Убийца Элтикерии.

Где-то в далёких землях королевства Елтикерии

— Моно, где ты, милый? — прозвучал женский молодой голос, который искал своего ребёнка. Это была женщина двадцати шести лет, с чёрными волосами и голубыми глазами. Она была среднего роста, у неё был муж. Он продавал весь день всё, что собирали Моно и его мама Мия. Отец был высоким худым мужчиной, с карими глазами, которые передались его сыну Моно. Он был тем, кто всегда поддерживает свою семью деньгами. Он тяжело работает на полях у других дворян, чтобы заработать деньги на пропитание; ему было двадцать девять лет, но выглядел на все девятнадцать. Его звали Милонег. — Иду, мам! — Прокричал мальчик. Знакомьтесь, его зовут Моно. Он был с карими красивыми глазами и тёмными волосами. Брови у мальчика были такими же тёмными, а сама кожа была светлой. Ему было пять лет, но он уже любил жить, пока его отец занимался подработкой на рынке. Моно и его мама были одни всё время. За эти пять лет Моно уже успел научиться слушать свою маму, помогал ей с уборкой, с полями и тому подобными делами. В семье Моно была традиция: когда все собирались вечером, Моно ложился спать, а его родители пели ему песни, которые успокаивали его и, можно сказать, даже легко убаюкивали. — Моно, хвала небесам, не пропадай больше! Поможешь мне со стиркой? — спросила Мия своего ребёнка. У неё была лёгкая тёплая улыбка, которая очаровать может любого и отказать ей невозможно. — Конечно помогу, мам, — ответил мальчик. Моно был одиночкой, что любил проводить время со своей мамой. После этого, Моно шёл с мамой к речке, в которой он мог искупаться. Когда они подошли к речке, он как молния разделся и полетел в воду. Мама с ласковой на лице улыбкой смотрела на это и подошла к речке, чтобы начать мыть вещи. Прошло уже двадцать минут, Моно уже вылез из воды и помогал со стиркой. Когда со стиркой было покончено, мальчик и его мама Мия пошли к своему маленькому, но уютному домику. Был вечер. Папа Моно как раз пришёл домой. Он поприветствовал самого Моно и его жену. Он подошёл к ним и обнял их крепко-крепко, показывая этим, что скучал за ними. Спустя пару минут объятий, отец решил спросить, что же будет готовить его дорогая жена. — Дорогая, что ты будешь готовить сегодня? — Дорогой, так бы и сразу сказал, что ты голоден! Сегодня у нас будет каша с кукурузой, — сказала Мия своему мужу, обняв его. У Моно потекла маленькая слюнка, когда заговорили про его любимую кукурузную кашу. От такой мысли он облизнул свою нижнюю губу от слюны, но мысль о его любимой еде была довольно приятной и согревала его душу. — Мам, а скоро ли будет каша готова? — спросил мальчик быстро свою маму, вытерев слюну рукой. — Да, дорогой, у тебя аппетит пошёл прям в отца, — сказала Мия своему сыну с улыбкой, идя на кухню. Милонег остался с сыном один на один. — Как провёл сегодня день, Моно, помогал своей матушке? — спросил отец у своего сына. У Моно загорелись глаза и он начал рассказывать, как помогал маме со стиркой, как помогал собирать молодые кукурузы и как он успел сегодня искупаться в речке. Отец на это просто улыбнулся своему сыну, встав на корточки перед ним и заглянув в детские глаза. — Ты молодец, сынок, вырастешь настоящим мужчиной! Но ты должен помнить кое-что: ты всегда должен быть готов ко всему, что к проблемам, что к счастью. Ты не должен ломаться от проблем, которые возникнут в будущем. Проблемы нужны, чтобы их решать и идти дальше, вперёд. Если ты сможешь решать проблемы, значит ты самостоятельный и сильный духом. Понял, сынок? — спросил отец у своего сына, приглашая его обнять. У мальчика ещё сильнее загорелись глаза и он как стрела, что настигла свою жертву, залетел в объятия своего отца. — Спасибо, спасибо, спасибо! Я буду стараться быть таким же сильным, как ты, папа! И я обещаю, что стану таким же крутым, как ты, — весело пропищал Моно. Он обнимал всё крепче своего отца. Милонег в свою очередь на это улыбался и потрепав его голову, отпустил мальчика из объятий. — Помни, как бы ни была тяжела жизнь, нужно всегда помнить, что после неудач всегда настанет момент, когда ты обретёшь счастье, — сказал мужчина, после чего поднялся на ноги. После этого, как по приказу, прозвучал женский голос из кухни. — Каша готова, идите налетайте! — произнесла Мия ласковым голосом, насыпая в миски кукурузную кашу. Отец же взял Моно за руку и повёл на кухню. Сама кухня выглядела просто, но со вкусом и каким-то приятным уютом: маленький деревянный стол, три деревянных стула, печка и маленькое окно, которое было закрыто белой тюлью. Сама Мия тогда стояла около стояла и ожидала, пока мальчики сядут за стол. Она смотрела на своего мужа и сына с любовью во взгляде. — Ну, что как не родные, садитесь уже, каша то стынет, — сказала женщина, с улыбкой приглашая их сесть и поесть. Мальчик отдёрнул руку и полетел к стулу. Когда он сел на него, он взял ложку, подвинул миску и начал жадно есть, но каша была горячей, из-за чего Моно немного обжёг язык. Мия с беспокойством посмотрела на Моно, но тут же сделала немного суровый взгляд. — Моно, не нужно так есть никакую пищу, нужно аккуратно её взять, подуть на неё и тогда уже легонько есть. Сильно обжёгся? — спросила та снова нежным голосом, подойдя к сыну. Моно высунул язык, который болел. Он кивнул в знак того, что у него болит язык. Мать легонько вздохнула и повела его к ведру с водой. — Моно, аккуратно выпей холодной воды, станет легче, — сказала она, набирая в черпак воды и передавая его мальчику. Моно легонько взял черпак с водой и легонько хлебнул. Язык сильно болел, но холодная вода помогла этой боли немного угаснуть. Лицо Моно немного расслабилось после этого и немного подождав, боль угасла. Он поставил черпак с водой обратно на место. — Спасибо, мам, за помощь, больше не буду есть так быстро, — произнёс виноватым голосом Моно, опустив голову. Мия на это всего лишь легонько улыбнулась, присев рядом около своего сына. — Я для этого и здесь, Моно, чтобы помогать тебе со всем, — сказала Мия, обняв Моно в знак поддержки. Сам Моно обнял её в ответ, со стыдом всё равно смотря в пол, — Моно, на следующий раз ешь медленно и аккуратно, хорошо? — спросила она своего сына с надеждой в глазах. Моно отвёл взгляд от пола и повёл его на голубые глубокие глаза своей матери. — Хорошо, мам, — ответил Моно, отпустив свою маму и направившись с ней за ручку на кухню. На кухне сидел Милонег, он доел свою кашу и просто смотрел в окно, подвинув тюль. Когда мальчик с матерью зашли на кухню, он обратил внимание на сына. — Моно, ты не сильно обжёг себе язык? — спросил волнующийся отец, Мия же в свою очередь просто легонько улыбнулась и посмотрела в глаза своего мужа. — Не переживай, милый, он немного его обжёг, уже и не болит, всё прошло, — ответила Мия за сына, не отрывая своего взгляда от Милонега. В тот момент Милонег в свою очередь только тяжело вздохнул. — Моно, больше не ешь так быстро. Сначала подуй, или пусть немного приостынет, тогда ешь, хорошо? — сказал отец. Моно только легонько кивнул и вернулся к своему месту с остывшей кашей. Он взял ложку, набрал в неё кашу, подул и легонько начал есть. Родители смотрели на это с лёгкими улыбками. Когда Моно доел, он отдал пустую миску маме и спросил, может ли он пойти в свою комнату. — Мам, можно я уже пойду к себе поиграю? — Конечно, дорогой, иди к себе в комнату, — ответила женщина, идя мыть посуду.

В комнате Моно

Моно сидел себе на кровати и игрался со сшитыми игрушками, которые мама ему сделала. Игрушки были их семьёй. Мальчик представлял свою жизнь наперёд; как будет заводить семью, как будет работать, помогать своей жене и как будет иметь детей. Правда, он не знал как появляются дети, он не раз спрашивал свою маму и папу, как он появился, на что получал что ему рано это знать. После нескольких таких отговорок родителей, он прекратил спрашивать об этом. Мальчик собирал палки с улицы, листочки, шишки, и с этого сделал себе маленький дом для его кукол. Мама умилялась, когда видела, как её мальчик строит маленькие домики для кукол. Когда она первый раз увидела, даже не поверила своим глазам. Она специально начала раскидывать рядом около дома ветки, шишки и листочки. И смотрела из-за угла, как Моно их собирает и заносит в дом. Моно сделал очередной домик и играл с ним как с особенным, ведь он нашёл нового себе друга. Это была шишка Эш. Она почему-то показалась ему особенной и после этого дня, Эш стал для него своеобразным талисманом, которого носил с собой везде. Сейчас Моно лежит на кровати и смотрит в потолок, около него три куклы и одна шишка. Он думал о будущем, как вдруг в его двери постучались. Он быстро встал, на быстрых шагах подошёл к двери и открыл её. Там были его родители: Папа вошёл первый, а за ним и мама. Мама почему-то держала руки за спиной, а отец присел около своего сына на край кровати. — Моно, мы пришли к тебе с хорошей новостью! Скоро у тебя появится братик или сестрёнка, — сообщил отец Моно с радостной интонацией в голосе. После этих слов, мама достала две куклы и дала их Моно. — Вот, держи, дорогой, это тебе на будущее. Будешь играть с ними, когда мы будем заняты, — сказала Мия своему сыну с радостью. Моно смотрел на них, буквально не понимая ничего, из-за чего он с недоумением вскинул бровь вверх. — А откуда у меня появится сестрёнка или братик? — любопытно поинтересовался Моно, а мама улыбнулась ему и легонько похлопала себя по животу. Мальчик подошёл к нему и почувствовал удар, значит там кто-то был. Он посмотрел на маму. — Они живут у тебя в животике? — спросил он, с интересом слушая удары внутри её живота. Это было так необычно, что ты слышишь и даже чувствуешь через кожу что-то живое. Это было довольно странное, но одновременно приятное осознание, что возможно скоро у них в семье будет пополнение. Мия на это только улыбнулась и кивнула головой. — Да, Моно, они живут у меня в животике, — ответила матушка Мия. Моно же смотрел на это с лёгким удивлением, ведь он об этом узнаёт явно первым. Он кладёт голову к её животу и прислушиваясь ко звуку, он почувствовал сильный удар оттуда. Он от лёгкого испуга отскочил, смотря удивительно на её живот. Женщина немного захихикала, когда он удивился. — Всё, по нашей традиции я спою тебе песенку, ложись в кроватку, — внезапно вставил свои слова отец. Моно послушно после этого лёг в кровать и начал слушать. Он никогда не слышал этой песни и поэтому впервые слышит содержание этой, казалось бы, колыбельной. Моно, мой любимый сыночек, усни, Солнышко скрылось в ночи, Твои сны приятные, словно ты попал в земли чудес, Помни, мой сын, я всегда буду с тобой… Хоть это и была песня на коленке, придуманная отцом, Моно пал в мир чудес. Его веки закрылись и он перестал вслушиваться в происходящее вокруг и слышать всё, что есть в его комнате.

Сны Моно

Моно видел много чего: как он летал над своей деревней, как он гулял по лесу со своей мамой. У него были исключительно хорошие сны, он спал тихо, словно мышка, и смотрел на всё с высока. Моно всегда мечтал полетать, всегда мечтал быть достойным ребёнком в своей семье, он всегда мечтает в один из дней взлететь в небо, словно птица, расправляя свои воображаемые крылья. Мальчик мечтал, но летать он не мог. Он мог только ходить, но зато у него были прекрасные мама и отец, которые поддерживают его во всём, почти ничего не запрещают, даже когда они не в настроении, они всегда помогут Моно в его проблемах. Они не будут срываться на него, какой бы не был плохой день. Моно бродил по какой-то земле. Он почему-то был в долгом, тёмном тёплом плаще и в белой, как снег маске. Вот только почему-то она была сломана с левой стороны и была в красных пятнах, напоминающие кровь или размазанную краску. Моно не обратил на это внимание и шел вперёд, набревая на город Елтикерии. Главная столица этого королевства — Рют, он уже был здесь однажды. Когда он пошёл с отцом сюда, ему было четыре года, он всё помнил наизусть, как будто был здесь вчера. Что-то, напоминающее чувство дежавю. Моно ходил по знакомым улицам и набрёл на рынок. Кого он только не видел: они жили в таком обществе, что среди людей жили людо-звери — это люди, которые были с ушами, например, волка или с клыками медведя и тому подобным. «Почему-то у людей они вызывали страх, для меня они обычные люди, только с немного изменённым телом». Моно дошёл до места, где был его отец, но там почему-то был какой-то мужик, который продавал каких-то детей в клетках… У него появилось желание расспросить того. Он подошёл к мужику и поздоровался с ним. Он стал расспрашивать его, о том, почему он продаёт каких-то детей, (не стоит забывать, что Моно ребёнок, который не знает, что такое рабство) поэтому он получал от мужика довольно странные ответы. Мужик был крупный, где-то ростом сто девяносто, был довольно-таки накачан и явно не обижен в этой жизни. Моно долго расспрашивал этого мужика, пока у него не созрел вопрос, а где его отец. " — Здесь же раньше мой отец торговал, по имени Милонег, — услышав подобное, мужик на это вылупил глаза и достал почему-то меч. — Не говори при мне про это отродье, которое задолжало мне деньги, — укоризненно сказал мужик с басом. Я же немного отшатнулся и на нас начали смотреть люди. — Ты как посмел моего отца отродьем назвать, ты-… — я не знал ругательств, поэтому не мог ответить мужику. Всё больше народа начали смотреть на меня и того торговца. Мужик мерзко посмеялся с этого и подошёл впритык ко мне. Он оскалил свои зубы в мерзкой ухмылке и взяв меня за плащ, поднёс к своей роже. — Ты хотя бы знаешь, что задолжал мне твой отец? — спросил мужик с угрозой в голосе. Даже через маску я чувствую его вонь изо рта… Хотелось отойти и блевануть, но я решил стоять до конца. — Нет, я не знаю про какие долги вы говорите, — сказал я честно. У моего отца могут быть долги? Да нет, это же бред, мой отец самый лучший, он не может иметь долгов… Никогда не поверю! Мужик начал уже рычать на меня. В его голосе всё больше слышалась ярость и он продолжал держать меня за плащ, усилив хватку; спасибо что душить не начал. — Ты хотя бы знаешь, что твой тупой папаша задолжал мне крупную сумму?! — сказал он это, рыча на меня. Я начинаю трястись от страха… «Что мне делать?.. Как мне выйти из этой передряги? Стоп, это же сон, почему тогда я так переживаю?» Я со всей силы дал мужику в рожу. Здоровяк как будто это не почувствовал и ударил теперь меня в ухо. Когда он меня ударил туда, я оглох и полетел на землю. Я слышал какой-то размытый шум в барабанных перепонках. У меня была сейчас сильная боль в голове, я оглох на одно ухо. Я чувствую, как из уха сочится что-то тёплое. Я постучал по свободному уху и посмотрел: это была моя кровь. У меня всё поплыло в глазах, мутнелось. Я уже ничего не видел, так как я уже увидел потемнение, а голова заболела сильнее. Я начинаю терять сознание, но перед этим всё пропало, я ничего не видел кроме одного — тёмное помещение. Я осмотрелся. На последних силах стал ходить по нему, пока не нашёл клетку, стоящую около окна. Я подошёл к клетке и когда увидел кто там находится, у меня начали наворачиваться слёзы… Там был мой мёртвый папа, со слезами и вырванным языком, он был как будто разорван монстром, а крови были много… Даже по всей клетке, видимо, разлетались эти алые пятна, которые засохли. После этого я во весь голос закричал «ПАПА!». Я начал рыдать как не знаю кто. Я смотрю на труп своего отца и пытаюсь подойти к нему. Я пытаюсь сломать клетку, пытаюсь раздвинуть решётку, всё без результатов, сил совсем не хватает. Я плачу, очень громко плачу. Я упал на колени и схватился за голову, я рыдал очень громко, смотря на давно бездыханное тело отца. Я кричал «папа» так громко, что сорвал себе голос, заставив гортани горла закрыться.»

Комната Моно

«Я не знаю сколько прошло времени, но я проснулся и кричал как резаный «папа». Ко мне в комнату вбежали родители и успокаивали меня, спрашивали что случилось. Я как пристал к отцу, так от него и не отлипал, я хочу видеть его живым. Он был мне слишком дорог. Я долго не мог говорить внятно, без слёз и всхлипываний, я крепко обнимал папу, не собираясь его отпускать. Я держался за него, как за последний лучик света и надежды. Мой отец с непониманием обнимал в ответ и всё время спрашивал что на меня нашло. Я не знаю сколько прошло времени с того момента. Когда я немного успокоился и смог больше не плакать, я видел своего родного родителя. Вот он, мой папа, живой, рядом со мной. — Папа, пожалуйста, не бросай меня! — я снова начал плакать навзрыд и прижался к отцу. Он с непониманием начал меня успокаивать и говорить что не оставит меня. — Тише, Моно, я никогда тебя не брошу… Тебе приснилось как я тебя бросил? — спросил меня осторожно отец. Я всё ещё всхлипывал и шмыгал носом, но смог ответить. — Мне приснилось, как я пришёл к твоему месту, где ты обычно торгуешь, но там был какой-то мужик. Я спросил его почему он здесь и где мой папа, потом он сказал, что мой папа-… — на полуслове я снова начал сильно рыдать и вздыматься в отца, — Скажи ведь, что ты никому ничего не должен, папа? — спросил я его уже хриплым голосом. Я его, наверное, уже сорвать успел. Он посмотрел на меня с искренним шоком. — Не волнуйся, сынок, я никому ничего не должен, кроме вас! Я должен любить вас, помогать вам и ухаживать за вами, — успокаивал меня отец. Я в свою очередь успокоился. Глаза ужасно болели из-за слёз. — Пообещай мне, что ты не уйдёшь от меня, пожалуйста, — сказал я хриплым голосом. Я уже успел сорвать голос… Знал бы я тогда, что это останется со мной на многие годы… Спустя много приятных слов, я смог успокоиться, но этот сон останется в моей памяти навсегда. С этого дня я начал переживать за своего отца, и что не смогу защитить его в один момент… После этого сна, я начал тренироваться мечом, учителем стал мой единственный друг — мой отец. Когда он узнал, что я хочу тренироваться мечом, каждые выходные он тренировал меня, а я в свою очередь становился всё сильнее, хоть и понимал, что до отца мне расти и расти.»

Прошло уже два года с того рокового сна

«Я с мамой сидели у костра в лесу. Вы спросите, почему мы там? Всё потому что мы решили пойти в поход с мамой и отцом, за два года я многому научился. Например, я уже могу хоть как-то правильно махать палкой, с мечом я ещё не могу справиться. Он ещё тяжеловат для меня, но вот на деревянных я уже могу хоть как-то сражаться, и так вот… Мы в лесу, мы охотимся на кабанов. Моя мама, оказывается, очень хороший стрелок, а папа хорош не только в махание меча, но и в метании копья. Я горел желанием тоже попробовать стрелять, правда, не по животным, у меня духу не хватит убить хоть одно животное. В глаза мамы ударила туша медведя, что пила воду из речки, она дала сигнал мужу быть на подготовке. Я наблюдал, как моя мама достаёт довольно большой лук, она натянула первую стрелу. Я смотрю на это с интересом и она сделала выстрел. Стрела летела очень быстро, она попала прямо в голову медведя. Он начал кричать от боли, моя мама уже приготовила вторую стрелу, снова стрела полетела в свою цель, только на этот раз попала прямо в глаз. Медведь в агонии упал на землю. Животное корчилось от боли и кричало. Мои мама и отец пошли добивать его. Мой отец просто подошёл к нему и резким ударом ударил в горло ножом, начав резать его. Медведь только закричал ещё сильнее и хотел было оттолкнуть, но моя мама достала камень и ударила им по голове медведю, и он уже просто кричал в агонии, умирая. Слышать крик животного было не из приятных на слух. Я смотрел на это с… можно сказать, страхом… Я просто никогда так не смогу нанести урон животному, как мои родители. Видно, что они опытные охотники.»

Прошло два дня после этого

«После того, как мои мама и папа поймали медведя, у нас были шкуры и мясо. Пока папа возился с мясом, мама делала одежду с тех шкур, как раз через денька четыре будут готовы. Было на дворе четвёртое декабря. Было довольно-таки холодно уже, но мне это не мешало заниматься собой и мечом. С каждым днём я стараюсь усовершенствовать себя, так как я помню тот страшный сон с отцом… Я должен его защитить.» «Я закрыл рот, когда понял, что я это прокричал. Мама, которая сидела рядом, посмотрела на меня и легонько обняла, нежно прижав к своей груди.» — Дорогой, всё будет хорошо, не нужно переживать из-за отца… Он будет в безопасности, не нужно так сильно зацикливать себя на его безопасности, хорошо? — спросила Мия у Моно с лёгкой улыбкой. Последний смотрел в пол из-за того, что думал об этом. После кошмара о смерти отца, Моно, как помешанный на этом, начал преследовать цель — защитить отца. И он стыдился, когда из-за этого он выглядел как какой-то ненормальный. — Прости, мам, просто я боюсь потерять своего отца… После того кошмара я чувствую, что я обязан помогать ему, — объяснил Моно, смотря в глаза своей маме. Она легонько поцеловала его в щёчку. — Моно, не думай об плохом, думай о хорошем, например-. — она не успела договорить, как из родительской комнаты донеслись крики. Это были Лиза и Софи. Это близняшки, которым скоро будет по два годика. Мия просто вздохнула и поднялась со стула. — Я сейчас покормлю их, ты иди в свою комнату, — сказала Мия с лёгкой улыбкой, направившись в родительскую спальню. Моно направлялся к своей комнате, как в входную дверь постучали. Когда Моно открыл дверь, там были детишки; они были возрастом шести лет и они приглашали мальчика поиграть с ними на улице. Моно хотел было отказаться, но он решил спросить у своей мамы, стоит ли ему идти или нет. «Я направился к комнате мамы, она кормила детей грудью». Она посмотрела на Моно. Сам мальчик не обращал никакого внимания и спросил её. — Мам, меня зовут играть дети, мне идти или нет? — спросил Моно свою маму. Женщина подумала немного и сказала. — Дорогой, я тебе разрешаю играть с детьми, но чтобы к вечеру был дома, хорошо? — она улыбнулась ему. Сам мальчик направился к выходу. Моно одел тёплую куртку из меха волка и одел тёплые высокие сапоги, тогда же он и вышел на улицу, где его ждали ребятишки. Моно был самым старшим из всех и самым сильным, ведь единственный занимался мечом в семилетнем возрасте. Ребята пожали руку Моно и поприветствовали, после этого Моно проводил время нормально, бегал с детьми, общался с ними, и в один момент… Дети начали перестрелку снежками, Моно был самым метким и изворотливым, из-за чего его называли жуликом. Но пока Моно на секунду отвлёкся, один из ребятишек кинул в лицо мальчика снежок и вот, он достиг цели, но самое страшное то, что в этом снежку был толстый лёд. После этого, Моно почувствовал сильную боль в носу, у него на две секунды потемнело в глазах и он упал на снег. Из его носа хлынула кровь, ребятишки перепугались и подбежали к пострадавшему, но Моно сам поднялся, кровь капала на снег. У мальчика была разбита губа, он немного вытер кровь от снега, потом со хмурым выражением лица подошёл к пацану, что кинул в него снежок и со всей силы ударил того в нос, сломав ему его; типа, получил по заслугам. Послышался детский визг, плач был на всю улицу, Моно хмурый и злой направился домой. Моно зашёл в дом и просто хлопнул входной дверью. Он быстро разделся, он был очень зол, у него было желание избить того мальчика, ведь тот явно специально подсунул туда лёд. Моно направился на кухню, где сидела его мама. Она когда увидела его, у неё появился взгляд печали, шока и любви одновременно, она подошла к Моно. — Дорогой, что с тобой случилось? — спросила обеспокоенная мать. Моно ответил грубо и безэмоционально. — Неважно, — тот сделал более хмурый взгляд, кровь до сих пор капала из его носа. Мия не злилась из-за того, что ей грубит ее сын, она прекрасно его понимала. Она повела его к казану с водой и промыла ему немного нос, потом достала немного пуха, намочила её и засунула в нос пострадавшему мальчику. — Моно, тебя кто-то обидел из тех ребятишек? — спросила та нежно, смотря на Моно грустным взглядом. От этого взгляда вся ярость того резко покинула его. Он только сейчас осознал, что грубил своей маме. Мальчик опустил взгляд на пол, стыдясь посмотреть на свою маму. — Прости, мам, просто один из парней кинул в меня снежок, в котором был лёд, и он сделал со мной такое… прости, что нагрубил тебе… — Моно посмотрел в грустные голубые глаза, ему было стыдно за то, что он грубил своей матери, хоть она не в чем и не виновата. Она смягчила взгляд и сделала его более повеселевшим. — Дорогой, не нужно так извиняться, ты был на эмоциях, — она обняла Моно, последний обнял её в ответ. Ему было стыдно перед мамой за то, что он ей нагрубил. — Прости меня, мама… — сказал Моно, немного хныкая. В свою очередь, мама просто улыбнулась и поцеловала сына в щёчку. — Не волнуйся, дорогой, я не сержусь, а теперь иди в свою комнату и поиграй с куклами. Я пока дошью одежду, хорошо? — спросила она, тот кивнул и направился в свою комнату.

В комнате Моно.

Моно играл с куклами. Он представлял, как будет проводить это время, для своего отца и своих сестричек, чтобы поиграть с ними. Он думал над тем, что он сделал неправильно, нагрубил своей маме. Ему было стыдно за себя, он откинул кукол и лёг на кровать… Он думал о будущем: что может сделать такой паренёк как он, кем он вырастет, но его мыслям внезапно помешал крик…