О чём молчит общество

      Прохладный ветер охватил улицу. Жаркое утро сменилось прохладной ночью, проснулись сверчки и прочие ночные животные. Где-то в городе открылись ночные клубы, бары, а рестораны, кафе и прочие заведения только закрылись. Хозяева этих заведений шли спать, ведь день был тяжёлый, кто-то шёл на подработку. Каждый занят своей рутиной.       Собравшись, парни отправились в путь. До места назначения ехать полчаса, не так много, но и не мало.       В окнах погас свет, улицы освещали лишь редкие круглосуточные маркеты, да выглянувшая из-за туч полная луна, словно прислушивающаяся к подозрительной тишине в городе. Ехали парни как можно быстрее и, наконец, выехав на объездную, выжали газ на максимум. Место, в которое они направлялись, — это самый отдаленный от центра особняк Пак Джинёна. Как рассказывал Чонин, никто не охранял именно это место, правда, там стояли камеры, но в них не такая уж и большая проблема. Судя по тому, что сказал младший, камера была при входе в дом и на заднем дворе. Обойти такую защиту довольно легко, каждый мог, но всё же кому-то совесть не позволит. Но скажем честно: кто проберется в чужие владения, если его мучает совесть?       Дом окружён лесом, но огонь из дома никак не попадает на участок леса, ведь пока тот разгорается, поднимется шум и приедет куча пожарных машин, что в каком-то смысле упрощает задачу.       Наконец добравшись до места, парни остановились в лесу около дороги, по которой добрались до этого места, дабы сбежать, если что-то пойдёт не так. Недалеко от трассы в кустах лежали три канистры бензина, что младший притащил сюда вчера вечером. Как парни и обговаривали, каждому досталось по канистре, а Бин сидел на шухере.       — Бля, парни, может, уедем, пока не поздно. Бля, предчувствие такое себе, — парень не выглядел напуганным, лишь настороженным.       — Ты опять за своё? — Хан был решителен. — Чанбин, я беру на себя всю ответственность, всё будет хорошо.       Перед уходом Джисон достал из своего рюкзака маски, что приготовил ещё вчера, перед тем, как лег спать. Те прикрывали половину лица, видны были лишь глаза. Тканевые маски, балаклавы, были приготовлены лишь для анонимности: мало ли кто-то попадёт в видимость камеры. Дышать в них можно, но при сильной нагрузке те лишь помогут тебе задохнуться от недостатка кислорода.       Пройдя через небольшой лес, они попали на территорию Джинёна, она не была закрыта забором или чем-то похожим на преграду, поэтому парни как можно быстрее побежали в сторону дома. Камер сбоку от него не было, поэтому, прижавшись к стене, искали способ, как попасть внутрь.       — Входа тут нет, — старший огляделся по сторонам.       — И что прикажешь делать? — это прозвучало с усмешкой, отчего Хан строго посмотрел на младшего, и когда тот понял, что сказал лишнего, кратко бросил извинения.       — Предлагаю разбить окно, от огня всё равно стёкла лопнут, да и так проще, — и не дождавшись ответа, Феликс сделал сильный замах рукой, отчего стекло разбилось. Пару осколков воткнулись в кожу, но не обратив на это внимание, снова замахнувшись, ударил во второй раз с большей силой. Окно было разбито достаточно дабы пролезть через щель.       — Ты ебанутый? У тебя кровь с руки течёт, — будто не слыша этих слов, Ли полез внутрь. А в тот момент Хан быстро снял с себя рюкзак, который брал на всякий случай. В нём лежали маски, что парень уже раздал каждому, зажигалка и пара бинтов. Пока младший проникал внутрь, Джисон быстро собрал кровавые осколки в рюкзак и протянул бинт Феликсу, но тот отказался, отчего старший был в буквальном шоке, но, не сказав ни слова, положил бинт обратно и полез за парнями. — Я на второй этаж, на вас первый. Как с ним закончите, у вас должны быть зажигалки, думаю, мы закончим примерно в одно время. Как зажжёте, идите прочь из дома, но будьте аккуратнее, от бензина реакция пиздец какая, так что вас может задеть огонь.       Нисколько не думая, парень рванул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Открыв канистру, юноша прошёл вглубь. По дому начал разноситься шум, парни уже начали, зайдя в самую дальнюю комнату. Лунный свет, проникая сквозь хрустально чистые окна, создавал атмосферу, соответствующую настроению парня. Воодушевление своими идеями так и показывалось в его светящихся от счастья глазах.       Наконец из канистры полилась полупрозрачная жидкость жёлтого оттенка, но та была похожа на масло, любой бы понял — бензин.       Дом был почти пуст: ни книг, ни прочих мелочей. Судя по всему, тут никто не жил, но оно и очевидно: такой человек, как Пак Джинён, не жил бы в настолько открытом для людей доме. Слишком очевидно, что этот мужчина не будет жить так близко к городу, скорее всего, он жил в Пусане либо в небоскребах очень дорогого района. Хотя, скажем честно, кто действительно знал место проживания этой мрази?       Запах бензина заполнил дом, отчего дышать стало сложнее, маска лишь скрывала лицо, а не помогала дышать и делала лишь хуже. На выходе из очередной комнаты парень направился в одну из пары оставшихся комнат, что не заполнились бензином, как начал чувствовать запах гари. Дышать стало ещё сложнее, не переступил он порог комнаты, как мозг начал говорить «беги», а сердце твердило: «Доведи дело до конца». Облако тёмного дыма поднималось на второй этаж с бешенной скоростью. Кажется, парни уже закончили, но у Хана осталось ещё две комнаты.       Началось головокружение, сработал инстинкт самосохранения, в глазах плыло, но парень шёл в сторону лестницы, в ближайшее время огонь заполнит её ступени. В глазах сверкало отражение языков пламени. Они медленно, но уверенно заполняли дом, сжигая всё на своем пути. Слезы стекали по щекам и тут же падали на пол. В глазах темнело, дым заполнил весь второй этаж. Начался беспрерывный кашель, и Джисон упал на пол, спиной прижимаясь к стене и задыхаясь. Повернув голову в сторону, Хан заметил, что из комнаты, которая была дальше всех, вышел незнакомец. Кажется, именно в эту комнату Джисон не успел зайти.       Парень тоже был в балаклаве, но та была немного плотнее, чем маска Джисона. Юноша метался из стороны в сторону, кажется, искал выход. Посмотрев с сторону Хана, парень, кажись, не сразу заметил его, дыма было слишком много. Хан снова начал кашлять, в глазах уже всё плыло, как по течению.       Незнакомец, что стоял вдали коридора, испугался, но глазами, что не прикрывала балаклава, начал искать источник звука. Наконец найдя, быстро подошёл к Джисону. Тот лишь посмотрел в глаза юноши, попытался разглядеть черты лица, но вскоре потерял сознание. В панике неизвестный парень упал на колени перед брюнетом, проверяя пульс. Наконец нащупав его, снял с себя походный рюкзак, тот был почти весь заполнен, но из всего, что лежало в его сумке, юноша достал какую-то тряпку и бутылку воды. Пока огонь не добрался до парней, он быстро намочил водой кусок ткани, открыл маску Хана, а после чего накрыл его рот и нос. Снова надев на себя портфель, юноша поднял Джисона с пола и взял на руки. Для парня это оказалось не такой сильной нагрузкой, что не могло не удивить. Языки пламени начали с бешеной скоростью подниматься на лестницу. На первом этаже начали слышаться взрывы стекла. В незнакомце двинул адреналин, либо спастись вместе, либо погибнуть, сгорев заживо. Теперь и он начал задыхаться, но несмотря на это, юноша с парнем на руках рванул через огонь, нужно было попасть на первый этаж. Жизнь будто пронеслась чрез парня. Воспоминания, что накопились за всю его жизнь, пролетели перед глазами. Прыгая через огонь, нужно надеяться на лучшее.       — Ай, блять! — крикнул неизвестный юноша. Кажется, языки пламени задели его руку, на голой коже появился красный ожог.       Кажется, адреналин сейчас на самом пике, ведь несмотря на этакий удар огня, в голове парня была лишь мысль о спасении. Рука, получившая травму, ослабла, и парень, что находился без сознания, чуть ли не падал с рук. Теперь это действительно стало сложным препятствием. Оглянувшись, парень заметил в одной из сторон, кажется, недавно лопнувшее окно. Что было за ним, было не разглядеть, ведь дым перекрыл обзор. Но, кажется, больше выхода не было.       За пределами дома слышались обеспокоенные крики. Кажется, это кричали парни из банды Хана.       — Хён! Ты где?       — Где он, парни? А если с ним что-то случилось? — он кричал громче всех.       — Да что с ним случится? Он же сильный, скорее всего, пошёл в другую сторону леса, чутка перепутал место, где мы остановились.       Не обращая на эти звуки внимания, незнакомец подошёл к окну, что было единственным спасением. Окно было не таким высоким, что помогло вызволить из этого дома Хана. Парень вышел с ним на руках, задыхаясь от нехватки воздуха. Отойдя на безопасное расстояние, юноша положил Джисона на траву и убрал с его лица влажную тряпку, после чего поставил его ноги в полусогнутое состояние, как учили на уроках в экстренных ситуациях, и, посмотрев ему в глаза, снова проверил пульс.       — Слава богу, пульс есть, — он вздохнул с облегчением. Будучи готовым делать искусственное дыхание, незнакомец снова услышал кашель. Парень, которого спасли чудесным образом, пришёл в себя.       Хан начал кашлять сильнее, после чего резко открыл глаза. Кажется, тот был на грани жизни и смерти, он бы погиб, если бы не парень перед ним. Тот смотрел в глаза брюнету, проверяя, всё ли с ним хорошо.       — Кто… Кто ты? — еле дыша, спросил Джисон, зрение ещё не пришло в норму, всё казалось размытым.       Ответ на вопрос так и не последовал. Юноша, что был напротив, снова открыл свой портфель и достал ту самую бутылку воды. Протянув руку, дабы дать Хану воды, почувствовал боль. Посмотрев на свою руку, тот был в шоке. Ожог, что появился при спасении, был большим и красным. Волдыри, появившиеся от огня, так и били по руке, та будто онемела.       Кажется, тот прошептал короткое «ащщ», но ничего более. Но, несмотря на боль, всё же поднёс к нему бутылку воды.       — Ты… ранен. Это из-за меня? — зрение наконец пришло в норму, но так и не услышав ответ, позади послышались крики.       — Вот он! Живой!       — А это чё за хуй с ним? — Чанбин не часто выражал свои эмоции такими словами, но видеть своего друга живым с кем-то было странно.       — Хён! Хён, что с тобой? Ты где пропадал?       Незнакомец, услышав эти слова, встал, схватил свой рюкзак и побежал в противоположную сторону.       — Э, блять! Куда пошёл! — крикнул Феликс и побежал за ним. Ли был самым быстрым из их компании, поэтому убежать от него было не так уж и просто. Незнакомец побежал в сторону дороги. — Слышь ты, стой. Кто ты и что ты тут делаешь? — продолжал кричать Ли, но парень так и не отвечал, а бежал дальше.       Наконец выбежав на трассу, незнакомый парень зашёл за угол и, пропав с глаз Феликса, снял с себя портфель. Быстро открыв один из карманов одной рукой, достал пистолет и вышел из укрытия, направив дуло в сторону бежавшего за ним парня.       Шуршание листьев создавало нагнетающее настроение. Луна ярко светила и не закрывалась облаками. Зелёная трава, что ещё утром блистала от солнца, будто уснула под настроение ночи. Синее небо отражалось в глазах обоих, но у каждого они отражали разные эмоции. Испуг и уверенность — совершенно противоположные вещи.       — Слышь, чувак… — незнакомец медленно отходил назад, но всё так же сверлил взглядом Ли. — А ты чего назад уходишь, напугать пытаешься? Идёшь так, будто пистолет не заряжен, — резкая уверенность в своих словах ошарашила вооруженного незнакомца, и, наконец остановившись на месте, тот поднял руку к небу и нажал на курок. Резкий звук выстрела раздался по площади. Глаза Феликса округлились и теперь тот медленно отступал назад. — Эй… блять, не надо, — его голос дрожал. Юноша, что был перед Ли, опустил руку, повернулся и побежал дальше.       Спустя минуты две на дороге показался автомобиль, номер машины не было видно, слышен был лишь звук колес.       — Эй, хён, ты как? — Чонин прибежал на звук выстрела. Было бы странно, если бы никто не пришёл проверить. — Ты не ранен? Что случилось?       — Да нет, не ранен. Но у меня много вопросов к Хану. Чё это за хуй? — он резко обернулся и пошёл в сторону младшего, взяв его за руку, потянул в сторону старших.       Парни сидели на траве, Джисон жадно пил воду, а Чанбин всячески осматривал юношу. Лес будто пел, поднялся сильный ветер.       — Джисон! Это кто был? Ты его знаешь? — начал кричать парень, медленно подходя к старшим. Чонин наконец вырвался из хватки блондина и тоже застыл в недоумении.       — Не знаю я. Как почувствовал запах гари, пошёл в сторону лестницы, но надышался дымом и упал на пол. Этот парень вышел из комнаты, которую я так и не успел проверить. Я не видел его лица, лишь фигуру, в глазах плыло, я начал задыхаться и кашлять. Вроде как он начал искать меня, ведь звук его напугал, а потом, увидев меня, он быстрым шагом ко мне подошёл, а что было дальше, я не помню, — парень тяжело вздохнул. — Помню лишь, как пришёл в сознание, он сидел тут, рядом со мной, а после дал мне воды, но… Его рука была ранена, думаю, это из-за меня. А потом припёрлись вы, и вот я тут.       — То есть он тебя спас? — Феликс был ошарашен этой новостью. — А ничего, что он, блять, меня чуть не убил?       — Э, бля, ну слушай, наш друг погибал, и он его спас, а ты, блять, как неуравновешенный бежал за ним, будто убить хочешь. Простая самооборона.       — Да блять, не ссорьтесь, поехали отсюда, пока нас не заметили. Думаю, скоро появятся новости по этому поводу, — Джисон аккуратно встал, но всё равно пошатнулся, в глазах снова поплыло: всё же Хан мог лишь спокойно сидеть или лежать, но нагрузку для своего тела делать не мог. Огонь уже заполнил второй этаж. Пламя будто вырывалось из дома наружу.       — В таком состоянии ты не сможешь сесть за руль. Дай свой мотоцикл Чонину, а сам поехали со мной, — Чанбин знал дорогу, да и доверять ему можно, поэтому Хан лишь согласился и пошёл в сторону байков.       Приехав обратно в гараж, парни не торопились по домам. Первым делом ребята включили телевизор в специально оборудованном месте для отдыха. Переключив на новостной канал, принялись ждать. Долго сидеть не пришлось, через минут пять начались новости. Прямой эфир с места событий. Девушка, что работала в сфере СМИ, заговорила:       — Срочные новости: сегодня, приблизительно час назад, загорелся один из домов известного Пак Джинёна, самого мужчины в доме не было. Все подробности от моего корреспондента, что находится на месте событий, — кадр изменился, на экране показался мужчина лет тридцати.       — Как вы уже слышали, не так давно загорелся дом известного бизнесмена Пак Джинёна. Пожарные тушат огонь, причину возникновения огня пока не выяснили. Пламя заметил рыбак, что ехал домой после ночного улова, — на фоне слышались сирены машин и крики рабочих. На что парни лишь улыбались. Как вдруг к репортёру подошёл мужчина в полицейской форме.       — Ким Сынмин, — парень показал свой бейдж и продолжил: — Прошу отойти от места происшествия. В одной из комнат на втором этаже, что оказалась кабинетом, мы нашли подозрительные вещи. Не мешайте работе криминалистов.       Глаза парней округлились. Второй этаж — это место, что должен был проверить Хан. Те разом обернулись на него, после чего недоверчиво начали осматривать Хана.       — Да я тоже не ебу, что там. Я не успел проверить две комнаты. Всё, что я успел, — это две спальни и библиотека. Давайте просто ждать новостей, что они там нашли. Не смотрите на меня так, — после этих слов все дружно обернулись обратно, как репортёр снова начал говорить:       — В кабинете мужчины нашли заряженный пистолет, огнестрельное оружие находилось в сейфе, что пришлось разбить. Так же обнаружили три небольших пакета с белым порошком, их отправили на экспертизу. Неужели Корея, самая безопасная страна, под угрозой? Подробности через несколько часов.       — А-ха-ха, вот пидор, спалился всё же. По новостям такое показали, ему не сбежать от вопросов, — начал смеяться Джисон.       — То-то же, давайте в честь этого завтра вечером в бар? Я знаю хорошее местечко, уверен: вам там понравится, — поддержал Чанбин.       — Обязательно. Давайте пока по домам, отдыхайте. Бин, я у тебя останусь, в общежитие не пустят в столь поздний час, вопросы появятся, да и я не в состоянии, — на что Чанбин лишь кивнул.       — Я пошёл, — крикнул Ли, после чего парни услышали звук заводящегося мотора. Юноша уехал на своем байке в полном одиночестве. Так и закончился этот вечер. Никто не разговаривал, все лишь отдыхали и думали о произошедшем.