shall we dance?

На ладонь бесшумно спланировал сморщенный желтый листок. Я накрыла его другой рукой, словно бабочку, опустила ресницы и вдохнула терпкий, чуть горьковатый запах. Осень неспешно раскрашивала город в охру и золото, тут и там брызгала красным, порой хмурилась и водила серой кистью из туч по небу, отчего оно с каждым днем становилось все выше и ярче. По ночам ветер завывал, точно псы Дикой Охоты, и скребся в дрожащие оконные стекла. Люди еще не смирились с тем, что лето закончилось, и на улице пестрел причудливый калейдоскоп одежды - от маек до пуховиков. Я и сама то и дело промахивалась с выбором: вчера мне было слишком жарко в брюках и куртке, а сегодня темно-синее платье и фланелевую рубашку в клетку хотелось сменить на что-то потеплее. Положив листок в карман рубашки, я поправила лямку рюкзака, оттянувшего плечо, и продолжила путь. Спешить не хотелось, да и некуда было. Очередной рабочий день закончился, оставшись в памяти смазанным пятном с искаженными кляксами лиц, и я наконец-то получила в свое распоряжение несколько часов настоящей жизни. Дома меня никто не ждал. А осень так и манила дышать ею, любоваться и сохранять маленькие моменты в рисунках, засушенных листочках, коротких заметках и сливочном вкусе рафа на языке. Мимо с тихим шелестом пронесся электросамокат, и я отшатнулась, больно ударившись о шершавый камень ограждения. Созерцательное настроение мигом испарилось. Я выругалась вслед стремительно уменьшающемуся любителю высоких скоростей и одернула рубашку. Этого показалось недостаточно — я успокоилась только когда перевязала шнурки кроссовок, подтянула лямки рюкзака и отряхнула подол платья. Мелко колотящееся сердце, наконец, замедлило свой ритм, но продолжать прогулку уже не хотелось. Зато отчаянно захотелось того самого рафа. Сверившись с навигатором, я с радостью обнаружила, что одна из моих любимых кофеен находится совсем недалеко. Два двора, тихий переулок, подземный переход .. Оставалось пересечь площадь, на другом краю которой — я не видела отсюда, но точно знала — приветливо темнела знакомая дверь с позолоченными буквами названия. Я глубоко вдохнула прохладный воздух, почти уверенная, что почувствую аромат кофе даже отсюда. А вместе с выдохом на площадь ворвалась музыка. Именно что ворвалась - нахлынула, забурлила, растеклась, захватила редких прохожих, растерянно закрутивших головами в поисках ее источника. Сила ее нарастала с каждой секундой. Я уже успела сделать несколько шагов по плитке цвета топленого молока и теперь растерянно застыла: вернуться в тень, уступить музыке, вслед за которой наверняка явится и толпа? Или, наоборот, ускориться и постараться пересечь круглое, похожее на плоское блюдо пространство? Но вдруг я поймала себя на том, что вовсе не хочу уходить, а притоптываю в такт и даже пытаюсь что-то напевать. Мелодия была знакома, но слова вспомнить не получалось, оставалось лишь мурлыкать нечто бессвязное себе под нос. Но и этого будто было достаточно. Как странно... Звуки, казалось, тянули меня за руки, вели туда, к наконец-то объявившимся музыкантам. Им помогал ветер, обернувшийся игривым щенком - трепал подол моего платья и взволнованно поскуливал, упираясь короткими толстыми лапками в брусчатку. Мягкий солнечный свет окутал всю площадь, и на миг даже показалось, что я вижу этого щенка - лобастого улыбчивого ретривера. Я неуверенно шагнула к кофейне, но момент был упущен. Танцующие люди растеклись по площади, как круги по воде, мигом заполнив ее, и те, кто не успел вовремя убраться с дороги, оказались вовлечены в танец, опьянены музыкой и захвачены происходящим. Меня охватила паника - так много людей! Но биты участились, и в ритме с ними запульсировало мое собственное сердце, а страх исчез, смытый волной отчаянного желания танцевать. Кто-то схватил меня за руку - я обернулась и встретилась глазами с кудрявой рыжей девушкой моих лет. Она широко улыбнулась мне и кивнула, будто давая разрешение на танец. Помедлив, я сжала ее пальцы в ответ. Ветер взметнул ее густые волосы и мой растрепанный хвост. Ее кулоны и подвески едва слышно зазвенели — наверно, на самом деле бряцанье было громким, учитывая, сколько безделушек украшало тонкую шею с россыпью веснушек с правой стороны, но рокот музыки заглушал почти все. Ткань моего платья закручивалась вокруг колен на особо резких поворотах. Рюкзак ударял по спине при каждом движении. Это мешало и отвлекало, и я стряхнула его на руку, оглядываясь в поисках места, куда можно было бы сбросить ненужные вещи. Внезапно оказалось, что музыка привела меня точнехонько к кофейне, куда я так стремилась попасть. На улице все еще стояло несколько столиков, и все они были свободны, за исключением одного — того, что находился ближе всего к площади. За ним сидел темноволосый парень в расстегнутой черной куртке, из-под которой виднелся ворот рубашки нежно-лавандового цвета. Столик перед ним был пуст: то ли он еще не успел сделать заказ, то ли вовсе просто присел отдохнуть. И только несколько сухих золотистых листочков перекатывалось по стеклянной поверхности. Я мазнула по незнакомцу взглядом. Хотела уж было обойти его и бросить рюкзак за соседний столик — интересно, о чем я думала, собираясь оставить свои вещи без присмотра? — но что-то в его лице привлекло мое внимание, и я вгляделась пристальнее. Моя партнерша по танцам спросила о чем-то, но я не разобрала ее слов и только покачала головой, мол, не понимаю. Должно быть, она восприняла мой жест как ответ, потому что кивнула и отступила на несколько шагов, мгновенно смешавшись с людьми, покачивающимися и изгибающимися в такт музыке. Я растерянно прижала рюкзак к груди и повернулась к парню, с интересом наблюдающему за этой небольшой сценой. Поймав мой взгляд, он улыбнулся, смешно поджимая губы. Яблочки его щек совершенно очаровали меня, но еще привлекательнее оказались пальцы — длинные, гибкие, артистичные - которые незнакомец переплел, чтобы положить на них подбородок. Несколько серебряных колец разной формы подчеркивали изящество его рук. Только одно было простым и безыскусным: тонкий ободок на указательном пальце. Обычно именно такие вещи оказываются наиболее дороги владельцу. Я так и не поняла, что нашло на меня в тот миг. Что я знала о нем, кроме того, что он умеет красиво одеваться, ему безумно идет сиреневый, и он хранит чье-то кольцо? Оказалось, и этого достаточно, чтобы опустить рюкзак на соседний стул, схватить незнакомца за теплое запястье точно так же, как несколько минут назад взяла меня за руку рыжеволосая девушка с веснушками на шее, и вытянуть его из-за стола, легко преодолевая слабое сопротивление. Должно быть, парень опешил от изумления, потому что когда он поднялся, я тихонько присвистнула, оценив, как сильно он возвышался надо мной. Ветер-щенок снова примчался поиграть и в подарок принес мне запах того, кого я втянула в музыку, по-прежнему царящую на залитой солнцем площади. Кожаная куртка, легкий аромат стирального порошка и какая-то трогательная нежность, будто я уткнулась носом в макушку племянницы. Так пахли маленькие дети. Его пальцы были раза в два длиннее моих, и я обхватила его ладонь обеими руками. Он неловко двигался за мной, спотыкался на брусчатке, то и дело порывался чтото сказать и растерянно оглядывался по сторонам, будто искал кого-то или хотел сбежать. Но — вот странность! — руки не отнимал и отступить не пытался. Я придвинулась чуть ближе и встала на цыпочки. - Посмотри, какой хороший день! - проговорила куда-то в область его плеча. Очень надеялась, что он меня услышал, но, когда снова посмотрела в его лицо, увидела хмурую складку между бровей и медленно ускользающую из глаз мягкость, на смену которой уже стремилась отстраненность. Может быть, он просто не понял меня? Я неглубоко вздохнула и призвала на помощь все свои скудные знания английского. Должен же он разбирать хотя бы простые фразы? Мне казалось, что если я сейчас не удержу этого парня, то потеряю что-то очень важное. Какую-то часть своей жизни, без которой больше не смогу улыбаться и дышать в полную силу. - Look, how good is this day. Let's celebrate it! Only one dance. Ok? Моя школьная учительница английского точно была бы разочарована. Но понимание, засветившееся на его красивом лице, стоило моего позора. Он помедлил в нерешительности, а потом кивнул, аккуратно отцепил одну мою руку от своей ладони и переплел пальцы с моими. Музыка ворвалась в мои мысли так, будто только и ждала этого момента. Она не стала громче, но ритм изменился и запульсировал в такт с моим собственным сердцем, отчего мурашки узнавания и принятия прокатились по спине и рукам. Губы расползлись в улыбке, ноги сделали первый шаг, и вот уже я следую за мелодией, выгибаюсь, кружусь, и смеюсь, смеюсь, смеюсь... А он двигается рядом, сначала осторожно, но с каждой секундой все более четко и отточено, все более завораживающе и прекрасно, и я понимаю, что каким-то чудом умудрилась пригласить на танец того, кто оказался воплощением самой сути этого слова. Наконец мелодия устала и истончилась, как лето на исходе августа. Толпа поредела, остались только самые упорные или самые зачарованные, медленно раскачивающиеся в такт затихающим звукам. Я упала на плетеный стульчик, смеясь и пытаясь восстановить дыхание. Резинка, удерживающая волосы, потерялась где-то между второй и третьей переменой песен, и недлинные пряди теперь щекотали шею, заставляя то и дело заправлять их за уши, откуда они упрямо выбивались спустя пару секунд. - You are very good dancer! - я послала своему нежданному партнеру быструю улыбку и наклонилась завязать шнурок. - I'm .. Thank you, - гулко донеслось сверху, и я только сейчас осознала в полной мере, как звучит его голос. Всего пара слов, а меня будто завернули в плед и налили чашку теплого какао с корицей. Сердце пропустило удар, и я почувствовала, как предательски потеплели уши. Отчаянно надеясь, что покрасневшее лицо удастся списать на последствия бурных танцев, я поспешила выпрямиться. Но торопливость вышла мне боком, и я с размаху ударилась о край столика. - Ух ты ж блин! - я вскрикнула от неожиданности и сморщилась, потирая пострадавшую макушку. Из глаз брызнули слезы, наполовину от боли, наполовину от несправедливости завершения прекрасного момента моей жизни, который я собиралась убрать в сундучок с самыми ценными воспоминаниями - а тут на тебе! Вдруг на мою голову легла горячая ладонь и принялась аккуратно поглаживать ушибленное место. - Sorry, I don't have anything cold. Are you ok? - глубокий голос звучал растерянно и виновато. Я так растерялась, что замерла, кажется, даже не дыша. Мой знакомый незнакомец — мы все еще не представились друг другу — перегнулся над столом, упираясь в него одной рукой, а другой продолжал гладить меня по голове. Его лицо было совсем близко, настолько, что я сумела рассмотреть две крохотные родинки на его правой щеке и поджившие трещины на губах. Похоже, он не особо жалует бальзамы для губ... Стоп, почему я вообще пялюсь на его губы?! - Don't worry, I'm ok, - я отшатнулась и вскочила из-за столика, подхватывая позабытый рюкзак. — Thank you for our dances, it was very fun, I really enjoyed it. I must go. Bye and goodluck! - Wait! — он поспешно отодвинулся. Я мысленно застонала от разочарования и тут же обозвала себя дурой. Он просто хотел помочь. Сначала я вытащила его в толпу танцующих людей, теперь повела себя так, словно его прикосновение меня обидело, хотя это вовсе не так. Я глубоко вдохнула и задержала дыхание, кляня свой отвратительный английский. Мне нужно было время и желательно словарь, чтобы объясниться, а вот так, в смешанных чувствах и с колотящимся сердцем, я резко забыла даже тот минимум знаний, который у меня имелся. - We're still don't know names of each other, - быстро проговорил он, будто боялся передумать. - Му name is... - Yunho!!! — раздался чей-то грозный рык, и мы оба синхронно повернулись на звук. К нам приближался маленький ураган, вооруженный двумя чашками кофе, всклокоченный и раскрасневшийся, похоже, что от гнева. Кофейный ураган подскочил к нашему столику, грохнул на него жалобно тренькнувшие чашки (я вздрогнула от звука и исподтишка проверила, не треснуло ли стекло) и принялся что-то злобно выговаривать побледневшему Юнхо. Я не понимала ни единой фразы, а Юнхо с каждым звучащим словом выглядел все более виноватым. Казалось, еще немного, и он начнет сжиматься и втягивать голову в плечи, бормоча извинения. Мне совсем не хотелось видеть смущать его еще сильнее, становясь свидетелем неожиданной выволочки. Я прокашлялась, привлекая внимание обоих мужчин, и помахала рукой. - Sorry, sir, it's my fault. I invited Yunho to dance, - его имя было таким же теплым и обнимающим, как весь он, и я невольно сделала паузу, произнося его впервые в жизни. - Don't scold him, please. I'm already leaving. И, не дожидаясь ответа, я повернулась к обоим спиной и быстро направилась прочь. Кажется, низенький мужчина в черном спортивном костюме что-то кричал мне вслед, но я только ускорила шаг. Снова пересекла площадь, опустевшую, тихую и тусклую. Нырнула в подворотню, полную густого вечернего сумрака, вышла на знакомую набережную... И остановилась. Лицу стало холодно, и, потрогав щеки, я с удивлением обнаружила, что плачу. Из-за чего? Из-за парня, которого узнала пару часов назад? Ерунда какая. Я воткнула в уши наушники и парой быстрых скроллов нашла «2step» Эда Ширана в плейлисте. Поежилась и застегнула все пуговицы рубашки. Налетевший ветер будто озлился на меня за что-то и больше не походил на щенка лабрадора. Теперь он задался целью выстудить мою душу, не иначе. Воспоминания о случайной встрече быстро таяли... Я усмехнулась и зашагала в сторону дома. Себе-то врать не нужно. Мы всего лишь потанцевали вместе, и я даже не назвала Юнхо свое имя. Но отчего-то я верила, что эта встреча не станет последней. А раф я так и не купила. Придется завтра вернуться и попробовать снова. И снова. И снова...

* * *

- Чего ты стоишь, догони ее! — менеджер, подпрыгивая на месте, как пышущий злобой мячик, обернулся к Юнхо, обвиняюще махнув рукой в сторону быстро удаляющейся девушки. Тут до мистера Пака дошло, что именно он предлагает своему подопечному, и он замахал руками в два раза чаще: - То есть нет! Не вздумай! Стой, где стоишь! А лучше сядь! Не могу с тобой разговаривать, когда ты надо мной нависаешь! - Менеджер... - Сядь, я сказал, - мистер Пак подал пример, плюхнувшись на жалобно скрипнувший стул, и откинулся назад, закрыв глаза и свесив руки по бокам. Юнхо осторожно сел и потрогал одну из чашек с кофе. Она была чуть теплой, и Юнхо передумал пробовать ее содержимое. Воцарилось молчание, прерываемое только тяжкими вздохами со стороны мистера Пака. Юнхо молча ждал, что тот ему скажет. Наконец менеджер выпрямился, положил руки на столик и подался вперед, пристально глядя на Юнхо. - Послушай. Что бы ты ни решил, ты все еще часть группы. Все, что ты делаешь, отражается на ее репутации. То, что ты надумал уйти, не значит, что тебе сразу же позволено все. Ты хоть понимаешь, какие слухи сейчас пойдут? - А какие слухи пойдут, хен? - Юнхо скопировал позу менеджера, разве что нависать над стеклом не стал. — О том, что мне кто-то понравился? И в чем проблема? Разве я — вещь моих фанатов? Разве у меня нет права на личную жизнь? Что такого предосудительного я совершил, немного потанцевав с девушкой в окружении толпы людей? - Юнхо, - мистер Пак устало вздохнул, но подопечный не дал ему говорить. Юнхо чуть наклонил голову. Несколько прядей волос упали ему на глаза, но убирать он их не стал. Затененные этими прядками, его глаза показались мистеру Паку чересчур темными и холодными. На скулах Юнхо перекатились желваки. От его широкоплечей фигуры повеяло угрозой, и мистер Пак потянулся поправить вдруг врезавшийся в шею ворот толстовки. Он терпеть не мог, когда Юнхо показывал эту свою сторону - слишком сложно было ей противостоять. - Кажется, у вас было ко мне какое-то заманчивое предложение, хен, - Юнхо так резко сменил тему, что мистер Пак растерялся и удивленно заморгал, не понимая, к чему клонит его пока еще подопечный. - Прежде, чем вы его озвучите, я выдвигаю встречное. Я остаюсь в группе. Я... думал, что перегорел. Что сцена больше не вызывает у меня тех чувств, которые нужны артисту сильнее воздуха. Оказывается, я ошибся. Но, - Юнхо поднял ладонь, увидев, что мистер Пак собрался что-то сказать, и тот скривился, но умолк, - но у меня есть одно условие. Раз вы так радеете о группе и ее репутации, нужно выяснить у этой девушки, не собирается ли она преследовать меня. Сасэны - опасные люди, вы же понимаете. Я хочу спокойно заниматься творчеством, а не переживать из-за фанатки. Что скажете? Долгую минуту они смотрели друг на друга: мистер Пак - прищурившись и грызя щеку изнутри, Чон Юнхо - с мягкой улыбкой и все той же тьмой во взгляде. Менеджер сдался первым. Он сгорбился и запустил пальцы в волосы, наводя в прическе еще больший хаос, чем до того. Потом, не глядя, подтянул остывший кофе и залпом опрокинул его в себя. За первой кружкой последовала вторая. Только после этого мистер Пак протянул руку Юнхо: - Ты гребаный демон, Чон Юнхо. Мы знакомы пять лет, а я все еще введусь на твои уловки. По рукам. Я найду эту девчонку. Юнхо крепко пожал руку менеджера и блеснул широкой улыбкой, мгновенно преобразившей его лицо и окружившей молодого мужчину чарующей тёплой аурой. - Я рад, что всегда могу положиться на вас, хен! - Пошел ты, засранец, - беззлобно отозвался тот и с сожалением заглянул в опустевшую чашку. Потом, не поднимая глаз, побарабанил пальцами по стеклу и все-таки спросил: - Послушай... Я скажу это один раз, вопреки своей задаче как твоего менеджера. Чисто по-человечески и между нами. Если тебе реально все опостылело, не надо тянуть лямку из-за женщины. Я найду тебе ее контакты и так. А ты сделай тот выбор, который не вызовет у тебя сожалений. Юнхо с удивлением и благодарностью посмотрел на менеджера. Услышать такое от мистера Пака было... неожиданно. Но ему сомневаться было не в чем. - В каком-то смысле я и правда возвращаюсь из-за этой девушки, но не ради нашего договора. Она напомнила мне, что значит получать наслаждение, танцуя. Я смотрел на нее и видел себя — в те дни, когда каждый выход на сцену был сродни празднику. Я собирался отказаться, когда она позвала меня танцевать, клянусь. Но подумал, что терять мне нечего — я ведь уже решил уйти из группы. Когда мы веселились там, в окружении людей, я представлял, что было бы, если б это были наши фанаты? - И что ты ощутил? - тихо спросил мистер Пак, когда Юнхо задумался и умолк. - Я хочу вернуть все это, - твердо ответил ему Юнхо. И тут же поспешил добавить: - Но и контакты я тоже жду! - Засранец, - снова выругался мистер Пак. И засмеялся.