Самый страшный демон в этом Аду

Решение о временной замене наставников для учеников Аномального класса было принято единогласно, однако, когда дело дошло до жеребьевка, Барбатос Бачико внезапно поставила ногу на стол и заявила: – Я возражаю! – Но, сестра, ты ведь только что согласилась. Неужели так быстро передумала? – Заткнись, Робби! Я возражаю, чтобы временным наставником Ирумы был тип! – уточнила лучница и ткнула двумя пальцами в сержанта Фуруфуру. – Ах, я поражен в самое сердце! Неужели юная леди из семьи героя сомневается в моих навыках? Мускулистый демон схватился за грудь, одновременно пытаясь изобразить боль и вселенскую обиду. – Ха? Да вы вдвоем абсолютно несовместимы! Мой ученик – милый, добрый и заботливый мальчик. Чему его может научить лжец и бабник вроде тебя? Вы вдвоем только зря потратите время друг друга! – Ну-ну, Бачика-чан, – произнес директор, – все, кто здесь находятся, являются квалифицированными наставниками, а сержант Фуруфуру много времени проводит на полях сражения, у него много опыта. Я уверен, ему есть, чем поделиться с учениками, и он со всей ответственностью отнесется к обучению моего внука. – Да, Салливан-сама, – произнесла счастливая девушка, подставляя голову под его поглаживая. – Пусть попробует. И оба угрожающим взглядом вперились в сержанта Фуруфуру. Тот мило улыбнулся им, сощурив глаза, и подумал: «Кажется, этот ученик может быть немного проблемным». **** Когда Ирума впервые остался с сержантом Фуруфуру наедине, то отметил, что его ласковая улыбка и добрые глаза настолько напоминают ему о родителях, что он едва не назвал его папой. Сержант Фуруфуру, увидев своего нового ученика, отчасти понял, почему Барбатос так сильно возражала против его наставничества. Ирума-кун был так наивен и беспечен, что обмануть его не составит труда даже самому последнему идиоту, а научить хитрости и коварству – задача из разряда невыполнимых. Поэтому он решил пойти по старому варианту: сильнее это его не сделает, но, если повезет, этот избалованный дедушкин внучок увидит изнанку жизни и станет более осторожным. Сначала все шло по плану. У каждого демона есть пороки, от который он никогда не откажется. Похоть, выпивка, наркотики, азарт – не одно, так другое, всегда есть то, за что можно зацепиться. С девушками маленький ученик обращался на удивление толково: особо не смущался, делал невинные комплименты их внешности, руки не распускал. Выпивку и наркотики ему никто предложить не осмелился: если Салливан-сама узнает про такое, зачинщик в лучшем случае головы лишится. Поиграть Ирума-кун любил, но, когда количество денег резко уменьшилось, тут же остановился и потерял интерес. У него был азарт, однако здравый смысл все же перевешивал. Персонал бара испробовал еще два-три варианта, которые особого результата не принесли. Так было до тех пор, пока Ирума-кун не проголодался. Шеф-повар упал в обморок после трех часов беспрерывной готовки, два его помощника все еще стойко держали оборону. А сержант Фуруфуру с едва скрываемым возбуждением на лице наблюдал, как исчезает содержимое тарелок в бездонном животе его маленького ученика, и предвкушал его дальнейшую продажу. Наконец мальчик поставил на стол последнюю тарелку, радостно улыбнулся всем и поблагодарил за вкусную еду. Вскоре принесли счет. – А, у меня нет столько денег, – грустно произнес он. А потом легкомысленно добавил: – Давайте я позвоню дедушке… Улыбка его наставника стала еще шире. Пришло время расплаты за беспечность! – Салливан-сама сейчас в Башне Тринадцати и не сможет тебе помочь. – Тогда Опера-сан… – Отправился вместе с ним. «Ну, давай же, попроси меня о помощи!» Ирума-кун задумчиво почесал затылок, повертел головой по сторонам, а потом, не менее радостно, чем до этого, произнес: – Придумал! Давайте я тогда отработаю эту еду! «Чего?» Тут сержант Фуруфуру впервые понял, что история свернула куда-то не туда. Но глядя в чистые и невинные глаза подростка, он только и мог подумать, что в жизни не видел подобного болвана. *** Он уходил из бара в полной уверенности, что изнеженный директорский внучок хлебнет с лихвой трудовых будней и на следующий же день запросится домой, а вернувшись, обнаружил лишь сверкающее помещение, веселящихся посетителей и довольно улыбающийся персонал. Да это барная стойка была такой чистой только в день покупки! Бармен, который раньше от раздражения бросал стаканы в подвыпивших посетителей, теперь показывает им шоу с коктейлями! А за игорными столиками покер заменили какой-то безумной игрой с более чем тысячью фигурами! Его не было всего один день и за это время любимый стремный бар успел превратиться в цирк! Сержант сел за дальний столик и заказал себе выпить, чтобы залить горе. Наблюдая за радостно бегающим то тут, то там Ирумой-куном, он настолько задумался, что даже забыл в тот вечер провернуть свой трюк с монеткой. *** – Что за демон Ирума-кун? – задумчиво переспросил Джаз. – Ну, он выглядит невинно, но если что случается, то всегда в первых рядах. Королевский класс мы только благодаря ему получили. В парке развлечений он опять же был первым, кто кинулся спасать детей. Он сильный, хорошо играет в адские вышибалы, даже простые заклинания у него выходят довольно мощными, лучник неплохой, его стрелы не раз нас спасали. – По моей информации, у него много знакомых за пределами класса, он хорошо социализирован, – добавил Алокер. – А еще трудолюбив: даже после уроков и игр с Валак и Асмодеем у него остаются силы, чтобы помогать школьным работникам. От уборщиков до продавцов – он нравится всему персоналу. И если подводить итог, то Ирума-кун – демон, который всегда превосходит наши ожидания. Сержант Фуруфуру задумался. Если верить их данным, выходил идеальный портрет. Но ведь таких демонов не бывает, всегда найдется изъян! – Ну, как? Вы узнали, что хотели? Отпустите нас тогда, – сказал Джаз и активно задергался путах ниги-ниги. *** – О чем задумался, дружище? – спросил Фуруфуру бармен, ставя перед ним стакан с крепкой выпивкой. – Об этом парне, – ответил наставник и кивнул в сторону Ирумы-куна, который делал башню из шампанского для подбадривающих его посетителей. – Да, занимательный малец! – Я думал, что он сдастся, но он до сих пор не попросил его вытащить отсюда. – Ну, вообще-то его долг уже два дня как отработан. – Чего? Сержант едва не уронил стакан. – Понимаешь, когда он только стал работать, все им помыкали. Поручали самую тяжелую работу, гоняли туда-сюда. Но он не жаловался и всегда улыбался. Любое порученное дело у него получалось идеально, если не с первого раза, то со второго точно. Он научился смешивать коктейли, устраивая из этого целое шоу, ловко тасовать колоду, петь вместе с компаниями в караоке и подыгрывать им на инструментах. Довольно скоро он стал популярным и у персонала, и у посетителей. Очень многие стали приходить сюда, только чтобы увидеть его и попробовать его коктейли. Наша выручка сильно возросла благодаря этому и, когда мы подсчитали ее пару дней назад, то получилось, что она превысила съеденное им. Однако Икки-чан заболела вчера, и мы попросили его остаться ненадолго. Он сказал, что с нами весело и тут же согласился. – Хааа, что за безумный ученик. *** – …отец, – произнес Ирума-кун, а потом, поняв, что сказал, вдруг покраснел и закрыл лицо руками. – П-п-простите. Фуруфуру почувствовал, как невидимая стрела пронзила его сердце. Он мог отрицать и отнекиваться, врать, если нужно, но с собой в этом вопросе всегда был честнее некуда: он любил детей и хотел завести своих. Просто живя на поле боя, где даже сильнейший мог умереть из-за того, что звезды не так сошлись, иметь ребенка было безответственно. И сейчас, смотря в невинные голубые глаза подростка, что назвал его отцом, он впервые в жизни почувствовал себя побежденным. Полностью. Без права на контратаку. Этот маленький ученик вошел на враждебную территорию, слился с ней и изменил под себя. Но мало ему было привязанности всех работников и клиентов бара, этот жадный демон теперь покусился и на его бедное сердечко! Сержант Фуруфуру картинно схватился за сердце, повалился на пол и впервые в жизни взмолился: – Ужас! Какой страшный демон! Сдаюсь! Пощады! Вопросительный взгляд и легкий наклон головы был ему ответом. «Действительно страшно! – подумал наставник. – Он так весь Ад завоюет, сам того не понимая».