Прилагательные

Тёплый ветер приятно обдавал нежную кожу, колыхал светлые пряди и гонял волны туда-сюда. Солнце почти зашло за горизонт, но как таковой прохлады отнюдь не было. Люмин сидела на песке и, обхватив руками колени, покачивалась: тот, с кем она договорилась встретиться, опаздывал. Впрочем, его проблема. Девушке несложно подождать ещё несколько минут, ведь в такой обстановке и тишине можно было спокойно отдохнуть от всех дел, что валятся чуть ли не каждый день, и от Паймон. Не то чтобы она сильно действовала на нервы — за всё время их путешествия к этому уже можно было привыкнуть — просто сейчас хотелось просто молча полюбоваться вечерним пейзажем, а из окружающих звуков слышать только шум воды. В кулаке был зажат артефакт тускло-синего цвета — не что иное, как Гидро Глаз Бога, который как раз Люмин и должна отдать в руки опаздывающего. — Добрый вечер! — донёсся родной голос из-за спины, а его обладатель приземлился рядом. Невольно Люмин улыбнулась: пришёл-таки. — Добрый, Аякс. Парень зачесал рыжие волосы назад, но они непослушно растрепались обратно. Для этих двоих, будто бы, отдача Глаза Бога не являлась веской причиной для встречи. Особенно без третьих лиц вечером, в свете заката. Они виделись не так часто, но каждый раз был неповторимым: их несоизмеримо тянуло друг к другу, и расходиться никто из них никогда не хотел. Если бы не долги, то эта парочка хоть дни напролёт сидела в объятиях друг друга, наслаждаясь тем, что они только вдвоём, вместе. — Как день прошёл? — засмущавшись, спросил Аякс и склонил голову, чтобы их с Люмин взгляды встретились. Как же их глаза хорошо сочетались: синие, глубокие, как бескрайний океан, и золотые, подобно песку на его берегу. В одних хотелось утонуть, в других — зарыться с головой, а общим желанием было смотреть целую вечность друг на друга, отвлекаясь только лишь на то, чтобы моргнуть. Люмин протянула Глаз Бога парню, попав в его руки, артефакт снова загорелся прежним светом и теперь не выглядел так пусто. Аякс сразу повесил его на ремень. Девушка потянулась, в районе шеи хрустнуло: да уж, всё-таки сидеть невесть сколько на одном месте — утомительный процесс. — Ну, если честно говорить, то я неимоверно устала, — Люмин подсела поближе к Аяксу, что тут же закинул руку ей на плечо и прижал к груди. — Я… я правда не вижу смысла в том, чего делаю. У меня есть цель, но уже сколько времени я трачу впустую ради её достижения. Аякс жалостливо поджал губы и погладил её по плечу. Как же хотелось просто залезть в светлую голову и выкинуть оттуда все эти негативные мысли! Там им точно не должно быть места. Пусть думает о чём угодно, но только не о том, что она занимается «бессмысленными» вещами. — Не впустую. Далеко не впустую, — выдержав паузу, он продолжил: — ты очень сильная. Мне невероятно повезло, что у меня есть ты. Люмин выдохнула: то ли разочарованно, то ли облегчённо. В его руках она всегда чувствовала себя в безопасности. Словно бы каждый раз, как Аякс обнимает её, образуется крепкий щит, не пропускающий ни малейшего зла: Люмин хватало той частички, что есть в парне, той, к которой она привыкла. И всё же, на «злого» человека Аякс уж точно не похож — не сидел бы он тогда тут и не успокаивал. — Спасибо тебе. На лице парня появилась тёплая улыбка, на которую хотелось смотреть вечность: та была искренняя, не зловещая, не хитрая как обычно. Перед одной Люмин ему не надо быть кем-то другим — только собой. Обычным Аяксом, который считает звёзды перед сном, выискивает созвездия; который глупо шутит и не ждёт реакции остальных; который просто прячется за титулами и масками при чужих. — Это не то, за что тебе следует говорить мне «спасибо», — Аякс чуть отстранился, чтобы снова увидеть её личико. — Но, если уж хочется отблагодарить меня, я не откажусь от поцелуя. Донёсся лёгкий тенористый смех, а по ноге его обладателя тут прилетел несильный шлепок. — Ауч, шучу-шучу! — Аякс принялся растирать место удара, будто ему и правда было больно, на самом деле — ни капли. Люмин привстала и дотронулась губами до его щеки, ухмыльнулась и тут же села обратно. — Какая же ты… — хитро начал Аякс, но продолжить не успел. — Ну, давай, какая я?.. Не менее пяти прилагательных, — самодовольно улыбнулась девушка и с песка пересела на колени Аякса, обвивая его шею руками. — За каждое понравившееся мне — поцелуй. Аякс облизнул губы, ловя в её золотых глазках огонёк азарта: обожает он, когда такое происходит! Под взглядом Люмин Аякс, казалось, мог сделать всё что угодно, всё, чего она пожелает. — Превосходная, это раз. — Слишком банально, не засчитываю, — её хрупкие ладони проскользнули к волосам и принялись несильно сжимать: точно знала, что Аяксу это нравится. В самом деле: он неровно выдохнул и чуть откинул голову назад. — Зато правда… — на выдохе произнёс Аякс, блаженно закатывая глаза. — Тогда… м-м… чарующая. Невозможно было трезво мыслить, когда пальцы Люмин перебирали пряди. Из-за яркого цвета волос Аякса создавалось ощущение, что она играла с огоньком, но не обжигалась. И парень никогда не позволит ей этого сделать. Губы коснулись носика, покрытого веснушками, — первый удовлетворительный ответ, и чтобы их в итоге было пять не нужно сильно напрягаться — лишь говорить то, что приходит на ум. И как бы Люмин ни придиралась к «банальным» словам, так хотелось сказать, что она нежная, как только-только распустившийся бутон глазурный лилии, загадочная, подобно лунному свету, отражающемуся на воде… — Цветущая… ты распускаешься подобно цветку, — пояснил Аякс и пригладил брошку на её волосах. Второй поцелуй, уже в лоб, не заставил себя долго ждать, тело парня напряглось, а по спине пробежали мелкие приятные мурашки. Аякс невольно дёрнулся, руки его плотным кольцом легли вокруг талии Люмин. — Обаятельная, — он провёл ладонью вверх по спине, заставив девушку спокойно выдохнуть. Теперь и левая щека получила заветное прикосновение нежных губ. Сколько ещё осталось? Точно, два… — Утончённая и манящая, — на одном дыхании произнёс Аякс и, не дожидаясь оценки Люмин на его слова, сам сократил остатки расстояния между ними и утянул её в поцелуй. Он был мягок и аккуратен, однако всё его желание касаться её губ наконец-то вышло наружу: Аякс целовал трепетно, словно боялся сделать больно таким обычным действием. В районе паха заныло, и Аякс простонал прямо в поцелуй. Стало жарко, голова закружилась, дыхание сбилось, а тело мелко задрожало: да, Люмин точно сводила его с ума… Рука легла на её бедро, и Люмин выгнулась, ненарочно разорвав поцелуй, но сим позволила губам Аякса исследовать её белую шею, вызывая первые тихие стоны. — Аякс… — сбившимся голосом позвала она, прильнув к его широкой груди, внизу живота будто бы узел завязался, биение сердца заметно участилось. — Чш-ш… — его руки изучали одетое тело Люмин. Желание близости с каждым движением только росло и росло, не смея останавливаться. Аякс перешёл на подрагивающие плечи, ладонь легла на грудь. Поцелуи стали жарче, уже было без разницы, куда целовать, каждая часть тела Люмин заслуживала того, чтобы её касались губами. Аякс, рыкнув что-то под нос, аккуратно поднял Люмин на руки, что позволило ей обхватить его торс ногами, и, не отрываясь от нежной кожи, на которой уже красовались алые засосы, приблизился к воде. Ноги Люмин коснулись влажного песка, и только сейчас за весь вечер она в полной мере могла увидеть их с Аяксом разницу в росте. Тот принялся бережно снимать с неё платье, обжигая своими прикосновениями её кожу, чуть ли не оставляя этим действием красные отметины. Когда уже оба стояли абсолютно нагие, Аякс снова поднял Люмин на руки и стал аккуратно заходить в прохладную воду, но, впрочем, им обоим сейчас было далеко не до её температуры — друг друга они отлично согревали. Руки Аякса легли на ягодицы Люмин, сжали так, что явно останутся следы, и аккуратно вошёл в лоно наполовину, вызвав протяжный стон, полный удовлетворения. Подождав, когда Люмин привыкнет, Аякс начал медленно двигаться в ней, набирая комфортный для обоих темп и частоту движений. Возбуждение настигало с головой, Аякс чувствовал, как его щёки буквально пылали, как он хотел доставить удовольствие той, что поселилась в сердце с первой их встречи, не смея выходить оттуда ни на секунду. Люмин несильно укусила мокрое плечо и обвила шею руками, Аякс, улыбнувшись, провёл носиком по её волосам. Они безумно любят. Перед Люмин Аякс не был «Тартальей» или «Чайльдом», кем его зовут все остальные, а перед Аяксом Люмин не была «знаменитой путешественницей» — перед друг другом они были настоящими: простой Люмин и простым Аяксом. Они же так похожи: ради своей семьи готовы на всё, даже если потеряют себя. Наверно, это и есть одна из тех самых связующих их между собой нитей, сколько же всего таких — неизвестно. Главное то, как им хорошо друг с другом и что они сделают ради своей любви. Аякс припал к мокрой груди, обвёл языком набухший сосок и провёл влажную дорожку до подбородка, наслаждаясь видом довольной Люмин, что продолжала неровно дышать и стонать, цепляясь в его спину, на которой появились царапинки, они и так там были — результаты некоторых битв, но те, что оставила Люмин, хотелось носить на себе с ещё большей гордостью. — Дыши со мной в унисон, — Аякс прикрыл глаза и прижал тело Люмин ближе к себе, продолжая толкаться в неё. — Ещё, ещё и ещё… — Я с тобой готова весь кислород потратить… — прошептала Люмин и нежно промычала прямо на ухо. Её стоны были той музыкой, которую хотелось слушать, пока не надоест, а Аякс никогда не устанет от них. Он ускорился, и тело Люмин задрожало, а после расслабилось. Если бы не руки Аякса, крепко держащие её, она бы упала, но он никогда не позволил бы этому произойти. Парень облегчённо выдохнул, точно промурлыкал, и накатила приятная волна наслаждения, ноги чуть подкосились. Вода уже начала приобретать для них своё истинное значение температуры, оба пытались отдышаться, чувствуя учащённое сердцебиение друг друга. Аякс медленно отстранился, выглянул из-под полуприкрытых век и оставил лёгкий поцелуй на макушке Люмин, его шёпот защекотал ухо: — Я так тебя люблю… — И я тебя люблю, безумно люблю… безумно сильно, — она прикоснулась своим лбом к его. — Кажется, я знаю ещё пару прилагательных… Неповторимая и сексуальная… — произнёс Аякс, уголок его губ дёрнулся вверх. — А главное, ты моя, — зарылся носом в её волосы. Люмин тихо посмеялась и прижалась к его телу в поисках тепла, что из-за прохладной воды потихоньку ускользало. — Пойдём, а то болеть, я думаю, никто из нас не хочет. Помогши Люмин одеться и одевшись сам, Аякс взял её руку в свою и нежно поцеловал костяшки, вызвав румянец на щеках. Оба засмущались и посмотрели друг на друга с улыбками: как же не хотелось расходиться… — До встречи, моя принцесса, — он подмигнул и нехотя отстранился, пятясь туда, откуда пришёл. Люмин подняла руку, чтобы помахать на прощание, Аякс, не отрываясь от девушки, ударился затылком о ветку, растерянно схватился за больное место, пока до него доносился звонкий смех. — С ума сводишь! — крикнул Аякс и скрылся меж деревьев. Взгляд метнулся к небу: темнело. Люмин, подождав несколько секунд, двинулась в сторону города. Да уж, если Паймон заметит засосы и следы от укусов, а она точно это сделает, придётся постараться с оправданиями, но сейчас об этом думать совсем не хотелось, ведь сейчас голову заполоняли только мысли о прекрасном рыжике с синими глазами.