Элис

Джаспер

На следующий день я сразу почувствовал, что у Элис что-то случилось. Она проигнорировала Джессику и Анжелу, с которыми уже успела подружиться, рассыпала половину содержимого своего рюкзака, когда искала тетрадь, но не торопилась собирать вещи, а просто смотрела на пол минуты две. Ясное дело, это не осталось не только без моего внимания. От чувств окружающих по отношению к Элис хотелось поморщиться. Опускаюсь на колени перед девушкой и начинаю собирать то, что она рассыпала. Стараюсь не обращать внимание на чужие перешёптывания, забираю из ослабленных рук Элис её рюкзак, складываю всё туда. Слышу тихое “спасибо”, поднимаю голову и встречаюсь взглядом с потускневшими глазами. Полопавшиеся капилляры, тёмные круги под глазами и слабая натянутая улыбка, ничуть не похожая на ту, которая в при первой нашей встрече запала мне в душу, заставили сжаться моё мёртвое сердце. — Ты в порядке? Её руки дрогнули и непроизвольно сжались в кулаки — Да, — кивает она, отводя взгляд, — Спасибо ещё раз. Чувствую за ложью неприкрытую боль и страх, хочу задать новый вопрос, узнать, что же произошло у этой девушки, но не могу. Во-первых, мы общались всего несколько дней, и казалось, у меня попросту нет права лезть в личное. Во-вторых, в класс вошёл учитель и начал занятие. На уроках Элис будто окончательно ушла в себя. Она часто удерживала взгляд на одной точке, не участвовала в обсуждениях новых тем, на вопросы учителей отвечала невпопад. От каждого уведомления, пришедшего на мобильный, вздрагивала и тянулась к телефону, чтобы прочитать. А потом вздыхала и опять замирала. Подруги Элис заметили изменения в её поведении. Они подходили к ней, аккуратно спрашивали, всё ли в порядке, но она лишь отмахивалась, избегая взглядов и стараясь не показывать свои чувства. В таком состоянии Элис провела три дня. И если поначалу учителя особо не задерживали своё внимание на девушке, то сейчас каждый будто специально спрашивал её на своих уроках по несколько раз. Я старался манипулировать их эмоциями, уводить их интерес от неё, но эмоциональное состояние моей соседки уже пошатнулось ещё сильнее. По итогу не выдержал и после школы аккуратно взял её за плечо, чуть придержав, когда она уже спустилась с лестницы. Элис вздрогнула, резко повернулась, и я почувствовал, как резко появившийся испуг тут же исчез. — Мы можем поговорить? — О чём? — её голос дрогнул, сама она напряглась, — У меня всё хорошо. — Прошу меня простить за то, что явно лезу не в своё дело, но я заметил, что не совсем хорошо. В её глазах промелькнуло что-то. Элис моргнула пару раз, прочистила горло и опустила взгляд. — Сильно заметно? — Да, — лукавить я не стал, — Поделишься? Элис внимательно смотрела на землю, собираясь с мыслями. Внутри неё словно велась борьба: доверить мне то, что её беспокоит, или мягко закрыть тему. Несколько минут мы стояли в тишине. Она закрыла глаза, словно пытаясь унять волну мыслей и своих страхов. В этот момент я почувствовал, как важно просто быть рядом, разделяя её тишину. Наконец, она глубоко вздохнула и заговорила: — Моя бабушка болеет. Мы с родителями приехали сюда, чтобы быть рядом с ней. Пару дней назад её состояние ухудшилось. — Мой отец лучший врач в Форксе. Думаю, он может помочь твоей бабушке. Элис медленно подняла голову и встретила мой взгляд. В её глазах блеснула слеза, а волна надежды, которая появилась после моих слов, сбила бы меня с ног, будь она реальной. — У Карлайла много пациентов, но, насколько я знаю, всех он быстро ставит на ноги. Можем прямо сейчас поехать в больницу. — Ты серьёзно? — она потерла ладонью по глазам, смахивая слёзы, а потом вдруг улыбнулась по-настоящему искренне. — Конечно, — я коснулся её руки, и Элис тут же переплела свои пальцы с моими, — Едем?