Ночные зарисовочки

Треск стекла и кружка, вместе со всем содержимым рассыпается по полу. Стекло врезается в ногу, а кипяток от чая прижигает раны. Маленькие осколки закатываются прямо под пальцы. Белые носки окрашиваются в красный цвет. Но боли нет. Вся боль что может почувствовать человек скопилась в сердце, выдавливая слезы, что беззвучно скатывались по щекам и падали на футболку. А напротив такое же бесчувственное лицо, прищуренные глаза, сморщенный нос, опущенные брови. Уж лучше я буду думать что бесчувственное, чем взгляну правде в глаза - злое. Я хотел как раньше. Что бы ко мне подбежали, спросили, проводили, обнимали, целовали. Вот только пропало. Все пропало. Больше не будет ничего такого. Оно все ушло. Вместе за тенью того, кто час назад стоял передо мной, а казалось что пару секунд. Я простоял час на израненных ногах, что заставляло стоять еще более израненное сердце. Он ушел не сказав и слова. Больно. Очень больно. Я смотрел ему вслед, ожидая возвращения. Которого даже не предвещало. Телефон на столе вибрировал от сообщений и звонков. Ни одного движения за четыре часа. Я не сделал ни одного движения за четыре часа смотря на закрытую дверь, надеясь увидеть что дверь открылась хотя бы на миллиметр. Тишина. Темнота. Глухой стук, а глаза уже не открыть. Ноги начинают невыносимо гудеть и колоть. Глаза как высушили. руки анимели, за ними спина, а дальше и боль не чувствовалась. Глаза снова наполнились. Ничего не болит. Сердце сшили. Собирали осколки по всем внутренностям, но сшили. Я свободен... Он простоял там, на одно месте четыре дня. Без еды. Без воды. Истекая кровью. Но верил в того, кто давно про него забыл. Четыре дня ждал того, что сам обрушил в минуты. Всю жизнь ждал четыре дня. Так и не дождался.