Одна встреча может изменить всю жизнь

Мише — 7 лет, Саше — 5 лет — Привет! Ты умеешь рисовать? А что рисуешь? А мне покажешь? Давай дружить! Я — Миша, а ты? — быстро протараторив кучу вопросов, мальчик со светлыми короткими волосами подскочил к другому, который сейчас смотрел на него широко открытыми серыми глазами, поджав губы и прижимая к себе блокнот и карандаши. — Я Саша. Да, умею. А почему ты хочешь со мной дружить? Да и там уже есть компания, — Саша махнул рукой в сторону ребят, которые с громкими криками бегали по двору, играя в футбол. — Я не люблю футбол, да и они какие-то мелкие совсем, — Миша сел на лавочку, болтая ногами от нетерпения, и с любопытством посмотрел на блокнот. — А сколько тебе лет? А меня научишь рисовать? А ты идешь в школу первого сентября? В какой класс? — Еще не иду. И я, наверное, тоже... Мелкий. Мне только пять лет, — ребенок заправил за ухо прядь каштановых кудрей, робко взглянув на блондина. — А ты? — А мне уже целых семь, и я иду в первый класс! И я уже получил учебники, там такие крутые картинки! — Миша вскочил со скамейки и вскинул руку с кулаком вверх, а затем сел обратно, солнечно улыбаясь и заглядывая в лицо Саше. — Так ты не против дружить? И ты не мелкий, ты похож на котенка. — Не против, — брюнет слабо улыбнулся, краснея, а потом просиял, заражаясь хорошим настроением от соседа. — И ты, правда, хочешь, чтобы я тебя научил рисовать? — Еще бы! — воскликнул Миша, опять вскакивая на ноги. — Я бы рисовал тебя, ты очень красивый. — Спасибо, — Саша полностью залился краской, опуская взгляд, а затем резко вскинул голову, услышав свое имя, и встал. — Мама зовет, мне надо бежать, увидимся еще? — Конечно, кудряшка, — блондин сел на место нового друга и наблюдал, как тот уходит, в последний момент оборачиваясь и улыбаясь ему, а затем подбегает к женщине.       Миша улыбнулся ему в ответ и отвернулся, подставив лицо солнцу. Может быть, в Петербурге он найдет настоящего друга. На всю жизнь, не меньше. Вроде как родители сказали, что здесь они надолго, и длительные командировки отца закончились. Это было бы славно. Миша уже устал мотаться по стране и военным городкам, ему хотелось общаться со сверстниками и завести друзей. И вроде как со вторым уже получилось. Мише — 17 лет, Саше — 15 лет — Я официально задолбался! Кто только придумал эти дурацкие экзамены, вот стану министром образования и отменю их, — Миша зашел в Сашину комнату, бросил сумку на пол и рухнул к нему на кровать лицом вниз. — А сделай мне так, как ты обычно делаешь с моими волосам, Саш. — Миша, — Романов прикрыл дверь в свою комнату, ответив маме, что чай они не будут. — Нельзя же так врываться, тем более падать на кровать в уличной одежде. — Ну, кудряшка, пожалуйста, пожалуйста, — Миша поднял голову и умоляюще посмотрел на парня, лукаво улыбаясь. — Твои руки возносят меня на вершину наслаждения. — Миша! — брюнет густо покраснел и сложил руки на груди. — Тебе ведь нужно готовиться, а не валяться тут у меня дома. Какой у тебя первый экзамен? — Русский язык. Всю жизнь думал, что раз я русский человек, значит, его знаю. Нихрена, Саш! Сегодня решали пробный вариант, я не там поставил чертово двоеточие, и все! Кому они вообще нужны, вот стану взрослым, найму себе человека, который будет за меня писать разные письма, документы и всю эту фигню. Пожалей меня… — Миша подполз ближе к краю кровати и сделал максимально умилительное выражение лица. — Ох, дорогой, — Романов сел рядом и запустил пальцы в его прилизанные волосы, мягко перебирая их. — Может, я мог бы чем-то помочь? Мне это предстоит только через два года. Мы могли бы позаниматься, еще есть время. — Мммм, да… Просто гладь меня, и я согласен на все, что угодно, кудряшка, — пробормотал Московский, кладя голову на колени брюнету и прикрывая глаза. — Однажды я на тебе женюсь, потому что все девчонки жутко пафосные и стервозные. Камалия вчера закатила мне истерику по поводу того, что я не оценил ее новую стрижку. Подумаешь, она же не налысо постриглась. А так совсем не заметно.       Саша отвел взгляд и покраснел, слушая парня. Мог ли он в пять лет предполагать, что влюбится в этого шумного и безалаберного блондина, который менял девушек как перчатки на протяжении всей школы, и только последний год встречался с одной, Камалией, с которой они постоянно бурно выясняли отношения, а потом не менее бурно мирились. Романов однажды застал во время одного из подобных примирений. И в тот же вечер подумал, что хотел бы, чтобы Миша целовал так его, а не свою одноклассницу. И обнимал также крепко. Ведь они всегда были вместе и идеально подходили друг другу. Спокойный Саша и гиперактивный Миша, который всегда неуловимо менялся, стоило ему увидеть друга, и улыбался так, как не улыбался даже своей девушке, которая это всегда замечала. Но брюнет понимал, что шансов с парнем у него было примерно столько же, сколько и у Миши сдать русский без подготовки. А еще его эти постоянные шуточки… — Миш, вставай, будем изучать пунктуацию, — Саша мягко потянул парня за прядь волос и заглянул в его лицо, с удивлением понимая, что тот уснул на его коленях.       Значит, русский откладывается на завтра. И Саша обязательно поможет сдать ему на высший балл, или он не его лучший друг. Мише — 20, Саше — 18 — Кудряшка, я сдал! — Московский подхватил брюнета на руки и закружил перед аудиторией, благо, что в коридоре было пусто. — Миша, Миша, отпусти, увидят же, — Саша замахал руками, осматриваясь и мягко улыбаясь. — Я тебя поздравляю, солнце. Видишь, не зря, ты всю ночь готовился. — Лучше бы я, конечно, всю ночь занимался кое-чем другим со своим любимым человеком, если бы он не ушел спать, оставив меня совсем одного с учебниками на кухне, — Московский отпустил парня и быстро чмокнул в губы, широко улыбаясь. — И, кстати, ты мне кое-что обещал, когда тебе исполнится восемнадцать. А уже как месяц прошел с твоего дня рождения. — Что? Ничего не было, — Саша поднял брови, оправляя пиджак и слегка краснея. — Может, это ты меня вынудил что-то пообещать, когда мы… Ты… Ну ты понял. — Когда мы занимались любовью, кудряшка? — Миша наслаждался румянцем возлюбленного, прижимая его ближе к себе. — Не-а, ты пообещал мне это еще в школе. — Миша! Потише, услышат, — тихо пробормотал парень, поправляя футболку блондина и отстраняясь. — Пойдем домой. С меня праздничный ужин. И я в любом случае ничего не помню. — Конечно, радость моя, — Московский махнул рукой вышедшим из аудитории друзьям и пошел следом, что-то тихо напевая. — Мне уже двадцать, я хочу жениться, ты стал несерьезно ко мне относиться…       Саша не слышал последних слов, спускаясь по лестнице и думая о том, что приготовить вечером. Все-таки, как оказалось, он плохо знал своего друга, когда после окончания школы Миша, безумно смущаясь, сказал, что любит его и не представляет без него жизни. Романову показалось, что он ослышался, и еще пару минут брюнет смотрел на друга, открыв рот и хлопая ресницами. Опомниться ему помог невероятно нежный поцелуй, после которого сомнений в чувствах Московского не осталось. А еще Миша потом показал ему свой блокнот, где везде был изображен Саша, спящий, раздраженный, обиженный, расстроенный, сосредоточенный. И Романов расплакался, крепко обнимая парня, тихо шепча, что он тоже, тоже. Через несколько лет брюнет поступил в тот же университет, что и Миша, и они сразу стали вместе снимать квартиру, благо, что оба подрабатывали, да и родители были не против. — Саш, все было великолепно, иди ко мне, — Миша потянул Романова к себе на колени и ласково улыбнулся. — У меня есть две новости — хорошая и еще лучше. Но та, что еще лучше зависит от того, как ты отреагируешь на хорошую, что выбираешь? — Тогда ту, что хорошая, — Саша улыбнулся в ответ и заправил прядь Мишиных волос ему за ухо, с интересом глядя на парня. — Хм… Это про твое обещание, — Московский глупо заулыбался и обнял парня за талию. — Помнишь ли ты, кудряшка, что обещал мне… Жениться, когда тебе исполнится восемнадцать? — Миша, ну это же глупости, да и мы живем в России, — Саша слегка покраснел и взволнованно посмотрел на парня. — Это да, но… Ты бы согласился выйти за меня? — Миша серьезно посмотрел на Романова, водя ладонями по его спине. — Конечно, Миша, ты же мой самый родной человек, — брюнет аккуратно поцеловал Московского и отстранился. — Но что… — А теперь новость, которая еще лучше. Я выбил нам летнюю практику в Финляндии, в Хельсинки у меня есть знакомые в муниципалитете… Мм… Понимаешь, к чему я клоню? — Миша лукаво улыбнулся, поднимаясь с парнем на руках. — Мы… Мы, правда… Ты… Миша! — Саша хлопнул его по плечу ладонью и прижал вторую руку к губам. — Я сейчас умру, если это правда. — Да, любимый, мы можем официально пожениться! — Московский наблюдал за сменой эмоций на лице любимого, ожидая его реакции. — Боже, Миша, — Романов крепко обнял его, мелко подрагивая. — Я люблю тебя, я так тебя люблю. Ты самый замечательный знаешь? Самый лучший. Миша, ты такой дурак. Почему ты скрывал это от меня? И я…. Ох, как я тебя люблю. — Я хотел сдать все экзамены и потом уже точно узнать, не передумал ли ты связать свою жизнь со мной, — Миша прижал парня ближе к себе и мягко поцеловал.       Знал ли он, что найдет свое счастье в том малыше с карандашами и блокнотом, который робко смотрел на него своими большими серыми глазами? Знал ли Саша, что все его мечты сбудутся благодаря этому иногда несносному блондину? А впереди у них была целая жизнь, чтобы каждый следующий день был наполнен теплыми мгновениями их любви и заботой друг о друге.