Убийца Аргуса 2 (продолжение)

Когда Ингрид вошла - Аннероуз тихо полизывала задницу господина. – Не знала, что тебе это нравится. Стальная ведьма подняла голову. – Ну, я ж не Фэнг! Хозяин только недавно перевернулся на живот. Я же не буду его будить? – Ты всю ночь тут? Аннероуз печально вздохнула. – Что поделать, у повелителя вчера был тяжелый день. Я лишь послушала, как он играет на рояле - и всё. – Он в тебя кончил? – Нет. Мальчик перевернулся на спину, его член уже стоял торчком. Рабыня тут же кинулась, но Ингрид окликнула её: – Почисть зубы. – Что? Ингрид спокойно ответила: – Не смей брать в грязный рот. Аннероуз шепотом прокричала: – Да пошла ты! Сейчас моя ночь! – Уже утро. – Я сейчас пойду зубы чистить - а ты сосать? – Да. Аннероуз встала с кровати и подошла к собеседнице. – Сейчас моё время! – Ты его разбудишь. – Он уже почти проснулся! Мальчик открыл глаза и спросил: – Я уже проснулся. Что вы ругаетесь? Ингрид спокойно сказала: – Сегодня моя ночь. – Эй! Я этой ночью ничего не получила! – Твои проблемы. Выметайся. Стальная ведьма повернулась к маленькому мальчику: – Хозяин! Вы должны выбрать, кончить в неё или в меня! Сейносе сел в постели. – А что выбирать? Лягте обе, я буду трахать по очереди, в кого кончу - в ту кончу. Аннероуз прокричала: – Я против! Это была моя ночь! Ингрид молча скинула тряпки и легла на кровать, сразу взяв в рот. Аннероуз тут же крикнула: – Эй! Он так спустит тебе на лицо! Тёмный рыцарь молча насасывала. Мальчик погладил шелковистые волосы. – Ингрид, я же сказал - лягте обе. Ну, или ты встань на четвереньки, Ан-сан тебе на спину… Прервав минет, она сказала: – Так господину придётся много трудиться. – И что? Ингрид чуть приподнялась: – Я хочу, чтобы господин просто лёг на спину. Когда я снизу - я чувствую себя лентяйкой. – Но вы же не можете обе одновременно прыгать на моём члене! Аннероуз выпалила: – Можем! Ингрид глянула на напарницу. – Как? – Да просто! Встанем спиной друг к дружке… – Я против. Одно неосторожное движение… Мальчик хлопнул по плечу Ингрид. – А я - за. Делайте, мне уже интересно стало. Тёмный Рыцарь Ингрид и Стальная Ведьма Аннероуз, две самые дисциплинированные рабыни, встали спиной к спине над членом мальчика. Ан-сан сказала: – Так, я первая, и по фрикции на каждую. – Не гони. – Наоборот, надо делать как можно быстрее, чтобы хозяину понравилось! Ингрид целую секунду молчала, а потом ответила: – Рискнём. И гонка началась. Сперва медленно, потом всё быстрее рабыни прыгали на члене хозяина. Мальчик выдержал не долго, и разрядился, сделав два выстрела. Первый ушёл в лоно Ингрид, второй секунду спустя - в Аннероуз. Обе наложницы тут же остановились. – Никогда больше на такое не соглашусь. – А мне наоборот понравилось! – Мы рисковали! Одно неосторожное движение… – Брось, Ингрид! Зато хозяин осеменил меня! – И меня. Мальчик сипло сказал: – Я ведь не сделал вам ребёнка… Ингрид чётко сказала: – Это вопрос времени. Аннероуз добавила: – Я хочу забеременеть первой! Может, именно этот выплеск - именно тот который нужен! Мальчик сказал: – Ингрид, сегодня была бы твоя ночь, но ты получила… Тёмный рыцарь уже одевалась. – Поняла. Аннероуз спросила: – А… чья тогда сегодня ночь? Мальчик сладко улыбнулся. – Сейчас решим! Взяв линейку, Сейноске вышел из своей спальни. Его встречали девять взглядов самых разных оттенков: от ненависти до обожания. Мальчик сказал: – Небольшое соревнование! Я хочу знать, кто из вас вытянет язык длиннее других дочерей демона! В первую очередь он подошёл к Ингрид, замерил. – Девять сантиметров! Кто дальше? Сакура подняла руку. – У меня точно подлиньше будет! – Так! Восемь с половиной! Дружный смех и горькие вопли младшей Игавы. – Асаги! Те же девять! – Он ходил от одной красавицы к другой с линейкой. – Ого! Аннероуз девять с половиной! К нему подошла Муросаки. – Что, сисек мало, надо ещё что-то?! А потом шваброй измеришь глубину вагин?! – Язык высуни! Ого, десять сантиметров, это новый рекорд! Оборо, теперь ты. Девять. Айшу-сан! Девять с половиной! Ашука! – Цокая металлом ног, к нему подошла самая пышнотелая рабыня. – Восемь с половиной! Кто тут ещё остался? Аннероуз крикнула: – Змеюка подколотная! Только замеряй ей лишь один язык! Или он у неё лишь на кончике раздваивается?! Новый взрыв смеха, и мальчик огласил результат: – Десять с половиной! Ли! Сегодня ночью будешь ты. Белая Змея умчалась к себе - прихорашиваться. Хозяин дома проводил её взглядом, потом перекинулся парой слов с наложницами, что остались не у дел, и взбежал по ступенькам лестницы, боковым зрением отметив, что все дружно стукают Муросаки за где не надо слишком длинный язык.  Особо заливалась Оборо: – Тебя хозяин прогонит - вот тогда поговорим! Ей вторила маленькая Игава: – А давайте её разденем, и шваброй замерим! – Нет, пока она ещё одна из нас. Пока что. Идеи есть? – Ну, можно ей клитор линейкой замерить! Ингрид и Аннероуз молча срывали одежду с жертвы. Асаги и Ашука столь же молча стояли рядом. Лишь во взгляде Айшу ещё теплился уголёк сострадания к сестре-рабыне. Тем временем Сейноске распахнул дверь в спальню одинокопроживающей охотницы. Та натягивала лифчик, но сразу откинула тряпку и грохнулась на колени перед повелителем будучи лишь в чулках да кружевных трусиках. – Господин? – Она покорно смотрела в пол у его ног. Мальчик притворил дверь, словно невзначай оставив щёлку, подошёл к ней, провёл пальцами по щеке. – Ты потрясна. Она вежливо напомнила: – Сейчас полдень, только половина второго. – И что, это помешает мне побыть с тобой лишних два-три часика? Она посмотрела куда-то в нижний угол комнаты. – Хозяин, мне нужно прихорашиваться… – Ты и так прекрасна. Почему не надела лифчик? Она всё так же смотрела куда-то вдаль. – Моё тело принадлежит вам. Если пожелаете - сниму и то, что уже надето. Он прошёл к кровати, оставляя коленопреклонённую рабыню за спиной, улёгся. Конечно, он переобул уличные кроссовки на домашние лакированные туфли, но упрямо носил ботинки, отказываясь разуваться или ходить в тапочках. Фэнг на четвереньках подползла к нему, коснулась губами чистой рифленой подошвы, заползла на одеяло и устроилась у него в ногах, уронив лицо на шерстяные брюки. Мальчик провёл ладонью по фиолетовой копне короткостриженных волос. – Ты прекрасна. Тебя тяготит рабство? – Повелитель, это рабство в пятизвёздочном отеле, в номере люкс. Признаю, я нуждаюсь в тяжёлой руке хозяина, в том, чтобы меня поколачивали. Но - не чаще одного раза в неделю, чтобы побои сходили. И я против увечий лица. Пока пассия покорно и подробно поясняла положение о подчинении, пацан поглаживал причёску партнёрши. – Ты уже думала об имени? – Вас это не касается, господин. Я получу что хочу и исчезну, растворюсь в ночи. Даже не стану сообщать вам. Мальчик замер, остановив руку. – А ты… ты ведь понимаешь, что ждать придётся довольно долго? Несколько лет, пока я войду… в возраст. Фэнг резко поднялась, полусадясь в кровати, и посмотрела прямо в глаза мальчику. – Хозяин, есть лишь один человек, который способен вас перехитрить. – И, видя что мальчик молчит, Белая Змея завершила свою реплику. – Это вы сами. Он хмыкнул. – Ты прозорлива. Твой яд проникает в самое сердце. Мне кажется, ты слишком много внимания уделяешь химии веществ, и слишком мало - химии существ. Фэнг чуть склонила голову набок. – Не поняла? Какая ещё химия существ? Вы про психологию? Так, стоп. Господин, а у вас в школе какая вообще оценка по химии? Тринадцатилетний мальчик рассмеялся. – Ну, свой третий класс средней школы я успешно прогулял, так что мне придётся оставаться на второй год. А это ставит крест на мечтах о юнкерском… Фэнк демонстративно кашлянула в кулак. – Повелитель, если честно, поэтому я и хотела… увидеться с вами только вечером. Эти лишние разговоры… Он чуть приподнял ладонь - и рабыня тот час умолкла. – Пока ты не ушла - выполняй мои приказы. Ублажай меня так, как хочется мне. – Он сбавил тон, даже чуть улыбнулся. – Так вот, я в апреле участвовал на олимпиаде по химии, и занял первое место! У рабыни задёргался левый глаз. – Повелитель? – Ты не поверишь. Я списал с ошибкой. А тот парень набрал только 99 баллов. – Пацан расхохотался нелепости данной ситуации, даже стукнул себя кулаком по коленке. Рабыня же помрачнела. – Кажется, я понимаю чувства Ингрид. Так! Надо отвлечься, поднять себе настроение. Господин, включить вам кино? Мальчик глянул на огромный экран. Во всём особняке только у Фэнг стоял такой, да у сестёр Игава - маленький телевизор, Сакуре временами хотелось глянуть какой-нибудь сериальчик. Насколько знал Сейноске, Муросаки повесила у себя радиоприёмник, но слушала только в отсутствии Ингрид. – Реальная жизнь привлекает меня больше. Фэнг разулыбалась, тыкая на кнопку пульта. – Сейчас вам будет реальная жизнь! И мальчик увидел видео-картинку: огромный пёс трахал Аннероуз. Белая Змея сладко улыбалась. – Ну, как вам реальная жизнь? Этой записи ещё года нет! Мальчик несколько секунд покусывал нижнюю губу. – Я был последним, кто лишил её невинности, всё, что было до меня - пренебрежительно мало. Фэнг дождалась, когда кобель слезет со своей жертвы, и затормозила видео. – Вот эта елда пренебрежительно-мала?! А эти стоны? Может, погромче сделать?! На крики знакомого голоса прибежала Аннероуз, влетела в комнату - и застыла, переводя взгляд то на стеклянную стену в своё прошлое, то на парочку у противоположной стены. – А… Вы… Ли!!! Мальчик хлопнул себя по коленке, и Стальная Ведьма на ватных ногах протопала к кроватке, легла, повторяя позу Ли Мейн Фэнг. Теперь Сейноске поглаживал обе головы. – Вы - мои. Точка. И мне совершенно наплевать - что там было в прошлом у кого с кем. В незапертую дверь вошла Айшу. Мальчик глянул на предсказательницу. –  Ещё одна сперможадная тварь. Фэнг подошла к Айшу. – Помнишь тест, которым ты отбирала мальца для закланья? Айшу кинула один быстрый взгляд на Сейноске, и снова посмотрела на Фэнг. – Ты… ему рассказала?! – Хочешь посмеяться? Он списал у соседа. Айшу отступила на шаг, замотала головой. – Нет! Нет, этого не могло быть, он набрал высший балл! Фэнг фыркнула. – Он списал с ошибкой. Айшу повернулась и элегантной походкой направилась к лестнице. – Схожу, возьму свой меч для харакири. Фэнг закрыла за ней дверь, на этот раз на замок, и вновь улеглась подле повелителя. – Сперможадная тварь? Так вот кто мы для вас? Презренная влага - конча. На последнюю реплику Аннероуз-таки среагировала: – Выбирай выражения. – Ой, прости меня, что ты не читала древних трактатов о самом благородном из искусств. – Я тебе философский камень в задницу затолкаю. Мальчик схватил их обеих за чёлки, словно кошек за холки, чтоб не царапались. – Я тут решаю, кому и что заталкивать. – Да, господин. – Нет сомнений. Мальчик помолчал с минутку, разглядывая всё ещё стоящее на паузе видео со стоящей по-собачьи рабыней. – Фэнг, ты сказала, что не хочешь все эти пустые разговоры, но я их хочу. Мне нужно знать что вы девушки, а не просто куски мяса. Тем временем Айшу спустилась на первый этаж. Там всё так же истязали Муросаки. Глядя на прижатую к полу воительницу, предсказательница изрекла: – А ведь если Мур-сан покинет нас - её место должна будет занять другая. Оборо глянула на Айшу. – Слышь, Кассандра, ты порой так занудна. Да и у хозяина десятка два девах на очереди, начиная с тех трёх которым он оружие подправил. Ей ответила Асаги: – И что, если сейчас одна их них придёт сюда - ты допустишь, что очередь сдвинется? Оборо оскалилась: – Он тебя трахал, и сестру твою тупую тоже трахал, и даже иллюзию твою! Какая ещё очередь, ты о чём?! Ну, на крайняк примет двух-трёх сразу, он это умеет. Ашука встала с пола, позволяя Муросаки обмякнуть. – И всё же меня не покидает чувство, что хозяин дал нам гораздо, гораздо больше чем мы ему. А что Ан-сан не спускается? Они там уже втроём? Айшу хохотнула. – Они развлекаются, смотрят видео из коллекции Фэнг. Ашука-тян, отнесись к этому как книге. Любительница Англии приподняла брови. – Книга? Что за книга? – О, ну разумеется - учебник! Первые девять страниц он прочёл, и сейчас листает дальше. Муросаки уже отдышалась и выдала: – Он так всех перетрахает… – О, нет, Мур-сан, его цель не трахать - а познавать наши души, наши силы. А что до любовных утех - если мы все прямо сейчас уйдём - он только спасибо скажет, что слезли с его шеи. Нет, ему интересно ставить эксперименты, сшивать души… Все ещё лёжа на полу Муросаки фыркнула: – Загонять иголки в сиськи, бить ремнём… – Ошибаешься. Это он давно прекратил. Сейчас работа с иллюзиями Асаги для него куда интереснее, чем в сотый раз сунуть в одну из нас. Муросаки поднялась с пола. – Он прямо сказал, что понятия не имеет, как это сделать! Асаги сказала: – Главное - чтобы он не пострадал в процессе… Муросаки проорала: – А если он сдохнет от перетраха, тоже я буду виновата?! Он тут ходит в белом гандоне… Оборо рассмеялась: – А в чём он должен ходить?! В чёрно-белом гандоне? Ей поддакнула Ашука: – Ага, зеброй.