Любовь родом из Кореи

Феликс очень давно наблюдает за этим парнем. Буквально с начала третьего курса. Ещё в сентябре декан сказала, что из учереждение участвует в программе студенческого обмена. Никто не знал, кого к ним отправят и как он будет себя вести. Он влюбился в него как ребёнок. Просто перестал видеть свою жизнь без него. Чёрные длинные волосы, пухлые губы и очень высокий рост — вот что его выделяло среди других однокурсников на факультете архитектуры. Он снова открыто пялился на него, когда парень выполнял чертёж колонны в стиле барокко. Ли ненавидел этот стиль, зато нежно любил Хвана. Феликс был любимцем курса и являлся одним из организаторов активностей в университете. Постоянно радостный и солнечно красивый. Однокурсники обожали мальчика с коричневыми блёстками на лице и глазами цвета корицы. На архитектурный факультет его сподвигли восторженные восхищения при взгляде на стройные и гордо стоящие здания в городах. Храмы, дворцы или даже старинные дома поражали блондина своим величием и красотой. Он точно также хотел возводить эти творения и радовать ими людей. Но это оказалось гораздо сложнее. Труднее всего давались чертежи. Тщательно вырисовывать каждую спираль или деталь было просто пыткой для него. Он с трудом вырисовывал одну половину капители, которая и так получалась через пень колоду. Где-то неправильно нарисовано, где-то не то, что нужно. Зато он был невозможно силён в расчётах. Зато Хван был успешен в черчении, у него определённо был талант к этому. Феликс даже завидовал. Карандаш в его тонких пальцах буквально порхал над снежным листом бумаги, вырисовывая точные линии заданного объекта. Как жаль, что он слабослышащий ещё с детства. Слух начал стремительно ухудшаться и печально ужасно. Мальчик стал почти полностью глухим и сила мало разговаривать. Спасал только слуховой аппарат. И вдобавок отсутствие левой руки. Хёнджин просто напросто не услышал звук проезжающей машины и произошло ДТП. Рука была ампутирована по локоть. За место неё стоял протез из лёгкого металлического сплава белого цвета, расписанный нежно голубыми линиями, точно такой же как у Алиты. «– Инвалид! – Странный! – Чудик!» Всё это он слышал ежедневно. Все дети тыкали пальцем в темноволосого парня со смешками или издёвками. Развился комплекс неполноценности. «Ему просто не повезло» — перешёптывались однокурсники за спиной, жалея парня. А ему эта жалость уже не нужна. Даже раздражает. Поэтому чаще всего он сидел в объятиях книг, не обращая внимания на разговоры о нём. Именно поэтому Феликс и боялся сближаться с парнем. Он боялся что-то не так сказать, не так ответить или не так начать разговор. Одно неправильное действие, слово или движения – могут обратить всё в крах. Но сегодня парень решил всё-таки попробовать хотя бы на шаг подступиться к Хвану. Тот сидел на стуле и собирал пишущие принадлежности в черный пенал. Убрав светлую, выбившуюся прядь за ухо он мягко и робко дотронулся до плеча, обратив на себя внимание темноволосого. Парень поднял голову на Феликса и непонимающе поднял бровь. – Здравствуй, я плохо тебя слышу – сказал Хван и снова взглянул на Ли. – Я знаю, что ты не слышишь. Ты ведь Хёнджин, да? Меня зовут Ли Феликс, но можно просто Ликс. Я хочу с тобой познакомиться, – парень замолкает и складывает руки перед собой. – Может прогуляемся сегодня? Хочешь в парк? – Да, я Хёнджин. И да, я не против, – неожиданно быстро отвечает темноволосый и завязывает волосы в хвост. – Подожди меня у выхода из института. Хорошо? Ликс улыбнулся и кивнул головой в знак согласия. Встал и накинув лямку рюкзака на плечо, через несколько минут оказался на улице. – У меня получилось, – улыбаясь, сказал шёпотом светловолосый и поправил свой бежевый свитер. Дабы не терять времени он открыл браузер и сразу же начал искать язык глухонемых. Да, Хван мог говорить, но запасные варианты для общения всё-таки имели место быть. Обыскав сайты и сохранив себе несколько фотографий с жестами и фразам к ним, он убрал телефон в карман и стал всматриваться в студенческий двор. В зелёных кронах деревьев отражался бронзовый закат с ярким солнцем. Со двора слышалась какая-то музыка и тихие возгласы студентов и преподавателей. Ветер танцевал в волосах парня и целовал песчинки-веснушки на его лице. Сейчас он чувствовал впервые такое хрустальное умиротворение и радость от первого шага к своему объекту воздыхания. А через несколько минут и он сам появился рядом с Ли. Плечо блондина коснулось что-то странное, лёгкое и по ощущениям вовсе неживое. Феликс сразу же дёрнулся от неожиданности и отшатнулся. Рядом стоял Хван, а вперёд был была вытянута рука с протезом. – Ты меня напугал, – вздыхая говорит Ли и глядит на однокурсника. – Прости, я не хотел, – неловко отвечает он и печально смотрит на знакомого. – И да… сегодня я не смогу прогуляться. Я вспомнил про задание с чертежом, а оно довольно-таки трудное для меня… Давай завтра после пар встретимся около пятой аудитории? Ликс немного расстроился, после чего, в голову пришла прекрасная идея и, подтянув рюкзак, он улыбнулся и сказал: – Ничего страшного. Может я тебе помогу с заданием? Я в расчётах хорошо разбираюсь. А погулять сможем завтра. – Серьёзно? Ты так сразу готов помочь, хотя знаешь меня от силы минут пять, – кивок в ответ. – Спасибо… Правда, спасибо. Феликс кивнул головой и дал знак, идти в направлении общежития, что находилось не так далеко от их института. Зайдя в здание, пара прошла в комнату одного из них и принялись выполнять задание. На следующий день они сходили в парк, поели мороженого и просто поговорили. Оказалось, что Хван любит кроликов и хорьков, рисует с детства и хорошо танцует. Да много чего ещё. Ли пытался записать всё в своём мозгу и ни одну деталь не пропустить. Феликс не отставал и сам с энтузиазмом рассказывал о себе и о своей жизни. Хёнджин слушал с заинтересованным видом. Ему правда было интересно общаться с этим человеком. Он хотел проводить с ним больше времени. Они постепенно влюблялись друг в друга и желали, чтобы чувства их были взаимны. Но прошло около трёх месяцев. Скоро программа закончится и Хван улетит в Корею и больше друг друга она не увидят. Всё придёт в норму и они станут жить как обычно. Но правда ли это? Правда, что Феликс не будет звонить Хёнджин каждую неделю по видеосвязи и говорить, как им было хорошо? Правда ли, что Хёнджин не будет с счастьем на лице смотреть на такое милое и ангельское лицо, по которому будет скучать все время? Неправда. Они должны сказать друг другу это как можно скорее, потому что время одного из них почти на исходе.

***

Они продолжали общаться, видеться и дружить. Всё было прекрасно. Но в один момент Хёнджин перестал появляться на занятиях, в сети или где-то ещё. Он не отвечал на сообщения Ли, даже не читал их. – Может быть уже уехал? Но он ведь говорил, что только через неделю будет перелёт… – рассуждал с самим собой вслух блондин. Феликс заметно нервничал. Что могло произойти? Пары заканчиваются и Ли решает пойти в съёмную квартиру где ранее жил брюнет. Снять он решил её чтобы не занимать комнату в общежитии и чтобы можно было побыть с Феликсом наедине. Она была не так далеко от института, в десяти минутах от него. Звонок и тишина. Ещё раз – тишина. Ли начинает уже стучать в дверь и звать: – Хёнджин, открой! Это я, Феликс! Я знаю, что ты там, у тебя свет включён на кухне! – у Хвана была привычка, делать всё на кухне. Рисовать, выполнять задания и разговаривать там же. Вдруг дверь открывается и из неё выходит девушка, лет двадцати с рыжим пучком на голове. Смотрит недовольство и злобно. – Молодой человек, вам чего надо? Какой Хёнджин? – Извините, здесь жил просто мой друг, Вы случайно не знаете я как давно он сдал эту квартиру? – неловко спросил студент и склонился в поклоне. – Знаю, уехал вчера. Вы ведь про того который с протезом ещё, да? – Да-да, он! – закивал парень и в голове вдруг стало пусто. Как это уехал? Почему он не рассказал? Почему Феликс не знал об этом? Что такого могло произойти? – Подождите, вчера? Девушка перед ним кивнула и попрощавшись захлопнула дверь. Феликс остаётся стоять и смотри под ноги, не понимая что делать. Почему Хёнджин уехал? Почему ничего не сказал и просто пропал? Ли вытаскивает дрожащими руками телефон и набирает номер друга. В ответ гудки. Звонит ещё раз. Потом ещё. Ещё. И ещё. На телефоне Хвана уже пятьдесят два пропущенных от него. Лежа на больничной койке, обвешанный трубками и окружённый капельницами, он всё-таки решает поднять трубку, чтобы его любимый человек не мучал себя и телефон. Когда он принимает звонок, сразу слышит этот прекрасный, немного низкий голос чуть ли не кричащий в трубку. – Хёнджин, где ты? Почему не отвечаешь, чёрт тебя побери? Я волнуюсь, а ты пропадаешь куда-то. Новая жительница квартиры сказала, что ты уехал. Хван молчит и слушает возмущения. Прикусывает нижнюю губу и на родинку под глазам катится бриллиантовая слеза. Катится сначала по щеке, потом губам и падает на худые пальцы, что исхудали за время физиотерапии. Потом вторая, а за ней и остальные. И он ничего не может сказать. А что скажет? Ещё живыми губами он отвечает ему тихо: – Феликс, у меня рак. Я люблю тебя. Прости. И звонок отключается. Феликс стоит с телефоном около уха и смотрит на своё кривое отражение в водной глади. Телефон не убирает, ошарашенными глазами рассматривая волны. Это был последний их звонок.