Из воды в лес

Кикиморы парами шагали по лесной тропинке, оставляя перепончатыми ступнями мокрые кляксы следов на пыльной дороге. Сопровождающие их дриады вздрагивали при каждом падении капли болотной воды с платьев или волос. Кикиморы шептались, переглядывались, показывали пальцами. Почти всё было для них новым, странным и неизведанным: и сухость лесного воздуха, и запахи, витавшие в нём, и толстые, покрытые лишайниками стволы деревьев, и птицы, чирикающие в ветвях и то и дело перелетающие с одной ветки на другую.

***

Дриады, сидевшие в утлой и хлипкой лодчонке, только чудом ещё не пошедшей ко дну, со страхом поглядывали на хлюпавшую за бортом холодную зеленоватую воду. К болоту они ещё только подплывали. Три пожилые кикиморы, толкавшие лодку, чуть посмеивались над ними: им-то, привыкшим, река вовсе не казалась страшной.

***

Мало кто понимал, зачем было кикиморам устраивать для дриад (а дриадам — для кикимор) экскурсию в свою школу. Но высокопоставленные лица обоих народов утверждали, что такое укрепление связей совершенно необходимо для дальнейшей дружбы. И на один день десять лучших учеников-дриад и десять лучших учеников-кикимор поменялись местами. Следующей в случае удачи этого мероприятия планировалось проводить экскурсию для взрослых.

***

— Обратите внимание, — улыбчиво произнесла учительница-дриада. — Сегодня у нас на уроке гости. Юные дриады, рассевшиеся кто где — на ветках деревьев, на траве под ними, на берегу протекавшего поблизости ручья — зашушукались ещё активнее. Встреча с кикиморами была тем, о чём даже не нужно было напоминать: все и так помнили, и всем было любопытно. Странно было сравнивать себя — высоких, хрупких, полупрозрачных, с головами, покрытыми листвой (а иногда хвоей, но таких было меньше) и ногами на деревянных копытцах с приземистыми, плотными, зелёноволосыми и желтоглазыми кикиморами (да и перепонки на ступнях были точь-в точь лягушачьи). — Поприветствуем их и начнём урок, — всё с той же немного нервной улыбкой произнесла учительница. Она опасалась, что дети могут поссориться: всё же впервые друг друга видят, да и кто знает, что может обидеть кикимор… — А какой урок? — уточнила одна из гостий. — У нас древоведение, — ответила с неизменной улыбкой учительница. — Итак…

***

Дриады скромно, группками по двоое-трое пристроились на полусгнивших небольших корягах (было малопонятно, откуда они здесь взялись, если на болоте не растут деревья), лежавших на одном из редких почти сухих островков в огромном болоте. Конечно, жаль было пачкать одежду, но земля островка была ещё грязнее. — Так, все ведь помнят, как надо душить прохожих? — бодро вопросила только что выбравшаяся на крохотную кочку с несколькими стеблями рогоза учительница. Класс одобрительно загудел, ученицы закивали. Гостьи-дриады испуганно прижались друг к другу. — Раз все помнят, то поехали! — весело воскликнула учительница. — Разбиваемся на пары и вперёд, приступаем к тренировке. — Простите… — робко начала одна из дриад. — Не прощу. Вы тоже разбиваетесь, — махнула учительница рукой в сторону островка. — Активнее нападаем, активнее! — и она уже направилась к каким-то незадачливым ученицам.

***

— Как известно, болото — это главный враг высоких деревьев, — вдохновенно вещала взрослая дриада, полуприкрыв глаза и дирижируя себе тонкими руками. — Именно поэтому дриады никогда не посещают болота, ведь дриады — тоже… Тут она осеклась, вспомнив вдруг про обмен. — Почти никогда не посещают болота, ведь их воздух вреден для здоровья, — уточнила она, выделив голосом первое слово. Кикиморы, плотной группой сидевшие в отдалении, мрачно поглядели на дриаду. Та прикрыла рот ладонью. — Вреден для здоровья дриад, — уточнила она, на этот раз выделив слово «дриад». Тут уже со страхом зашептались между собой ученицы-дриады. Прозвучало: «У нас там подруги, их надо срочно спасать!» Вконец запутавшаяся учительница тряхнула головой (березовые листья на ней легко затрепетали) и дополнила: — Потому что дриады, как всем вам, наверное, известно, это в некотором роде деревья. Она замолчала, надеясь, что на этот раз всё сказала верно. И урок продолжился обыденно, хоть кикиморы и перешёптывались гневно насчёт того, что «их тут очень и очень не любят».

***

Дриадам было весьма странно нападать друг на друга даже в учебных целях, но ослушаться учителя они не смели. Напуганно, подрагивающими руками и очень осторожно они пытались повалить друг друга на землю (едва касаясь при этом партнёра). По соседству кикиморы, коренные жители болота, с радостными возгласами затаскивали друг друга в грязь, пачкая тёмно-зелёные, похожие на речные водоросли волосы и одежду, которая и без того была до крайности грязной. — Что стоим, почему не работа… а, да, — направившаяся было к дриадам учительница остановилась на полпути, снова вскарабкавшись на кочку. — Через десять минут, кстати, урок заканчивается. Дриады с облегчением переглянулись. Кикиморы же синхронно издали печальный вздох.

***

— Поиск — это так здорово! — восхищённо ответила маленькая дриада с иголками на голове на вопрос кикиморы о странном названии следующего урока. — Там разное есть, увидишь. Действительно, урок был любопытным хотя бы потому, что учительница не была дриадой. Она была старой колдуньей, живущей в землянке в поле, находившемся рядом как с лесом, так и с болотом. — У нас же тоже там учительница живёт, — недоумённо заметила одна из учениц по обмену. — И, кажется, она тоже колдунья. — Да, это странно, — согласились с ней остальные.

***

— Так, теперь вылезаем и идём пешком, — приказала кикимора-перевозчица, одна из тех, кто толкал лодку с дриадами. Ученицы, также плывшие по неглубокой речушке, разочарованно застонали. — Там же ещё гребков десять проплыть можно! — взмолилась одна из них, низкорослая и полноватая, с очень длинными волосами. — Вылезаем все, — перевозчица была непреклонна. Весь класс подплыл к берегу и принялся вползать на него. Через некоторое время им это удалось. Дриады быстро вышли из лодки и последовали за кикиморами, уже шагавшими (спотыкаясь и чуть не падая с непривычки) в сторону поля. — По-моему, там же живёт наша учительница! — негромко воскликнула одна из гостий.

***

Два класса почти одновременно подошли к входу в маленькую землянку. Знакомые друг с другом ученицы приветственно махали руками. Даже те, кто был с другим классом по обмену, перебежали к своим. Вышедшая из землянки сгорбленная и сухонькая старушка-колдунья (больше всего она напоминала человека, но никто не мог предположить и не осмеливался спросить, кто она, живущая не первую и не вторую сотню лет, такая) вовсе не выглядела удивлённой. — Ох, видно, совсем я память потеряла, раз два класса на один урок назначила, — с наигранной печалью произнесла она, разводя руками. Все молчали, бросая странные взгляды на других. «Получается, нас всё это время учили одному и тому же?» — думали некоторые из учениц по обмену. — Ладно, садитесь все на землю, — нарушила наконец молчание колдунья. — Начнём урок Поиска для дриад и Защиты для кикимор. Поскольку это почти одно и то же, думаю, проблем не возникнет…

***

По истечении дня дриады, по обмену перешедшие в чужой класс, до дрожи боялись кикимор. Кикиморы, соответственно, категорически отказывались общаться с дриадами, которые, мол, их «за разумных не считают. Несмотря на это, экскурсия была признана удачной: никто же никого не убил, и даже до драки дело не доходило. И началась подготовка к экскурсии для взрослых.