две звезды

Лука зашёл в комнату с кружкой воды в руках. На полу лежал джойстик, рядом с ним никого не было. — Джуни? Ты куда успела спрятаться? — Спросил мальчик, поставив ёмкость с водой на стол. Ответа не послышалось. — Сестрёнка… я же говорил, что ты уже не маленькая, чтобы играть в прятки! — Чуть громче произнес он, но к нему никто не вышел. — Вот же! Сейчас найду тебя и будешь у меня снова слушать эти лекции об играх! — Произнес громко юнец, начиная искать свою шалунишку. То под стол заглянул — никого, а может под кроватью? ‐ Тоже никого. В шкафу! Нет, там тоже нет. — Джуни!.. — кричала мама тихим голосом, навряд ли бы малышка вообще услышала бы зов её матери. Мальчик стоял в проёме дверей с забытым джойстиком в руках. Его руки давно потели от тревоги и волнения. Кажется, что весь мир только что начал опускаться в его глазах. Через не долгое время «поисков» Энни подошла к своему сыну, прогладив его по голове своей нежной и материнской рукой. — Мы завтра пойдём в участок, чтобы открыли дело по пропаже нашей дочери. — Молвила женщина, обоходя Лука и спускаясь на кухню. За ней же последовал отец, ничего не дополнив. Настал следующий день. Наконец начались более углублённые поиски Джуни. Прошёл и этот день. За ним и другие… а там и недели неслись как вне себя. Вот и месяц пришёл, зима. До сих пор об исчезновении девочки ничего не было известно. Даже маленькой улики не обнаружили. Мальчик все эти дни, что и делал, то старался помочь сыщикам. Если помощи не требовалось, то оставалось сидеть дома. На учёбу он не ходил, ему было слишком тоскливо вспоминать все эти стены и коридоры, по которым когда-то с радостным воплем неслись сестра с братом. Незаметно пролетела и зима, пошло следующее время года — весна. 12 Марта. Все гости стоят вокруг Лукаса и громко поздравляют его с днем рождения. Все эти громкие поздравки мешали затуманенному разуму именинника расслабиться. Он ничего не чувствовал, кроме отвращения ко всем своим родственникам. Мальчик только замечал, что все их громкие голоса содержали из себя прелестные пожелания, но ни одно слова не было про сестру. Все будто про неё забыли, или всем было наплевать. «Заткнитесь. Заткнитесь. Заткнитесь.» Думал про себя малец через каждое сказанное словечко. Вскоре, все закончили засыпать его комплиментами и милостями направляясь за стол. Мать начала вытирать стол давно не мытой тряпкой, отец же встал напротив своего сынка. Ронни — папа Лукаса выглядел мужественно и сердито. Он был грубый, как сталь, ему было все равно на чьё либо мнение… Думаете, я говорю о его характере? Нет, это так выглядит со стороны. Его важность и величие в работе была очень дорога. Мужчина любил надевать костюмы, рубашки, вся одежда, которая представляла собой серьёзного человека. Волосы не много отросшие и распределены по двум сторонам. Глаза узкие, потому его же мать была азиатской внешности, это и передалось мужчине. Этот человек был заинтересован в элегантных вещах, зачастую, у него всегда были с собой перчатки белого, или чёрного цвета. Но на самом деле, это был индивидуум, который боялся сказать что-то против, хоть если и будет пятилетний ребёнок. — Сегодня твой день рождения. — Сказал отец, положив свои ладони на плечи сыну. — М. — И целый день ты, как обычно, грустный! Это не дело! — Да, сынок, сегодня твой праздник, мог хотя бы улыбаться в ответ всем своим знакомым. — Сурово вмешалась мать, кидая тряпку на стол. — Всё же, мы сейчас всей семьёй сядем за стол и поужинаем. — Отличная идея, милый! — Произнесла Энни, доставая тарелки из шкафа. От Лукаса не последовало ни звука. Минуты 2 он стоял в гробовой тишине не шевельнувшись, обдумывая всю речь родителей. — Матушка, отец. — Тут наконец молвил мальчик. — «Всей семьёй?» Вы никого не забыли?.. А сестра? — Произнес задетый обидой малец. — Твой отец прав. — Договорила женщина, расставляя бокалы. Ронни отошёл к столу, начиная помогать своей жене. Мальчик до сих пор стоял, но в ту же секунду у него расширились глаза, а зрачки наоборот, уменьшились, его очи горели от ярости. Губы сжались в тонкую нить. Он с некой злобой смотрел на своих родителей. Его сердце будто пронзали иглы и от этого оно забилось чаще. Ноги не давали телу сдвинуться с места. На его руках уже казались вены, крупно выделяясь и показывая, что он начинает злиться на их слова. — Да как вы смеете… — Проговорил сквозь зубы тот. — Какая обуза?! Да вы никогда ничего не делали с Джуни, вы все время спихивали её на меня! Сколько себя помню, то я и делал, что сидел с ней! Вы ей никогда не уделяли внимания! Ещё что-то говорите сейчас?! — Лука зажмурил глаза, кажется, что он сейчас заплачет, но нет, он не был на столько сломлен. Мальчик хотел высказать все тут, им в лицо, ведь паренёк столько натерпелся за детство. «Я должен остановиться. Или… Я должен все сказать, все что думаю. Будет ли это правильным решением?» Подумал юнец, но разум снова стал как в тумане, и поэтому, он продолжил. — Умрите наконец же! И горите в аду несчастные взрослые, которым достался такой дар — как ребёнок! Вы каждый раз ищите отмазки, чтобы не сидеть с родной дочкой! Одна застряла в своей молодости, а другой даже защитить наш семейный очаг не может! Вам не стыдно?! Да вы ужасны. Я ни хочу вас видеть! Сдохните!!! — И после этих слов мальчик не выдержал всей этой атмосферы, которая давила на него с каждым словом. Он просто выбежал из кухни, быстро помчавшись в комнату.