happily ever after

Феликс забирает, наконец-то, свой заказ и плюхается за столик напротив Чонина. Тот уныло крутит пластиковой трубочкой в старбаксовском стакане, мешая густую шапку из мороженого и пенки. — Ну? — нетерпеливо ерзает Ликс. — Что "ну"? — нехотя отзывается Чонин и подпирает щеку ладонью, а потом вздыхает. — Я запутался. Мне нужна твоя профессиональная консультация. — Ты влюбился в Чана? — друг аж подпрыгивает на месте, а на его лице широкая улыбка. — Да? Да?? Я знал, что это случится! — Тихо ты, блин! — возмущается Ян, оглядываясь по сторонам. — Ни в кого я не влюбился, понятно? Тем более, в него. Феликс дует губы и откидывается на спинку диванчика. — А зачем тогда спрашиваешь? — Просто интересно стало, — уклончиво отвечает Чонин. — Что у вас с Чанбином? Друг расплывается в хитрой улыбке и наклоняется ближе. — У нас все хорошо, — счастливо делится он. — Мне кажется, я еще ни в кого не был влюблен так сильно. — А он? — Я не знаю, — говорит Феликс. — Но он меня на руках носит (иногда в буквальном смысле), и я счастлив. Чонин мучает пластиковую трубочку и закусывает губу. — Ну, а как ты... откуда ты узнал, что тебе нравятся мужчины вообще? Ликс фыркает. — Что за вопрос? А ты откуда узнал, что тебе нравятся женщины? Понравился просто кто-то и все. — Мне не... Чонин осекается на середине. Не то чтобы ему прям нравились женщины. Не то чтобы он когда-то вообще думал о том, что ему даже чисто теоретически могут нравиться мужчины. Он, скорее, как-то нейтрально относился к романтическим отношениям в принципе. Ему в большей степени всегда было все равно и на тех, и на других. Он просто никогда не задумывался, откуда ему знать? — Давай уже выкладывай, — канючит Феликс. — Ты позвал меня, чтобы загадочно молчать и отбиваться непонятными фразами? Чонин вздыхает и сдается. — У нас с Чаном... кое-что было. Лицо Феликса с трубочкой во рту смешно вытягивается, а глаза становятся большими и круглыми. — Вы переспали??? — Нет, конечно! — шикает Чонин, краснея. — Феликс, не будь таким громким, блин! — Ну, а что тогда? Ну расскажи-и-и, — ноет Ли. — Я сойду с ума от любопытства! — Короче, неважно, — тушуется Чонин. — Не спали. Но кое-что было. И я теперь чувствую себя странно... — Первый раз — он всегда такой... — Я тебе сейчас!.. Феликс, смеясь, откидывается на спинку диванчика. — Ладно, если стесняешься, не говори, — великодушно разрешает друг. — Ну и? Что тебя беспокоит? Чонин со вздохом шлепает ладони на лицо. — Это было не так плохо, — раздается его глухой голос. — Не так плохо? — Ликс, хитро улыбаясь, выгибает бровь и прикусывает свою пластиковую трубочку. — Ладно, это было очень хорошо! — признается Чонин, краснея еще больше и не убирая ладоней от лица. — И теперь ты не ненавидишь его так, как раньше? — уточняет Феликс, все еще улыбаясь. — Возможно, — бурчит Чонин, наконец, убирая ладони, но отводя взгляд. — Господи, — вздыхает Ли. — Неужели я доживу до момента, когда вы будете вместе! — Мы женаты, — напоминает Чонин. — По-нормальному вместе, — уточняет Феликс с такой интонацией, словно объясняет что-то тупому. — И что, вы... вы с Чанбином уже... — Чонин не знает, куда себя деть от неловкости, — вы уже... Феликс издевательски ждет, когда друг закончит предложение, насмешливо улыбаясь при этом. — Ну ты же понял, о чем я! — канючит Чонин. — Не единой догадки, — тянет Феликс, но, встретившись с отчаянным взглядом друга, звонко смеется. — Да понял я, боже. Да, мы уже с Чанбином, мы уже, — копирует он Яна. — И как оно? — вкрадчиво спрашивает Чонин, но потом исправляется, прежде чем друг пустится растекаться мыслью по древу. — То есть, как это вообще?.. Феликс смеется. — Боже, поверить не могу, что ты ни разу в жизни, даже прикола ради, не смотрел гейское порно. — Не смотрел, — стонет Чонин. — А зря. Вот, будет, чем заняться на досуге. Что, хочешь переспать с ним? — Нет, конечно! — вспыхивает Чонин. — Просто я вдруг подумал, что... ну, я оказался в такой неоднозначной ситуации... и Чану буквально, ну, нравятся парни... а я даже не знаю... не знаю... — Ладно, не пыжься, а то сейчас треснешь. Я понял. Так что у вас было? Теперь я точно понял, что вы не спали. Но и, видимо, не просто целовались. Вы ведь целовались? — Ликс снова ерзает от любопытства. — Да, — кивает Чонин. — Ну... ну, в общем... боже, это так стремно, — его щеки снова становятся розовыми. — Ну, мы выпили вчера, и он... он сделал мне приятно... — И ты ему тоже? — уточняет Ликс. Чонин застывает и поднимает глаза на друга. Он ведь... он ведь ничего Чану не делал. Боже, он даже не подумал об этом! Честно говоря, его мозг вчера вообще был где-то очень далеко, вряд ли он мог даже соображать, что происходило. Феликс тоже замирает. — Ты ничего не сделал? — ахает он. — Чонин, это некрасиво. — Д-да я даже не подумал! — оправдывается Чонин. — Он не просил... — Ну и что? — возмущается Ликс. — Он ведь тоже мужчина, Чонин. Я вообще поражаюсь, как он столько вытерпел без секса. Если только, конечно, не удовлетворял себя сам или на стороне. И я, кстати, крайне сомневаюсь, что кто-то вроде Чана бегает подрочить в душ. Чонина словно ведром ледяной воды окатывает. Действительно. Чан взрослый мужчина со своими потребностями. Вряд ли он все это время ждет его, Чонина. Особенно учитывая характер их отношений. Чонин никогда не задумывался о том, где пропадает Чан помимо работы. Это как будто всегда было очевидно — он или на работе, или дома. Но ведь он может после работы где-то быть? Честно говоря, ему было абсолютно все равно на это все это время, пусть Бан хоть каждый день катается к своим любовникам или любовницам, но... Но почему-то именно сейчас внезапная мысль о том, что Чан может быть с кем-то вызывает у Чонина неприятное чувство обманутости. Все верно, Чан ему ничего не должен, и это абсолютно нормально, только почему вдруг стало так паршиво?.. — Эй? — Ликс проводит ладонью перед его лицом. — Ты чего загрузился? — Ликс, — Чонин ошарашенно поднимает на него взгляд. — Я никогда не думал об этом. — О чем? — Феликс хмурится. — О том, что он дрочит в душе? — Да блин, — раздраженно цыкает Чонин, — об этом — тем более. Я имею в виду, ведь у него правда может кто-то быть?.. Друг пожимает плечами. — Почему нет? Действительно... почему бы и нет? Кофе с растаявшим в нем мороженым вдруг кажется отвратительно сладким и остывшим. Не то чтобы Чонина заботит его личная жизнь. Ведь нет? Точно нет. Однако Ян все равно чувствует себя глупо, обсуждая тут со своим другом вчерашний вечер, в то время как для Чана это, возможно, (скорее всего), не было чем-то особенным. — Да он и не бывает нигде, кроме работы, — неуверенно возражает Чонин. — Ты уверен? — уточняет Ликс. А потом его лицо озаряет догадкой. — Кажется, он работает со своей бывшей?.. Ах, Кейлин. — Ты ее видел? Она красивая? — Да уж, — уныло отвечает Чонин. — Как с обложки сошла. И когда я приезжал к нему на работу, — вспоминает он, — я еще обратил внимание на то, что она зовет его просто Чаном. Несвойственно для секретаря, — кисло хмыкает Ян. — Расстроился? — вкрадчиво спрашивает Ликс. — Вот еще, — фыркает Чонин, впрочем, уже не так бойко, как делал это раньше. — Боже, — тянет Ли. — Так он правда нравится тебе! Ни капельки, обиженно думает Чонин. Ни капельки он ему не нравится, а то, что было вчера — это просто их пьяный интерес. Вот и все. Вот и все.