А что если...

От лица: Автор. Железные двери с грохотом захлопнулись, оставив двух девочек наедине в холодной камере. Тусклый свет из решёток на двери падал на железный пол, едва освещая собой комнату. На стенах виднелась тёмно зелёная плесень, просачивающаяся сквозь стальные пластины. Девочка с длинными розовыми волосами сидела на холодном полу, прижав ноги к себе и склонив голову влево. Тоненькая больничная сорочка крепко прилегала к её мокрому телу, а с шеи на неё стекали капли пота. Веки её зелёных глаз сжимались и дрожали, пока оттуда шли горячие слёзы. Вдруг она почувствовала, как на её маленькую руку легла другая рука, меньше и нежнее её собственной. Её голова медленно повернулась вправо. — Ивон.. — тихий и дрожащий голос донёсся до ушей девочки, отчего та резко распахнула глаза шире. Девочка с короткими розовыми волосами обеими руками крепко сжимала руку Ивон, прижимаясь к ней маленьким телом. Её нежно-розовые волосы были собраны в два неаккуратных пучка, а большие зелёные глаза беспокойно глядели на Ивон. Ивон осторожно приподнялась, и крепко сжала ручки Анечки второй рукой. Почувствовав руку Ивон на своих руках, улыбка Ани поползла до ушей, а в глазах сразу появилась былая радость. Девочка, резко напрыгнув на сестру, обвила её шею руками и звонко расмеялась. Звонкий смех разнёсся по всей камере, и Ивон аккуратно улыбнулась, обвив шею сестрёнки ручками, отвечая ей взаимностью на объятия. Каждый их день проходил совершенно одинаково. Дядьки в белых длинных костюмах до пола и с очками, похожими на очки на плаванья, приходили к ним в камеру и приносили то учебники, то всякие развивающие штуки, то ещё какие-то странные заумные книги. Аня всегда не любила учиться, и поэтому часто рыдала и била ручками по полу от злости. Ивон же, когда Аня совсем ненавидела учёбу, относилась к ней скептично. Она не знала для чего ей надо учиться, но тем не менее в это время она могла сидеть вместе с сестрой, поэтому она не жаловалась. Пусть учёба и давалась Ивон без особого труда, она старалась не показывать своих способностей перед дядьками в костюмах, ведь она догадывалась, что если они вдруг поймут, что Ивон умнее Анечки, то её, возможно, заберут! Но иногда злые дядьки в костюмах делали с ними странные вещи. Ивон помнит, что в какие-то дни дяди одевали дополнительные странные вещи на себя, брали Ивон и Анечку под руки и вели в страшную белую комнату, наполненную множеством больших пищащих аппаратов, кучей маленьких лампочек, стеклянных комодов со всякими баночками и столами со стульями, почем-то пахнущими сильными химическими веществами. В голове Ивон само то, что происходило с ними в этой комнате не отпечаталось, но воспоминания о том, что после этих процедур до сих пор были в глубинах сознания девочки. Скука, посещавшая девочек тогда каждый день, отзывалась в сырых стенах камеры. Ивон ходила из угла в угол, разминая босые ноги и убирая волосы с лица. Аня же лежала на жёстком полу в позе звёзды и глядела в потолок скучающими глазами. У них не было ни игрушек, ни телевизора, ни комиксов и вообще ничего. Всё, что у них было в этой камере — это они сами. Когда Аня зевнула уже третий раз, а Ивон порядком устала от хождения по камере, они решили поговить. — Ивон, почему мы здесь находимся? — спросила Аня, сидя спиной к спине с Ивон. — Может, нас скоро заберут — тускло ответила Ивон, поджав ноги к животу. — А когда нас заберут? — снова спросила Аня, глядя в угол комнаты. — Думаю, что совсем скоро. — Ивон поправила прилипшею сорочку к полу, убрав розовую прядь с лица — Почему нам не разрешают играть друг с другом? — обиженно произнесла Аня, прижав две ручки к полу и нахмурив лицо. — Может нас стоит лучше стараться? — предположила Ивон, приподнимая голову. Аня резко стукнула ножкой по полу, отчего в камере возник мимолётный грохот, а под ногой Анечки на полу появилась вмятина. — Не хочу учиться! — заревела она, начав кататься по полу и бить по нему ручками. Ивон спокойно наблюдала за бушующей сестрой, всё также убирая волосы с лица. Она тоже устала от учёбы, тоже хочет веселиться, но что она может сделать? Злые дядьки точно не выпустят их, а сбежать из этой лаборатории они не могли. Через пару часов Ивон услышала громкие звуки снаружи камеры. Девочка навострила уши, а Аня с интересом глянула в сторону двери. "Нас снова заберут в белую комнату?" Беспокойно подумала Ивон, быстро подползла к Ане и крепко взяла её за ручки. Звуки то становились глухими, то становились ещё громче. В глазах Ивон почему-то появилась странная размытость, а на лице выступил странный жар, неприсущий этой наполненной морозом камере. Стальная дверь с грохотом отворилась, и перед тем, как в ней появились лица страшных дядь в костюмах, в камеру глухо упало маленькое тело в белой сорочке. — Теперь тут твой новый дом. Добро пожаловать — прямой голос дядьки разнёсяя по всей камере. Ивон вздрогнула и ещё крепче сжалась в Аню. Бесчувственные глаза учёного прошлись по девочкам, задержались на маленьком теле, и, удовлетворившись, учёный скрылся из камеры, заперев за собой дверь. Дверь с грохотом захлопнулась, и с потолка упало пару камешков. Маленькое тело, дрожа, медленно поднялось с пола и отклашлялось. Голова медленно поднялась, и девочки увидели бледное и испачканое лицо мальчика. Его глаза, похожие на цвет плесени, что была вокруг стеклянной раковины в туалете, странно глядели на девочек. Может это была грусть, смятение, шок, а может и всё сразу, а вот брови образовывали маленькую морщинку на переносице. "Что это за мальчик? Почему он здесь?" — подумала Ивон, отпустив ручки Ани. — Привет! — громко поздоровались Аня и подбежала к худому мальчику, схватив Ивон за сорочку. — Тебя тоже сюда забрали злые-дядьки ученые и заставили много учиться? Меня зовут Аня, а это Ивон, приятно познакомиться! Аня весело рассказывала мальчику о себе и сестрёнке, явно обрадованная тем, что теперь они с Ивон здесь не одни. Её лицо сияло от восхищения, а в глазах светились искры радости. От того, что она резко встала, на спине её сорочки растегнулись пару ниток, и сорочка слегка спала с ее левого плеча. Ивон же смотрела на мальчика с лёгким беспокойством и напряжением. Кто он такой? Почему его забросили сюда? Может быть, он такой же, каким они? — Хватит, шумно. — неожиданно для девочек прервал тераду Ани мальчик, и, нахмурив брови, закрыл руками уши. Аня замолчала, и улыбка медленно спала с её лица. Мальчик аккуратно встал с пола, и, хромая, обошёл девочек сзади, сел в угол комнаты и уткнулся носом в колени, поджав ноги к себе. Ивон вопросительно посмотрела на мальчика, Аня же тихо подошла к нему. Ивон попыталась её схватить, но не смогла, и Анечка тихо присела рядом с мальчиком. "Аня!" Только и успела подумать Ивон, будто бы надеясь, что Аня резко научится читать мысли. — У тебя что-то случилось? Злые дядьки тоже тебя обидели? — заботливо и расстроенно спросила Аня, протянув к мальчику ручку, которую мальчик тут же отпихнул локтём. — Со мной всё в порядке. — огрызнулся он, не поднимая головы. Ивон осторожно двинулась с места и подошла к Ане. Она аккуратно положила ей руку на плечо, потянув за собой, отчего та беспокойно обернулась. — Пойдём, Аня — тихо сказала она, склоняясь в другую сторону — оставим его. Аня неохотно поднялась, жалостливо смотря в сторону мальчика, и вместе с Ивон отошла в другой конец комнаты. Ивон села на пол и поджала ноги к себе, подозрительно смотря на странного мальчика. Аня же последовала её примеру, и положив голову на левое плечо Ивон, через несколько минут уснула. Спустя какое-то время свет из решёток на двери перестал гореть. Еле слышные шаги быстро промчались среди камеры детей и тотчас же стихли. Значит уже наступила ночь, подумала Ивон, и поддавшись вперёд, аккуратно уложила Аню рядом с собой. Вспомнив о том, что они тут не одни, она повернула голову к мальчику. Он уже лежал на полу в другом конце комнаты спиной к ним, что-то нашёптывая себе под нос, что Ивон не смогла услышать. Почему-то она сейчас очень хотела подойти и обнять этого мальчика, но она же его едва знает? Ивон повернулась к мальчику спиной и закрыла глаза, полностью погрузившись в свои мысли. Сорочка уже не прилегала к телу, а свободно висела на нём. Волосы для нее в этот момент были самым лучшим подарком в жизни, ведь ночью они становились мягкой подушкой для нее и Ани. Но всё таки, что это за мальчик, имя которого Ивон так и не узнала? Он тоже такой же, как и они с Аней? Ивон в голову начали приходить разные вопросы насчёт мальчика. Она, того не понимая зачем, всё больше и больше задавалась насчёт него вопросами. Внезапно она услышала тихие всхлипы с другой стороны комнаты. Её глаза резко открылись и тело вздрогнуло. Рукой она аккуратно тронула лицо Анечки. Плакала не она. Маленькая девочка лишь сопела рядом с Ивон, прижавшись к ней. Тогда Ивон медленно обернулась в сторону мальчика. В темноте его не было видно, но по звуком было понятно, что плачет именно он. Ивон медленно встала с пола, и на цыпочках подошла к мальчику. Она нагнулась к нему и её шелковистые розовые волосы легли на его плечи и белые волосы. — Эй, ты в порядке? — детским голосом спросила девочка, трогая его за плечо. Мальчик резко вздрогнул всем телом, и подняв руки к лицу, быстро начал вытирать его. — Чего тебе? — не оборачиваясь спросил мальчик слегка хриплым голосом. Ивон приподнила брови, её взгляд упал на его открытую шею. Нитки на его сорочке были потрёпаны, и поэтому позволили сорочке сползти, оголяя половину его спины и шею. На правой стороне шеи красовался багровый шрам, идущий аж до левого плеча мальчика. Не сумев сдержать своё любопытство и заинтересованность, Ивон потянула свою ручку к шее мальчика и аккуратно коснулась его. Мальчик резко содрогнулся всем телом и, обернувшись, левой рукой перехватил руку девочки. — Что ты!.. — голос мальчика пости сорвался на крик, но со страхом в глазах покосясь на стальную дверь, снизил тон голоса. — Что ты делаешь?.. — тихо процедил мальчик через зубы, сузив брови. Ивон вздрогнула и опустила голову. — Извени, я не хотела.. — с обидой произнесла она, посмотря на мальчика. Мальчик несколько секунд смотрел на Ивон, но затем раздражённо вздохнул, и отпустил её руку. — Все вы, дети, одинаковые. — мальчик поджал колени к себе и отвёл взгляд в сторону. Ивон вскинула бровь и склонила голову вбок. — Но ты ведь тоже ребенок.. — осторожно произнесла она. — Это другое! Я не такой, как все остальные. — ответил мальчик в колени. Ивон слегка заинтересовано подошла поближе и присела рядом с мальчиком на колени. — Это как? Ты такой же, как и мы с Анечкой? Выглядишь совершенно обычно. Мальчик глянул на Ивон, но уже без раздражения в глазах. Пусть в камере было очень темно и холодно, но он смог разглядеть пронзительные зелёные глаза девочки, смотрящие в его тёмно-синие глаза. В пределе своих возможностей он оглядел девочку: она была чуть ниже его ростом, с — как ему показалось — тёмно-розовыми волосами, большими зелёными глазами и маленьким аккуратным личиком. "Она не выглядет опасной." Вполне серьёзно подумал мальчик, и наконец расслабился. — Это.. трудно объяснить. Ивон сложила руки на колени, внимательно прислушавшись к тихому голосу мальчика. — Ну, как бы это объяснить.. — голос мальчика был тихим, во избежание лишнего интереса охраны их камеры снаружи. — Ты знаешь, почему вы, то есть мы, здесь находимся? Мальчик широким жестом руки обвёл тёмную камеру, глядя в сторону Ивон. Она, лишь тускло покачав головой, посмотрела в сторону спящей сестры. — Аня задаётся этим вопросом каждый день, как и я. Я не помню когда мы сюда попали, но помню, что это тогда случилось что-то плохое. — Девочка по-детски сузила брови и посмотрела в пол. — Такое ощущение, будто бы Аня с Ивон находятся здесь уже очень давно. Брови мальчика приподнились вверх, а правая рука незаметно дёрнулась. Эти девочки действительно не знают почему они здесь. Достаточно погрустив, Ивон вскинула голову и вернула взгляд на мальчиа. — А почему ты спросил? Веки мальчика дрогнули, и он быстро убрал волосы, упавшие на лицо. Он что-то знал, или же что-то скрывал. А может он что-то зная скрывал это. Либо же знал, но боялся рассказывать. Или же знал, но рассказывать не желал. Ивон была слишком мала для понимания этого, а мальчик был слишком мал для того, чтобы объяснить это. Девочка заметила смятение на лице мальчика. — Что такое? С тобой что-то не так? — беспокойно спросила девочка, двигаясь к нему. — Нет, всё в порядке, просто.. — в голоме мальчика вмё ещё было смятение, но его взгляд всё же вернулся на большие глаза девочки. — Я думаю, что я знаю, почему мы здесь находимся. Ивон вскинула брови. — Знаешь? — Да. Ну, возможно как-то наполовину, но всё же знаю, хотя я не уверен. — мальчик нервно сглотнул. Девочка двинулась к мальчику почти вплотную, снизив голос на два тона. — Расскажи пожалуйста. — тихо попросила она — Я не скажу дядькам, что это ты мне всё сказал. Мальчик думал пару секунд, но решившись всё же рассказать, наконец выпрямил ноги и сел поудобнее, приблизившись к уху Ивон и заговорив еле слышным голосом. — Ладно, я расскажу, только ты тихо! Никому не говори у том, что это я тебе рассказал. Ивон кивнула, внимательно прислушиваясь к мальчику. Рассказа был во многих местах для Ивон непонятным, и лишь в паре тактов Ивон понимала о чём речь. Мальчик рассказывал о том, что их растят для мира во всём мире, что они жертвуют собой ради родной страны. Мальчик рассказывал заворожённо и гордо, в некоторых местах улыбался, и в некоторых опускал взгляд. Ивон слушала внимательно, но не совсем понимала сути. Мир во всём мире и они жертвуют собой ради этого? Совсем непонятно. Когда рассказ мальчика подошёл к концу, он внимательно посмотрел на Ивон. — Есть какие-то дядьки, кому нужно сделать из нас супер-сильных для того, чтобы защитить страну? — Ага, круто, скажи? — весело сказал мальчик, сжимая колени вместе. Ивон не понимающе склонила голову. — А если я не хочу жертвовать собой ради каких то злых дядек? Мальчик вскинул брови и тоже склонил голову в сторону. — Но это же ради нашей страны и её безопасности! — тихо возмутился мальчик. — Но неужели ради безопасности нашей страны мы должны жертвовать собой? — противостояла Ивон, нахмурив брови. — Если те взрослые дали, о которых ты говоришь, действительно такие умные, то и сами бы придумали, как сражаться с другой страной — врагоом? Почему они заставляют это делать нас? Нам же это даже не нравится! Мальчик лишь парк секунд смотрел на Ивон, и откинул голову в сторону, прикрыв глаза. Он не заставлял Ивон думать так как он, но и не стоял на своем. В глубине души он понимал, что может Ивон и права, но он же.. — Может ты и права. — безэмоционально ответил мальчик. В его голове вертелись слова, что он только что сказал Ивон. Он должен защитить свою страну, ведь ему это давно говорили. Его не спрашивали,хочет ли он этого, все те, кто знали про это, просто говорили, что как хорошо, что он хочет этого. Далее их разговор был недолгим. Они разговаривали о еде здесь, о холоде, и спустя несколько минут тихого разговора Ивон решила вернуться к Анечка и дальше поспать, ведь веки уже слипались от усталости. Она уже хотела лечь на пол, но резко вскочила. — Кстати, откуда у тебя этот шрам? Мальчик обернулся. — А, шрам? — Непонимание продлилось где-то две секунды, но он понял, о чем говорит девочка и опустил голову. — Я.. расскажу тебе об этом позже — мальчик отвёл взгляд в сторону и на его лице заиграла невольная улыбка, и Ивон, несмотря на темноту в комнате, заметила её. Дни стали проходить также, как и были до этого. Их заставляли учиться, водили в страшную комнату и кормили странной едой. Аня и мальчик, не на большое удивление Ивон, сдружились. По ночам они тихо бегали по камере, играя в догонялки, подбадривали друг друга после экспериментов, а мальчик же, имя которого Ивон и Аня так и не узнали, всё больше верил в то, что то, что говорили ему до этого - было неправильным. Он не помнит, когда в последний раз общался с другими детьми так свободно, да он и не общался практически никогда. Ему не разрешали, но кто именно он вспомнить не мог. Он не помнил откуда он, он помнил лишь строгий голос человека, старые толстые книги перед собой и странную боль по всему телу, после которого у него появился огромный шрам на теле. Трое детей не понимали расклада событий и зачем они здесь, но они были вместе, и поэтому не задумывались. На опыты их забирали по отдельности, а точнее по возрасту. От самого старшего до самого младшего. Мальчик ходил первым, Ивон второй, Аня же шла третьей. Аня всегда плакала, к тому времени, как приводили Аню, Ивон и мальчика оставляли рядом с комнатой, заставляя ждать, пока закончатся эксперименты над Аней. Аня оставалась одна в странной тёмной комнате, после она очень долго плакала. Однажды Ивон и мальчика как обычно оставили ждать перед дверью, как обычно приставил двух людей, чтобы они держали их. Но через какое-то время в странной комнате прозвучал громкий звук. "Аня!" — одновременно подумали Ивон и мальчик, попытавшись войти в дверь, но их удержали. — Аня! — громко крикнула Ивон, всемеи силами вырываясь из рук странных дядей. Ивон и мальчик пытались вырваться, но тщетно. Детская сила была совершенно не подвластна взрослой. Спустя лишь пару минут Аню вывели из комнаты — Аня! — мальчик бросился к Ане, сумев вырваться из хватки странного человека и обнял её. — Эксперимент номер 4! — гадко крикнул дядя, упустивший маленького мальчика из рук, и тут же схватил его за руки. Ивон больше не пыталась вырваться, ведь она увидела что с Аней всё хорошо. Или же нет? Лицо Ани выглядело по-другому, чем в прошлые разы. Она была слишком... Заворожённой? Она смотрела на всех учёных, что были там с большим интересом в глазах, неприсущим ей до этого. Зелёные глаза были всё такими же детскими и большими, но её взгляд начал ощущаться по-другому. Маленькую девочку толкнули в сторону сестры и мальчика, отчего она вернулась в реальность. — Увидите их, сегодня это девчонка особенно странная. — с презрением в глазах ответил самый страшный учёный из всех других. Холодный взгляд чувствался даже через его большие очки, из-за чего детям становились дурно. Внезапно Аня ткнула пальцем в этого учёного. — Злой дядька учёный хочет, чтобы нас, мелких отродий, поскорее отсюда увели! Ивон и мальчик странно покосились на Аню, этот самый учёный странно выгнул бровь. "Что? Почему она так сказала? Отродий? Что это такое?" — подумала Ивон, пододвигаясь к Анечке. — А этот дядька учёный хочет поскорее пойти домой! — снова сказала Аня, тыкая пальцем в другого учёного. Она искала так во всех учёных, рассказывая что-то о них, но Ивон не понимала что она делает. Ища поддержки в её непонимании она быстро обернулась на своего друга, но его лицо выражало совсем не то, что хотела увидеть Ивон. Его лицо было искажено под удивлением и страхом, а сам он просто стоял прямо, опустив руки к земле. Зрачки его глаз странно тряслись, а на лице выступал пот. Ивон не понимала, что там вообще происходит, но до осознавания ей оставалось совсем не долго. Дядя странно смотрел на Аню, но всего через секунду его гадкая улыбка поползла до ушей, а глаза сузились до уровня змеи. — А, понятно.. — его тихий голос никто не услышал, да это и не нужно было. Его улыбка была во все тридцать два зуба, а в глазах будто бы так и начал плескать яд змеи. Её понимая всей ситуации Аня лишь весело улыбалась, и рассказывала о разных секретах учёных. Ивон не понимала что происходит, и не понимала почему тот страшный дядя выглядет сейчас ещё более страшным и противным. — Схватить её. — раздался громкий голос учёного. Все стоящие рядом тут же отбросил двух остальных детей, схватив Аню под руки. От неожиданности и страха она вскрикнула и тут же начала плакать — Аня! — Ивон хотела рвануть с места, но её руку вдруг кто-то схватил. Она обернулась и увидела, как её руку крепко сжимает маленький белёсый мальчик. Голова его была опущена к полу, а лицо скрыто прядями белых волос. — Что ты делаешь? — громко воскликнула Ивон, вырывая руку из хватки — Пусти, они же держат Аню! — Не надо.. — раздался тихий голос мальчика. — Что? — взгляд Ивон, полный неожиданности и беспокойства, глядел прямо на мальчика. — О чём ты говоришь? Ане же больно! Мужчины в белых халатах отошли слишком далеко, держа Аню за руки, из-за чего Ивон не могла услышать, что они говорят. Видя то, как Ане больно и страшно, в глазах Ивон вспыхнула решимость, и она, потащя за собой мальчика, рванула к дядькам. — Аня!.. — Я сказал.. — мальчик резко упёрся ногами в железный пол, со скрипом тормозя их с Ивон, отчего та отступилась и с грохом упала на пол — Не надо. Ивон вскрикнула от боли, и её голова опрокинулась назад, позволяя ей увидеть лицо мальчика. Но на его лицебыла не та эмоция, ктор девочка ожидала увидеть. Глаза были широко раскрыты, а зрачки беспокойно дёргались. На его лице выступил холодный пот, что медленно стекал по лицу. Ивон никогда прежде не видела его в таком странном состоянии. Только сейчас она почувствовала, что маленькая и хрупкая рука мальчика сейчас была очень липкой и холодной. Девочка не понимала что с ним происходит. Губы Ивон задрожали, а брови как-то сами по себе поползли вниз. Взгляд невольно скользнул на всё ещё кричащую и дрыгающию ногами Аню. Горячие слёзы текли из её глаз, скатываясь на пол, но ни одному из учёных не было до этого дела. Сухие и страшные руки самого страшного дяди из всех что-то записывали в блокнот, изредка посматривая на Аню. — Что с тобой такое?! — вдруг крикнула Ивон, посмотря мальчику в глаза. — Почему ты такой странный? Зачем останавливаешь меня? Разве Аня не твоя подруга тоже? Ивон громко задала ему вопросы, крепко держа его руку, но мальчик не знал на них ответы. Почему он сейчас останавливал Ивон? Почему он позволял этим людям делать больно его подруге? Почему он здесь находился? Почему он такой... . . . . . . Трус. На его ум приходил только голос. Страшный и прямой голос, звучащий будто приговор на гильотину. Откуда он вообще знает что такое гильотина? Действительно ли он должен сейчас находится здесь? Голос звучал в его голове, заставляя его чувствовать огромный ком в горле и больное покалывание внизу живота. Мышцы мальнького тела были не по детски напряжены, а от холодного пота белая сорочка прилипла к телу, заставляя мальчика чувствать ещё больший жар. — Ты меня слышишь?! — голос маленькой девочки резко вернул мальчика в реальность. — Почему ты так поступаешь с нами? — в зелёных глазах розоволосой девочки выступили две большие слезы, а её волосы уже окончательно запутавшись друг с другом, лежали на полу. — Я.. — голос мальчика всё также был тихим, но теперь он вдобавок начал дрожать. До ушей мальчика донёсся громкий крик, и его ввзгляд скользнул в ту сторону. Увидя, что девочку, которая с самого начала его прибывания здесь относилась к нему по-доброму сейчас крепко держали чуть ли не за все части тела и постоянно что-то говорили ей, отчего она кричала ещё больше, маленький стержень внутри мальчика окончательно сломался. — Я не знаю. — наконец честно ответил он. Горячая слеза медленно скатилась по его лицу и упала рядом с Ивон. Девочка не знала как реагировать на внезапные слезы некогда друга, но когда до её ушей донёсся очередной крик сестрёнки, внутри нее прозвучал хруст. Был ли это переломный момент, или же был дар за многочисленные страдания? Она не понимает этого и по сей день. Но тогда для нее это был самый что не на есть лучший подарок за всю её жизнь. Глядя на всех злых дядек она очень яро пожелала в своей голове, чтобы те немедленно убрали свои руки от её сестрёнки и убрались от них. Пара секунд, и длинный коридор, наполненный лишь холодом, напряжением и дверями, ведущими в странные комнаты, раздалось сразу несколько грохотов об стальные стены, и после многочисленные падения в обмороки на стальной пол. Мужчины, только что держащие маленькую беззащитную девочку с отвратительным оскалом на лицах, сейчас одновременно со всей дури ударились об стальные стены и попадали от этого в обмороки. Увидев всё это, мальчик посмотрел на лицо одного из учёных. Его очки разбились от резкого удара об стену и упали рядом с его лицом на пол. Его глаза были красными, а из носа текла кровь от удара. Мальчик ахнул от такого исхода событий и от неожиданности и страха упал на пол. В его глазах всё ещё был страх и непонимание, а на его лицо упало несколько камушков сверху. Мальчик медленно глянул на Ивон. Её глаза были полузакрытыми и красными, а из носа текла ярко-красная кровь. "А? Что только что произошло?.." Рука Ивон невольно скользнула к липкому лицу, и аккуратно дотронувшись до своего лица, она посмотрела на свою ручку. На ней была ярко-красная липка жидкость. "Кровь? Откуда она у меня? Я же не падала.." Неожиданно Ивон почувствовала, как в её глазах темнеет, а её сознание медленно погружается в мрак. Яркий свет, освещающий длинный стальной коридор потихоньку кгосал в её глазах. Злые дядьки, сейчас почему-то лежащие на полу, исчезали из её поля зрения. Последние, что она увидела, это лицо мальчика, полное страха, и маленькое тело её сестрёнки вдали, сидящую у стальной стены, которая, как подумала Ивон, уже тоже потеряла сознание. Что вообще произошло? Что теперь с ней станет? Что случится с её сестрёнкой? Её заберут? А что случится с мальчиком? Он предал её и Анечку? Теперь он будет вместе со злыми дядями? А что случится с Ивон? Что с ней сделают эти дяди?

Что с ней вообще сейчас?

***

Девочка резко открыла глаза, тяжело дыша и смотря в потолок. Она несколько секунд глядела вверх, а затем резко вскочила с кровати, ощупывая себя. На ней была всё та же голубая пижама с длинными рукавами и голубая шапочка на голове. Оглядевшись, она всё также была в своей с Анечкой розовой комнате, наполненной игрушками и в некоторых местах книгами. В комнате было темно, но тем не менее она смогла разглядеть мирно сопяшую Аню справа от себя. "Сон.." — подумала девочка, тихо выдыхая и прикрывая глаза. Конечно не чем другим это быть не могло, но странное чувство внутри всё не покидало её. Девочка бесшумно спрыгнула с кровати, стараясь не разбудить Аню, и быстрыми шажками подошла к двери. Она медленно потянула ручку двери вниз, и на цыпочках прошла до ванной комнаты. Она заметила, что свет внизу ещё горел, значит дядя всё ещё здесь? Ивон прошла в ванную и тихо открыла кран с холодной водой. Она захлестнула воду маленькими ручками и умыла ею лицо. Её ножки тихо сошли с поставленного стульчика и её ручки поиянуоись к полотенцу. Ивон уже собралась уходить, как вдруг она услышала резкий грохот. Он тут же вернул её из полусонного состояния и заставил беспокойно оглядеться. "Взрыв?!" Одновременно подумала она, вместе с только что проснувшейся Анечкой, которая через две секунды снова провалилась в царство Морфея. Выйдя из ванной Ивон тихо вышла к лестнице и прошла пару ступенек, заглядывая в гостиную. Перед собой увила множество летающих лепестков роз. Она выглянула суть дальше и увидела странного дядю, сидящего у стены. "Это мой дядя?" Подумала девочка, с интересом вглядываясь в затылок мужчины. — Я всё понял, сестрёнка — заговорил мужчина хриплым голосом и медленно поднялся с места. — Я просто хотел помешать поцелую, а ты взяла меня и ударила. Парень резко поддался вперёд, жалостливо скуля. — Наверное тебе ж не терпелось побаловаться с муженьком?! — мужчина всплакнул на взрыд и закрыл лицо правой рукой. "Какой странный дядя" подумала Ивон, странно покосясь на мужчину. — Какой же я дурак что решил вас проверить! Да и такое ощущение, что проверку проходили мои собственные чувства! — мужчина прододжал рыдать на взрыд, пока Лойд и Йор медленно не подошли к нему. — Извините, у вас кровь идёт.. — беспокойно сообщил Лойд, протягивая к мужчине руку. "Ой, папа!" Ивон быстро отошла на пару ступенек повыше, чтобы папа не смог увидеть её. — Лойд Форджер.. — странный дядя резко поменялся в лице и строго поднял взгляд на Лойда. — Так и быть. Губы моей сестры теперь твои! Ивон покосилась на дядю. "Очень странный дядя.." — Чего?! Что ты такое говоришь! — Громко вскрикнула Йор и отдала мужчине сильную пощечину по лицу, отяего тот снова с грохотом полетел в стену. Ивон еле сдержала смешок, и воспользовавшись тем, что взгляд папы сейчас застрял на маме и её братике, Ивон тихо проскользнула обратно в свою комнату. Несмотря на то, что дядя ей показался странным, но все таки он был весёлым, и Анечке он, скорее всего, тоже понравится.