумала на твоих фронтовых буднях.- информирует он его-Но предупреждаю, тебя я потом по камерах проверю особенно придирчиво. А то я по прошлому разу знаю твою смекалку, как ты самым первым пришел. Он улыбается и смотрит в правую сторону. Невдалеке от дороги, ведущей к полосе препятствий стоит еще несколько кадетов старшего курса, некоторые из которых лениво курят и смотрят на бегущих второкурсников. Фронтовики. Кто еще, кроме тех, кто прошел недавнюю войну от самого ее начала в печальноизвестном Нью-Йорке, заканчивая первыми планетами системы Бета, когда перепуганная Звездная Империя, основанная тамошней рассой, пала, может так спокойно стоять и курить, вприсутствии офицеров? Имдавались особые привилегии и особое отношение. Тот, кто провоевал в унтерофицерском чине более года мог поступить сразу на второй курс. Но это было сложно. Нужно было сдать уйму экзаменов, завышенные требования к нормативам, отлично знать Военный Устав и Кодекс. Но он смог. Смог и теперь с придыханием ждет того момента, когда он уже наконец то побежит по новой полосе препятствий. Ему доставляло неземное удовольствие бегать по лабиринтам, в которых можно потеряться и вовсе травмироваться.Опасность его мало уже пугала, после того, что он уже успел повидать, а искатьнужный выход ему даже нравилось. Было полное ощущение того, что он решаетважнейшую проблему, в решении которой замешаны его логика, выносливость и физическая подготовка. Он обожал испытывать себя, бросать себе вызовы, чтобы потом удивить себя и с колоссальным наслаждением для своего самолюбия смотретьна удивленные лица своих товарищей. -Ну,дуй, Хоккинс, — майор, тоже ветеран давних вооруженных столкновений немного фамильярно поддталкивает его в спину- покажи как нужно! Онразгоняется и прямиком по грязи бежит к началу барьера, за которым будет много интересного. Говорят, что руководство получило доступ к каким то новым технологиям, которые позволяют создать на полосе препятствий корридоры со смещенной гравитацией. Многие его знакомые боялись их как огня. Может, он бы и присоединился к их всеобщему страху, если бы не несколько прыжков в подбитом модуле со стратосферы, которые уже были в его безумно короткой, но уже явно нескучной и интересной жизни. -Смотрите,Слон будет бежать! — кричат у него за спиной. Онскорее чувствует этот крик, чем слишит. И чувствует неуловимый восторг, который можно в нем услишать. Они и действительно ждут того, чтобы он приступил к выполнению норматива. Далеко не каждый сможет сделать его так же, как и он. Джером Хоккинс всегда выделялся среди остальных своими габаритами, за которые и получил уже озвученную старшекурсниками кличку. Почти два метра роста, более центнера веса, обусловленного мышцами, явно говорящими о том, что он в свое время занимался бодибилдингом, который стал столь популярным среди молодежи в довоенное время и занимался давно. Поистинне слоновья комплекция, с будто бы дубовым лицом, которое говорило о колоссальной силе и выносливости хозяина. Короткий, отросший «ежик» черных волос, длинный нос, слегка перекошенный набок, говоривший о увлечениихозяина боксом. Несколько шрамов уродовали это молодое свежее лицо, входя вконтраст с глазами, явно принадлежащими интелектуалу. Он гордился собой иотдавал большинство времени на самоусовершенствование. Нельзя останавливатьсяна том, чего уже достиг. Внесколько прижков он преодолевает невысокий барьер, который отделял его от самой полосы препятствий и плюхается прямиком в грязь с трехметровой высоты. Казалось бы, не слишком то высоко, но он сишал случаи, когда неподготовленные люди ламали себе шеи с такой высоты. Даже не останавливаясь на одном месте, он бежит дальше. Впереди находятся три турникета, закрепленные на разных уровнях. Он уже сто раз проходил через подобные препятствия даже на фронте. Что то больно легко все начинается. Фотонный луч, призванный скорее просто обжечь, нежели убить или покалечить вырвался унего прямо перед лицом. Он поспешил. Если бы не его феноменальная интуиция, он бы уже отправился бы в лазарет с ожогами. В два счета он преодолевает турникеты и раскачавшись на последнем перепрыгивает яму, которая была у него под ногами.По правде говоря, сбоку были специальные выступы, по которым нужно было обойтияму сбоку, но это лишние пять секунд, которые он тратить не хочет. Он слишком умный и лучше провозится это время с чем то другим. Перескочив через яму, он останавливается перед полуразрушенной кирпичной стеной. Сколько таких он видел в своем недалеком прошлом, призраки которого до сих пор появляются ему в его кошмарных снах? Стену он преодолевает с колоссальной, даже для его специфического опыта, скоростью. Пока преодолевал одно препятствие додумался как будет преодолевать несколько огненных колец, за которыми тянулось небольшое искуственное озеро. Понадеявшись на то, что дьявольской фантазии руководства Академии не хватило на то, чтобы завести в озере хищный рыб, он спрыгивает со стены. Неизвестно как предлогалось курсантам преодолевать препятствия такого свойства, однако унего уже был выведен свой способ и он совершенно не собирался выполнять способ,предложенный начальством. С разгона он прыгает в горящие кольца и «щучкой» пролетает их даже не поняв, в каком они были количестве. По правде говоря, рубашка на нем уже немного занялась, но он даже не успел этого толком понять, потому что на максимальной скорости плыл по озеру. Он знал, что доберется до его конца как минимум на три секунды ранее положенного по стандарту норматива. Выпрыгнув из озера он сталкивается с развилкой. Вот тебе на, что то новенькое. Впрочем,если одна из развилок окажется ошибочной, то он либо провалит норматив, либовернется и будет тратить время на то, чтобы пройти его достойным образом. Даже почти не подумав, он решил воспользоваться методом «научного тыка», в очередной раз понадеявшись на свое феноменальное везение, столь часто спасавшее его из самых разных неприятностей на фронте. Онпробегает несколько метров и попадает в странную местность, в виде каньйона, пятиугольной формы. В том, что это не произведение природы сомневаться не приходилось, потому что форма его была слишком правильной, а дно уж чересчур гладким. И что его ждет здесь, в такой настораживающей тишине? Благо хоть срабатывает его интуиция и он успевает уклониться от подлого удара, который должен был прилететь в его спину. Ох и не каждый из его взвода справился с новым препятствием. Биороботы, которые должны были выполнять роль мнимого противника, были реально хорошо запрограмированы, потому что он уклонился от них буквально чудом. Их было четверо и судя по тому, как они его окружили, рукопашный бой был запрограмирован у них на уровне солдат Беты, которые были весьма далеки от того уровня, который воспитывался в специальных подразделениях космического десанта Кница. Он криво усмехается и принимает стойку, ориентированную на защиту от нападавших… -Господа пассажиры, с вами говорит пилот космического лайнера, маршрута Белаторра-Земля.Пристегните ремни и включите третий гравитационный режим ваших кресел. До посадки в космопорту Париж осталось ровно пятнадцать минут! Он разочарованно вздыхает. Это же надо было столь бездарно вырвать его из воспоминаний, которые пришли к нему из далекого прошлого, когда он еще только мечтал о том, чтобы получить золотые погоны с одинокой лейтенантской полоской на них. Как же это только далеко от нынешнего момента! Когда это было? Две тысячи шестьдесят второй год, более тридцати лет тому назад, когда он и такие как он отвоевали независимость Земли и многих других планет, дав им право на дальнейшее развитие. Более тридцати лет тому назад. Исейчас, подполковник Джером Хоккинс смотрит на свой одинокий погон из золотого шнура на правом плече и жалеет о том, что это не его родимые лейтенантские погоны. Все таки, в том времени осталось весьма много очень хороших вещей, воспоминания о которых к нему и сейчас иногда приходят. О чем там говорил пилот? Ах да, он спешит выполнить его распоряжения, чтобы не случилось каких либо неприятностей. Наконец то, он прибудет на Землю. Послетого, как он провел высадку на планету, название которой до сих пор так и не дано, потому что там нет никакой разумной формы жизни, там была основанн небольшойфилиал Академии Военной Прокуратуры и Контрразведки армии Земли. Именно туда тоон и попал, по долгу своей службы. Вот с тех пор то его пребывание на Землебыли весьма недлительными эпизодами, о основных событиях которых у него все стерлось с памяти. Когда он был на своей родной планете в последний раз? Помнится, в гостинничной анкете он указал тогда что имеет звание штабс-капитана. Ах да, по телевизору вовсю выступали о том, что армия Земли планирует сделать пригодным для расселения ученных несколько весьма любопытных, с точки зрения Галлактического конгресса. Тогда, если это и действительно так, то в последний раз он был на своей родной планете почти чтопятнадцать лет тому назад. Непозволительно длительная разлука. Должно быть, многое изменилось здесь за все эти годы. Даже слишком многое судя по тем обрывкам, которые он слишал почти пять лет тому назад. С тех пор фраза: «Служу Земле и идеалам Галлактического Равновесия!» стала избытой и ретроградной. Армия Земли была распущенна за ненадобностью, потому что стала, как выразился генеральный секретарь ООН: «Ненужной обузой и чересчур финансово затратным милитаристическим аппаратом, который можно смело назвать пережитком воинственного прошлого нашей планеты.». Они отказались от армии,говоря о том, что на большинстве цивилизованных планетах ее и впомине нет и чтоони прекрасно без нее обходятся. Большинство цивилизованных планет. Если бы кто знал о том, насколько сильно ему не нравится это словосочетание. Ну-ка, господа образованные, какие планеты вы считаете цивилизованными. Ах Региллу! Хорошая планетка, ему там приходилось быть. И города там хорошие, цивилизованные. Только пять лет назад, если брать по меркам Земли, он должен был вылететь чтобы расследовать там весьма частые случаи каннибализма. И это цивилизация, которой не нужна армия! Или же эта знаменитая Кранта, которую местные называют как-то непроизносимо. Да до пришествия власти Землян на этой планетке вообще нечего было брать или защищать. Даже собсвтенной культуры там нет. И сейчас, эту планету возомнили центром полового равенства и всевозможных свобод. К ней, видите ли, нужно стремиться. Да жили бы вы ниже плинтуса, если бы Земной солдат, которого вы проклинать любите не освободил бы вас от гнета штурмовиков разного рода ЧВК, которые у вас там как у себя дома бродили. Конечно, никакая армия тем, к кому никто и даром не сунется, не нужна. Благо ,еще остались здравомыслящие президенты, которые отказались расформировывать армию. На таких людях и держится армия Альянса Галактического Равновесия, который, кстати, тоже Земляне фактически и основали. Вот, например, президент Марсачетко и ясно заявил, что свою армию расформировывать не собирается, потому как большинство его военнослужащих земляне, которые создали для его расы жизнь на высочайшем в Галактике уровне. Кроме того, он предложил бывшим военнослужащим переходить под флаг Марса, чтобы работать на его правительство. Откликнулись многие и весьма охотно. А ведь это только отдельный пример. На самом деле, нормальных правительств намного больше. -Господа пассажиры, готовность к посадке тридцать секунд! — слышится голос пилота. То-то он начал испытывать такие перегрузки, несмотря на то, что ему уже не привыкать к подобного рода явлениям. Значит, скоро он ступит на поверхность своей родной планеты, где совсем другой воздух и, что, пожалуй, самое скверное, другая сила тяжести. Жаль, конечно, однако продолжить свою милитаристическую философию ему, видимо, уже не суждено. Скоро он почувствует соприкосновение с землей. Еле чувствительный толчок, хотя он уже морально готовил себя к мини-землетрясению под ногами. Все таки правду говорят о чудесах авиакосмических компаниях Земли. Лайнер приземлился так, что он практически и не почувствовал самого толчка. Зато потом послишался канонический скрежет. Должно быть, лайнер останавливался. -Господа пассажиры, ваши кресла были автоматически переведены в нормальный гравитационный режим. Приготовьтесь к выходу! — тот же голос пилота, слегка исковерканный динамиком. Он встает со своего места и одергивает свой плащ. Сейчас начнется полноценная волна к багажному отделению, где у всех лежит поклажа. У него тоже есть небольшой чемодан, а также трость. В путешествиях своих, в которых ему было суждено избраздить практически все пространство их великой Галлактики, он привык обходиться минимумом вещей, да и, если так разобраться, у него никогда не было много имущества. Оно ему было совершенно ненужно. Успешно прорвавшись к багажному отделению он забирает свои вещи и поворачиваясь идет к входной двери. Только теперь, на прощание он осмотрел ту роскошь, в которой ехал, притом за казенный счет. По правде говоря, он многое потерял, не рассмотрев всю эту бутафорично-золотую роспись по креслам, полу и потолку, а также на самые разнообразные гобелены, которые были призваны вызвать ощущение варварской пышноты, в которой они летели через пол-Галлактики. По длинному «рукаву» он подходит к двери, за которой, наверное, и начинался Парижский космопорт, в который он прибыл. Интересно, правда, а почему он прибыл именно сюда, в Париж, если пункт его назначения находится в Берлине? Наверное, у его руководства просто не было билетов, чтобы доставить его в Германию, а не во Францию. Или же, бронировались они в большой спешке. Что ж, так или иначе, он будет вынужден немного потратиться на сверхскоростной флаер до Берлина. У него нет возможности опаздывать, потому что он хочет создать о себе и своей компетентности высокое мнение. Как никак, а все-таки организация военная. Пожалуй, единственная военная организация, которая, вернее всего, в ближайшие несколько лет перекочует с Земли на какую то другую, более лояльную к военным планету. Двери, к которым он подходит неспешным шагом разъезжаются за несколько секунд до того, как он к ней подошел вплотную. Решив, не задерживать остальных пассажиров лайнера он довольно быстрым шагом выходит в само помещение космопорта. Документы у него проверили довольно быстро, после чего он, подхватив свой чемодан, который никто не проверял,»Вот до чего доводит демилитаризация», он поспешил проследовать дальше. Возле одного зеркала он останавливается и сняв офицерскую фуражку поправляет свою привычно короткую прическу и надевает ее обратно, одергивая добротный кожаный плащ, который доставал немного ниже колен, где переходил в сапоги, после чего идет вперед. Помещение космопорта его мало впечатляет несмотря на отзывы о нем как о чем то монументальном. Такие же антигравитационные лифты и летающие сады из деревьев. Такой же идеально чистый воздух, которым можно дышать казалось бы, целую вечность, однако быстро надоедает. Он проходит, с опаской смотря на деревья, которые висят под воздействием гравитационных генераторов прямо у него над головой. Буквально с полу вспыхивают голограммы. Одни рекламируют какие то услуги, другие рвутся помочь путешественнику. Впринципе, все такое же самое. И потолок, по которому транслировался Первый Галлактический канал, по которому диктор рассказывал итоги последней Олипмиады по бою на световых мечах. Эх, если бы его туда, он бы показал тем артистам, которые более кривляются, чем фехтуют, как это на самом деле нужно делать правильно. Словом, ничего его не удивляло. Вся монументальность была только в том, что все то, что он уже сто раз видел в других местах было приподнесено в немного другом, более оригинальном образе. Например, его весьма сильно удивило то, что он видит перед собой какие то пузыри, постоянно менявшие свою форму и цвет. Более того, на пузырях появлялись вырезки из различнейших журналов, явно научного свойства. Только прочитав надпись на общегале, которая красовалась на голографическом указателе, он понял-это обыкновенные курильные помещения. Должно быть, что на Земле курение еще не считают пережитком прошлого, как на некоторых планетах, которые столь сильно рвутся к цивилизации. Он бы с радостью остался бы в такой курилке, да только ему некогда. Он проходит мимо зала ожидания. В пуфиках, гамаках и прочих разнообразнейших приспособлениях для сидения, названия которым он никогда не знал, восседали люди, которые, должно быть, ждали своего рейса, или кого то из прилетевших. Джером, пошевелив мощными плечами тяжелой поступью тяжелоатлета проследовал мимо тех, кто восседали на конструкциях, должно быть, сплетенных из водорослей. С некоторым интересом он окидывает взглядом всех сидевших здесь. Его поражает тот факт, что большинство здесь сидевших были из числа молодежи. Странно, что их так тянет к межпланетным путешествием. Сидели бы себе дома. Оно, здесь, жизнь намного приятней чем где нибудь. Уж он то по себе знает. Жаль, что ему было бы насколько трудно объяснить это представителям молодежи, если бы он захотел. В кресле сидит странная пара. Его бы обвинили в вопиющей дискриминации, если бы он сказал, что перед ним не люди, а существа. Первое существо с сильно измененной внешностью, синеватой кожей и стоящими волосами, словно на голову ей надели медузу-горгону. Все таки, по некоторым признакам можно опознать девушку лет девятнадцати. Сделать это было, по правде говоря, намного труднее, чем опознать обгорелый труп. Про себя он усмехается такому сравнению. Рядом с нею сидит, наверное, парень, что опять можно угадать только по его фигуре. Одет он весьма странно, в куртку, которая, должно быть, была пародией на его плащ. Глаза и ногти были накрашены, волосы выкрашенны в синий цвет, который переливался несколькими оттенками. Ему осталось только горестно вздохнуть. Похоже, земная молодежь окончательно утратила малейшее понятие о мужественности или женственности. Все смешалось в страннейший коктейль. Он проходит мимо них, одарив их своим презрительным взглядом. Парень улыбается девушке и показывает ему на него. -Видела ,как он на нас пялился? Интересно, на тебя или на меня? — спросил он странным, визглявым голосом. -Конечно на меня.- говорит девушка-Старому динозавру, пережитку миллитаризма на старости лет на молодых девиц поглазеть захотелось. Он слышит эти слова и проходит мимо них, внешне играя полнейшее спокойсвтие, в то время как внутри бушует целый вулкан самых разнообразнейших чувств. «Динозавр», «Пережиток милитаризма». Раньше, в былые времена он мог бы подойти к этой парочке и прямиком на глазах у этой девушки проломить череп ее парню. И ему бы ничего за это не было. В былые времена ему никто бы это не сказал. Теперь же, пропаганда поработала на высший бал. Люди изменилиськардинально за эти пять лет. Вернее, суть осталась та же, только убеждения поменялись, пртом весьма сильно. Раньше бы этот сопляк подскакивал в его присутствии и всячески пытался бы ему угодить. Да еще эта его девица. Плясала бы она на столе у какого то офицера Беты, если бы он не защищал в свое время Землю от этих захватчиков. Он с трудом присмирил свое время. Нет уж, если его здесь так чествуют, не останется он здесь надолго, будь здесь хоть трижды рай. Стоит сказать, что если бы не указания со стороны высшестоящих лиц, то он бы никогда не попал бы на Землю, которую в его отдаленной системе, не имевшей своего названия, где он работал ранее, разрекламировали как полноценный рай. Когда он пришел в офис прокуратуры на своей планете его встретил один из сотрудников, который был его подчиненным, равно как и все. Здесь, он был полноправным хозяином прокуратуры, в то время как на Земле, он вовсе не был кем-то значимым. -Господин подполковник, вас ждут в офисе в Галлактическом Центре. Вызывает сам генерал-полковник, заместитель начальника Военной Прокуратуры Альянса Галактического Равновесия. Отказать такому важному человеку он никак не мог,потому то на скорости, намного превышающей скорость света он летел внаправлении Галлактического Центра,выстроенного объединенными усилиями многихрас. Он небезосновательно думал о том, что в свое время земляне положили на это весьма и весьма много усилий. После пыли и песка своей планеты, на которой скромный офис военной прокуратуры был чуть ли не центром цивилизации, оказаться в кабинете генерал-полковника, который поражал даже его, видавшего кабинеты нескольких сильнейших правителей Галлактики, был поистине экстраординарным зрелищем. В этом кабинете он сидел в первый раз, а его хозяина видел только во второй раз. Генерал-полковник Бус, марсианин по национальности встретил его своей покровительской улыбкой. Стоит сказать, что данный господин был сильно обязан Слону. В некотором роде он сделал на нем свою карьеру и помог ему весьма быстро подниматься по карьерной лестнице несмотря на его излишне скандальную репутацию. Как известно, марсиане большие поклонники пословицы: «Долг платежом красен.». Пожав руку он указал ему на его место. -Приссаживаййтессь, госсссподин Хокккссс, — прошипел он чудовищно исковеркав его фамилию- кккак вы понимаете, вассс ссюда незря позссвали. Имеется важнейшшшшее дело. Большшшой важности. -Где то требуется мое присутствие? — тут же смекнул Слон-Где конкретно и по какому поводу? -Васшшша иссссторичессская родина. Планета Зссемля.- генерал-полковник добродушно улыбнулся-Есссли вы вкурссссе поссследней политичесссской обссстановки, то у меня нет потребносссти рассссказывать вам о сссути вашшшего порручения. Конечно,он был вкурсе последней политической обстановке на своей родине. Информация у него, по правде говоря,была немного скудной, но все-таки, в общих чертах он знал о том, что на Земле в последнее время назревает самый полноценный конфликт. Конфликт между новым антимилитаристическим правительством и элементами, так или иначе связанными со старым режимом. Суть его была проста. Пытаясь построить новое общество, правительство решило полностью попрать заслуги старого, даже включая те заслуги, которые были добыты с большой кровью. В прошлом году, например, земное правительство задумало извиниться перед народом Беты за ущерб причиненный бомбардировками земных милитаристов. При этом, они совершенно забыли, что это именно их военщина первой поставила себе ужас какую нецивилизованную задачу: захватить или уничтожить жизнь на Земле. Этим правительство не ограничилось и пополнило список своих глупостей тем, что решило пойти на сближение с ландорийцами. Раны, нанесенные ландорийской войной были еще свежи в памяти многих бывших солдат, потому что нанесены они были буквально пять лет тому назад. Окончилась эта война тем, что Армия Земли была признанна антигуманной организацией и что она более не имела право существовать на столь цивилизованной планете. И снова, были попраны заслуги ветеранов, которые видели весь ужас, который творила эта расса. Все те жертвоприношения, о которых приказанно забыть. Он и сам, в свое время был одним из тех добровольцев, который пошел за благоденствие этих толстопузов из правительства, которые смеют отрекаться от своей истории просто и нагло ее переписывая. -Думаю, —генерал решил перейти на понятный им обеим язык Марса- вы понимаете, что вам прийдется иметь дело с людьми, которые очень не хотят этого сближения. -Возникновение таких групп закономерно, -Слон перешел на марсианский- но, скажите мне, почему все это происходит на Земле? Ведь должны быть какие то объяснения? -Все очень просто, — генерал улыбнулся- Армия Земли она составляла полноценный костяк наших вооруженных сил. В последнее время, правда, количество бойцов из этой армии немного уменьшилось, однако, самые профессиональные именно родом с Земли. Думаю, ландорийцы решили подойти к своим задачам более хитрым образом. Слон уже начал понимать к чему клонит его начальник и в его глазах появилась какой то едва уловимый оттенок злобы который генерал распознал безошибочно. Несмотря на свою работу и коллосальнейший в ней успех, который вынуждены были в свое время признать величайшие специалисты в их деле, Слон обладал темпераментом холерика. Притом, взял он с этого темперамента самые худшие его черты. -Простите за резкость, господин генерал-полковник, — говорит он со злом в голосе- однако, я не собираюсь бороться с теми, кто возможно, помнит меня как своего брата по оружию. Более того, я не смогу эффективно противостоять тем, чьему делу я свято сочувствую. -И снова вы все неправильно понимаете, — назидательно говорит ему генерал- никто не требует от вас противостояния. Дело в том, что правительство Земли требует немедленной помощи в данной проблеме от военных Альянса, однако категорически запрещает введения на планету даже самых малых военных сил. Разумеется, в таких условиях задача по борьбе с ними и их уничтожению будет просто невыполнимой. И, на самом деле, они не дураки и сами это понимают. Несколькосекунд понадобилось изворотливому, от природы уму Слона, чтобы понять все то,что было произнесено перед ним. -То есть, если мы насильно введем войска, то потом не оберемся вонищи и никто не позволит нам сделать это, — говорит он поправляя козырек своей фуражки- если же мы будем бездействовать, то опытные ветераны могут разойтись, и кого нибудь убить. Думаю, там живет достаточно людей, которые и без оружия опасней стада бешеных журналистов с видеокамерами. Так тоже будет плохо. -А оружие на Земле есть и в гораздо большем количестве, чем кажется, — говорит генерал-полковник- просто, при милитаризме весь этот круговорот убийственных железяк в природе контролировался. Теперь же его никто не в состоянии контролировать. Вот поэтому вас и хотят отправить на Землю. Должен быть кто то, кто направит эту толпу в нужное русло. Сделает все в лучшем виде. Вы ведь, если исходить из вашего личного дела, служили в диверсионной группе. В одной из ведущих групп космического десанта. Так вот, вам будет поручена весьма своеобразная диверсия. Слон кивнул. Задача была ему более-менее ясна. Очевидно, что в этом офисе уже весьма давно разрабатываются планы по реставрации милитаризма на Земле. И на его плечи ложится почти невыполнимая задача. -Одним словом, мне стоит выйти на людей, которые будут заниматься этой диверсией и возглавить их, — говорит он ровным голосом, будто бы ему стоило сходить на чай- но какие у меня будут способы воздействия на моих конкурентов? Ведь за щитом гуманизма орудовать, как никак, труднее. -Ничего подобного, — генерал-полковник зло улыбается- при гуманизме у вас будет такая вольница, что вы, может, перехотите возвращать старый порядок. Вам разрешаются совершенно любые действия, вплоть до физического устранения определенных лиц. Одним словом все, но так, чтоб никто не смог ничего доказать. В противном случае, вас никто выручать не будет. Провала быть не может. Он кивает. Это и так понятно. Его провал будет стоить дорого ему и не только ему. Генерал-полковник усаживается в свое любимое кресло и принимается давать ему дополнительные указания… Сейчас он в дурном настроении покидает космопорт. Все таки, ему было гораздо более комфортно работать с корявыми рожами чудовищ, которые жгли, грабили и насиловали, нежели смотреть на представителей молодежи, которые хамят ему намного сильнее, нежели ему хамили самые ужасные из тех кадров, с которыми он сталкивался. Впрочем, всему свое время и он справится с задачей. Главное, это сделать вид, что усиленно работаешь, а дальше все пойдет как по маслу. Инструкции он уже получил на все случаи жизни. Он заказывает себе сверхскоросной флаер, попутно оплатив его при помощи специального компьютера, вмонтированного в перстень у него на пальце. Нет, все-таки в Военную Прокуратуру ему в первый день попадать совершенно не обязательно. Да и поздновато уже. Гораздо лучше попасть в ту квартиру, которую ему выделили для временного проживания и обустроившись там хорошенько отоспаться, чтобы назавтра предстать на своем рабочем месте в лучшем виде. Флаер подают довольно быстро. Длинный, продолговатый, сплюснутой формы. Колоссальной силы двигатели, которые могли развивать скорость в десять тысяч километров в час, что казалось чем то за гранью фантастики буквально полвека тому назад, когда он еще бегал четырехлетним несмышленным карапузом. Как же быстро меняется этот мир, в котором все время что то движется вперед, совершаются новейшие открытия, перевороты в науке, и смены режимов. Все таки, какой исполинский скачок, на несколько столетий сразу сделали земляне, когда смогли добраться до чертежей и технологий Беты, чьи солдаты хотели задавить их техническим превосходством. Он усаживается в комфортный салон флаера и с перстня передает координаты с точностью до секунды, куда ему нужно прилететь. После этого настраивает освящение, влажность и аромат воздуха, подбирает музыку в дорогу, выбирает степень затемненности стекол, а после чего, словно прихотливый хозяин после долгой работы улыбается и откидывается на сидение, тем самым словно давая команду: «В путь!». Все таки, его немного расстраивает та скорость, которую он задал своему средству передвижения. Дело в том, что он хотел посмотреть на эйфелевую башню, которую в последний раз видел тридцать лет тому назад в разрушенном виде. Однако, против своих ожиданий, он видел ее только на протяжении одной-двух секунд. Судя по всему, ее все-таки реконструировали. Это сильно радовало его сердце. После досадного происшествия с главной достопримечательностью Парижа, он все-таки решил, что рассматривания интересных мест не входит в плюсы его работы, потому спокойно развалился на сиденье и позволил уносить себя на бешенной скорости в направлении Берлина. В Берлин он пребывает достаточно скоро. Так ему показалось, потому что определить точный временной интервал своего полета он не мог, ибо придремал спустя несколько минут после его начала. -Мы прибыли на место! — извещает его технический голос флаера-Прошу освободить транспорт! Не без труда он открывает глаза и потерев их довольно быстро выскакивает из флаера, тихонько хлопнув дверью. В спину ему донеслось пожелание удачного даьнейшего пути, куда бы он не вел, в исполнении того самого технического голоса. Его полет окончился у высокого здания с неизвестным ему количеством этажаей. Гостинница «Йорселле-Мартало!», что с языка Беты переводится как «Примирение и Память.». А ведь ранее у этой громадины, высотой своей намного затмившей Эйфелевую Башню, которую он совершенно недавно видел, было другое название. «Фельдмаршал Йоган Книц». Впрочем, ничего удивительного, в настоящий момент, фельдмаршал, который создал специальные космическо-десантные войска Кница, к которым некогда принадлежал и Слон, из благородного героя и спасителя Земли, в безжалостных жерновах демилитаризации превратился в жуткого злодея, имя которого нельзя было произносить на цивилизованной планете. Какая только жуткая ирония! Монолитное, как ему казалось изначально стекло приняло его форму, давая ему возможность прохода внутрь гостиницы. Кто знает, какая раньше была обстановка внутри, однако Слон мог поспорить, что уж точно не такая, какую он в настоящий момент видел. Обстановка была в стиле дворцов Беты, в разграблении которых он участвовал более тридцати лет тому назад. Такие же языческие идолы, извергавшие из уродливых, клыкастых своих пастей снопы огня, такая же позолота, только бутафорическая и голограмная, а не настоящая, как там. Кроме того, по стенам постоянно транслировались кадры каких то разрушенных построек. Опытный глаз бывалого фронтовика сразу же узнал то, что видел перед собой. Это были разрушенные постройки Беты, пострадавшие в результате их штурма. Злоба автоматически подкатила к горлу и чуть было не вырвалась, разорвав массивный кадык словно бомбу. А ту разруху, которую оставили солдаты Беты на их родной планете предпочитают не показывать. Напрочь перечеркнув тем самым подвиг фронтовиков и тех, кто все это отстраивал. И притом совершенно безнаказанно, потому что тем былым подвижникам сия роскошная гостинница, в большинстве случаев, не по карману. Он составляет собой редкое исключение. Он все-таки заставляет себя замолчать и ничего не говорить, пускай слова и рвутся из него сами. Все равно он ничего доказать не сможет, скорее наберется больших проблем и оконфузится. С его задачей этого он совершенно себе не может позволить. Размашистым шагом он подходит к стойке, за которой сидит гостинничный портье. Странно, не робот даже не андроид, а человек стоит за стойкой. Молодой юноша, едва перешедший возрастную границу студенства. Высокий, стройный кареглазый брюнет с умным лицом, на котором была ярко выраженная печать професиональной услужливости. Одет в униформу, похожую на ту, которую он видел на гувернерах и прислуге в Бете. В мозгу возникал законный вопрос: за что же он воевал? -Здравствуйте, —обращается он к юноше- я подполковник Джером Джейсон Хоккинс, у меня забронирован номер в вашей гостиннице. Изначально, портье смерил его таким взглядом, будто бы сомневался в том, что у подполковника хватило бы денег на номер в такой гостиннице, однако он довольно быстро поворачивается к компьютеру и что то в нем ищет. Спустя несколько секунд он от него отрывается. -Да, действительно. Номер две тысячи триста пятьдесят второй зарезервирован за вашей персоной. Соблаговолите пройти процедуру биометрического сканирования для опознания личности, — говорит юноша приятным голосом. Он ложит перед ним небольшую пластиковую планку. Джером прикладывает к ней большие пальцы обеих рук, после чего подносит ее к своему глазу. Несколько секунд продолжилось молчание. -Ваша личность подтверждена сканированием, — юноша улыбнулся- в вашем деле сказано,что у вас есть множество боевых наград за операции против Беты и многих других рас, с которыми в настоящий момент наше правительство ищет примирение. -Так точно, — зло ответил Слон, который уже понял к чему здесь клонят. -Попрошу при других гостях не одевать этих наград. Это не политкоректно, ибо нашими прошлыми противниками может быть воспринято крайне болезненно. Лучше всего не одевайте вообще никаких наград. Это просьба не от меня, а от администрации гостинницы. Если что то понадобится, можете обратиться ко мне. Меня зовут Майкл.- он одарил его шаблонной улыбкой. -Благодарю, —Слон не утруднил себя ответной улыбкой- извольте выдать мне ключ от номера, а также робота-носильщика. Две тысячи триста пятьдесят второй номер оказался весьма комфортным, хотя и был лишен лишних роскошей. Начальство Джерома решило не раскошеливаться на роскошные номера. Впрочем, под рукой у него был и душ и прекрасная кровать, которой у него не было в распоряжении, когда он работал на той душной, пещанной планете. Голопроектор телевизора был вмонтирован в стену. Кроме того, было окно, с которого можно было наблюдать с высоты город. На столике находилас пепельница. Одним словом, практически ничем не отличалось от квартиры в офицерском общежитии, куда он планировал перебираться в ближайшее время. Только цена здесь была намного высше. Он довольно быстро настраивает окружавшее его пространство на нужный лад. Вместо серых стен он установил голообои леса с соответствующим запахом. Пожалуй, он сильно любил лес и пускай нечасто бывал в лесных местностях, но его туда тянуло, будто бы неизвестной силой, которой он ни коим образом не мог противостоять. Уже спустя десять с небольшим минут он был скупан и с прекрасным самочувствием, опорожнив небольшую бутылку пива, которую нашел в гостинничном холодильнике, он лег на кровать. Кстати, матрас был намного приятней чем в офицерском общежитии. «Все равно переберусь» — подумал про себя засыпая Джером- «Нечего начальству на мою командировку так тратиться»…