Глава 15. Боль.
7 апреля 2024 г., 17:45
Темно и одиноко. Он шёл, сам не понимая куда. Его кинули в какую-то грузовую машину, судя по звукам, он был не один. Рядом с ним стоял человек. Наверняка смотрел за тем, чтобы парень не сбежал. Они пролетели уже несколько поворотов — так далеко и долго. В голове лишь желание остановиться и наконец выйти из машины. Но они продолжали куда-то стремительно ехать. Уже не слышен город, лишь рядом проезжающие машины. Он не спал, он не без сознания, слух из-за этого более восприимчив, ведь глаза закрыты полотном.
Рука прикована к какой-то железной балке. Парень не видел, что находилось внутри фургона, не видел номер — ничего. Он даже не знал, на чём ехал Джинён: ехал ли он рядом или же он уже ждал прибытия Хана.
Снова поворот, голова уже кружилась от них. Они ехали быстро, когда они уже будут на месте? Ещё один, более резкий, от чего парня будто откинуло в сторону, и он ударился головой. Ещё несколько метров и машина начинает останавливаться. Слышны крики людей снаружи, громко. Голова гудела.
— Открывай! — кричит кто-то вне фургона.
Даже сквозь плотную ткань, который были закрыты глаза Джисона, просочился свет. Его отцепили от железной балки, казалось бы, вот-вот ему снимут повязку с глаз. Или же мешок… Честно, он сам ещё не понял, что это. Неожиданно он почувствовал резкий удар по голове, парень даже не понял, с какой стороны и как именно его ударили. Голова закружилась, это был удар либо битой, либо чем-то тяжелее. Хотя отрицать тот факт, что рядом с ним сильный человек, не стоило.
Дальше парень не слышал ничего, он больше не чувствовал ничего, лишь упал на пол так, что обычному человеку было бы больно слышать данный звук.
Снова холод. Снова скованные между собой руки. Но на этот раз глаза ничего не закрывало, не было ничего, что могло бы ему помешать оглянуться по сторонам. Он приходил в сознание.
— Чёрт тебя подери, ну наконец-то, — послышался голос рядом. — Ты так слаб, мне пришлось ждать, когда ты очнёшься, целых два часа, — в голове парня пронеслось легкое «ага, сейчас же, поверю я тебе», но Джисон лишь посмотрел на лицо говорящего, эта картина его вовсе не удивила. Снова Джинён.
— Когда я тебе уже надоем и ты убьёшь меня? — начал шептать себе под нос Хан. Но, кажется, это было не совсем шёпотом, ведь мужчина его услышал.
— Джисон, ты хоть понимаешь, чего мне стоило привезти тебя сюда, поймать как минимум? Ты мне карьеру испортил, из-за тебя меня разыскивает полиция, а ты так спокойно говоришь мне убить тебя? — он качался на своём кресле-качалке. — Оглянись по сторонам, тебе тут не нравится? — и парень действительно осмотрелся.
Уютная комната, большая и на вид мягкая кровать. Он так давно не видел такой красивой обделки комнаты. Уже несколько дней парень жил в грязном сыром подвале, в котором лежал его дядюшка, если это можно назвать жизнью, то он жил не в очень хороших условиях.
— Отвали, убей меня и всё! — кричал Джисон, его состояние нельзя назвать хорошим. Горло першило, кричать было больно.
— Джисон, я так подумал, ты мне ничего рассказывать не собираешься же, так? — в ответ он словил строгий взгляд парня напротив. — Конечно не хочешь. Ну и я так подумал, пользы ты мне не принесёшь за просто так, поэтому предлагаю пожить в таких условиях, что тебе не захочется отсюда уходить. Стань приемником моих желаний. Замени Чонина, он был так бесполезен, — на небольшом столике, рядом с которым сидел мужчина, стоял бокал вина, который периодически становился пустым.
— Не собираюсь я быть твоей собачкой на побегушках! — мужчина медленно допил вино из бокала и молча встал и направился к выходу из комнаты, а потом напоследок добавил:
— Ты потом сам ко мне прибежишь.
Тишина. Не слышно ничего: ни города за окном, ни суматохи — полная тишина. Ноги не прикованы? Он осмотрелся по сторонам, в ушах до сих пор звенело. Комната даже огромная, его спальня в общежитии была не такой большой, как эта комната. Это смущало, что же ему тут делать? Стоило ли соглашаться на продолжение Джинёна? Конечно, нет, как он может предать себя и свою банду? Правда не может, это просто не усваивалось в его голове. Хотелось вернуться к себе, хотелось снова увидеть Минхо или Хёнджина, Феликса, Чанбина. Снова увидеть живого дядю, а не в предсмертном состоянии. Как же хотелось вернуться в прошлое. Но это невозможно.
Он встал с пола и направился к окну, ноги ослабли, он не ел так долго. Те готовы согнуться под весом всего тела, он действительно исхудал. Но всё же медленными шагами парень дошёл до окна. Открыв шторы, он увидел то, что совсем не ожидал. Лес. Темный лес, что окружал дом и двор. Ничего рядом не было. Он на втором этаже. Парня охватило отчаяние он сел на пол спиной к стене, уголки губ сами начали приподниматься, а после, стуча затылком по стене, комната заполнилась смехом. Но смех был вовсе не от счастья, а от боли, которую он понимал, что ему предстоит пройти.
Снова осматриваясь по сторонам, парень поднял голову наверх, камеры. Как же не удивительно, они зажжены зелёным светом, включены. Интересно, сколько человек и где за ним наблюдали. Отсюда не выбраться, как бы он этого не желал, поэтому он встал с пола и направился к кровати; руки ужасно ныли, наручники сковывали слишком крепко, они были так крепко зацеплены, что если просто бросить невольный взгляд в сторону рук, то можно было увидеть красные раны.
Только прикоснувшись головой к подушке, парень будто моментом погрузился в сон, даже его кровать в общежитии не была похожа на эту… Эта кровать похожа на кровать в доме Минхо.
* * *
— Вставай! — кто-то кричал под ухом. — Ау! Чёрт тебя… — ярко… Запах в комнате стоял достаточно сильный, что это? Еда? Парень так давно не ел, но кажется, что теперь уж не было сил даже поесть. — Да неужели! Проснулся, выродок, — мужчина кричал это над ухом. Джисон медленно открывал свои глаза; в метре от него стоял Джинён. Почему он сегодня сам к нему пришёл? — Ты… Зачем ты приходишь ко мне? Убей уже, убей, — мужчина напротив осмотрелся по сторонам. На прикроватной тумбе стояла тарелка салата. На вид ему дня два? Сколько спал Джисон? Рядом с салатом стояла тарелка какого-то супа. Наверное, запах шёл от неё. — Ты почему не ел в последние дни? — мужчина подошёл ближе. — Я спрашиваю, почему ты не ел?! Видел же наверняка, что тебе еду принесли, специально спать ложишься, чтобы голод не чувствовать? — Я не хочу, — парень сел на край кровати. Живот крутило. — Я не голоден. — Я не спрашивал тебя, хочешь ты есть или нет. Я сказал, почему ты не ел? — он встал напротив него. А после замахнулся рукой и дал ему пощечину. — Я не буду это есть. — А что, боишься, что отравлено? Тогда почему же не ешь, так умереть хочешь, просишь меня об этом, а сам отраву есть не хочешь? Какой ты глупый, — он снова замахивается в сторону Хана, но не бьёт, лишь берёт его за волосы и с силой кидает на пол. Тот упирается руками, чтобы не упасть, но в ответ на это действие его пинают ногой. — Есть будешь? — Я не голоден, — мужчина смотрит на исхудавшее тело парня, а после подходит к тумбе и спускает тарелку супа на пол. Наблюдая за происходящим, Джисон аккуратно отползает назад. — Чего отодвигаешься? Заподозрил что-то, — и действительно, в голове возникла идея, что отсюда нужно уходить, будто с секунды на секунду произойдёт что-то такое, что может принести парню вред. — И правильно делаешь, — он подошёл к парню ближе и потянул его за волосы ближе к тарелке, а после наклонил его и утопил его лицо в ней. — Вздумал не есть? Силком запихаю, ублюдок! — парень вырвался, но его пнули в живот и продолжили топить в тарелке. — Ешь, сказал! — лицо всё мокрое, его оттянули от тарелки и потянули назад, чтобы посмотреть ему в лицо. Парень кашлял. — Ну и рожа у тебя, страшная, — его оттолкнули дальше, Хан ещё не перестал кашлять, как его снова пнули, но уже в грудь, и теперь же он бился спиной об стену. — Ничтожество. — Я не ничтожество! — прокричал парень, но в ответ ему последовал лишь строгий взгляд. — Ты не достоин того, что я тебе дал. Вчера в новостях показали, что полиция обследовали мой дом, который ты сжёг, — его острые черты лица выглядели серьёзно, страшно, хотелось сбежать. В голове крутилась картина, как он разговаривал с отцом Джисона, а после безжалостно убил его на глазах у ребёнка. Да, тогда он и не подозревал, что за ним наблюдают и после вздумают отомстить. Но сейчас этот мальчишка перед ним. И ситуация повторялась: Джисон стоял на коленях так же, как и его отец, а Джинён бил его, угрожал так, будто в его личности вовсе не осталось человечности. — Заберите его! Раз он так хочет умереть, так пусть вернётся в те же условия, в которых он был до этой комнаты. Может, он наконец поймёт, что теряет. В комнату зашли двое охранников. Они будто вечно носили в эти чёрные костюмы, возможно, что если он когда-то отсюда выберется, то он будет опасаться людей в таких костюмах. Они доставили ему так много боли. Не хотелось их видеть, нет, только не снова они. Он схватили Джисона за плечи и взяли на руки. Больно. Но сил вырываться не было. Они несли его вниз. Коридор не особо выделялся из интерьера. Лишь картины, которые он видел, они… В них не выделялось ничего, кроме одной детали. Они подписаны автором «sunido». Это картины Минхо! Его унесли дальше; в глубине дома темно. Парня кинули в тёмную комнату. Уже вечер, из света там лишь пару настенных ламп, окон нет. Комната такая маленькая и холодная. Дверь захлопнулась с громким скрипом. Парень упал на колени; руки ужасно болели, он так устал падать на них. Осматриваясь по сторонам, любого человека бы вырвало, иначе как можно объяснить банки неизвестным содержимым? Это что, сердце? — Боже! — крикнул парень. — Что это?! — хотелось забиться в угол, плакать, но он уже просто не мог. Сил не было. Джисон лишь забился в угол и качался то вперед, то назад. Его трясло. — Тут так холодно, — шёпотом сказал он. И действительно, ощущение, что в комнате около нуля градусов, может, даже больше. Настоящий холодильник? Это холодильник для трупов? Он вытер своё лицо одеждой. Нос уже замёрз. Хотелось спать, возможно, ощущая такую прохладу, не стоит засыпать. Но именно из-за неё так хочется спать.* * *
Он не спал уже пару часов. Сидел и смотрел куда-то вдаль. Уже давно потерялся счёт времени, не было ни света, ни часов. Ничего. Где-то вдали слышен уже давно знакомый голос Джинёна. — Покормите его и быстро ко мне, у нас встреча с японским филиалом, нам нужно спешить, иначе японская мафия не будет вести с нами сотрудничество. А у нас скоро будет аукцион на живые товары. — Да, — послышался шум закрывающейся двери. Кажется, в доме остался лишь он и ещё один человек, который должен был дать ему поесть. Голод уже не чувствовался, поэтому он сидел и даже не обратил особого внимания, когда в комнату зашёл мужчина в костюме и поставил около выхода тарелку с рисом. — Ох, опаздываем, — прошептал он себе под нос и закрыл дверь. А после побежал обратно. Джисон даже не повернулся в сторону двери, ему незачем, сил так мало, может, он бы смог встать, пойти куда-то, но ему некуда. Но всё же поесть хотя бы немного нужно. Поэтому он всё же посмотрел в сторону двери. Маленький луч света, который появился на полу. Он всегда был тут? Поднимая голову выше, он увидел, что как раз-таки этот луч появился из-за двери. Она открыта? Парень дёрнулся вперед, встал и медленно пошёл в её сторону. Ещё раз прислушавшись, он понимает. Он в доме один. Поэтому Хан открыл дверь и заозирался по сторонам. Окна плотно закрыты шторами. Зал был не особо заполнен. Лишь несколько полок с книгами. Стол и диван. Он осмотрелся дальше, рядом с дверью в другую комнату стоит небольшая тумба. А на ней стоял… Телефон? Это домашний телефон? В голове сразу вспыхнула идея. Он быстрым шагом подошёл в его сторону. Взял его в руки, они казались такими худыми, но сейчас не время думать об этом, нужно спешить, мало-ли Джинён вернётся прямо сейчас. Джисон набирал не так давно выученный, но уже родной номер. Ему не ответили. Почему? Говорил лишь автоответчик: — Алло, здравствуйте, это автоответчик, сейчас я занят, поэтому оставьте мне сообщение, либо перезвоните позже, — голос так спокоен. — Нажмите цифру «четыре», чтобы оставить мне его. — Да, конечно, — он быстро нажимает на цифру «4» и говорит: — Это Джисон, помогите, лес, тут так холодно. Двухэтажный дом, я не знаю, что мне делать, помогите…
