Коттедж: Змей

Одним из самых странных аспектов постоянной жизни с Кроули было открытие Азирафаэля, что его демон проводил гораздо больше времени в виде змеи, чем он когда-либо подозревал. За все тысячелетия, что они знали друг друга, Азирафаэль видел змеиную форму Кроули ровно дважды. Первый раз это было в день их встречи, когда Кроули был огромным, в четыре раза длиннее любого ангела, его голос был извилистым шипением, пока он не присоединился к Азирафаэлю на стене в человеческой форме, к которой ангел привык позже. Второй раз это было в феврале 1947 года, когда температура упала ниже нуля и по всей стране выпал снег. Дороги были перекрыты, еды стало не хватать, а электричество отключилось по всему городу. Азирафаэлю было тепло и безопасно в его магазине (действительно, несмотря на его чувства к покупателям, он принимал множество гостей в течение нескольких месяцев, в основном на короткий срок, и спал на полу магазина под грудами чудесных одеял), когда прибыл Кроули. Несмотря на то, что он был закутан в длинную меховую шубу, он был положительно синим, и поэтому вялый Азирафаэль понял, что он близок к развоплощению. Он провел своего друга (более чем, и он знал, но ни один из них не сказал ни слова) в маленькую использованную спальню, раздел его, снова завернул в теплую шотландку и уложил поближе к удобно расположенному камину. Он принес бутылки с горячей водой и пошел заваривать чай. Когда он вернулся, Кроули уже ушел (вернее, его не было). Он стал змеей, возможно, семи футов длиной, отчаянно свернувшейся под одеялами и одеждой и прямо поверх бутылок с горячей водой. Он оставался таким в течение двух недель, спал, прежде чем вывалился в своем человеческом обличье и никогда ничего не говорил об этом. Однако оказалось, что в свободное от работы время Кроули проводил в среднем несколько часов в неделю в своей полной демонической форме. Он, конечно, никогда не объяснял почему, потому что Кроули никогда ничего не объяснял, если это могло сойти ему с рук, даже после общих признаний в любви, переезда в деревню и объединения всех их вещей (даже Статуи, хотя Азирафаэль настаивал на том, чтобы она заняла почетное место в гостиной). Нет, он просто появлялся, то тут, то там, в виде огромной черной змеи с прекрасным красным животом, разных размеров. Впервые это случилось, когда Азирафаэль жарким солнечным днем вышел в сад выпить чаю и обнаружил любовь всей своей чрезвычайно долгой жизни, лениво свернувшуюся калачиком на большом плоском камне, в чем он был совершенно уверен, которого не было там накануне. Естественно, он знал, что в Англии не водятся змеи такого размера и окраски (на самом деле, это сочетание не было найдено нигде; змея на земле, которая выглядела наиболее похожей на Кроули, была американской разновидностью, которая вырастала до размера менее фута и защищала себя неприятным запахом; от Кроули всегда скорее пахло корицей и древесным дымом), но он все еще чувствовал необходимость убедиться в этом, осторожно спросив: - Кроули? - Зззззира, - лениво ответил Кроули, поднимая голову, как будто это стоило больших усилий и ангел должен был это оценить. Имя тоже было новым, и Азирафаэль почувствовал, как его щеки немного порозовели. Его никогда не называли иначе, чем Азирафаэль, мистер Фелл и, конечно, Ангел. Это было мило, даже если он подозревал, что это порождено змеиной ленью, - у тебя есть еще одна змея, о которой я не знаю? - Только ты, мой дорогой, - нежно улыбнулся Азирафаэль. Что-то вроде дрожи пробежало по спине Кроули, очевидно, физическое проявление абсолютной мягкости, которая появилась в его глазах, когда ангел назвал его этим особым ласкательным именем. - Довольно комфортно? - Да-а-а. Азирафаэль закинул ноги на дополнительный стул и откинулся на спинку, позволяя теплому солнцу освещать его лицо. - Сегодня отличный день для этого, - сказал он, мирно попивая чай. Это взаимодействие, казалось, убедило Кроули в том, что появление в виде змеи не расстроит Азирафаэля (как будто ангел не узнал бы своего демона ни в какой форме). Что привело к следующим событиям: -обнаружению своей змеи на стуле перед духовкой во время выпечки печенья, в полусне -разборкам с местным констеблем по поводу сообщения соседа о том, что в их саду появился "большой зверь" (Кроули ничего не сделал, чтобы помочь, так как был слишком занят, хихикая в другой комнате) - выражение крайнего отвращения, каким-то образом переданное змеиным лицом, когда Азирафаэль спросил (полу)невинно, как Кроули относился к поеданию мышей, лягушек и крыс, поскольку он верил, что в садовом сарае Кроули были мыши ("ты хочешь поцеловать пасть, которая пожирает мышей? Никогда не знал, что у тебя такой кинк, Зззира".) -появление нескольких дополнительных солнечных камней, предназначенных для улавливания наибольшего тепла в разное время в течение дня -полдня Кроули отказывался смотреть на него или разговаривать с ним, когда Азирафаэль пришел домой с коробкой шоколадных лягушек (трудно было поверить, что когда-то давно они десятилетиями хранили молчание) Несмотря на растущее знакомство со склонностью Кроули превращаться в рептилию, Азирафаэль обнаружил, что не уверен в надлежащем этикете, когда существо, в которое ты влюблен, иногда оказывается животным. Он довольно свободно поглаживал человеческую форму Кроули. Например: у Кроули была тенденция, когда Азирафаэль читал, принимать такое положение, чтобы его волосы были удобно близко к руке ангела. Но распространялось ли это на Змея? Возможно, было странное ощущение, когда к нему прикасались, когда у него была чешуя. Конечно, он мог просто спросить, но предполагаемая мудрость тысячелетий не сделала его настолько отличным от Кроули в этой области. Таким образом, прошел почти год, прежде чем представилась возможность прикоснуться к Змею. Вернулось лето, и поэтому всякий раз, когда Кроули исчезал, Азирафаэль первым делом проверял сад. Однако в этот конкретный день Азирафаэль был так глубоко погружен в недавно вышедший сборник эссе о природе человека (большая часть из них до смешного неточна, но благослови их господь за попытку), что не осознавал, что погода изменилась, пока все окна в доме не задрожали от раскатов грома. - О боже, - пробормотал он, возвращаясь в реальный мир (частички его имели тенденцию ускользать в другое царство, когда он не уделял этому достаточного внимания) и выкрикивая имя Кроули. Когда ответа не последовало, он поспешил к двери в сад и выглянул наружу. Воздух наполнил еще один громкий треск, и дождь начал капать вниз, когда большая сонная змея на своем солнечном камне неуверенно подняла голову. - С-с-с-с-с мокро, - пожаловался Кроули, качая головой. Сверкнула молния, гораздо ближе, чем ожидал Азирафаэль в эти неопределенные дни, когда замену их телесным формам было невозможно достать. - Мой дорогой! - Азирафаэль взвизгнул и, не до конца обдумав это, выскочил под дождь и протянул руку, схватив свернувшегося кольцом Кроули и подняв его с усилием. Семифутовая змея была тяжелой, понял он, даже когда Кроули издал собственный визг. - Ты меня уронишь! - прошипел он. - Я, безусловно, буду... - Азирафаэль хмыкнул и накинул самую тяжелую часть длинного тела Кроули себе на плечи, - ... нет! Теперь оставайся на месте, мы идем внутрь. Кроули, ошеломленный, не совсем оставался неподвижным. Он переместился через плечо Азирафаэля, обвившись вокруг его талии. Азирафаэль влетел в дом и закрыл дверь из-за очередной вспышки молнии, раската грома, надеясь, что это не просто ударило по их прекрасному дому. - Ангел... - Ты должен быть внимателен, Кроули! - Азирафаэль рухнул на диван, ничего не делая, чтобы сбросить своего демона. Кроули был тяжелым и прохладным, его чешуя была приятной на ощупь. Знакомые глаза появились в поле зрения, когда Кроули снова приспособился к обстановке, - ты мог пострадать! Он протянул руку и провел большим пальцем вдоль уголка рта Кроули, над его головой. Золотистые глаза полузакрылись в ответ. - Я в порядке, Ззира, - прошипел Кроули как можно успокаивающе, будучи большым змеем. - Ты так медленно просыпаешься в этой форме, мой дорогой, - сердце Азирафаэля замедлялось, и странная, внезапная паника отступала, заставляя его мышцы чувствовать странную слабость. Иногда его тело было совершенно слишком человеческим, - если бы молния... - Этого не произошло, - медленно, как будто ожидая, что ему помешают, Кроули опустил голову и нежно коснулся ею щеки Азирафаэля, - ты с-с-спас меня. - Да, хорошо, - хмыкнул Азирафаэль. Его рука поднялась и провела по шее Кроули, - я... возможно, немного погорячился. Змеи не умели хихикать, но Кроули сделал отличное приближение в серии веселых тихих шипений. - Возможно? - Прекрасно! Прекрасно. Я сделал, - он устало откинулся назад, почувствовав вспышку вины, - и мне жаль за обращение с человеком-демоном? Я даже не спросил, возражаешь ли ты, если я прикоснусь к тебе. Последовало небольшое сжатие, прежде чем Кроули скользнул вокруг него, свернувшись калачиком своим (уменьшенным для удобства) телом на коленях Азирафаэля и посмотрел на него, странно наклонив голову. - С-с-спросил? Тебе никогда не придется спрашивать, смешной ангел. - Но... я никогда... - Азирафаэль быстро заморгал. - Думал, ты не хочешь. Мысль беспокоила тебя, - говорить было скорее обязанностью, поскольку змея говорила низким шипящим голосом, поэтому грамматика не была большой проблемой для Кроули в этой форме, - не давил. - Беспокоил меня? Мой дорогой змей, - с чувством ответил Азирафаэль, - ты прекрасен вот так. И такой декадентский, греющийся на солнце. Он улыбнулся, деликатно проведя пальцами по виткам. - И мне было ужасно любопытно. Кроули лениво поднял голову, повернулся, как будто собираясь соскользнуть с колен Азирафаэля, а затем остановился. - Ты остаешься? Азирафаэль улыбнулся. - Конечно, дорогой. Позволь мне приготовить чашку чая. Хочешь, я почитаю тебе? Есть ужасное эссе, в котором утверждается, что расширенная метафора о нектаринах раскрывает значение человека, и я знаю, что ты найдешь это забавным. Кроули обдумал это, затем скользнул на диван. Азирафаэль почувствовал на себе знакомые взгляды, когда готовил чай, и вернулся, осторожно балансируя чашкой, маленьким блюдцем с чаем (как Кроули умудрялся закатывать глаза в такой форме, было загадкой, но он сделал) на всякий случай, и своей книгой. Он устроился на удобном диване, который они выбрали вместе, и улыбнулся, когда Кроули свернулся и удобно устроился у него на коленях. - В таком случае ты готов? Кроули положил подбородок на один длинный виток, выглядя почему-то очень довольным собой. - Продолжай, Ангел, - радостно прошипел он. Так Азирафаэль и сделал, поглаживая темные чешуйки и читая вслух.