Как получить программу обмена знаний, чтобы никто не догадался

Лекс крутил в руках серую и синеватую рубашки, пытаясь сделать выбор, который лучше всего выразит его стиль и личность. Сегодня будет третий день в пока еще незнакомой аудитории, под надзором десятков чужих глаз. Выглядеть надо соотвествующе, чтобы никто не обнаружил подвох. Размышляя над вариантами, он наконец выбрал светло-синюю рубашку, надел и аккуратно застегнул на все пуговицы. Далее Лекс вдел в шлевки слегка обтягивающих джинсов элегантный ремень, придающий образу завершенность. Если бы на ногах были его любимые кеды, то непринужденность придала бы уверенности. Но увы, они остались по ту сторону зеркала и «той» жизни, а сегодня он из молодежного повесы превратится в «бабочку» своей маленькой музыкальной мечты. Парень снова заглянул в зеркало, с удовлетворением разглаживая свои светлые волосы. Небрежным распущенным локонам пальцы с воском быстро придали стратегическую завершенность, слегка обрамляя, но не закрывая лицо. — Ну как я тебе? — спросил блондин у своего отражения. Отражение хмыкнуло. Инстинктивно протянуло руку к стеклу, чтобы взъерошить излишнюю аккуратность Лекса, но было остановлено поверхностью. Тогда оно одернуло руку и направило ее к своей шевелюре — огненно красной, запустив пальцы в яркие волосы: — Довольно неплохая версия меня. — Ой, да не прикидывайся! С таким видом и способностями, я произведу в твоей школе искусств фурор! Останешься доволен. — Не перехвались. А то сейчас пар из ушей пойдет. Пить хочешь? — красноволосый потянулся за бутылкой на тумбе. И вдруг резко подкинул ее вперед: — Лови! Блондин дернулся и сложил руки паучьими лапками. Но ничего не произошло. — Ах-ха-ха! Повелся, — оскалился не-блондин-из-за-стекла, подхватив обратно бутылку, демонстративно откручивая крышку и делая глоток. Они оба знали, что через отражение ничего не передать, но оба постоянно забывались. Болтали, словно и не было между ними никакой преграды. И жили как будто они не в разных областях страны, и не посещали разные по направлению учебные заведения. К чести сказать, весьма неплохо справляясь. Но однажды случилось это. Чему не существовало определения, не находилось объяснения, не укладывалось в представлении — их сплетение судеб в таинственной гармонии. От внезапности естественно не все сразу устаканилось. Да и вообще, когда все произошло, когда вместо своего «я» у себя дома они начали лицезреть нечто другое, не сразу парни начали хотеть и принимать существование друг друга. Блондин шокировался манерами и замашками, с которыми живет красноволосый парень, и наоборот, огневолосый недоумевал, почему блондинчик любит проводить время таким степенным образом. Но теперь, поменявшись личностями, они проживали в повседневности друг у друга вот уже третий день без особых проблем. Конечно сначала у обоих парней был шок, но затем они решили поиграть на чужих ролях и выжать максимум того, что могли получить из этой авантюры. Ну и посильно помочь противоположной личности. Они обо всем подробно договорились, так что ни их друзья, ни учителя и даже родители — никто еще не заметил подмену. Так как блондин обладал острым умом и способностями к науке, погружение в такой великолепный мир, как музыка и искусство, были доступны ему только в мечтах. Да в гаражной студии, где он порой прятался в обнимку с гитарой под предлогом похода в библиотеку. А красноволосый, наоборот, погряз в виртуозном исполнении на музыкальных инструментах, был матерым и смелым создателем живописных полотен и до кучи постигал тайны актерского мастерства. Он знал, как выражать свои эмоции и чувства через искусство, однако нигде не находил понимания того, что его внутренний цветок тянулся вовсе не к солнцу. Энтузиаст от природы и с бьющей ключом энергией, парень мечтал погрузился в мир точных наук и глубинных рассуждений, покорять научные лаборатории, решать сложнейшие проблемы и исследовать вселенную знаний и открытий. Тогда и наступил момент, когда их образы и перекрестные желания встретились и спутались воедино. Их схожесть вдобавок не ограничивалась заметной внешностью и несмолкаемым внутренним неудовлетворением. К размыванию линии между тем, кем они были, и тем, кем могли бы стать, добавились и определенные совпадения, допущения из иного рода областей, которые тоже сыграли им на руку. Они влились в остатки различий, бросившись в призрачные потоки возможностей, закрыв глаза на все остальное. Практически забыв кем они являлись на самом деле. Пока их собственные личности практически не стерлись. Пока они не перестали понимать, где закончилось свое, и началось чужое. На пятый день, когда эйфория от прикосновения к мечте спала, друзья осознали, что им суждено вернуться и дополнить неведомые глубины себя потерянными кусками, пройдя известным только им обратным путем неизведанной дороги. Когда каждая эмоция и мысль стала общей, перекочевывая из одного тела в другое, она стала тянуть вернуться в себя, чтобы использовать полученный опыт. И зеркало вняло их общему зову — вернуло их личности по местам также внезапно, как поменяло. Словно пробудившись от чудесного сна, блондин и красноволосый вернулись к своим привычным образам. Лишь следы изменений остались явными дополнениями — они стали более открытыми, позитивными и самопроизвольными в своих истинных жизнях. Оставалось понять последнюю важную вещь: свое настоящее «я». Оно уникально и необыкновенно, как каждая из звезд на небосклоне и каждый замысел великих художников. Быть собой — это самый драгоценный дар, который только можно получить. Принципы своих истинных самостей должны восприниматься куда более значительными. Не смотря на потрясающий опыт пребывания в чужой «шкуре», подарившие незабываемые переживания, мысль об абсолютной гармонии собой пришла по возвращении к своему «я». Лекс, больше не видя в своем отражении красных волос, следующим вечером уединившись рядом с зеркалом, тихо произнес слова благодарности. То ли тому забавному обормоту, которого лицезрел целых пять дней, то ли предмету, который разрушил и озарил его мир одновременно. Он прислонился к стене и не видел, что глянец зеркала притушился, эхо мудрых обещаний ожило, заполнив собой всю комнату, пока в следующую не заставило блондина рассмеяться от долетающих слов: — Как замечательно наконец смотреть на себя. Я ведь красивее. И умнее в сто раз. Ведь я давно вбил тебе в телефон свой номер. А если ты его не заметишь, в чем я почти не сомневаюсь, в конце концов я помню весь путь от места твоей учебы до твоего дома… — А не пошел бы ты… в свою консерваторию, Декстер! — Лекс так и не поднялся с пола, от невероятного нервного наваждения закрывая свое лицо рукой. — Ой, не заливай мне, что не думал о встрече в реале. Думал. Как и я. Вот только я додумался предусмотреть, чтобы мы не разминулись. — Как обычно, — хмыкнул Лекс. — Тебе не привыкать, — подметил находящийся за километры от данного места, зато в метре от зеркала Декс. А Лекс, во избежании новых проблем, не стал заглядывать в поверхность за плечом. Он и так знал, что Декстер по ту сторону саркастично улыбается.